и жили они долго и счастливо

- Ты точно уверен? - Да, - без тени сомнения отвечает Чимин, крепко обнимая обеими руками шею Юнги и внимательно смотря в его глаза. Распрощавшись с последними каплями адекватности, Юнги, не разрывая взгляда, кладёт ладони на маленькие коленки и раздвигает ноги Чимина, устраиваясь между ними. Младший тихо выдыхает ему в губы и зарывается пальцами в волосы, слабо оттягивая их и массажируя фалангами кожу. Уткнувшись носом в покрасневшую щёку, Юнги скользит ладонями под свободные шорты, встречаясь с разгорячённой кожей на мягких бёдрах, и слышит, как Чимин приглушённо стонет в его шею, быстро прикрывая рот рукой. - Не надо, - неожиданно хриплым голосом просит Юнги, перехватывая его руку своей и отводя её в сторону. Внутренние уголки бровей Чимина заламываются вверх, и он тянется за поцелуем, слегка приподнимаясь. Юнги мягко ведёт языком по влажным губам, раскрывая их, и осторожно вжимает Чимина в кровать, заставляя его выгнуться в спине и громко выдохнуть в поцелуй. Оторвавшись от желанных губ, Юнги ведёт дорожку поцелуев к маленькому ушку и скользит ладонью под шорты дальше, пока не понимает, что... У Чимина дрожат ноги. У дурацкого Пак Чимина дрожат ноги, и он весь смущается и краснеет, и вот таким его видит только Юнги и никто больше - и это так охренительно, что Юнги несколько секунд просто не может дышать, только прижимает ладони к дрожащим бёдрам и прислушивается к громкому гулу своего сердца. - Я люблю тебя, - тихо говорит он и аккуратно целует за ушком, вдыхая запах чиминовых волос. Горячие пальцы сжимаются на его напряжённых плечах, впиваясь короткими ноготками в кожу. Чимин прижимается как можно сильнее, обхватывая дрожащими ногами его поясницу, тихо шепчет: - Я тоже люблю тебя, - и нежно целует его в скулу. Юнги опять теряет дыхание.