Поступательное движение

- Мичиру, зачем мы пришли сюда? – Харука с нехорошим предчувствием окунула пальцы правой ноги в воду. Но та оказалась на удивление теплой. Запах воды напоминал атаку Нептун, но был более пресным. Странно, Харуке казалось, что вода в бассейне должна была отдавать хлоркой. Хотя, когда она думала куда пойти учиться плавать, этот спортивный центр ещё только строился. - Я знакомлю тебя со своей стихией. - ответ раздался сверху. Скрипачка стояла на полутораметровом трамплине, готовясь к прыжку и разглядывая сидящую на бортике прямо под ней подругу. - Ну же, окунись. - Нет уж, лучше ты сама, мокнуть не охота. Может, пойдём отсюда? Здесь сыро и никакого движения воздуха. - А как тебе такое? Харука успела почувствовать как падающее тело рассекает воздух перед её лицом прежде, чем её с ног до головы окатило водой. Сдвинувшаяся было на мгновенном ветру чёлка безвозвратно прилипла ко лбу. - Ты что творишь?!! – пострадавшая от мокрой атаки вскочила и с трудом смогла удержать равновесие, так как оказалась центром огромной лужи. Купальник намок, противно приклеившись к спине и бесстыже очертив выступающие части тела девушки. Немедленно откуда-то появились мурашки и радостно разбежались по коже. Харука снова села, постаравшись выбрать место посуше и обхватила себя руками. - Ну теперь-то ты окунешься? – Мичиру вынырнула рядом с гонщицей, и, как ни в чём не бывало, улыбнулась. - Это мой дом, и я тебе в нём рада. - Бассейн? Ничего себе, квартирка, – Харука поджала ноги, боясь, что подруга просто стянет её вниз, но, поняв, во-первых, что поступает невежливо, и, во-вторых, чего ей терять, и так мокрая, как окунь, решила согласиться. - Вода, глупая. Мичиру смотрела, как Харука аккуратно спускается по лесенке, придерживаясь за борта. - Слушай, ветер, ты хоть плавать умеешь? - Обижаешь... - Девушка оттолкнулась ногами от бортика и неторопливо начала загребать воду, толкая сильное тело вперед. Мичиру пристроилась рядом. - Одно время мне очень нравился тренер по плаванию. Мне было всё равно где заниматься, хотя игры на воздухе привлекали больше, но он был очень красивый. Всегда выделял меня из всех учениц в группе, хвалил. Ну я и размечталась, старалась ради него. - И что? – спросила Мичиру когда Харука вновь перешла с баттерфляя на кроль. - Да ничего. Женат он оказался. Да это ладно, что надо девчонке в тринадцать лет? Признания её исключительности, не более. А он, как выяснилось, предпочитает женщин с пышными бедрами и бюстом, с хрупкими плечами и талией. Из этого перечня у меня только талия. Харука перевернулась на спину. - Ну, я и ушла, не закончив курсов. - Но плавать научилась? - А чему тут учиться? Греби руками, рули ногами. Победа даётся не этим. Она как звезда в сердце. Я побеждала более сильных, просто потому, что она у меня есть, а у них не было. - Не хочешь посоревноваться со мной? - Не люблю проигрывать, заранее об этом зная. Твоя морская звезда безумно яркая. Но тебе не убежать от меня на суше. Девушки зависли в центре бассейна, слегка шевеля ногами. Сейчас они были одинакового роста. Мичиру дотронулась до руки Харуки. - А, может, я и не хочу убегать... Никогда и ни с кем мне не было так хорошо, как с тобой. - Мне тоже..., - гонщица неожиданно нырнула, и Мичиру растерянно оглянулась. Вдруг сильные руки подхватили её и вытолкнули из воды. Девушка ощутила себя зависшей в воздухе, но в этот момент поддержка исчезла, и она рухнула спиной обратно в воду ещё быстрее, чем вылетела из неё. Взметнулся фонтан брызг. - Глубокое погружение! - услышала