Духи забытого города

      Кросс на самом деле не имела ни малейшего представления о том, куда идти дальше и что делать. Если бы это был обычный день, то она, после своего скромного завтрака, вернулась обратно к себе домой и спокойно улеглась спать. Но с городом произошло нечто ужасное, что - никто не знал ответа, да и к тому же, за ней теперь следовал этот недомерок Берт. Бродяга не собиралась особо проявлять заботу об этом создании, но, тем не менее, мелкий неизменно шагал за ней, находясь в самом что ни на есть счастливом расположении духа. Он с интересом оглядывался по сторонам, как будто шел по городу впервые в жизни, и что-то бормотал себе под нос, обращаясь то ли к своей спутнице, то ли к самому себе. Кросс не было дела до его болтовни, и она решительно продолжала свой путь. У собаки уже пересохло во рту от сильной жажды, потому ей нужно было непременно найти хоть глоток воды. Но как назло, вокруг не было видно ни одной лужицы. «Что за ерунда?.. Неужели из города еще и вода испарилась?»       Между тем солнце нещадно пекло голову, в конце концов, осень едва началась, и деньки были жаркие, как в августе. Но сегодня все же слишком жарко, еще хуже, чем в предыдущие дни. Пожалуй, именно солнце высушило воду... Но такая жара непривычна даже для ранней осени. Да, многое поменялось буквально за одну ночь, и не только в городе.       - Что ты ищешь? – вывел Кросс из задумчивости веселый голос Берта.       - Хоть глоток воды найти бы, - сокрушенно вздохнула собака. – С утра во рту ни капельки, пить охота. А воду солнце иссушило. Где это видано, чтобы в сентябре жарило, как в июле?..       Берт нахмурился, тщательно обдумывая слова бродяги, но, видимо, это ни к чему не привело, так как далее он стал активно шарить глазами по земле, также в поисках воды. В отличие от него, Кросс прекрасно понимала, что если где-то и найдется вода, то только в тени. Однако солнце стояло уже высоко, и тени от домов сделались совсем короткими.       Наконец на глаза собаке попался узкий темный закуток между двумя домами. Из водосточной трубы по капле стекала хоть и довольно грязная, но вода, образовывая небольшую лужу на земле. Кросс выдохнула с облегчением и поспешила к ней. Воды было не так много, но ее вполне хватило, чтобы утолить жажду. Берт тоже слизнул с земли пару капель, затем вопросительно посмотрел на старшую спутницу:       - Что думаешь делать дальше? Воду мы нашли, а…       - Для начала, не «мы», а я, - сразу перебила его белая собака. – И потом, нет смысла что-то делать, пока мы не знаем, что в действительности произошло. Кстати, ты хотя бы ел что-нибудь? – внезапно спросила она и сама удивилась подобной заботе об этом недомерке.       - Ну… Именно за попыткой что-нибудь перекусить ты меня и застала, - виновато прижал уши Берт. – Я хотел посмотреть, не осталось ли что-нибудь у людей, но как-то так вышло, что... Ну, ты видела, что было дальше.       - Подожди, то есть… Ты что, воруешь еду у людей?! – изумилась Кросс, услышав слова коричневого пса.       - Я не считаю это таким уж воровством, - беззаботно пожал плечами Бертон. – Я просто смотрю в окошко на первом этаже, выжидаю момент, когда люди не смотрят на стол... Затем забираюсь внутрь, быстро что-нибудь хватаю и убегаю. Им от этого хуже не будет, у них всегда еды полно, а я сытым останусь.       - Эх, не думаю, что это правильно, - покачала головой салюки, но затем лишь вздохнула, покинула тенистый закоулок и отправилась дальше по улице. Ей не было дела, что там и как этот Берт делает. Она всегда была бродягой и выживала, при этом никак не досаждая людям. Пусть мелкий, если желает, тащится за ней, ей как-то все равно.       Разумеется, Берт направился за ней следом. Он уже не намеревался оставлять Кросс, тем более, она как-то не против его компании. Одному ему никак не выжить в такой ситуации, это он понимал хорошо.       