Вопрос времени

Шестая чашка кофе гоняла по организму кровь, желчь и газы, напоминая про время ланча. Гарри цедил ее безо всякого удовольствия, чувствуя, как скопленный в пустом пищетракте воздух периодически упирается в сфинктер. Рон про такое , как правило, говорил: "Чует моя задница..." - Еще раз, - потребовал герой жестко. - В каком смысле Норберта хочет Чарли? Съесть? - Да в прямом же, - терпеливо повторил Драко, не удостоив покрасневшего драконолога даже взглядом. - Она его путает со своим самцом. - Потому что...?! - Гарри выразительно посмотрел на Гермиону, сосредоточенно листавшую книгу «Люди, которые любят драконов» в поисках необходимой цитаты. - Когда-то волшебники, объезжавшие драконов, совокуплялись с ними, чтобы закрепить доминирование, - резюмировала она от себя, не найдя нужного фрагмента. Чарли побледнел, а у Драко дернулась щека. - Вступали в тотемные отношения, - поправил он, брезгливо поджав губы. - Тотемные отношения, - Гермиона пренебрежительно фыркнула, - это когда животному поклоняются, а не... - Тогда стесняюсь спросить, что у вас с Уизли, - фыркнул Драко. - Вообще-то для отношений нужно больше одного участника, а действия в одностороннем порядке - это другое. - О, нисколько не сомневаюсь, что ты знаешь, о чем говоришь, - фыркнула Гермиона, тряхнув пышной гривой непослушных волос, и так посмотрела на аристократа, что тот покраснел. - О твоем деспотизме, Грейнджер, - выдавил он с явным трудом,- но каждый судит в меру своей распущенности. - Так что, Малфой, ты, оказывается, мутант? - сменил тему Рон.- Люди Икс и все такое? Несмотря на то, что Драко, воспитанный в семье истинных волшебников, понятия не имел, о чем речь, догадаться, что его оскорбляют, было несложно. - Рон, уйди, - попросил Гарри сдавленно. В голосе героя была слышна мука человека, отчаявшегося защитить самое дорогое. - Не больше всех прочих магов,- Драко старался, чтобы его голос звучал как можно нейтральнее. - Хотя, кого я обманываю, - жестко перебил он сам себя. - Моя кровь чище средней статистики. Конечно же, я склонен "дракониться" больше других. Он посмотрел на Рона и улыбнулся ослепительно опасной улыбкой, от которой у Гарри защекотало в животе. - Интересно, что бы сказал об этом департамент по надзору за магическими существами? - не унималась Гермиона. - А отдел регулирования магических популяций и контроля над ними? Какое подразделение занимается такими, как ты, а, Малфой? Зверей или существ? Драко открыл и закрыл рот, и Гарри почувствовал, как его захлестнула волна внезапной беспричинной агрессии и мучительного беспокойства. - Помнится, ты пренебрегаешь эльфами как низшими существами?! А на каком основании? Гермиона недобро прищурилась, а Гарри приготовился обрушить на нее весь свой гнев, когда Малфой холодно улыбнулся, как будто лезвие пропороло это выражение на его гладком, как шелк, лице. - Ну не нравятся они мне, - сказал он обманчиво скучающим голосом, в котором была слышна плохо замаскированная угроза. - И ты, грязнокровка, тоже мне очень не нравишься. - Как и ты мне, Малфой, - сказала Гермиона, внезапно успокоившись, и не отрывая цепкого взгляда от малфоевского лица. Драко тоже смотрел на нее. Насмешливо. Гарри почувствовал укол ревности и взъерошил волосы на затылке. - Если с обменом любезностями у вас все, - подытожил он, - хотелось бы больше узнать о том, каким боком мы с Малфоем причастны к этой "драконьей истории" Чарли? - Драконья магия до конца не изучена, - подал голос виновник всеобщих неудобств. - Напоминаю, что в жилах Малфоя предположительно течет драконья кровь,- одновременно с ним заговорила Гермиона. - И мы "сплавились", - напомнил Гарри, как будто пробуя слово на вкус. - Когда один и больше волшебников противостоят огненному дыханию дракона, они "оплавляются", если выживают, - пояснил Чарли. - Возникают различные девиации, - подхватила Гермиона. - Если предположить, что Малфой хотя бы немного дракон, а ты смог уцелеть, например, благодаря остаткам