она голос подруги, когда, отфыркиваясь, снова вынырнула на поверхность. Мичиру гневно сверкнула глазами и кинулась к ухмыляющейся в нескольких метрах от неё Харуке. Та мгновенно оценила ситуацию, и, поняв, что её шутка не прошла, заработала руками, стараясь использовать специально для этой цели предусмотренную фору. Она еле успела выбраться из воды, и теперь пыталась отдышаться, лёжа на кафеле и наблюдая за акульими зигзагами Мичиру вдоль бортика. - Знаешь, мне очень понравилось у тебя дома. Мы обязательно будем сюда приходить, но, извини, в воду я больше не полезу. Меня там фауна не устраивает, уж больно агрессивная, - и Харука, смеясь, увернулась от летящих в неё брызг. Через час сухая и одетая в обычную одежду Харука сидела у лесенки, ведущей в воду, и пыталась разглядеть долго не появляющуюся из под воды Мичиру. Накатывало раздражение. Она не для того одевалась, чтобы во всём сухом нырять в воду за всякими невовремя тонущими воительницами моря. Девушка встала на четвереньки и наклонилась к воде, стараясь охватить взглядом весь подводный мир бассейна. У одной из дальних стен она разглядела гибкий силуэт. Над водой показалась аквамариновая головка, и тут же снова исчезла, на секунду стал виден фрагмент бирюзового купальника, мелькнули ноги. «Русалка, тоже мне». Харука была рассержена поведением подруги, которая ничуть не озаботилась предупредить гонщицу о своей привычке плавать под водой. Но так задерживать дыхание... Здесь Харука не могла сдержать восхищения. Даже по её грубым прикидкам скрипачка била все мировые рекорды. Причём с огромным преимуществом. Тэно бросила волноваться, поняв бесполезность этого занятия, и снова села, прислонившись к лесенке. Харука дотянулась до полотенца и разложила его на коленях, чтобы укутать в него свою русалку, как только та выйдет из воды. Она понимала влечение Мичиру к воде, её саму так же звал ветер. Когда он стучал в её окно, девушка брала ключи от «Suzuki» и летела с ним наперегонки. В любую погоду. И со стороны это, наверно, тоже виделось странным. «У каждой из нас свой мир, но мы понимаем друг друга, и когда-нибудь сможем, открыв настежь двери, позволить этим мирам смешаться». Мягкий свет ламп, сдержанное гудение вытяжек, блики на воде и редкие всплески воды там, где резвилась зеленоволосая пловчиха, действовали расслабляюще. «Кайо Мичиру...» Харука задумчиво рассматривала рисунок кафеля на дне бассейна. «Кайо Мичиру... Ты плаваешь, как будто родилась в воде, твоя скрипка проникает в душу, и ещё, говорят, ты бесподобно рисуешь. Богатая и знаменитая дочь богатых и знаменитых родителей. Даже более знаменитая, чем они. Одна из лучших учениц своей школы – я же видела результаты тестов. И ещё ты таинственный воин моря Sailor Нептун. Тебя ведет океан, он виден в твоих движениях, он прячется в твоих волосах, выглядывает из твоих сумасшедших глаз. Ты прекрасна и грациозна, ты очаровательна и изыскана, - ты абсолютное совершенство. Божество, остающееся человеком. Скажи, Кайо Мичиру, чем тебя привлекает такая простая девчонка, как я?» Харука потерла лоб. То, что она нравится Мичиру не только как подруга, она поняла давно, да та и не скрывала. «Эй, что происходит? Я как бы не готова...». Вздох. Ощущение рук на плечах. В тот день, точнее ночь, Харуке удалось скрыть потрясение этими словами, и она пошла к гаражу, нервно напевая под нос какую-то чушь. У неё подгибались ноги и её походка, вероятно, выглядела странно. Но... но она ничего не сказала. Ни когда уходила, ни когда вернулась. Она терпеть не могла, когда ею