Лезвие любви

Утром, как и условились, Рейвен, Алантиэль и другие покинули королевский дворец и начали свой долгий путь домой. Айнэ вышел проводить их, но вид у него был еще ужасней, чем вчера на приеме. Почему-то воин ощутил грусть от этого. Он бы никогда не позволил себе доводить до такого дорогого ему человека. Что же себе думает Норон? - Спасибо за помощь,- проговорил он, протягивая омеге руку.- Она была неоценима. - Ваша тоже,- ответил новый королевский советник.- Вы всегда будете желанным гостем здесь… - И за это спасибо. Алхимик, стоя немного поодаль, внезапно нахмурился и, едва стоя на ногах, подошел к бывшему командиру, сжимая его локоть и бросая гневные взгляды на стоящего перед ними омегу. - Ты же говорил…- проговорил он. - Конечно,- с улыбкой ответил охранник, сжимая его руку.- Все хорошо, я просто попрощался. Пойдем. Айнэ еще никогда не видел такой улыбки на устах того, кому помогал, и все его подозрения окончательно развеялись. Он лишь помахал им рукой, хотя сложно было желать кому-то счастья, если сам глубоко несчастен. Передвигаться Алантиэлю было сложно, но он старался хотя бы дойти до повозки, в которой они должны были ехать. А их благодарный король выделил немало. Рейвен помог ему добраться до сидения, а когда сам сел, то нежное тело прильнуло к нему, снова боясь долгого путешествия. Ведь оно не принесло ничего, кроме боли и страданий. Пусть даже потом было счастье. - Все в порядке? - Нет,- ответил алхимик, отворачиваясь к окну. Сидеть было ужасно больно, особенно когда карету начало бросать на камнях из стороны в сторону. Молодой человек всхлипнул, а когда подался вперед, то его поймали сильные руки, чтобы уложить на сидении, так что голова покоилась на чужих коленях. - Извини. Я был груб. - Вообще-то нет. Вполне очевидно, что человеческий…- его заткнули поцелуем, из-за чего он снова начал дрожать. А бывший командир чувствовал себя виноватым, что сделал такое с любимым алхимиком, хотя мог бы и сдержаться. - Я не пойму твоих гениальных доводов,- ответил он, улыбаясь.- Ты дашь мне еще один шанс? - Что, прямо здесь? - Я имел в виду, ты дашь мне возможность любить тебя, оберегать и защищать? - Ну а кто будет это делать?- спросил скорее обижено, нежели гневно мальчик, устраиваясь на чужих коленях. Рейвен радовался уже тому, что его не отравили и даже не пригрозили убить за то, что не смог обуздать свои чувства. И если Алантиэль и проклинал своего охранника, то лишь мысленно. На исходе первого дня они остановились перед небольшой гостиницей, ведь каждый пошел своей дорогой, и когда мужчина помогал своему возлюбленному покинуть карету, тот упал прямо ему в руки, тяжело дыша. Поначалу они считали, что это ото сна и вчерашнего недосыпа, когда омега снова спал на нем, но теперь он снова в этом сомневался. - Ты опять горишь…- проговорил он, одной рукой поддерживая своего спутника, а другой касаясь его горячего лба. - Да? - Похоже, вчера надо было тебя лучше согреть,- в голосе охранника не было никакого намека, лишь беспокойство. - Я думал, что сгорю вчера. - Извини,- проговорил он, помогая ему дойти до постоялого двора и занять комнату. Кровать в ней была маленькая и узкая, но алхимик, которого по ступенькам несли на руках, легко поместился на ней. Он шумно вздохнул, кутаясь в одело, так что воин едва уговорил его стянуть сапоги. Потом распорядился, чтобы принесли еду и горячую воду, пока его спутник не начал бредить. - М…- стонал омега, пытаясь укутаться в одеяло еще сильнее. Принести еще одеял – это нужно время. А оставлять больного не хотелось даже на мгновение. - Потерпи немного…- проговорил он, положив мокрое полотенце на горячий лоб.- Извини, я снова подверг тебя опасности. - Я просто плохо переношу путешествия,- ответил тот, пытаясь хоть немного мыслить.