защитной магии твоей матери, - Гарри дернулся, в последнее время он неохотно вспоминал о родителях, - или по какой-то другой менее очевидной причине, - политкорректно поправилась Гермиона, - тогда, возможно, вы создали общее защитное поле, последствия которого сказываются до сих пор. Так, если Норберта каким-то образом отождествляет себя с Малфоем как с сородичем, а он сонастроился с тобой, понятно, почему вы транслируете драконью похоть друг на друга и на всех присутствующих. Следовало отдать должное Гермионе: она не запнулась и не покраснела, произнося слово "похоть". Несмотря на это, Гарри вдруг почувствовал себя глубоко оскорбленным и с тревогой взглянул на Малфоя, чье застывшее лицо в этот момент напоминало посмертную маску. - Версия с проклятием мне больше нравилась, - счел своим долгом проинформировать герой. - Да, но ничего подобного мы не нашли! - Гермиона обвела выразительным взглядом стопки книг, поверх которых они смотрели друг на друга, некоторые из которых выглядели даже старше, чем "книга для "легкого" чтения". - Мне... - Драко закашлялся. - Я должен идти, продолжайте без меня. - Спасибо, что разрешил, - поддразнил Рон, глядя в след покинувшему "стол переговоров" аристократу. - Значит, ищите дальше, - рявкнул Гарри отчего-то шепотом, словно боясь, что и без того быстро удаляющийся Малфой пустится в бег, если заорать, как хотелось бы. Гермиона с тоской окинула взглядом библиотечные стеллажи, Рон, перехватив ее просящий о помощи взгляд, сделал вид, что поглощен изучением носков своих ботинок, а Чарли уронил голову на сложенные поверх раскрытой книги руки, отгораживаясь от жестокой реальности. *** Герой нагнал аристократа у самого выхода из библиотеки и, не долго думая, увлек за последний в ряду стеллаж. - Какого дементора? - спросил Драко даже не зло, для проформы. Гарри пропустил ту часть, где рассказывает, как проснулся утром в больничном крыле от слез, капающих на грудь, и как притворялся спящим даже тогда, когда кожу возле ключицы обожгло уже не соленым холодом, а горячим и влажным, по-щенячьи трогательным и слюнявым поцелуем. Герой нисколько не сомневался, что аристократ спишет свою эмоциональную несдержанность на драконью магию и заблаговременно злился на его невинную ложь и свою невыгодную позицию. А вот то, что Драко рискнет аппарировать к себе в комнату, прекрасно видя, что Гарри вот-вот дернет его к себе, было в высшей степени безрассудно и неожиданно. - Уходи,- потребовал Драко, когда первый шок улетучился, и Гарри проморгался, обнаружив себя в незнакомом помещении, а собеседника - с комфортом расположившимся у окна. - Проклятье, - начал, было, герой веско, но аристократ перебил его: - Не проклятье, а спасение. Серые глаза встретились с зелеными - и в тех, и в других плескалась своя мольба. - Будем, как раньше, - прошептал Драко так страшно, как будто сам боялся этого. - Ненавидеть друг друга?! - Гарри нахмурился. - Вот уж дудки! - На нас все смотрят! - Ну и что? - Про нас судачат! - Ну и...? - Это наш шанс... - Что?! Выйти сухими из воды?! - герой вдруг почувствовал, что не просто завелся, шепчущий Малфой со стекленеющими от ужаса глазами спровоцировал вполне закономерную для хищника реакцию, когда культурный пласт с издержками цивилизации слетает ко всем дементорам, оставляя первобытное... - Не хочу! Кажется, Гермиона говорила что-то о равнодушии бессознательного к отрицательным частицам? Гарри не помнил, что. - Свидание, - попытался он ухватиться за последний флажок на границе с влекущим в бездну безумием. - Откладывается, - отрезал Малфой категорично.- До Мерлинового воскрешения. - Я слишком долго ходил кругами, - признал Гарри. - Слушай, я понимаю, что ты привык, но, может, нам попробовать другой формат общения? - Ах, так у нас с тобой общение, - Драко фыркнул. - То ты сектумсемпрой в меня зарядишь, то я тебя обездвижу и в поезде брошу. Презрительно поджатые губы могли бы обмануть Гарри еще недельку-другую назад. - Так ты хотел, чтобы я дарил тебе цветы и конфеты?! - поинтересовался он вкрадчиво, расплываясь в ехидной улыбке. - Брось, мы же парни. Когда трахаемся, только искры должны лететь. - Мы не трахаемся, - Драко шумно вздохнул.