Лезвие любви

- Вы слишком рискуете,- проговорил Рейвен, когда они оставили Айнэ одного в зале под землей и поднялись в погреб. Воин все же не решался выходить из-за высоких стеллажей, и при желании Норон тоже мог бы спрятаться там. - А Вы нет? Я не в восторге от всего этого, но я уверен точно, что без меня вы точно не справитесь. Я работаю здесь не первый год, меня знают, а кто не знает, не обращает на меня внимания. И если потребуется, я тоже возьмусь за меч. - Даже не знаю, как Вас благодарить за это. - Я делаю это из-за благодарности. Как и Айнэ, я желаю остановить войну. И если он просит меня, я всегда приду ему на помощь. - Господину Айнэ очень повезло с другом. - Да, возможно. К тому же, даже если кто-то что-то заподозрит, я смогу скрыться. А если схватят Вас… Так что Вы рискуете больше. Но от любви я другого и не ожидал. - Любви?- переспросил мужчина.- О нет, все не так. Я просто отвечаю за его защиту, не более того. - Тогда почему Вы здесь? Если бы Вы и правда были лишь охранником, то могли бы не торопиться, вернуться домой, я уверен, никто бы Вас не осудил. Но Вы здесь, в самом опасном для Вас месте. Уж не значит ли это, что он нужен Вам больше, чем Вы представляете? На мгновение бывший командир задумался. Да, его привлекал Алантиэль. Но больше как подопечный. Ну, и гениальный алхимик. Но нет. Дело было не только в этом. Да, он мог бы вернуться домой, собрать армию, никто бы не осудил его, что он не справился с задачей. Но… Он не видел Алантиэля очень долго. Казалось, целую вечность. Они впервые со времени своего знакомства расставались так надолго. Или вообще расставались. Для Рейвена нормально было кормить, мыть и заботиться о надежде всего королевства, про которую никто не знал. Но со стороны это смотрелось как… сильные чувства? Погодите, а делал ли бы он это для того же Айнэ? Или Морана? Или еще кого-либо? Наверное, нет. Но Алантиэль… Он же такой нежный, маленький, хрупкий. Казалось, сожми его в объятьях очень крепко, и он просто сломается, как деревянная игрушка. И потому хотелось холить и лелеять его, защищать от всего и всех, чтобы не посмели обидеть. Поначалу он казался грубым, эгоистичным, себялюбивым, но… Потом он начал показывать и другие чувства. Он радовался, когда воин отдавал ему ножки из своей тарелки, пусть даже первый раз это едва не стоило ему глаза. Он гневался, но пугался, когда какой-то флакон попадал в альфу. Он казался сильным, чтобы выдержать тяжелую дорогу, но таким неуверенным, когда узнал о том, что их ищут и что он вовсе не человек. Его рука была тверда, но не лишена доброты и неуверенности. Он был гением, но порой вел себя очень наивно и так по-детски. Да, Алантиэль был ему просто необходим. Он так привык видеть его рядом, что без него теперь все казалось пустым. И хотелось бежать, искать, просить, чтобы найти его вновь. Найти и… больше не отпускать. Эти чувства и означают любовь? Или просто они появились из-за того, что сейчас алхимик, как и весь мир, в опасности. Он знал, что мальчик не хочет зла, но никогда не подумал о том, что проблема может решиться лишь одним взмахом меча… Всего лишь… От этой мысли что-то внутри Рейвена сильно сжалось, словно его насквозь пронзило копье, и он едва сдержался, чтобы не застонать. Он видел столько смертей, сам убивал, резал, уничтожал, но… От мысли о смерти одного-единственного мальчика ему стало так плохо. Стоило подумать над тем, что он такой маленький и беззащитный, находится сейчас в лапах этого одержимого урода, и становилось страшно и тошно. И если бы можно было, хотелось бы защищать его всю жизнь. Но вся жизнь – это долгий срок. И кто знал, когда она оборвется? Будет ли Алантиэль расстроен, если его убьют? - Может, Вы и правы… - Похоже, Вы и сами этого не понимали, да?- ответил Норон.- Я понимаю Вас. Я испытываю тоже самое. - К господину Айнэ? - Откуда Вы знаете?- спросил ошарашено его собеседник. Словно это не было так очевидно. - Просто друг не стал бы так сильно рисковать ради того, кого не видел много лет,- ответил тот.- Но не переживайте, я ничего ему не скажу. - Я… Спасибо. Уже прошел целый день с тех пор, как они решили ждать, но ничего не менялось. Совсем не менялось. Замок жил своей жизнью, совершенно не заботясь о том, что может произойти. - Нужно же что-то делать!- заметил Айнэ, когда они вернулись. Он был одним из тех, кто первым подумал о том, что командир Рейвен влюблен в мальчика. А потом его как мешком по голове ударили, сказав, что этот самый мальчик – алхимик! Но по виду самого альфу это не волновало. Он волновался за него просто как за бедного мальчика, который попал в плен совсем один. - Я и без тебя знаю,- ответил Норон.