- В этом нет твоей вины. Я не удивлюсь, если у меня разовьется полная непереносимость карет и ночлежек в лесу… - Больше ничего не будет,- пообещал Рейвен. В дверь постучали и слуга – невысокий мальчик с россыпью веснушек на лице, протянул им одеяла. Мужчина закутал бесценный сверток в одеяла, распорядившись, чтобы прислали лекаря. Тот должен был прийти вечером, но никто точно не знает, где он. - Вскоре мы доберемся до дома, так что снова вернешься к своим опытам. К опытам… Как же давно это было. Как же давно он чувствовал потребность в том, чтобы что-то создать. И почему-то сейчас это было таким далеким и неосуществимым. - А ты будешь со мной?- спросил он, касаясь чужой руки. Такая большая и сильная. - Ну я же здесь,- ответил Рейвен, поглаживая сверток.- Поспи, может, станет лучше. А потом придет лекарь… Лекарь пришел. Он осмотрел юное дарование, расспросил, после чего велел приготовить раствор, который помог бы сбить температуру. Так что вскоре он должен был поправиться. По прибытии домой, алхимика тут же окружили слуги, а Рейвена отвели в другие покои, пока Эштон передавал все последние новости. Увиделись они лишь на следующий день, когда воина вызвали в тронный зал. Он был залит ярким солнечным светом, король Миллим, такой же радостный и сияющий, сидел на троне. Но когда мужчина вошел, он вскочил, принимаясь обнимать коленопреклоненного альфу. - Я рад, что ты наконец-то вернулся, друг мой! Я слышал обо всем, что ты хочешь мне рассказать,- проговорил он, глядя куда-то в сторону. Бывший командир, едва смея поднял голову, проследил за этим взглядом и увидел, что Алантиэль стоит рядом с магом, положившим руки ему на плечи. Вид у него был очень странный, скорее испуганный. - Ал… - Итак!- прервал его правитель, падая на трон.- Похоже, теперь, когда все завершилось, в повышенной защите нет надобности. Рейвен стоял посреди сверкающего зала и не верил своим ушам. Здесь ему доверили эту задачу, а теперь пытаются отнять у него его Алантиэля? - Что Вы хотите этим сказать? - Алхимика мы спрячем, там же, в Черном Лесу. Так что ты можешь вернуться к своим обязанностям, как верный солдат и слуга короля. Похоже, для короля Миллима это было равносильно огромной награде, и его слуга бы с этим согласился. Месяц назад. А теперь он ни за что не отпустит эту тонкую руку. Он же обещал, что будет рядом. Сам виновник всего этого смотрел сквозь длинную челку, словно волчонок зыркая на присутствующих. Он боялся того, что скажет его бывший охранник, сам ведь знал, что он не подарок и что от него захотят отделаться. Но он ведь дал слово! - Это… огромная честь,- проговорил воин, склонив голову.- Я бы с радостью принял сей дар, но…- он снова посмотрел на омегу и улыбнулся.- Я не могу. Без меня Алантиэль просто зачахнет. - Чего?!- возмутился тот, подскакивая и хватая альфу за ворот насколько позволял его небольшой рост.- Ах ты тупоголовый кретин! Безмозглое земноводное! В ответ на это Рейвен снова улыбнулся, притягивая кричащего алхимика поближе. И как же он раньше без него жил? Раньше его слова оскорбляли, но теперь это казалось милым, ведь на самом деле он так не думал. - Ну так что? Огромного особняка у меня нет, подвала для лаборатории тоже. Но ты пойдешь со мной? Повисла тишина, в которой было слышно лишь то, как сглотнул молодой человек. - Конечно, идиот! Только такой олух, как ты, не мог этого понять!- ответил он, прижимаясь к воину. Тот еще сильнее обнял его. Конечно он знал ответ, но он ведь не настолько умен и гениален, как Алантиэль. - Похоже, ты был прав,- проговорил король, когда к нему подошел его верный маг.- И правда хватит прятать его от мира. Он очень привязался к Рейвену. - Разве Вы не на это рассчитывали?