Похоже, я искал тебя

1st Это был первый выходной день Лухана на законных основаниях. Исин разрешил ему заняться в субботу ничегонеделанием, потому что в этот день у них на станции немного другая программа. Также, Син похвалил Лу за хорошую работу – рейтинги его радио возросли, слушатели любят Ханя и ждут его возвращения с большим нетерпением. Лухан проснулся поздно и просто лежал под тёплым одеялом (потому что даже в жару замерзал). Под боком находился Кай и старался перелезть на живот к хозяину. Хань прислушался. Во всём доме было тихо и безлюдно. Это натолкнуло его на мысль, что Ифаня уже нет. Его вот уже несколько дней зачем-то вызывают в Институт. Лухан тоже смог выкроить время и подать документы на поступление, только никому не сказал, куда. Брат несколько дней пытался вытащить из Ханя правду, но Лу был непреклонен и согласился открыть тайну только тогда, когда узнает – поступил или нет. Лухану надоело лежать. Он встал с кровати и в пижаме пошёл на кухню. Хань даже не взглянул на часы, хотя ему было интересно – сколько же часов он мог проспать? Зевая, Лу прошлёпал босыми ногами к холодильнику, но до цели не дошёл. Перед ним стоял испуганный Тао. В руках у панды был нож и пакет молока. А, нет, пакета уже не было. Цзытао выронил его, когда услышал чьи-то шаги. Лухан смотрел то на Тао, то на лужу молока на полу, а потом громко засмеялся. - Чёрт, Хань – гэ, ты меня напугал! – выдохнул Цзытао. - Сам ты гэгэ, ясно тебе? – буркнул Лухан. – Не такой уж я и старый, мы ровесники вообще-то! У нас поесть есть что-нибудь? - Я вот тут хотел… приготовить, но не получилось,- застенчиво улыбается Тао, чем вызывает приступ умиления у Лу. - Давай я лучше сам,- Лухан подошёл к холодильнику и охнул, потому что там было пусто. – Как насчёт сэндвичей? Просто у нас больше ничего нет, кроме овощей, колбасы и хлеба. Странно, я же просил Криса купить продуктов… Сразу после этой реплики на кухне появляется заспанный Ифань. Лухан уже хочет отправить его в магазин, но его мобильный начинает трезвонить и пугать только что проснувшихся громкой мелодией. Хань тут же бежит к телефону, чтобы поскорее ответить. Скоро уши уже от этой песни завянут. - Слушаю,- выдохнул Лу, машинально поправляя волосы. - Лухан, это Чонин,- послышался немного приглушенный, но радостный голос. – Ты не забыл про наше свидание? - Не забыл,- улыбается Хань. – А что, есть какие-то идеи? - Я заберу тебя сегодня в семь, хорошо? Это сюрприз. - Главное, чтобы он был приятным,- рассмеялся Лу. – До встречи, Чонин-а! Лухан сбросил и посмотрел на недоумевающего Криса и глупо улыбающегося Тао. Панда положил нож на стол, подбежал к Лу и крепко его обнял. Да, за эти несколько дней Хань с Цзытао сблизился. Он понял, что Хуан очень хороший и определенно подходит Крису. Им хватило несколько дней, чтобы стать друзьями. - Это тот Чонин, о котором я думаю, да? – заговорщически начал Тао. – Брат Чанёля? - Чей брат? – удивился Крис. – Почему вообще я о нём не в курсе? - Потому что врачам многое не рассказывают,- Лухан показал брату язык и улыбнулся Тао. – Да, это он. У нас сегодня свидание. Цзытао тут же увёл Ханя в его комнату, чтобы обсудить его одежду. Но Лухан вежливо отказался от чужой помощи. Тем более, что до семи было ещё много времени… И за это время Лухан уже начал вешаться от скуки. Ему даже в голову не пришла мысль сходить погулять – было слишком лень. А потом снова зазвонил мобильный. - Выходи, Лулу, я жду тебя. И от этих слов у Лухана что-то приятное разлилось по всему телу. С глупой улыбкой на лице он вышел из комнаты, попрощался