интересовались девочки, но тогда показалось неуместным устраивать истерику. И потом, она сама спровоцировала эту ситуацию. Нужно было объяснить, чего она искала под курткой. И выглядело это... соответствующе. Сама бы она, скорее всего влепила бы затрещину, а вот Мичиру... Как это ни странно, но ей нравилось заигрывать со скрипачкой. Нет, она продолжала искать парня своей мечты, но уже как бы не так активно, что ли. В конце концов, одно другому не мешает. С Мичиру ведь это не серьёзно, так, игра на время взросления. А вот мужчина – это надолго. На всю жизнь. Выйти замуж, родить ребенка, забыть о гонках. Что? Нет! Она не позволит подавлять себя! Харука почувствовала, что запутывается. Мужчина должен быть сильным. Он должен быть сильнее её, выше её, более серьёзным, более волевым. Он должен быть первым в их дуэте. Мальчик-зайчик ей не нужен. Ей хотелось прижаться к крепкой спине сидящего впереди мачо, положить ему голову на плечо и мчаться вдаль на верном «Suzuki», наматывая километры на колёса. Как это делает Мичиру. «Мичиру, ты единственная девушка, которой я прощаю заинтересованность собой. Не только прощаю, но даже польщена ею. Мне приятно твоё общество, проказница». Харука с улыбкой следила за совершенными в своей простоте движениями плывущей девушки, пока та вновь не нырнула, скрывшись под водой. Иногда Мичиру на большой скорости вылетала из воды и перед новым погружением успевала перевернуться в воздухе. И даже изредка махала гонщице рукой, поднимая брызги. «Даже в своей стихии она помнит обо мне. А я, сливаясь с ветром на мотоцикле, слышу, как шумит твоё море. И знаю, ты тоже думаешь обо мне. Пока ты в плеске волн слышишь ветер, а я в ветре – волны, с нами ничего не случится». Она прикрыла глаза. «Ты показала мне свой мир, впустила в него, ты доверяешь мне. Мужчины моей мечты на горизонте что-то не видно, так что, пусть это и не настоящее, Мичиру, но ты рядом, и я не стану убегать от тебя». - О чем мечтает мой ветер? Очнувшись от грёз, Харука увидела, что их предмет уже почти высушил волосы полотенцем, которое гонщица так и не подала. - Да ни о чем конкретном. Знаешь, ты очень красивая в этом купальнике. Тебе идёт бирюзовый цвет. - Правда? – скрипачка улыбнулась, принимая более выгодную позу. Харука смотрела на Мичиру снизу вверх. Американская пройма купальника оттеняла изящество шеи и плеч, а его непросохшая ткань плотно облегала кожу, самым выгодным образом подчеркивая все изгибы. Смотреть на неё было приятно. Мичиру откинула почти сухие волосы за спину. Её грудь колыхнулась в такт движению и, как и было рассчитано, привлекла внимание гонщицы. «Такая идеальная сфера. Твоё строение совершенно. Боже в какой раз за сегодня я говорю, что ты само совершенство?» Девушке стало интересно, где в шаре груди Мичиру скрывается сосок. Сквозь ткань его видно не было. Она уже почти протянула руку, но изменила движение, забрав у той из рук полотенце. «Не здесь же... Ещё войдет кто, чёрт-те-что подумает...», - гонщица поднялась. - Идём, русалка. Пора домой. «Но всё-таки, мои соски всегда, простите, торчат вперёд, а у неё их не видно под такой тонкой тканью. Как такое возможно? Ладно, дома разберёмся». Харука широким шагом направилась в раздевалку. Мичиру постояла недолго, глядя ей вслед, и бросилась догонять. Задумчивая Харука – зрелище довольно непривычное. Обычно она всё время куда-то нацелена, куда-то стремится. Её решения мгновенны и она всегда знает, куда шагнёт в следующий момент. У неё всегда определена цель, и остаётся ей только следовать. И она следует. Прямо