Я обещал, что выжгу тебе сердце

«Странно, что ты пожимаешь мне руку. Зачем? За что благодаришь? Мы ведь враги, помнишь?» - думал Шерлок. Некоторые вещи он до сих пор не мог понять, хотя с момента его первой встречи со злодеем-консультантом прошло много времени. Мориарти единственный, пожалуй, кто может обмануть, одурачить, водить за нос, утаить что-то, играть на равных с Шерлоком Холмсом. Как ловко Джеймс провернул это дело: теперь детектив – прохвост, а злодей – невинная жертва. Точнее, злодея вообще нет, есть только актёр Ричард Брук. Хорошо, что Шерлок не в компании преступников, иначе, соревнуясь, кто лучше воплотит в жизнь свой очередной злодейский план, они на пару с Мориарти уничтожили бы всю Англию к чертям! Сам же злодей-консультант думал примерно о том же: «Рука. Тёплая. Не дрожит, значит, ты не боишься. Понял, в чём суть игры? Надеюсь, у тебя тоже есть план, я буду ооочень разочарован, если ты проиграешь мне в таком лёгком деле». Джим задумал ещё так много, вот уж там им с Шерлоком будет, где развернуться. Как давно Мориарти ждал момента, когда сможет беспрепятственно прикоснуться к Шерлоку. А вдруг это последний раз, когда ему суждено видеть сыщика в живых? Нет, Джим не хотел, чтобы Холмс младший умер… по крайней мере сейчас! «Думай, решение лёгкое. А мне пора начинать представление» - мысленно сказал он Шерлоку, и прогремел выстрел, настолько громкий, что в ушах противно запищало. Всё произошло слишком быстро: Джеймс улыбнулся, взглянул на Холмса задумчивыми глазами, и шепнул лишь два слова… счастливо оставаться. Всё, что тот успел – отшатнулся… И вот, тело Мориарти лежит перед сыщиком, раскинув руки и широко распахнув глаза. Как можно поверить в это – злодея–консультанта больше нет?! Шерлок стоял с трудом, кружилась голова и звенело в ушах. Умер не просто его очередной заклятый враг, умер единственный злодей, удостоенный его внимания. Джеймс Мориарти – первый и последний, кто заинтересовал Шерлока Холмса. Вокруг все глупы и скучны, кроме них двоих. Они словно в собственном мире: шалун Джимми напакостит, а умняжка Шерли в Скотланд-Ярде втолковывает Лестрейду, что всё просто, а мотива у преступника и вовсе нет – он играет. А стоит ли жить тогда дальше? Ведь теперь преступный элемент не просто измельчал, а, можно сказать, вообще исчез… У Шерлока есть Джон. Когда Джим сказал, что убьёт трёх его друзей, детектив спросил, кого именно, но не стал возражать слову «друзей». Потому, что наверно, так и есть. Шерлок Холмс – гений, но всё же человек, и вы не представляете, с каким трудом он это признал самому себе. Джим мёртв, и снайперы скоро исполнят его последнюю волю. А может быть, спрыгнуть по – настоящему, ведь какой смысл заканчивать партию, если соперник вышел из игры? Но нет, Шерлок не может, он уже договорился с Молли (представьте её глаза, когда она спрашивает «чего ты хочешь», и в ответ слышит «тебя». Конечно, детектив потом добавил «Молли, не надо думать о пошлом, мне нужна лишь твоя помощь», но всё же вам стоило это видеть). Через десять минут она сбросит со второго этажа госпиталя труп–подделку в маске, которую Мориарти сделал для своей игры. А Шерлок так долго ломал голову, почему же девчонка, которую он спас, испугалась его? О, Джимми, какой же ты был умница! Как ты мог умереть? И Майкрофт, он пришлёт людей, чтоб те забрали поддельный труп Шерлока до докторов, иначе обман будет раскрыт раньше, чем надо. Ладно, пора действовать. Звонок Джону (на ум Шерлоку сразу приходит фраза «звонок другу» из какого-то дурацкого шоу миссис Хадсон). Голос Уотсона взволнован, значит, бывший военврач уже догадывается, что сейчас сделает его друг. «Прости, но так надо» - мысленно извиняется Шерлок – «потерпи всего месяц, и я вернусь, а пока для твоей же безопасности будет лучше, если ты будешь, как и все, думать, что я мертв». «Прощай, Джон» - даже Шерлока пугают свои слова, и невольно на глаза наворачиваются слёзы – «я прохвост!» Джон, если бы ты знал, что твой друг вынужден лгать сейчас… «Стой на месте! Не двигайся, не отводи от меня взгляд!» - говорит Шерлок, мысленно добавляя «иначе ты увидишь, что летит из окна второго этажа, и раскроешь мой план». Детектив бросает айфон куда – то в сторону мёртвого Джима, чтобы всё выглядело для Джона натурально. Жалко, телефон стоил не маленьких денег! А Джима ещё жальче – ведь он вообще бесценен. Пора. Ставит ногу на самый край крыши, на заранее нарисованную отметку – вот отсюда нужно прыгать. «Боже мой, никогда не прыгал ни откуда, выше второго этажа, и то в детстве» - ужасается Шерлок. Главное – это шагнуть. Как ни странно, но шагнулось без труда, значит, Джим был прав: падение – это полёт, только конечная цель немного ближе. А в детстве высокоактивный социопат мечтал летать. Глупая, детская мечта, но чаще всего именно такие и воплощаются в жизнь. Удар был до жути чувствителен – Шерлок еле сдержался, чтобы не закричать от боли, ведь это было бы странно – орущие мешки в кузове мусоровоза. Нет, мешки не с мусором, а с чем–то чуть более мягким, он не знал, что туда напихал Майкрофт. Это и был план детектива, но выполнил он его не совсем удачно: приземлившись, вывихнул ногу и ударился головой о решётчатый бортик. Пока Холмс младший впивался зубами в костяшки пальцев, борясь с жуткой болью, мусоровоз тронулся с места, и последнее, что увидел сыщик, прежде чем отключиться – это ошарашенное лицо Джона, подбежавшего к мертвому лже–Шерлоку. «Молли, молодец, снайперская точность – сбросила труп точно туда, куда надо. Держись, Джон…» - а это мысли, с которыми «самоубийца» потерял сознание.