и жили они долго и счастливо

Чимин стучится Юнги в каток: спрашивает, в общаге он или в универе. Отправив сообщение, он слабо улыбается и представляет задумчивого Юнги, склоняющегося над партой или сидящего перед экраном компьютера. - Ну я после работы могу купить, если тебе совсем лень, - говорит Сокджин, не отрывая взгляда от экрана ноутбука. - Это долго, - Чимин ноет. - Ну уж как есть, - хмыкает Сокджин. От Юнги долго нет ответа, и Чимин почти готов согласиться на предложение Сокджина, но спустя полчаса телефон наконец отзывается вибрацией и в каток приходит короткое "в универе". Ни смайликов, ни пунктуации и заглавных букв - очень в стиле Юнги. К такому можно привыкнуть и по подобному можно даже соскучиться (что Чимин и делает, из раза в раз выискивая новые поводы написать Юнги). "Ты будешь заходить в магазин по дороге домой?" Чуть ли не уткнувшись носом в сенсорный экран телефона, Чимин скалит губы в широкой улыбке и начинает стучать ногами по кровати, на что Сокджин реагирует мгновенно: - Чимин, ёшкин кот! Прекращай, - всё так же не глядя куда-либо помимо монитора. Задрот хренов, недовольно думает Чимин, но оставляет бедную кровать в покое, укладывая ноги вместе. Телефон вибрирует - на экране безэмоциональное "да". За считанные секунды Чимин набирает ответ: "Можешь купить мне кофе, пожалуйста? Который в пакетиках, три в одном". - Ну что там? - Сокджин уже одевается, когда спрашивает Чимина. Тот почти не реагирует, пиля взглядом телефон в ожидании нового сообщения. Быстро пришедшее "куплю" заставляет его почти завизжать и подпрыгнуть на кровати, насколько это возможно лёжа. Он сможет увидеться с Юнги! - Мне не нужны твои подачки! - гордо сообщает Чимин, смотря на Сокджина. - Юнги-хён купит мне. - Как скажешь, - Сокджин поднимает руки, стоя в одетых наполовину джинсах, и Чимин громко кричит о том, что кому-то нужно срочно прикрыть свои непотребства, пока пресловутый кто-то не может влезть во вторую штанину из-за смеха. Провожая Сокджина взглядом, Чимин не может перестать представлять Юнги, медленно идущего домой и выбирающего ему кофе в магазине; представлять то, как Юнги поправляет свою куртку; его взгляд, выжигающий внутри Чимина все органы. От любого Юнги - серьёзного, сонного, ленивого, раздражённого, господи, какого угодно - сердце Чимина готово сжаться в один огромный узел. Юнги пишет спустя полчаса "сейчас зайду", и Чимин влетает в ванную, придирчиво оглядывая себя в зеркале, поправляет волосы, майку, приходит к выводу, что выглядит отвратительно, и смирно останавливается возле входной двери, прислушиваясь ко звукам в общем коридоре. Через две минуты он слышит, как внешняя дверь открывается, а затем раздаются тяжёлые, немного шаркающие шаги. Он открывает дверь сразу после второго стука. - Привет, - дебильно улыбаясь, говорит он. - Привет, - проходя внутрь, Юнги еле заметно улыбается в ответ. - Как дела? - Хорошо, а у тебя? - Неплохо. Юнги останавливается рядом, и Чимин не перестаёт пялиться, совсем позабыв про свой кофе. - Сейчас, - запуская руку в рюкзак, говорит Юнги. Немного покопавшись, он вытаскивает несколько пакетиков кофе и шоколадку. Чимин, радостно хлопнув в ладоши, тянет руки к кофе, забирая его из тонких пальцев старшего, но Юнги, перехватив его руку, отдаёт ему и шоколадку. - Это тоже твоё, - улыбаясь, говорит он. Чимин смаргивает несколько раз. - Я не... - Я знаю, - Юнги тянется к нему, чтобы обнять, и Чимин послушно распахивает руки. - Спасибо, - широко улыбаясь и цепляясь пальцами за прохладную куртку Юнги, говорит Чимин. - Не за что. Заглянешь к нам сегодня? Мы сегодня на паре классную штуку делали, хочу показать. - Ладно, - возвращаясь к изначальной тупой улыбке, говорит Чимин. Он провожает Юнги, не закрывая дверь, пока старший не скроется в своей комнате, и всерьёз задумывается о том, чтобы поместить эту шоколадку в сейф.