- В том-то все и дело. Уголки его губ поехали вниз, и вот это уже Гарри совершенно не понравилось. Он подошел к своему незабвенному и ежечасному кошмару, положил руки на плечи и встряхнул, заставляя запрокинуть голову. Драко хмуро посмотрел на него своими предгрозовыми глазами. - Это легко исправить, - напомнил Гарри.- Скажи, чего ты хочешь, и я все сделаю. - Все-все? - Драко склонил голову к плечу, отчего его ключица в вороте тонкой сорочки выглядела еще более беззащитно. Гарри сглотнул и решительно кивнул. Так сосредоточенно, как будто в воду нырять собрался. - Убейся об стену, - не меняя позы, попросил Драко очень нежно и ласково. Герой просто схватил его за щиколотки и рванул. Аристократ проехался спиною по батарее, приложился затылком о подоконник, на котором только что сидел, и скользнул задницей по полированному мастикой полу, больно ударяясь копчиком, заорал, попробовал затормозить локтями, но лишь ободрал их и заорал еще громче. Гарри дотащил свою сопротивляющуюся ношу до толстого берберского ковра и едва не получил коленом в пах, когда склонился над ней в попытке оценить причиненный ущерб. - Пусти, - прошипел Малфой, когда Поттер блокировал удар и отвел колено в сторону. - Я никому не скажу, что ты - импотент, честное слизеринское. Гарри не стал размениваться на оскорбления, встал на колени, зафиксировал пойманную конечность одной рукой. Вторую ногу извивающегося и уворачивающегося Малфоя он, не долго думая, забросил себе на плечо, отчего получил пяткой в область почек, как только попытался приблизиться. Пришлось прогнуться и податься вперед, подложив под правое колено малфоевскую голень. - Не спеши, радость моя, - нависая над Малфоем на согнутых руках, Гарри победоносно улыбнулся, зажав его свободное колено между своей грудью и малфоевской. В этот момент Драко выпрямил ногу и вновь саданул пяткой по геройской спине. Гарри почувствовал, как воздух выбивает из легких, в глазах потемнело, но он лишь плотнее прижался к брыкающемуся Малфою. На сей раз болезненный удар пришелся аккурат под лопатку, и по лицу аристократа как будто пробежала тень беспокойства, когда Поттер поморщился. - Не поддавайся, - хмыкнул герой и лизнул Драко в висок. Этот обманный маневр позволил ему, не будучи битым, расстегнуть ширинку на узких малфоевских брюках и оценить на ощупь масштабы возмущения аристократа по этому поводу. В первое мгновение манера Драко носить одежду на голое тело озадачила Гарри, и этого мгновения хватило для того, чтобы подмятый под героя аристократ смог подтянуться, сгруппироваться и опрокинуть обидчика: только что Гарри чувствовал нежную кожу его мошонки под пальцами и раздумывал над тем, стоит ли лизнуть яички, - и вот, он уже лежит на спине, а легкие от ушиба, кажется, выжигает огнем. - Не двигайся, - строго приказал Драко, оседлав распластавшегося на полу героя. Его руки пробежались по арфе ребер, без заигрываний, с точностью врачебных манипуляций, надавили, отпустили, постучали и смяли. Гарри почувствовал, как обожгло сосок, и понял, что напоследок Драко его ущипнул. Тревога постепенно уходила из серых глаз, уступая место желанию. - Давай уже просто покончим с этим, - аристократ сосредоточенно кивнул и вздохнул с облегчением, когда Гарри приподнялся на локтях, чтобы лизнуть его нижнюю губу. Тонкие пальцы ловко расправились с застежкой ремня, рванули петли, и несколько кнопок заскакали по полу, выдранные с мясом. Гарри не огорчился, хотя и лишился любимых джинсов. На сожаление попросту не было времени. Даже чтобы приспустить брюки, Драко все равно пришлось бы привстать, и Гарри собирался воспользоваться этой минутой слабости для перемены мест. Однако аристократ просто сдвинулся ниже, лег герою на живот, потерся гладко выбритой щекою об убегающую в трусы дорожку