На тот момент Берту было всего полтора года. За свою недолгую жизнь он успел пережить много всяких трудностей, в особенности в детстве. Рожден он был в стае бродячих собак, но, будучи самым слабым из пятерки щенят, вскоре был выставлен из стаи за ненадобностью. Люди нашли слабого неразумного щенка и забрали его домой, но вскоре, как это часто бывает, пес снова оказался на улице. Кто дал ему кличку Бертон, он и сам не помнил, но имя было для него памятью о трудном прошлом, и он его просто сократил. Быстрые лапы позволяли уходить от враждебных стай и прочих проблем, а пищу он находил в домах людей или же на городских свалках. Несмотря на все пережитые им проблемы и трудности, Берт оставался неизменно веселым и неунывающим и смотрел на мир с позитивной точки зрения. Теперь же с ним была Кросс, и жизнь и вовсе казалась ему радужной, несмотря на произошедшую катастрофу. Берт никогда не вспоминал о своем прошлом, но и в будущее смотреть не желал. Он всегда жил сегодняшним днем и именно поэтому сохранял столь бодрый настрой.       Внезапно собак от их собственных мыслей отвлек чей-то робкий голос, доносившийся откуда-то из-за домов, и они остановились, прислушиваясь.       - Есть здесь кто-нибудь?.. – вновь раздался тот же голос. Говорил какой-то пес, видимо, растерянный и напуганный сложившейся ситуацией.       - Там кто-то есть! – навострил уши Берт, внезапно бросаясь вперед, обогнал Кросс и завернул за угол. Белая собака сокрушенно вздохнула, но поспешила за мелким, чтобы он ненароком не натворил глупостей. Пробежав узкий проход между зданиями, собаки снова выбрались на свет. Их взору открылся небольшой дворик, окруженный меньшими по размеру домиками.       По газону в центре двора, огороженному невысоким кованым заборчиком, прохаживался взад-вперед пес, черный с белыми и рыжими подпалинами. С первого взгляда ясно, что домашний – ухоженная блестящая шерсть, весьма упитанное телосложение, на шее кожаная полоса ошейника. Он недоуменно озирался вокруг, явно не понимая, что происходит. Временами пес поднимал голову к небу, настороженно втягивая носом воздух, затем снова смотрел по сторонам.       Пес обратил внимание на Берта, когда тот уже со всех лап мчался в его сторону. Так как мелкий, не церемонясь, перемахнул через забор и подскочил к незнакомцу, тот не успел ничего предпринять. Когда же счастливое создание остановилось перед ним в нескольких шагах, улыбаясь во всю морду и размахивая хвостом, он попятился назад и чуть ли не вжался в ограждение.       - Простите, юноша, попрошу вас отойти, - сдержанно проговорил подпалый пес, слегка брезгливо глядя на бродягу. – Я, знаете ли, сам принадлежу людям, потому не очень люблю бездомных.       Кросс, подоспевшая к тому времени и застав эту сцену, лишь покачала головой и поспешила вмешаться, так как все же желала выяснить, кто это такой.       - Прошу вас простить моего друга, - буквально натягивая на морду улыбку и стараясь говорить как можно более вежливо, в стиле домашних собак, произнесла она. – Если вы не нуждаетесь в нашей помощи, мы сейчас же вас оставим.       Пес навострил висячие уши и внимательно осмотрел Кросс. Надо сказать, выглядела она гораздо более опрятно, чем доходяга Берт, и ее даже с трудом, но можно было принять за домашнюю. Видимо, и пестрому псу понравилась внешность случайной знакомой, потому что он чуть улыбнулся и ответил гораздо более мягко:       - Так значит, он ваш друг?.. В таком случае... Помощь мне действительно не помешала бы. Видите ли, сам я принадлежу людям, но все здесь так... изменилось...       - Да уж, это мы заметили, - попытался поддержать беседу Берт, но Кросс гневно шикнула на него и стала отвечать сама:       - В городе не осталось ни души. Не только люди, но животные куда-то пропали. Боюсь, мы трое остались в одиночестве.       По все еще озадаченной морде домашнего было ясно, что тот ничего не понял из этих слов, но все равно принялся объяснять свое положение.       - Видите ли, я живу в одном из этих домов, - он кивнул на окружающие дворик небольшие здания. – Так как ночи сейчас, знаете ли, выдались очень теплые, то мои хозяева позволяют мне ночевать в этом сквере... И вот, понимаете ли, я проснулся, а вокруг никого... Ну, сами знаете, обычно люди и все такое, но сейчас вообще никого не оказалось...       Салюки тяжело вздохнула. Нужно как можно мягче объяснить этому домашнему, что людей вообще не осталось, но как?       - Понимаете ли, - стараясь сохранять спокойствие, начала она. – У меня и моего спутника такая же ситуация. Вернее, мы все внезапно узнали о полном исчезновении людей, хоть и каждый по-разному.       - Ясно, - на удивление Кросс, все так же спокойно кивнул пес и вздохнул. – Я, сами понимаете, всегда жил с людьми... Что я без них буду делать?       - Вы можете отправиться с нами! – радостно улыбнувшись новому знакомому, заявил Берт и завертел хвостом.       Кросс снова оказалась в замешательстве. Этот мелкий ничего еще не сделал для нее, они едва знакомы, и она лишь по доброте душевной взяла его с собой. Куда он собрался отправляться?! Им некуда идти, да и зачем вообще покидать город?.. Кто знает, что за его пределами. Мало ей одной находки, теперь еще и домашний любимчик свалился на ее голову. Но Кросс опять же понимала, что этого холеного питомца людей никак нельзя оставить одного после катастрофы. Еще вчера бы она так ни за что не сказала, но теперь... Безумная ситуация, безумные мысли. Неужели одна, всего одна ночь могла так изменить все, даже твердый и независимый характер бродяги?       - Полагаю, я откажусь, - вежливо склонил голову подпалый. – Я буду лишь ношей для вас. Вы бездомные собаки, вы привыкли уже жить в городе, а я за пределы сквера не выходил никогда и ничего не сумею сделать для себя. Я принадлежал людям, вы сами понимаете.       - Не беспокойтесь об этом, - в который раз за день глубоко вздохнув, произнесла Кросс. – Не думаю, что ваша принадлежность людям как-то помешает. Вы можете отправиться с нами.       Берт радостно подскочил на месте, замахал хвостом пуще прежнего и сияющими от радости глазами посмотрел на белую собаку. Видно было, что новый знакомый ему понравился, и он горит желанием узнать его получше. К тому же, он был явно рад, что старший товарищ поддержал его предложение.       - Что ж, в таком случае, разрешите представиться. Мартин, чистокровный аппенцеллер зенненхунд, - вежливо склонил голову пес. – И да, можете обращаться на «ты».       Кросс на этот раз уже искренне улыбнулась и кивнула головой.       - Приятно познакомиться. Я Кросс, а этого мелкого зовут Берт, - она огляделась вокруг. – Мартин, здесь больше не слышно ничего подозрительного?       - Лично я ничего такого не слышал, - покачал головой Мартин. - В этом сквере, понимаете ли, сегодня необычайно тихо. Я бы услышал, если что, это я вам точно говорю.       Кросс не ответила псу, лишь кивнула головой. Собака развернулась, подбежала к ограде и легко перемахнула через нее. Ее примеру последовал Берт, последним, в последний раз обернувшись, родной сквер покинул Мартин. Кросс вывела новых товарищей на улицу, по которой они с Бертом изначально шли, и их небольшая группа продолжила свой путь.       - Ты голоден, Мартин? – на ходу спросила Кросс. – Если так, мы поищем тебе что-нибудь.       - Благодарю, но вынужден отказаться, - вежливо отвечал зенненхунд. – Я вчера вечером наелся так, что до сих пор не чувствую голода.       Белая собака снова лишь кивнула, продолжая идти вперед. Тогда, видя, что разговор старших закончен, Берт поравнялся с Мартином.       - Прости, Мартин... – он замолчал и подождал, пока домашний обратит на него внимание. – Как ты думаешь, что...случилось с людьми?       - Не знаю... Берт, правильно? Понимаешь ли, я никогда не обожал людей. Я всегда любил своих хозяев, был благодарен им за заботу, любовь и ласку, что мне давали, но не боготворил их, как некоторые домашние... Я знал, что проснусь утром в сквере на зеленом газоне, как только услышу зов хозяев, они отправят меня домой, и я буду ждать их возвращения... Так было все четыре года, что я жил с ними. Но теперь этому пришел конец... Понимаешь ли, я не люблю перемены, но принимаю их... Серьезных перемен в моей жизни было лишь две: когда меня забрали от матери люди, и когда хозяйка вышла замуж... Остальное было совсем незначительным. Не думаю, что то, что произошло, несет в себе такой уж сильный смысл, - он слегка улыбнулся своему собеседнику.       Кросс молча шла вперед, краем уха слушая разговор товарищей и думая о своем. Ее мысли прервал странный шорох, раздавшийся из подворотни. Собака притормозила и посмотрела в ту сторону.       Из подворотни выскочила жирная, крупная крыса. Кросс облизнулась, приняла охотничью стойку и была уже готова кинуться вперед и прикончить добычу, но за тварью показалась другая, третья... Крысы вдруг стали выныривать буквально изо всех щелей, серым ручьем разливаясь по улице и превращаясь в настоящую реку. Крысы заполняли весь город.       - Бежим, быстро!..