Карибская баллада

Воробей резко распахнул подведённые сурьмой глаза и покосился за борт. Действительно, среди волн плавно покачивалось бревно, бывшее когда-то мачтой, на котором из последних сил повис парень с длинными светлыми волосами. Видно было и без подсказки, что бедолага тоже побывал в буре, но его судно, увы, пострадало намного больше, чем «Жемчужина» Джека. Капитан окинул глазами команду. Пираты в растерянности топтались на месте, раздираемые противоречивыми чувствами: вроде они как злодеи, а вроде и человека жаль, ведь, по всей видимости, он был ещё жив, раз держится на вёртком обломке. Первым за всех эту мысль выразил мистер Гиббс, неуверенно взглянув на командира, и ограничился одним вопросом: - Кэп? Джек порывисто развернулся и, словно в раздумье, опустил лукавые очи и приложил палец к подбородку. После чего снова схватился за компас и внимательно посмотрел, куда указывает стрелка. Команда почтительно следила за манипуляциями Воробья и дружно подскочила от чёткого приказа: - Поднять на борт. Гиббс с облегчением перевёл дух и одобрительно прищурился. Старый пират не любил равнодушия и бездействия: биться, когда надо, помогать, когда необходимо и наживаться, когда можно было сделать это без последствий – вот принцип бывшего матроса английского флота, которому он следовал всегда. Тем временем парня уже доставили на корабль. Двое матросов почти бережно положили его на подсыхающие доски. Ещё один, сориентировавшись, щедро плеснул на юношу из ведра морской воды. Молодой человек вскрикнул и закашлялся. Команда отпрянула, в то время как Джек, напротив, подался вперёд. После недолгих судорожных всхлипов бедняга сумел-таки вдохнуть полной грудью и привстал на локтях. Вернее, попытался сделать это, но тут же без сил рухнул обратно, закрыв глаза. По рядам прокатился неясный гул. Воробей не выдержал: - Что встали? Поднимите его и укутайте во что-нибудь. Мне интересно узнать его историю прежде, чем он отдаст концы. Ну же! Повинуясь приказу капитана парня подтащили к мачте и, прислонив его спиной к нагретому дереву, накинули сверху чудом уцелевший и не промокший кусок восточной вышивки – остаток добытого при последнем разбое богатства. Джек неторопливо спустился с капитанского мостика и расхлябанно подошёл к спасённому. Молниеносно окинув его взглядом, Воробей заметил: - А он симпатяга… - после чего присел на корточки и, указательным пальцем приподняв голову парня, внимательно прищурившись, всмотрелся в лицо юноши. Тот уже открыл глаза и не менее внимательно и даже с вызовом глядел на капитана. В голове Джека сразу что-то щёлкнуло: этот взгляд, лицо и поведение в целом до ужаса были знакомы и щекотали память гусиным пёрышком. Воробей настолько растерялся, что выдал первое, что приходило ему на язык в такой ситуации: - Знакомое лицо… Я угрожал тебе прежде? Юноша слегка подался назад и с недоумённым выражением посмотрел на него. Ситуацию усугубил Гиббс. Протолкнувшись через окруживших мачту пиратов, он встал за спиной Воробья и вскрикнул: - Уильям Тёрнер? Лицо капитана вытянулось. Парень действительно был почти точной копией Уилла, с небольшой лишь разницей, что волосы его были светлые, прямые и длинные, а глаза серо-стальные. Опять же исчезла вся растительность на лице, что делало «Тёрнера» моложе лет на пять точно. Воробей задумчиво приподнял верхнюю губу, наморщив нос и скороговоркой произнёс: - Да, дружище, ты как-то изменился. Хорошо, что не стал, как старина Дэйви, но всё же… А кстати, где «Голландец»? Не успел парень ответить на его вопрос, как один из матросов воскликнул: - Капитан, его уши! - А что у него с ушами? – Джек проворно схватил юношу за подбородок и повернул его голову вбок. И тихо протянул: - Да-а-а… Уши спасённого были идеальной формы, правильные и симметричные, но вверху они были не круглые, как у обычных людей, а острые, как у лисы. За спиной Воробья тихо помянул Божью Матерь Гиббс, а остальные негромко загудели. - Ты не Уилл, – подвёл итог капитан. – И не человек. Так кто ты? Юноша дёрнул головой, высвобождаясь из пальцев Джека и, глядя на него вполне спокойно (лишь ноздри раздувались совсем как у Тёрнера в минуты волнения или гнева) высоким мелодичным голосом откликнулся: - Я – Леголас из северного Лихолесья, царевич дома лесных эльфов. Толпа матросов дружно охнула, среди общего вздоха кто-то отчётливо хихикнул, кто-то произнёс: «Оба-на…», Гиббс тихо присвистнул. - Заткнитесь. – Джек, хоть тоже не избежал замешательства, но владел собой прилично, повидав и не такое. – Что ж, Леголас, Ла… Ле… Лаэ… Лео… - он чуть посмаковал это имя и продолжил, - ты, наверно, сейчас не сможешь толком поведать, как ты – весь такой лесной и таинственный, оказался вдруг посреди океана, но я надеюсь, что после небольшого отдыха мы, всё-таки услышим твой рассказ, который поможет нам разрулить этот случай. Помогите ему встать – он будет отдыхать в моей каюте. И Джек, не дожидаясь, пока команда созреет, первым двинулся по направлению к капитанскому мостику. Гиббс и ещё один матрос подхватили Леголаса под руки и повели вслед за капитаном. По пути они переглянулись и старпом, подняв брови и пожав плечами, решительно поправил сползающую слабую руку эльфа, проговорив ему: - Держись, парень. Джек – славный малый, он тебе поможет в любом случае. Леголас промолчал, и лишь как-то виновато опустил голову, глядя себе под ноги.