с братом и Тао и спустился вниз. Чонин ждал его на улице. Он был одет почти в ту же одежду, в которой они с Сехуном танцевали. - Ну, и куда ты меня ведёшь, Ким Чонин? – спросил Лухан, поравнявшись с парнем. - Учти, я не буду тратить свой выходной на что-то скучное. - Тебе понравится, - заверил Чонин. – Ты же хотел увидеть мои танцы? Лухан даже не успел ответить на этот вопрос. Чонин уже вёл его куда-то вдоль улицы. Пока они шли Лухан иногда бросал взгляды на свою руку в чужой руке. И у него не было даже намёка на отвращение или неприязнь. Это было так… обычно и правильно, что Хань несильно сжал руку Чонина своей. - Вот мы и пришли. Здесь я занимаюсь. Это было небольшое здание в несколько этажей. Они поднялись на второй, и Чонин толкнул первую дверь. Перед Луханом открылся танцевальный зал – большой, с огромным количеством света и зеркалами на стене. Лу шагал по паркету медленно, всё время поворачиваясь. Ему здесь нравилось. Чонин был доволен произведённым впечатлением, а ведь он ещё и танцевать не начал. Ему нравилось наблюдать за тем, как на губах Лухана начинает играть тёплая улыбка, а глаза восхищенно блестят. - Можешь считать меня психом, но у меня, как бы, фетиш на такие помещения,- выдохнул Лухан, поворачиваясь к Чонину. - Да? И почему? - Я себя чувствую здесь совсем иначе,- Лухан садится напротив зеркала и утраивает свой подбородок на ладонях. – Могу смотреть вот так, а вокруг какая-нибудь музыка. Или тишина, как сейчас. А потом ты начнёшь танцевать, и я буду смотреть в это зеркало на твоё отражение: лицо, мимика, жесты – за этим действительно интересно наблюдать. Лухан тут же замолчал, потому что понял – он снова начал говорить странно. Ему показалось, что Чонин сейчас посмотрит на него, как на сумасшедшего, но он лишь улыбнулся и повернулся к Лухану спиной. Это поразило Ханя до глубины души. Чонин думал, что Лухан великолепен. Он говорил такие вещи, от которых всё нутро танцора пускалось в пляс без хозяина и без музыки. Все эти слова были настолько нереальными, волшебными, как и сам Хань. Чонин с каждой минутой понимал, что влюбляется всё сильнее. - Я разомнусь, ты не против? – спросил танцор и включил музыку. – Мы занимаемся здесь с Сехуном, а иногда я прихожу сюда один. Когда вечером мне нечем заняться. - И часто выпадают такие вечера? – поинтересовался Лухан. Он всё ещё сидел на полу. - Постоянно, - ухмыльнулся Чонин. Всё последующее время Хань просто наблюдал за разминкой и танцами Чонина. Тот никогда не отвлекался на Лухана и, похоже, вообще забыл, что здесь кто-то есть, кроме него. Но Лу это не смущало – ведь они оба занимались своим делом. Лухан свободно мог рассматривать стройное подкаченное тело танцора, его крепкие руки, которые бы он хотел почувствовать на своей талии. Хань осёкся. Давно его не посещали такие мысли. Вообще никогда. Он поднял свои глаза и столкнулся взглядом с Чонином. Внутри этих почти чёрных глаз плясали бесенята, а их хозяин самодовольно ухмылялся, заставляя Лухана краснеть. - У тебя есть мечта, Чонин-а? - спросил Хань, стараясь сфокусировать взгляд на своём собственном отражении. - Танцы – единственная моя мечта,- танцор присел рядом с Луханом и улыбнулся. – Такое чувство, что я с ней родился. В детстве попросил родителей отвести меня в балетную школу, а потом повзрослел и начал изучать другие техники танца. - Балет? – глаза Лухана округлились, он радостно захлопал в ладоши. – Покажи! - Нет-нет,- стал отнекиваться Чонин. Его щеки покраснели. – Зачем я вообще тебе сказал? - Потому что я тебе нравлюсь, разве нет? – Лухан вскочил