- Но что мы можем сделать? - Алхимики веками пытались создать Философский камень, и если… - Это не имеет значения,- ответил Рейвен.- Если он принялся за работу, значит, он знает, как можно это сделать. - Этот алхимик, скорее всего, даже не знает, что делает. Его волнуют лишь опыты, а на чьей они стороне – не имеет значения! - Не смейте так говорить!- ответил громко воин.- Да, может, для Алантиэля его опыты важны, но это единственное, что он любит и умеет делать. И пусть даже так, но он бы никогда не согласился на такое! - Может, он и не создает камень,- проговорил задумчиво помощник повара.- Если его и правда не создать, значит, алхимик придумал нечто иное. Нужно узнать это. - Каким образом?!- кричал омега. - Нужно проникнуть в темницу. - Как?!- Айнэ схватил своего друга за плечи и сильно сжал.- Ты решил сам туда отправиться? - Нет. Но я мог бы… Попросить отнести ему еду. Ее обычно носят поварята. - Это просто замечательно,- ответил бывший командир.- И я мог бы передать ему послание. - Боюсь, это невозможно,- ответил Норон.- Он обычно не притрагивается к еде, а если я с ним попытаюсь заговорить – мне отрубят голову прежде, чем я успею хоть звук издать. Но посмотреть, как у него, я мог бы. - И тогда мы точно будем знать, Алантиэль ли это и как продвигается создание камня,- продолжил воин. - Вы оба умалишенные!- ответил Айнэ.- Вас точно схватят и казнят! И меня с вами! - Я нужен ему,- проговорил Рейвен.- Он всего лишь ребенок, который никогда не покидал своей лаборатории. Он напуган и растерян. И единственный, кто может спасти его – я. Но я смогу сделать это лишь с вашей помощью. - Я помогу,- ответил младший альфа.- Если уж Вы доверили нам свою тайну, мы просто обязаны помочь. - Но как только станет опасно, уходи оттуда,- велел писатель, скрестив руки на груди. Он слишком часто сталкивался с вещами, которые называл невозможными. Но ему показали, что если попытаться самому, то можно сделать все. Потому-то он и не будет более прятаться.- Похоже, я такой же умалишенный, как и вы,- проговорил он. - Это еда для пленника?- спросил Норон, подходя к низкому омеге, который поднимал со стола поднос. На нем были каша, рагу, хлеб и сок. - А с чего такой интерес? - Я слышал, это мальчик. К тому же, невероятно красивый,- прошептал он на ухо своему собеседнику.- Я хочу на него посмотреть, можно? - Чего? - Мне интересно, что такого мальчик сделал, что его так охраняют. - Попридержал бы ты язык за зубами. Кабы не снесли тебе голову. - Я понимаю. Ну всего разок, ну пожалуйста,- проговорил альфа, глядя на одного из поваров.- А ты побудешь помощником повара. - Я буду готовить?- внезапно отозвался тот.- Серьезно? - Да. Поменяемся местами. Джоул и не заметит. - Ну… если так надо…- проговорил омега, передавая поднос с едой своему собеседнику. Обычные поварята были не более чем слугами, которые разносят еду и подают вино, и никогда не подпускают к готовке. Лишь повара и его помощника, то есть именно Норона.- Все вы, альфы, хотите на красавцев посмотреть. Ладно, иди. - Спасибо большое,- отозвался он, хватая поднос и покидая кухню. Он шел по коридору, думая над тем, а сможет ли он и правда передать послание от командира Рейвена, пусть и короткое вроде: ‘’Все хорошо. Жди.’’ Но, наверное, этого не получиться сделать. Стражники остановили его перед дверью, ведущей в темницу и, признавая в нем того самого слугу, который приносил им вино, спокойно пропустили, глядя на поднос с едой. - Мы хуже едим, чем этот узник,- проговорил один из них. - А он еще и брезгует,- ответил другой. Но на второй двери, ведущей непосредственно к камере, его остановили. И эти охранники были настроены не очень дружелюбно. - Чего надо? - Я еду принес. Пленнику. - Еду? Хорошо, давай сюда. - А разве не я должен отнести ее в камеру?- спросил Норон удивленно. Если ему не позволят зайти, весь план пойдет ко всем чертям. - Еще чего!- ответил страж, вырывая поднос из рук помощника повара.- Иди давай. - Слушайте, я знаю, не положено, и так далее…- он поманил стражников, показывая две золотые монеты.- Но, может, можно посмотреть на него. Всего одним глазком. А я потом похвастаюсь перед омегами… - Ох уж эти альфы,- проговорил один из охранников.