темных волос, влажно дунул в пупок, ужалил горячим языком куда-то около, вырвал стон, успокаивающе погладил Гарри сразу по обоим бокам и, подцепив ловкими пальцами за края, одним рывком стащил джинсы вместе с трусами до середины бедра. Выпростанный в результате этих манипуляций член едва не шлепнул Драко по губам. Аристократ, для равновесия по-прежнему упиравшийся щекой в геройский живот, не растерялся, лизнул возбужденный орган по всей длине, вновь уткнулся герою в живот, выдавливая оттуда остатки воздуха, скорее тараня, чем упираясь макушкой, приподнялся и сдернул свои собственные брюки почти до колен. Гарри не возражал. Во-первых, Малфой проявил чудеса гибкости и смекалки, и имел право насладиться их плодами, пускай и недолго. Во-вторых, у героя перед глазами от нехватки кислорода загорались звезды, и это было красиво. Он начал лучше понимать волшебников, имеющих склонность к постельным играм с удушением. Таким образом, Драко нашел довольно нетривиальный способ блокировки, позволяющий не только обездвижить любовника, но и доставить ему невероятное наслаждение. Гарри был восхищен. Ему нравилось чувствовать тяжесть головы Драко своим напряженным прессом, светлые волосы щекотали и покалывали кожу. Тело немело от неудобства, и когда втягивать живот дальше стало некуда, Гарри почувствовал это так, как будто Драко погрузился в него, как будто герой мог доверить этому несносному средоточию капризов свои внутренности, что по сути и происходило. Скосив взгляд, Гарри наслаждался неловкостью, с которой вечно грациозный Малфой выпутывался из своих слишком узких шмоток. Его трепыхания делали происходящее чем-то настоящим, отличным от эротических грез. Гарри поморщился, глядя, как, облизнув два пальца, Драко наспех стал готовиться к неизбежному. Это был момент, которого они оба ждали, и к которому шли давно. Драко действовал без стеснения, растеряв внезапно всю свою манерность и плавность. Отчаянная резкость его движений отзывалась в Гарри сумасшедшим приливом адреналина. Беззащитное горло, судорожно дернувшийся кадык - Гарри смотрел, как Драко двигается, как запрокидывает голову, как по его телу прокатывается дрожь желания, и героя самого будто подбрасывало навстречу этому нетерпению. - Не дергайся, - охрипший голос аристократа не был требовательным или просительным, он как будто оглашал обязательное условие игры. Гарри чувствовал, как темнеет в глазах, слушал бешено стучавшую в ушах кровь и ждал. Все должно было быть иначе, но он собрал свою волю в кулак, чтобы не вспугнуть Малфоя, который не успокоится, пока не сделает все по-своему. И тот успокоился, болезненно поморщился, в последний раз засадив в себя разведенные пальцы. Судя по всему, процесс подготовки не доставлял ему никакого удовольствия, как и должно было быть, по мнению героя: после того, как они прикоснулись друг к другу всем прочим прикосновениям следовало потерять всякий смысл. Гарри хотелось верить, что Драко чувствует то же самое. - Сейчас-сейчас, - герой не знал, кому адресованы эти слова. Возможно, Драко говорил сам с собой, но это уже не имело ни малейшего значения, потому что в следующий момент он взялся за вставший геройский член, приподнялся и стал надеваться на него с большим трудом, несмотря на всю свою подготовительную работу. Гарри был наслышан о своих внушительных размерах от Джинни и имел представление о том, как сделать секс приятным при таком достоинстве. Два пальца в свете этих знаний выглядели так же смешно, как и в контексте пресловутой поговорки о простоте мочеиспускания. Несмотря на это, герой предоставил аристократу полную свободу самовыражения. И хотя процесс проникновения был болезненным для обоих, Гарри ничего не делал до тех пор, пока Драко не наделся на него полностью, чудом не сломав при этом член. Не дав себе времени привыкнуть к немаленькой штуковине внутри, аристократ стал двигаться в поисках ритма. Гарри не помогал ему, просто лежал и наслаждался ощущением восхитительной тесноты, молясь