на ноги и пошёл к выходу. – Пошли погуляем, на улице сейчас хорошо. - Всё-то ты знаешь,- Чонин смотрел вслед Лухану, а потом пошёл за ним. Они гуляли несколько часов. Небо уже начало темнеть, стали появляться кое-где еле заметные звёзды. Лухан что-то говорил о них и созвездиях, приводил разные забавные теории о том, почему некоторые скопления звёзд находятся близко друг к другу. Чонин смотрел на идущего рядом с ним парня влюблёнными глазами, а Хань лишь широко улыбался и держал его за руку, иногда поглаживая подушечкой большого пальца чужие костяшки. - А какая у тебя мечта, Лухан? – спросил танцор, когда они остановились возле дома Лу. - Только не смейся,- предупредил Хань. – Я хочу попасть в сказку. Знаешь, в книгах всё так интересно. Хочется хоть раз попасть в выдуманный мир, почувствовать на себе всё, что чувствуют герои. Знаю, глупая мечта, но мне так хочется. Ведь не все они должны сбываться, верно? - Я попробую исполнить твою,- шепчет Чонин и обнимает одной рукой Лухана за талию. - У тебя получается. Глаза Лухана светятся неподдельным счастьем. Он смотрит в глаза напротив и будто тонет в их глубине. Руки сами обвивают шею Чонина, а губы касаются его щеки. Они стоят так ещё немного, а потом Лухан уходит к себе домой. Всю ночь на губах танцора играет яркая широкая улыбка. Лухан заходит домой и тихо хлопает дверью. Его счастье само вырывается наружу. Мысли только о Чонине и их свидании. На хлопок двери приходит Крис. Лухан несколько минут стоит на месте, а потом буквально запрыгивает на Ифаня, порывисто его обнимая. - Я влюблённая школьница,- шепчет младший на ухо брату. - Охотно верю,- улыбается Крис. В их жизни всё приходит в норму. 2nd Следующее свидание начинается со внезапного звонка на телефон. Лухан только что получил известие о том, что его приняли на учёбу и радовался этому, когда его мобильный зазвонил. Увидев фотографию Чонина, Лу решил поделиться этой радостью с ним. - Я поступил! – выкрикнул Чонин, как только Хань ответил. - Я тоже! – улыбнулся Лухан. – Отпразднуем? Конечно, Чонин согласился. Они ведь уже так давно не виделись. Всё потому, что радиостанция Исина теперь занимала почти всё время у Лухана. Он согласился и на несколько часов дневного эфира, чему был несказанно рад Син. - Я хочу кофе и большой кусок торта! – выкрикнул Лухан, повисая на шее у Чонина. Кай уже по привычке обнял Лу за талию и повёл его в ближайшее кафе. Там они выбрали столик у окна. Подошедшая официантка в открытую флиртовала с Чонином, что совсем не нравилось Лухану. Он поймал себя на мысли, что просто ревнует, и от этого стало немного неуютно. Ведь он не до конца был уверен в своих чувствах к Чонину и уж точно не знал, что Кай думает о нём. - Интересно, на каком конвейере выпускают таких расфуфыренных куриц? – буркнул Хань и отвернулся к окну. - Сам не знаю,- пожал плечами Чонин. – Но я уже привык. Лулу, … - Кай улыбнулся. - Чего? – Лухан поднял глаза и посмотрел на Кая. - Ты же не ревнуешь? От ответа Ханя спас принесённый заказ. Он с удовольствием ел торт, а потом уже хотел отпить эспрессо, но замер. На пенке была нарисована милая оленья мордочка. Лухан повертел головой в поисках художника и наткнулся на Чунмёна. Тот сидел за барной стойкой. Он улыбнулся Лухану и помахал ему рукой, Хань повторил его жест. - Это ещё кто? – напрягся Чонин. - Мой будущий староста- Сухо. - Странно, я его никогда не видел,- пробормотал танцор. - Вот как раз об этом,- Лу прокашлялся. – Я поступил на психологический факультет. Чонин замер от удивления. Он уже привык думать всё это время, что они