- Все им похвастаться… Хорошо, только на минутку. - Мне больше не надо,- ответил с улыбкой Норон, понимая, что все же не сорвется его план, и он придет с новостями. Стражник с подносом открыл дверь и, пройдя вперед, велел альфе идти за ним. Миновав несколько ступенек, они оказались перед длинной решеткой. - Тебе опять еда. И снова ведь есть не будешь. Ничего, у тебя и так немного времени осталось,- ответил охранник, едва не бросая поднос под ноги пленника, который, стоя в грязной одежде, даже не обернулся. Он смотрел, как солнечный лучик играет с гранями рубина, словно издевался над теми, кто такого богатства не видел никогда. На полу лежали осколки прозрачного стекла и разноцветные пятна. Норон смотрел на эту спину и думал лишь об одном. Омега. И правда очень маленький и хрупкий в силу своего невысокого роста. Руки очень тонкие, спина сутулая… И правда хочется запереть его и защитить от всех бед и невзгод. - Посмотрел? Проваливай,- проговорил стражник, хватая помощника повара за руку.- Вперед, на выход. Из-за этих криков алхимик дернулся, и, опустив руки, повернулся. И Норон едва не упал о того, каким все же красивым был этот пленник. На плечах покоились белые пряди, по спине волочились каштановые волосы, и глаза у него оказались такими большими, но ужасно уставшими. Совсем уставшими… Лицо, до этого бывшее просто бледным, стало серо-желтым, под глазами виднелись синяки, словно он не спал как минимум неделю, а если и спал, то очень мало. И все же он был красив. - Я иду, иду,- проговорил альфа, покидая темницу.- Слушайте, Вы говорили, что времени мало… Его казнят? - Если не успеет,- ответил страж, принимая за информацию еще одну монету.- К нам со всех сторон движется буря. Они прорвались через границы и теперь идут сюда. Господин Кантил в бешенстве. Вроде бы велел этого через несколько дней привести в тронный зал… - Вот как… Спасибо,- проговорил Норон.- Несите службу хорошо. Он бежал по коридору, надеясь, что никто не заметит его, проскочившего в погреб. - У меня новости!- прокричал он, понимая, что больше его никто не услышит. Рейвен, до этого точивший меч, прервал свое занятие, а Айнэ оторвался от чистого листа, на котором не появилось ни одной строчки. - Норон!- омега подскочил к своему другу.- Все хорошо? - И да, и нет,- ответил он, глядя на воина.- Я видел его. Алхимика. - Как он?- спросил тот. - Он и правда красивый. Но выглядел неважно. - Они его замучили? - Не думаю. Скорее из-за сроков. - Сроков?- переспросил писатель. - А это уже вторая новость. Сюда идут армии. С востока, севера и северо-запада. Они уже прорвались через границу и скоро будут здесь. До того, как они придут и нападут, алхимик обязан представить Кантилу камень. Если нет – его казнят. - Это же не возможно!- закричал Айнэ. И пусть до этого он не беспокоился за этого алхимика, то теперь, когда помощник повара так рассказал, сам забеспокоился. - Кантила это не волнует,- ответил Норон.- Ему нужен камень, чтобы защитить дворец. - Значит, армии будут здесь через три дня? - Думаю, да. Иначе бы советник не стал так торопиться. - В тронный зал попасть легче, чем в темницу,- проговорил омега.- Думаю, мы сможем хотя бы туда попасть. - Разве его не будут охранять?- спросил Рейвен. - Будут. Но, думаю, охраны много не понадобиться. Иначе бы она была уже повсюду. Кантил слишком уверен в своей силе,- ответил Айнэ.- Что будем делать? - Я попытаюсь добыть для вас одежду прислуги,- ответил младший альфа.- Здесь ее много, всех не упомнишь. Думаю, они не поймут, что вы не слуги. - И что дальше? Даже если мы дойдем до тронного зала, мы не выйдем из него. Даже если убьем Кантила. - Это наш последний шанс. Если армии нападут, нас уже может не быть в живых. Если мы просто затаимся… - Алантиэля казнят,- проговорил воин.- Или получат камень. И тогда всему придет конец. - Тогда нам нужен план. И хороший план,- ответил Айнэ, подрабатывая теперь здравым смыслом двух свихнувшихся альф. - А разве не все мои планы срабатывали?- спросил с улыбкой Норон. - Это ты говоришь о том, как едва не проткнул меня вилами. А потом помог, позвав взрослых, пока я кровью истекал?- парировал омега.- Ты знаешь, как на меня папа кричал потом? - Догадываюсь. - Хотя…- после паузы проговорил писатель.- Мне кажется, я хочу, чтобы камень был создан… Тогда я бы смог… Говорят, он способен воскрешать умерших. Норон протянул руку и коснулся пальцев своего друга. - Мне жаль. - В этом нет твоей вины. - Значит, все решится через три дня. Когда глубокой ночью Норон вышел из кухни, его встретил хмурый повар, скрестив руки на груди. Поначалу молодой человек испугался, что его раскрыли. - Что ты там делал? В последнее время ты часто там пропадаешь. Уж не грабишь ли ты короля, испивая его вино? - Ну что Вы!- замахал руками альфа. Кража вина – меньшее, в чем его могли обвинить.- Совсем нет. Я же не пью,- он пригнулся, переходя на шепот.- Поговаривают, что кто-то из поварят ворует продукты. И я решил покараулить. Несколько ночей караулю, ничего. Кажется, просто слухи. - Воруют, говоришь? - Просто слухи,- отозвался Норон, довольный тем, что все так легко обошлось.