и без раздумий. А что думать, если решение уже принято. Мичиру надела через голову платье. Молния была сзади, и застёгивать её было неудобно, но она сражалась с ней самостоятельно, решив не прибегать к помощи Харуки, а та предпочла не заметить мучений подруги. Только во время бега у Харуки было задумчивое выражение лица. Мичиру не раз видела его, когда наблюдала за будущей напарницей. Но это только потому, что в беге для неё не было цели, точнее бег и был ею. Не победа, не лидерство, не жажда славы, а только желание отдаться ветру, что летит рядом, бросает свои потоки в лицо, развевает волосы, заставляет пузыриться одежду, дарит свободу. Она всегда знает, чего хочет. Но сегодня... Мичиру упаковала влажные вещи в небольшую спортивную сумку. Харука молча подхватила её и пошла к выходу, бросив на подругу странный взгляд. Когда Мичиру вышла вслед за ней из здания спортивного центра, гонщица уже заводила мотор. «Какое решение ты принимала, напарник? О чем думала? Что решила?» Скрипачка привычно устроилась на заднем сидении, поставив ноги на хромированные глушители, и обняла знакомую талию. Мотоцикл рванулся с места, привстав на заднем колесе. Обычно скрипачка угадывала настроение подруги, но сегодня её интуиция дала сбой. Плескаясь в воде, она не раз встречалась с внимательным и благожелательным взглядом темно-серых глаз, следившим за ней не без удовольствия. Мичиру в этом разбиралась. Она знала, для кого было приготовлено полотенце, заботливо расстеленное на коленях, знала, что ради того, чтобы пойти с ней в этот час в бассейн, Харуке пришлось прогулять половину уроков. Знала, что та понимает её погруженность в стихию воды. Раньше девушка ни перед кем не могла так наслаждаться плаванием, так как это неизменно вызывало множество недоумённых вопросов, в том числе и о её психическом состоянии. Мичиру давно уже не делала таких ошибок. Она предпочитала плавать одна, а если и заходила в воду в присутствии других людей, то сдерживала свою стремящуюся в глубину душу, позволяя себе лишь опережать остальных, да и то ненамного. И видя восхищение в глазах единственного небезразличного ей человека, Мичиру была счастлива как никогда. Поворот. Мичиру отработанным движением сместила центр тяжести и снова расслабилась, не обращая внимания на руку, вновь занывшую после нагрузок во время плавания. Она заживала необыкновенно быстро и практически не доставляла никаких хлопот. А вот спина впереди менее напряженной не стала. «О чем ты думаешь сейчас, Харука? Что не даёт тебе покоя? Я?» Выходя из воды девушка увидела как Харука улыбается в задумчивости. Её улыбка была настолько нежной и любящей, что Мичиру не решилась окликнуть подругу. Вытирая волосы, она любовалась точёным профилем гонщицы, рассматривала ветреные пряди её волос, не могла оторвать взгляда от четкого контура губ, от опушённых длинными ресницами плотно сомкнутых век, что скрывали под собой редкие по своей чистоте глаза. Их цвет уже давно пленил сердце скрипачки. Тэно кивнула сама себе, и Мичиру, поняв, что та сама сейчас вынырнет из своих грёз, позвала её. Ветер свистел в ушах. Мичиру слегка повернула голову, и свист исчез, уступив место ровному гулу. «Ты была задумчивой. Я никогда не видела тебя такой. Я ничего о тебе не знаю, хотя думала, что изучила досконально». Шум ветра, рокот мотора, плещущиеся за спиной волосы и напарница впереди, такая близкая, такая непонятная... «Харука...». «Ты очень красивая в этом купальнике...». «Ты смотрела на меня. Не так, как смотрят на обычных подруг. Тебе нравилось