будут видеться с Луханом во время учёбы очень часто, а тут получается, что Хань выбрал совсем другой факультет и только сейчас об этом говорит. Чонин был обижен и расстроен. - Обиделся? – тихо спрашивает Хань. – Ну, прости, Чонин! Вот поэтому я никому об этом не сказал. - Именно поэтому и нужно было сказать! – слишком громко говорит Кай. – Почему не музыка? Ты же так хорошо играешь. - Понял, что хочу помочь таким же людям, как и я - запутавшимся и сломленным - не попасть в мой страшный мир. - Мне от этого не легче,- бурчит Чонин и отворачивается к окну. Лухан молча встаёт, берёт парня за руку и выводит его из кафе. Кофе так и остаётся нетронутым. Потом ему всё же удаётся снова развеселить Чонина. Хань обещает ему, что они будут видеться в перерывах, ходить гулять по выходным. Ещё Чонин может звонить Лу на радио, посылать сообщения и всё такое прочее. Они снова гуляют до позднего вечера. Кай счастлив. Держа Лухана за руку, он медленно прогуливается по улицам Сеула, смотрит на влюблённые пары, которые только-только выходят на улицу, и ловит себя на мысли, что он тоже хочет этого. Ходить с Луханом на свидания, целовать его, обнимать. Хочет, чтобы Хань оставался у него на ночь и на утро. И вообще, просто, чтобы Лухан всегда был рядом с ним. - Я ещё кофе хочу! – кричит Лу и тянет Чонина в сторону кофейни. – Сейчас умру от недостатка энергии. - Ты и так слишком много пьёшь кофе,- Чонин хватает его за руку. – Нельзя! - Но я хочу! Лухан надувает губы и идёт по направлению к кофейне, когда сильная рука перехватывает его поперёк талии и закидывает на плечо. Хань вырывается, на что Чонин лишь заливисто смеётся и продолжает идти дальше. - Ким Чонин! – кричит Лухан. – На место меня поставь, жопа дрыгающаяся! - Нет,- улыбается Чонин и шлёпает Лу по попке. – Мне и так хорошо. - А что люди подумают? – продолжает Хань. – Учти, я на тебя нажалуюсь твоему хореографу! Он тебя заставит упорно трудиться и танцевать до посинения, ты сломаешь себе ногу и не сможешь больше танцевать! - Как же я люблю твой бред. - Только его? Чонин ставит Лухана на землю, а затем резко прижимает к стене какого-то дома. Хань немного волнуется, поэтому цепляется пальцами в воротник рубашки Чонина, и тем самым тянет его на себя. Кай ставит обе руки с двух сторон от головы Лухана, чтобы он не смог сбежать. - А вот я тебя ревную,- шепчет Чонин Ханю прямо в губы. – Хоть бы и к этому Сухо. - Он мне не нравится,- Лу хочет опустить глаза, но не может. Его всего парализовало. - А я? – спрашивает Чонин, пристально глядя в такие любимые шоколадные глаза. Вместо ответа Лухан подается вперёд и накрывает губы Кая своими. Его руки тут же спускаются на талию танцора, сжимая пальцами ткань рубашки. Чонин не верит в происходящее, но всё равно буквально придавливает собой Лухана к стенке и стонет в поцелуй. У Ханя такие теплые губы со вкусом того не выпитого эспрессо и шоколадного торта. Чонин не может ими насытиться, кажется, что ему всё время будет мало. Лухан приоткрывает губы, впуская чужой язык в глубину рта, и тихо постанывает от его движений. Чонин проводит языком по нёбу, кромке идеально ровных зубов, задевая дёсны. Делает поцелуй глубже настолько, насколько это сейчас возможно. Но никуда не торопится. Он понимает, что после этого поцелуя Лухан уйдёт от него, а этого Чонину ох как не хочется. - Что это сейчас было? – выдыхает танцор, когда воздух в лёгких уже заканчивается. - Месть за кофе,- Хань игриво прикусывает нижнюю губу Чонина и убегает. Ему есть над чем подумать этой ночью. 