- спросил Иладар. - Похоже, что так. Думаю, они смогут сохранить секрет алхимика. - Не сомневайтесь… Они не могли поговорить. Стоило Айнэ увидеть Норона в коридоре, как тот сразу сворачивал, а если пытался заговорить, то его разворачивали в обратную сторону и ссылались на огромное количество работы. Раньше, когда еще мира не было, почему-то у помощника повара было больше времени, чтобы навестить обитателей катакомб. Теперь же у него не было времени ни на что, связанное с будущим великим писателем. Так продолжалось много дней, казавшихся бесконечными, и наконец, страдая от бессонницы и разбитого сердца, омега твердо решил, что нужно делать. - О, господин Айнэ!- проговорил старый повар, расплываясь в улыбке. Он ведь не виноват, что брат назначил его советником вместо Кантила. Он не хотел этого, просто король заметил, что лучшего кандидата, который бы не захотел захватить трон и волновался бы о простых горожанах, он не найдет. Вот и решил думать головой своего брата-бастарда. - Добрый день,- проговорил он, стоя в черном плаще поверх той самой одежды, в которой он пришел, в дорожных башмаках и едва не с сумкой наперевес.- Все трудитесь? - Так на благо короля и его советника!- ответил тот, еще шире расплываясь в улыбке. Норон лишь раз взглянул на эти любезничания и снова вернулся к работе, словно в готовке супа было что-то интересное. - Понимаю… Я хотел бы поговорить с Вашим помощником. - Да пожалуйста!- ответил Джоул.- Только он… А, юнец! Иди сюда! Когда советник велит! - Ну что Вы,- ответил Айнэ.- Не стоит так говорить. Все скоро изменится. - Да,- нехотя Норон все же подошел, избегая смотреть на стоящего перед ним человека. Тот смотрел на него с болью и мольбой. - Извини, что снова отвлекаю. Но не убегай, это наш последний разговор. - Последний…- проговорил задумчиво альфа, но потом на его лице отразилось осознание и даже страх.- Что это значит? - То и значит,- ответил тот.- Я ухожу из дворца. Я пришел попрощаться. - Уходишь? Попрощаться?! Но почему?!- сорвался Норон, хватая своего собеседника за плечи, словно он собирался раствориться в воздухе прямо в это мгновение. - Мне не имеет смысла здесь оставаться. Я думал, что хотя бы ты ждал меня… Но события последних дней доказывают обратное. - Я… Черт возьми, я ждал тебя! Так сильно ждал! В ответ Айнэ лишь грустно улыбнулся. И только теперь помощник повара понял, что довел друга до того, что он уже не верит никаким словам. Он был обижен на то, что он от него скрывали такую правду, которую он толком и не знал. Но теперь эти обиды не имели никакого смысла, ведь он снова может лишиться его. Своего Айнэ… - Пойдем со мной!- он схватил писателя за руку и повел его в свою комнату, располагающуюся недалеко от кухни. - Норон! Стой! Норон! Норон! Мне больно! Норон!- омега пытался вырваться, но давно пропустил тот момент, когда его верный друг стал сильнее его самого.- Норон! Помощник повара распахнул дверь, ведь днем ее не было смысла запирать, и бросил на кровать испуганного советника. Когда-то они с Рейвеном снова говорили об Айнэ. Конечно он был очень добрым мальчиком, но с чего бы ему помогать вражескому командиру. Да еще и альфе. Он банально ревновал. И когда они разговорились, то он понял, что у командира Рейвена не было ни одной мысли, чтобы присвоить себе его друга. И тогда он признался, что очень хотел встреться с Айнэ вновь. Чего бы это не стоило. И кое в чем еще признался. Тогда воин посоветовал лишь показать ему. - Лежи!- велел он. - Что? Пока все еще пораженный писатель пытался подняться на кровати, Норон полез в тумбочку и достал оттуда огромную стопку писем. Так и не отправленных писем. - Читай!- велел он, направляясь к двери. - Норон! - И не выходи, пока я не вернусь! - Но… Норон!