то, что ты видишь. Ты любовалась мной. А я старалась тебе себя показать как можно лучше. Что изменилось?!» Мичиру судорожно сжала руки на поясе подруги, с силой ткнувшись ей лбом между лопаток. Харука, вздрогнув, выгнулась грудью к рулю. Мотоцикл вильнул. - Эй, русалка, потише толкайся. Дорога – не место для игр. - А я и не играю..., - прошептала Мичиру в куртку на спине водителя. «Русалка...». «Идём, русалка. Пора домой». «Я уверена, ты хотела дотронутся до моей груди! Я видела твои глаза! Что изменилось, скажи, что?! Ты отвернулась и ушла... Кто я теперь для тебя?» Мичиру почувствовала, как становится мокро глазам. Холодность напарницы можно была расценить только одним способом – та поняла мысли Мичиру и не смогла преодолеть своей неприязни к навязчивым девушкам. «Я сама во всём виновата..., я испугала её». Мичиру не ожидала, что её эмоции могут выйти из-под контроля, но рядом с Харукой ей хотелось быть изящной, женственной, хрупкой. Видеть в глазах напарницы желание защитить её, не отпускать от себя. Просто быть рядом. Мичиру была рада не вылезать из кухни, готовя для неё всё самое вкусное, подбирать по утрам для неё одежду, смотреть, как та учит уроки, встречать её с трека, возбуждённую и запарившуюся, рассказывать последние новости, пока она ест... Жить с ней простой семейной жизнью. «Я не играю...», она не заметила, что повторила эту фразу вслух. - Я знаю... - Ты что, читаешь мои мысли? – Мичиру задохнулась от неожиданности, обращенный к ней голос овеял девушку порывом ласкового ветра. - Хм, мысли... Мысли нет. Но я слышу всё, что ты говоришь мне в плечи. Они рядом с ушами, знаешь ли..., - от доносимой ветром нежности на глазах у Мичиру вновь выступили просохшие было слёзы. - О, Харука! – Скрипачка всем своим весом вжалась в подругу. «Suzuki» вновь вильнул. - Прости! Мичиру чувствовала, как расслабляются мышцы на спине гонщицы. Харука повернулась к ней, и девушка вновь увидела её идеальный профиль. Насмешливый серый глаз то прятался за трепещущей челкой, то появлялся вновь, дразня зеленоволосую пассажирку. Через секунду он задорно подмигнул и мелькнул кончик розового языка. Мичиру второй раз подавилась воздухом. Тэно же вновь сосредоточенно смотрела на дорогу. - Держись за меня крепче..., - несколько лёгких незаметных движений, и скорость возросла вдвое. Гул набирающего силу ветра начал превращаться в рёв. Мичиру спряталась от него за спиной Харуки, а та стойко выдерживала его напор. У этой модели «Suzuki» отсутствовало ветровое стекло, и Мичиру знала, что это не случайно. Чем сильнее давил ветер, тем мечтательнее становилось лицо его воина и слышнее голос стихии. Скрипачка много раз видела, каким светом горят любимые глаза, когда вступают в сражение со скоростью. Правда это единственное, что она успевала увидеть за те доли секунды, необходимые мотоциклу и его наезднице для того, чтобы промчаться мимо. Бешено гудели клаксонами нещадно обгоняемые машины. Харука наслаждалась ветром, а Мичиру покоем. Всё в порядке, её Харука снова с ней. Больше она не позволит себе испугать её. Пусть всё идёт своим чередом. Главное, не оттолкнуть её снова. Движение «Suzuki» стало менее ровным. Мичиру непонимающе оглянулась. Харука тормозила. Что-то было не так. Гонщица, слегка сомневаясь, сообщила: - Ветер ведет себя странно..., - Мичиру прислушалась к себе. Море было спокойно. Чудовищ нигде не было. Но легкая рябь на поверхности воды на что-то определённо указывала, и Мичиру уверенно повела рукой влево. Но «Suzuki» и так уже сворачивал с дороги, ведомый волей ветра.