Только скачки - только хардкор!!!

Глава 4. Я не верю в это... Вот уже целую неделю я ходила к Фридриху. Он вспомнил меня, и, как мне казалось, он скучал по нашим тренировкам. Всегда, когда они с Асей возвращались с занятий, раны от шпор возобновлялись. Пришлось спрятать мазь под опилками в деннике Фридриха. Нет! Я его никогда не назову Дубком! Причем тут вообще дуб? Уфф... Как Фридрих может выносить это все?.. Он открыто признает свое поражение... Что с Шелком? Он неплохой. Даже очень неплохой, я бы сказала, отличный. За неделю он показал результат лучший, чем Фридрих за две! "На заметку: узнать генеалогическое древо Шелка!" *** Я разогнала Фридриха до рыси. Девочки, проходившие мимо, бросали на нас необыкновенно подозрительные взгляды. Они удивлялись, почему Я с Фридрихом. Он хромал. Это очень плохо. Тупая Ася!! Хочется просто засунуть этот хлыст, шпоры в... В общем. Все было очень хорошо, не считая того, что конь хромал, но пока не случилось непредвиденное. Обычно Ася приходит к 16:00. Было около двух часов, так что я могла спокойно погонять коня на корде, почистить или даже поездить на нем верхом! Правда сегодня Фридрих уже отработал свой час утром, а к 17:00 еще Ася собиралась... - Что тут происходит?! - заревел знакомый голос. Я резко обернулась и увидела Асю и какого-то чувака рядом с ней. Это был Тимофей, неплохой светловолосый голубоглазый парень, Асин "бойфренд". Хотя как можно было полюбить такую, как она. Ой, точно, я забыла - ведь на свете 7 миллиардов людей, и 14 миллиардов лиц... Фридрих остановился и опустил голову. Он уже покорен! Это очень страшная новость! - Я спросила - что тут происходит? - еще раз спросила Ася. Тимофей косо поглядел на нее и что-то шепнул. Она в свою очередь "мило" улыбнулась. Махнула рукой. Вообще-то в детстве я очень хорошо общалась с Тимофеем. Он, правда, неплохой. Я даже любила его!! Сейчас он мне просто нравился, но когда он пытается со мной заговорить, что происходит чрезвычайно редко, ведь он со своей Асей везде, я убегаю. Мне он нравится, но я не могу говорить с тем, кто спокойно общается с такой свиньей, как Ася. И даже не просто общается... - Ну, тут это, короче... Я гоняю Фридриха на корде! - заикаясь, заявила я, попытавшись поднять коня в рысь, но он как стоял, так и продолжал стоять. Я выглядела ужасно нелепо, но бича у меня с собой не было. - Вот поэтому и нужен бич или хлыст! А почему ты одела этот недоуздок? У него есть другой, на петельке... - она видно хотела показать Тимофею, что она, видите ли, такая умная! - Тот ему жмет, - тихо ответила я. Мне было неловко. Я стояла посреди плаца с кордой в руках и конем, но хотелось провалиться сквозь землю. Или как-то вернуть время, зная, что Ася придет раньше. "Тупая, глупая псина! Надо было знать о таком..." - говорила я себе. - Отведи и поседлай его! Я хочу поездить, - самодовольно отвесила Ася, сев и усадив на скамейку свою задницу и персону Тимофея. У меня отвисла челюсть. Она. Сказала мне пойти и поседлать"ее" лошадь. Потому что она так захотела?! - Я тебе не раб! - заорала я, двигаясь в сторону конюшни. - Тебе вообще разрешили брать Дубка на корду? Кто тебе разрешил? Я? Нет. Ольга Андреевна, что ли? Я спрошу. У меня душа ушла в пятки. О нет! Только не Ольга Андреевна! Если она узнает, то может уволить Рыбкина, а он то честный: сразу скажет, что он разрешил. Надо как-то спасать положение! - Я тебе поседлаю и почищу, если ты не скажешь! Пожалуйста, не говори! - молила я Асю. Кажется, Тимофей меня пожалел. Он шепнул Асе что-то типа:"Прости ее.", и Ася взревела: - Чтоб через пятнадцать минут Дубок стоял здесь! Ты знаешь, где мое конкурное седло?