- однако дверь уже закрылась, так что омеге не оставалось ничего, кроме как посмотреть на стопки писем и приняться за чтение. Молодой альфа быстро управился с работой, и когда, едва не на носочках подходя к собственной двери. За ней было очень тихо. Уж дождался ли его Айнэ, или сбежал, как только почитал последние послания? Когда дверь распахнулась, писатель успел прочитать все письма, и теперь перечитывал понравившиеся ему. Они были полны чувств, светлы, даже иногда казалось, словно Норон стоит рядом и говорит все эти вещи, о которых писал. Такие теплые и красивые письма… - Айнэ… - Что это значит?- спросил растеряно омега. - В письмах все сказано. - Ты… правда… - Я люблю тебя. С тех пор, как мы были маленькими. Но едва я понял, что это за чувство, ты исчез из моей жизни. И тогда я начал писать эти письма. Поначалу думал отправить, но… я не знал, куда. И ты ни разу не пытался связаться со мной! - Я не мог!- ответил Айнэ, все еще не веря в происходящее.- Я бастард! Прошлый король был моим отцом, но я родился у простого слуги. Он воспитывал меня, как слугу. Никто не должен был знать, чей я сын. И когда отец умер… Папа испугался, что меня обвинят в том, что я хочу занять престол, хотя я бастард и младше! Потому старый конюх и увез меня. Я не мог связаться с тобой, потому что мне сказали, что из-за меня ты можешь быть в опасности! - Но… - Извини меня! Я правда не мог! Но я очень-очень-очень скучал по тебе! И так хотел снова увидеться… Но ради твоей жизни… Ради твоей безопасности я должен был… забыть о тебе. Норон сел на кровать, где уже сидел его собеседник, и, когда тот умолк, лишь обнял его. Сильно-сильно, даже сильнее, чем в детстве. - Не вини себя. Если бы мне - ребенку сказали, что я не имею право с тобой общаться, потому что это опасно для тебя, я бы тоже испугался. Прости меня. Я вел себя ужасно. Я был обижен, испуган, чувствовал себя одиноким и брошенным. Я даже не думал, как тебе было сложно и страшно. Извини… - Норон… - Я злился из-за того, что ты скрывал это от меня… Я был виноват не меньше. - Ты прощаешь меня?- спросил неуверенно советник, тоже приобнимая своего друга. - Не ты должен просить прощения, а я. Когда я узнал правду о тебе, то сразу вспомнил, что я – помощник повара, прислуга, грязь под ногами знати, а ты… принц. - Я откажусь!- ответил тот.- Я откажусь от титула принца, от звания советника, от всего!- его прервали грубым, но тем не менее нежным поцелуем. - Ты можешь отказаться от этого, но того, что в тебе течет королевская кровь, не изменить. И я испугался… Когда мы снова смогли увидеться, я был так рад. Когда ты появился в моей жизни вновь, я поначалу решил, что ты сильно изменился. Но ты остался все тем же Айнэ, которого я знал и любил. И теперь, когда я снова могу видеть тебя, любоваться тобой… ты говоришь, что уходишь. - Я не могу больше так! Ты не хочешь видеть меня, потому я… Его снова прервали нежным поцелуем. - Останься,- прошептал альфа, снова обнимая своего возлюбленного.- Пожалуйста, останься. - Ты больше не злишься на меня? - Нет. Прости меня за это… Но… Ты королевский советник, а я…- теперь уже Норона прервали поцелуем. - Не думай об этом. Я ведь тоже… тебя люблю. Всегда любил… Больше они не могли говорить, оказавшись в жарких объятьях друг друга. Для них был теперь лишь один выход. Рейвен работал в поле, истекая потом, хотя был в одной легкой рубашке, когда земля внезапно содрогнулась, после чего из трубы стоящего недалеко дома вырвались черные клубы дыма. Он отбросил лопату, направляясь в дом. ‘’Просил ведь не проводить опыты в доме!’’- гневно думал он. В самом доме скопился этот ужасный черный дым, и пахло гарью и пылью. - Алантиэль! - Кха! - Алантиэль! Виновник вскоре попытался покинуть место преступления, когда ему дорогу перегородил сам владелец дома. На алхимике была простая светлая одежда, которая теперь, как и лицо и волосы, была испачкана грязью и сажей. - Ой… - Я же просил! Только не в доме! - На меня и так косятся!