3rd - Что ж, думаю, все любят Рождество так же, как люблю его я,- улыбается Лухан, общаясь со своими слушателями. – Сейчас на улице легкий мороз, падают лёгкие снежинки, оседая на волосах, шапках и шарфах. Кто-то ещё бегает по магазинам, выбирая подарки для близких… А у нас ещё один звонок! Кого вы хотите поздравить? - Здравствуйте,- Хань улыбнулся, услышав такой знакомый и родной голос. – У меня вот возникла проблема: мой любимый человек работает в праздники. Представляете, его босс такой злой. - Ох, мне так жаль вашу половинку,- усмехается Лухан. – А вы подождите ещё немного. Как правило, за час до полуночи всех с работы отпускают. В этот же момент у Лу начинает звонить телефон. Связь с гостем радиостанции потеряна. И даже сейчас, сидя на радио, в такой уж совсем не праздничной обстановке, Лухан нашёл себе повод для радости и хорошего настроения. - Заканчивай, давай, свой эфир,- пробурчал Чонин. – Я уже замёрз тут стоять. - Ты что, у радио? – удивился Лухан. - А что такого? – невозмутимо спросил Чонин. – Лулу, если ты не хочешь, чтобы у будущего великого танцора отмёрзли нижние конечности, ты сейчас же пожелаешь счастливого Рождества своим слушателям и выйдешь на улицу. Лухан так и сделал. Быстро попрощался и извинился за то, что вот так вот прерывает передачу. Извинился перед Исином, которому уже было откровенно наплевать: к нему пришёл Чанёль, и они закрылись у Сина в кабинете. На улице действительно было холодновато. Лухан поплотнее укутался в шарф и пошёл к одиноко стоящей фигуре через дорогу. Увидев Ханя, Чонин тут же пошёл к нему навстречу и заключил своего оленёнка в крепкие объятия. У них всё происходило слишком быстро: удачи по учёбе, новые знакомства, слишком быстро развивающиеся отношения. Но их это не смущало. Лухану нравился Чонин так, как ещё никто и никогда. Ему понадобилось несколько недель, чтобы осознать – он не поступит с ним так же, как с Сехуном. Потому что О он не любил, а вот Чонина… - Не замёрз? – Лухан достал из-за спины тёплую шапку и нахлобучил её на голову танцора. – Вот, носи, согревай голову и накапливай мозги. С Рождеством! - Мой подарок тебе точно понравится,- Чонин достаёт диск и протягивает его Лухану. – С Рождеством, Лулу. Повертев в руках подарок, Хань посмотрел на обложку. Там было его имя, а на диске все его композиции, что он играл на рояле. Лухан всё ещё пребывал в шоке и смотрел то на Чонина, то на диск, а потом крепко-крепко прижал парня к себе. Он никогда ещё никому не был так благодарен. - Но откуда? – спросил Хань. - Крис отдал,- ответил Чонин. – Я договорился кое с кем, и мы записали диск. Сможешь послушать свою же музыку и оценить её по достоинству. Я люблю тебя, Лухан. - Я… Как бы Лухан хотел сказать то же самое. Но ему будто горло сдавило. Как бы хотелось объяснить, что он чувствует такую нежность, счастье и, что уж греха таить, желание к Чонину. Что ему хочется больше проводить времени вместе и всегда быть рядом. Ведь это чувство, когда всё время улыбаешься, а сердце бьётся, словно заведённое, Лухан охарактеризовал, как любовь. Но слова не хотят выходить. Они спрятались там далеко, чтобы их никто не нашёл. Потому что Лухан боится быть неискренним. Боится, что простое: «Я тебя люблю» не выразит всего того, о чём он думает постоянно, каждый день. А вдруг, это просто очередной обман, и Ханю снова наскучит? Такими словами разбрасываться сейчас он не хотел и старался быть осторожным. - Ничего не говори,- Чонин приложил палец к мягким губам Лухана. – Я знаю, что тебе тяжело, и не требую ответа. Просто хочу, чтобы ты был со мной, но на правах парня. Согласен? - Да,- выдыхает Лухан и счастливо улыбается в такой сладкий рождественский поцелуй. 