- я кивнула, - Тогда подпругу цепляй на шестую петлю... - Но это много!- перебила я свою госпожу. Она чуть не убила меня злостным взглядом. - На шестую петлю, - медленно повторила она, - и принеси мне хлыст из крокодиловой кожи. Она вновь подмигнула Тимофею, но на этот раз он только сочувственно мне кивнул. Я закатила глаза. Не нужно меня жалеть! Особенно ему. Через десять минут я уже поседлала Фридриха. - Это все ради твоего спасения, поверь! Это только один раз... Ну, за сегодня, по крайней мере. Но я чувствовала беду. Я вывела Фридриха на плац. Ася, видимо, уже собрала все свои дрянные вещи, такие как шпоры, ее "очень модный" шлем, и я протянула ей хлыст, но она его отвергла: - Дашь, когда сяду. Она пронизывала меня ледяными взглядами, пока садилась. Когда она села, я подала ей хлыст, похлопала Фридриха по шее, но тот будто столб, продолжал стоять, и, с плохим предчувствием, я отошла к Тимофею, но не села рядом с ним. Он вновь сочувственно посмотрел на меня, и повернулся к Асе с Фридрихом. Ася бежала к первому барьеру - крестовине. Это две перекладины, поставленные крест накрест. Фридрих прыгнул... И ничего не задел. Ася, угостив коня сильным ударом хлыста, ткнула его шпорами, заставив двигаться быстрее. Далее шел шлагбаум. Фридрих перелетел его с огромным запасом. Но Асю ничего не устраивало: она ударила жеребца хлыстом, и послала на тройную систему. Тройная система - три барьера подряд. Когда всадница бежала на тройную систему, я косо поглядела на Тимофея. Он хмурился - видимо, его не устраивало что-то, но кажется, он даже не понимал, что именно. Пройдя всю систему, Фридрих встал, согнув шею. Изо рта волнами катила пена, капая на грунт плаца белыми комьями. Ноги его дрожали, глаза затуманились. Я первый раз видела его в таком виде... Он свалил всего одну перекладину, но для Аси это страннейшая ошибка. Она начала со всей силы лупить Фридриха по крупу, шее и животу; конь содрогался при каждом ударе, но ничего не возражал. Мое тело было парализовано ужасом, но я пересилила оцепенение и подбежала к Фридриху. - Ты что делаешь?! - закричала, подлетев к ним. Но не успев даже дотронуться до Фридриха, получила случайный, но довольно жесткий удар хлыста. Рану жгло и щипало, но мне надо было позаботиться о лошади. Конь не заметил меня, когда я стала тереть его мокрой ворсистой тряпкой. - Отстань от моего коня! - рявкнула Ася, дернув поводья. Конь отшатнулся от меня с тихим стоном, - Я его еще не наказала. - ЧТО?! - взревела я, - Ты с ума сошла?! Он уже довольно наказан! После каждого прыжка ты била его, когда надо оглаживать. Ты... Ты вообще!! Я знала, что ты... - Мне кажется, ты и правда слишком жестока с ним... - промямлил подошедший Тимофей, который очень тихо подошел к нам. Он выглядел так, будто его волосы трепали десять лошадей! - Тебя вообще не спрашивают. Иди... Вообще, катись лесом отсюда. Ничего не знаешь о лошадях, так лучше помолчи! Мы с Тимофеем стояли в ступоре! Такую Асю я еще не видела. - Что тут такое? "О нет!" - Ты обещала! - прошипела я. обернувшись, я увидела Ольгу Андреевну.