- ответил молодой человек.- И я не проводил опыты! Я пытался приготовить ужин! ‘’Боги, его кулинарные способности еще опасней. Нужно запретить ему вообще появляться на кухне.’’ - Не стоило. - Ты и так работаешь постоянно. Я думал, что могу хоть немного помочь… Когда омега начинает говорить подобным тоном, Рейвен мог простить ему абсолютно все. Этой способностью уже упомянутый мальчишка пользовался редко, но знал, как она действует на его любимого. - Хорошо, похоже, печь придется восстанавливать. - Извини… - Боги, крутишь мной как хочешь,- проговорил воин.- Пойди умойся, а то ты похож на трубочиста. - Очень смешно!- ответил Алантиэль. Сквозь почти развеявшийся дым мужчина попытался оценить масштаб катастрофы, и почти сразу пришел в выводу, что печь уже не спасти. Как и многое на кухне тоже. Награда от короля могла бы позволить все возместить, да еще со сторицей, но альфа хотел купить много красивых тканей для своего возлюбленного, пусть тот и говорит, что ему все равно, в чем ходить. - О Боги! Пожарище?- подбежал к заборчику, окружавшему дом, соседский старичок.- Помощь нужна? Рейвен пользовался уважением у жителей поселения. Они любили его, всегда старались помочь или просили его о помощи, и иногда угощали всякими диковинками, вкус которых оценивал лишь алхимик, проглатывая все, что попадается под руку. Ему очень понравились какие-то пушистые круглые розоватые фрукты и еще виноград. - Нет, спасибо. Пока не нужна. Когда-то его даже пытались избрать городским старостой, но он, ссылаясь на опасную службу, отказался. - Это все этот разрушитель. Как явился, так вечно беда. - Не говорите так. Алантиэль тоже хочет помогать. - Да с такой помощью еще помощь понадобиться,- проговорил дедушка, скрываясь в своем доме.- Ты зови, если что. - Не виноват я!- ответил алхимик оскорблено.- Оно само! - Я понял. - А тебя очень любят,- сощурился тот.- Небось и омеги проходу не дают. - К чему это ты? Разве я не сказал, что ты мой единственный. А если ты не веришь мне, то давай обменяемся клятвами перед богами. - Нет!- отрезал тот. - Опять? - Клятвы легко нарушаются! Лучше не тешить себя надеждами. - Разве я когда-то тебя предавал? Или обманывал? - И все же! К тому же, обмен клятвами подразумевает детей, а у наших детей не может быть уровень интеллекта выше, чем у отца! Рейвен спокойно пропустил это оскорбление мимо ушей. Они давно уже говорили об этом. Но алхимик был против свадьбы и детей, что совершенно не свойственно омегам. Хотелось верить, что со временем это изменится. Да, многие пытались овладеть сердцем бывалого вояки, но ведь не овладели же. К сожалению, он уже отдал свое сердце одному из самых эгоистичных, себялюбивых, но таких милых омег. К тому же, Алантиэль любил его не меньше, чем сам мужчина любил своего омегу. - Пойду хоть воды принесу… - Не стоит. Я сам мог бы… Алхимик одарил его таким взглядом, что альфа даже осекся. Ладно уж, пусть поможет, ведь он все равно не любит много работать и напрягаться. - Только осторожно! И снова тот самый взгляд. Пока Рейвен смотрел на удаляющуюся спину, к калитке уже подъехал неизвестный всадник. Его воин видел впервые, да и герб на седле был чужой. Всадник спешился, не сводя глаз с хозяина дома, и подошел поближе. - Вы Рейвен? - Ну да. Странно, к чему это? Если бы за ним послал король Миллим, это было бы понятно, но… Это точно не посланник Его Величества. - Вам послание. От королевского советника!- ответил громко посланец, протягивая письмо, скрепленное королевской печатью. Опасно! - От господина Айнэ? - Именно,- кивнул тот. ‘’Неужели что-то случилось?!’’