4th Настал наконец-то месяц апрель, а это могло значить только одно – день рождения Лухана. По такому случаю, Чонин решил прогулять пары, а заодно и именинника с собой захватил. Хань сначала не хотел прогуливать – всё-таки, психология наука тонкая, а преподаватели не милые одуванчики, как у Чонина. Но вскоре понял, что здесь спорить бесполезно. - Ну, а на этот раз ты что приготовил? – спрашивает Лухан. Ведь у Чонина что не день – то праздник. На месяц их отношений он где-то достал кучу фейерверков и позвал Лухана на это якобы завораживающее представление. Оказалась бракованная продукция, а Хань молча протянул своему парню бенгальский огонь. На день рождение самого Чонина он тоже решил всех удивить и повёл на каток. Кто же знал, что это такой травмоопасное занятие. Как итог: Чонин две недели с гипсом, а Лухан по горло в зачётах и заботах о больном. Вот именно поэтому Хань стал немного побаиваться идей своего парня. - В этот раз – абсолютно ничего,- заверил Чонин, открывая дверь своей квартиры. – Закрой глаза. - Ну ладно. Лухан послушно закрыл глаза и почувствовал, как руки Чонина легли к нему на талию. Пальцы Кая мягко оглаживали бока своего любимого, а губы тем временем проводили влажную дорожку от подбородка до шеи. Хань вздрогнул. - Эй, домогатель, хорош там отвлекаться! - Прости, но мы не виделись ровно месяц,- сказал Чонин, полизывая мочку уха шатена. – Я соскучился, Лулу. Лухан уже больше не мог выдержать такой мучительной пытки. Развернувшись в руках своего парня, он схватил Чонина за затылок и притянул к себе для страстного поцелуя. Кай тут же прижал его к вешалке в прихожей, наваливаясь всем телом. Руки танцора уже вовсю оглаживали мягкую кожу живота под тёмной водолазкой – подарком Исина за хорошую работу. Хань закинул свою ногу на бедро Чонина, прижимаясь ещё ближе. Он провёл пальцами по груди Кая, вызывая у того толпы мурашек, а затем снова запустил их в волосы, сжимая сильнее. Чонин подхватил Лухана под бёдра, заставляя его обвить ногами крепкую поясницу. И теперь Лу прекрасно ощущал возбуждение своего парня. - Если мы сейчас не остановимся, - шептал он в перерывах между поцелуями,- то переспим прямо здесь. Не заставляй меня бить тебя, Чонин-а. Танцор нехотя оторвался от Лухана. Их первый раз был настолько фееричен, что Чонин больше не хотел получать от Лу ничего, кроме поцелуев. Пятая точка болела у Ханя долго, он зарёкся больше никогда не слушать своего парня и его бредовые идеи, а главное – периодически его наказывать. Но сегодня так хотелось сжалиться и отдаться этим умелым рукам, этим пухлым губам и вообще всему Чонину полностью, без остатка. Но на это у них есть много времени. - Закрывай глаза опять,- Чонин оставил ещё один мокрый поцелуй на шее Лу и повёл его в гостиную. – Вот, теперь можешь открыть. Лухан открыл глаза, но ничего не заметил. Сначала. Опустив глаза вниз, он наткнулся на журнальный столик. Там, обернутый праздничной красной лентой, красовался совсем новый цифровой фотоаппарат. Профессиональный, такой, на какой Лухан вот уже полгода копил и почти собрал. А вот он тут, настоящий и теперь его. - Как же я люблю тебя,- подумал Лухан и только потом осознал, что произнёс это вслух. - Повтори,- хрипло произнёс Чонин. Лухан повернулся к нему лицом, подошёл ближе и посмотрел прямо в омут глубоких, почти чёрных глаз. Он наконец-то смог разобраться в себе, смог найти всю ту искренность из души для этих долгожданных слов. - Я люблю тебя, Чонин. И мне больше никто не нужен.