о своей сохранности. Наконец, Драко удалось добиться желаемого, он уперся рукою Гарри в живот в поисках опоры, и тут герой двинул бедрами, сводя на "нет" все достижения. Так повторилось несколько раз, прежде чем Драко взвыл от отчаяния. Он пытался фиксировать бедра Гарри, двигался ему навстречу и подстраивался под изменившийся темп, но тщетно. Герой ждал, что на него обрушатся кулаки, но вместо этого у Драко из глаз брызнули злые слезы. Гарри приподнялся на локтях, испугавшись за моральное здоровье партнера, а затем и вовсе сел, согнув ноги в коленях, так что плачущий любовник откинулся спиною на его чуть разведенные бедра. - Ты ведь знаешь, что так не пойдет? - спросил герой обеспокоенно, отнимая мокрые руки Малфоя от перекошенного в бешенстве лица. - Поттер! Ненавижу, - прошипел Драко с чувством.- Всю душу ты мне вытрепал. Гарри недоверчиво приподнял бровь в немом вопросе. - Я не позволю себя унижать! - заявил Драко с вызовом. - Где же здесь унижение? - как можно спокойнее осведомился Гарри, но голос все равно предательски дрогнул, когда он коснулся губами мокрого виска и лизнул за ухом, у линии светлых волос. - Это ты на мне сидишь, и это я хочу тебя, - прошептал, посылая по телу аристократа мурашки и чувственную вибрацию. - А ты? Драко качнулся вместе с чужими бедрами и застонал в голос. - Ты же знаешь, - вцепился в смуглые плечи. - Ни черта я не знаю, - Гарри снова качнул бедрами, посылая дрожь по телу любовника. - Да я лучше удавлюсь, чем скажу такое, - Драко решительно потянулся к своему готовому взорваться члену. Гарри накрыл его руку своей и заработал бедрами, опираясь на стопы и локоть второй руки. Драко всхлипнул, подался вперед, затем назад, пока Гарри вилял задницей в поисках равновесия. Желудок аристократа, сладко замерев от ужаса, ухнул куда-то вниз, услужливая память подкинула пару счастливых детских воспоминаний о поездке верхом на пони, и прежде чем аристократ смог смутиться или испугаться за свой рассудок, тугая спираль в животе вдруг разжалась и выплеснулась наружу, принося мгновенное облегчение. Как в первый его полет на метле, Драко подбросило вверх, уронило и размазало по вертикали сплошным пятном чистейшего восторга. Вынырнув из череды приятных ассоциаций, он обнаружил себя все еще скрученным предоргазменной судорогой, проходившей постепенно вместе с толчками, заляпавшими живот и даже губы Поттера белыми брызгами. Глядя, как герой довольно облизывается, будто кот, дорвавшийся до сливок, Драко охнул и уткнулся лбом в его плечо. - Я хочу тебя, - прошептал благодарно, вылизывая впадинку возле ключицы, - очень хочу, всегда хотел. Гарри не заставил его повторять, решительно снял со своего все еще вздыбленного члена и дотащил абсолютно невменяемого, постанывающего и похныкивающего Драко до кровати, где ему, по мнению Гарри, было самое место. Пришлось несколько раз хлопнуть разомлевшего аристократа по ягодицам, чтобы заставить принять удобную обоим позицию. Даже если бы Гарри не боялся порвать свое нечаянное счастье, он все равно захотел бы посмотреть на Драко в коленно-локтевой, до того эта мысль заводила. А когда аристократ стал бесстрашно ему подмахивать, и вовсе слетел с катушек. Чтобы довести героя до предела, хватило нескольких толчков, когда Драко сам подавался навстречу чужому члену. - Всё-таки ты - сучка, - удовлетворенно проурчал Поттер, толчками выплёскиваясь на розовые ягодицы. – Хорошенькая и блондинистая, как по канону. - Ну а ты – животное, тупое и похотливое, - Малфой спихнул с себя довольного любовника и завернулся в покрывало. Сил на обиды просто не было, да и портить кайф разговором едва ли стоило. - Ага, - счастливо согласилось «животное», боднув вертикальную морщинку у малфоевской переносицы. - Мы с тобой отличная пара, как ни крути! В воцарившейся вдруг тишине раздался оглушительный треск очага. Метнув в него раздраженный взгляд, Поттер упустил момент, когда Малфой улыбнулся, хмыкнул и перестал пыхтеть, как недовольный ёж.