- подумал растеряно командир, глядя на письмо. Если посланец так торопился, то точно произошло что-то ужасное! - Благодарю,- ответил он, ломая печать и доставая небольшое письмецо. Поначалу его лицо было мрачным и растерянным, но потом он расплылся в довольной улыбке. Вдали упало ведро, и когда Рейвен посмотрел туда, то увидел разгневанного, но больше испуганного Алантиэля. Тот всегда так реагировал на посланцев, которые приходили к мужчине, и боялся, что однажды тот соберется и, снова оказываясь на поле битвы, покинет его… Навсегда… Но пока его не звали, а королевская гвардия всегда готова была первой выступить на защиту своей страны. - Рейвен… - Все хорошо, Алантиэль. Это доброе письмо,- проговорил он. - И от которого из твоих полюбовников? - У меня нет полюбовников, и ты это знаешь,- ответил альфа, махая открытым письмом.- Подойди и прочти. - Еще чего не хватало! Читать письма от твоих любовников! Еще когда они только начали жить вместе, командир понял, что его любимый очень ревнивый. Но больше не от того, что Рейвен такой герой и желанный альфа, а потому, что сам был в себе не уверен. Пусть он и был горд своей гениальностью, но прекрасно знал, что отношения у них не всегда были хорошими. Было время, когда они едва не убили друг друга. Пусть и жалели теперь об этом. - Может, все же почитаешь. Это от двоих. Зелено-золотые глаза сверкнули такой жесткостью, что когда он подошел поближе, то воин невольно подумал, что сейчас его самого разорвут на части, не то что письмо. - Тихо-тихо!- велел он, обнимая и целуя теперь уже его личное сокровище. Пока он не до конца верил признаниям мужчины, но ему еще предстояло узнать, что если он давал слово – то никогда его не нарушит. И если он сказал, что Алантиэль для него единственный, то это именно так и есть. - Пусти, тыквоголовый! - Ну погоди, Алантиэль! - Пусти, тебе говорят! Вместо этого он лишь протянул письмо, а когда взгляд пойманного упал на имя, то его тут же начало бросать из стороны в сторону в желании вырваться. - Пусти! - Почитай! Омеге ничего не оставалось, а когда он увидел, о чем именно гласило это письмо, то тоже не смог сдержать улыбки. На таком празднике он еще не был, хоть и не любил скопления людей. Но оставаться одному в доме, где нет Рейвена – еще хуже. К тому же, они очень помогли ему в спасении, иначе один из них, а то и оба, были бы уже мертвы. ‘’Добродетельные сэр Рейвен и сэр Алантиэль. Спешим сообщить вам приятное известие. В двух славных и знатных семействах будет освящен Союз детей. Он состоится в древнем замке пополудни, пятнадцатого дня дождливого первого месяца осени. Благородный альфа Норон и юный советник короля Айнэ ждут вас на вечерний пир и рыцарский турнир, который состоится в королевском дворце. Одарите это событие своим вниманием, пропуском для гостей пусть будет белая или красная роза. С благодарностью, счастливые Норон и Айнэ.’’ Таковым было послание, которое принес гонец с чужим гербом на седле. - Похоже, у нас нет выбора,- проговорил алхимик. - Сообщите господину Айнэ, что мы непременно прибудем на сие радостное событие,- проговорил посланнику Рейвен. Когда-то кто-то говорил, что счастье яд. Что ж, тогда это очень сладкий и прекрасный яд, который хотелось бы попробовать каждому. Лезвие любви оказалось нежным и совершено не пугающим, особенно сейчас, когда сердце пташкой трепещет в груди уже от того, что он может касаться и целовать своего любимого. - Я люблю тебя, Алантиэль. И всегда буду любить лишь тебя. И, черт с тобой, так и быть, я построю тебе небольшой дом, чтобы ты проводил там свои опыты. - Ура!- ответил радостно тот, теперь уже сам бросаясь в теплые сильные объятья. Теперь-то уж Рейвен точно знал, как его порадовать без ужасных последствий для себя. Солнце, неприкрытое облаками или тучами, радостно заливало своим светом все вокруг, давая понять, что пока для появления теней время еще не пришло.