Anhedonia

− Акане, инъекцию церебролизата в 56-ю! − Будет сделано. Девушка с аккуратными тёмно-каштановыми волосами, глазами цвета мокко и изящными маленькими руками поспешила в указанную палату. Этот странный тип – поступивший неделю назад из Сендая доставил немало беспокойств персоналу клиники Святого Луки. Конечно, в психиатрическом отделении попадаются совершенно разные экземпляры, но этот случай явно особенный. Во-первых, этот юноша не помнил никаких обстоятельств своей жизни, даже своего имени. Во-вторых, он - один из пострадавших в результате недавнего землетрясения. Вскоре девушка проследовала к дверям нужной комнаты. Перед ней предстал молодой человек лет девятнадцати, с белой кожей и ясными карими глазами. Волосы его были выкрашены в пронзительно светлый цвет, на лице - ни тени улыбки, лишь трагичное безмолвное смирение. Поражала его исключительная худоба - острые колени выдавали свои очертания даже сквозь ткань больничной пижамы. − Сейчас я сделаю Вам укол, доктор сказал, что это необходимо для улучшения состояния. Юноша не ответил ничего, лишь на мгновение скользнул взглядом по одеянию медсестры. Закончив со своей работой, Акане осведомилась о состоянии парня, на что он только невнятно кивнул головой и продолжил тонуть в собственных думах. В больничной карте пациент значился как Руки - это единственное, что смог придумать персонал для человека, не назвавшего ни своего имени, ни фамилии. Оставшись в полном одиночестве Руки ещё четверть часа просидел, взирая опустошённым взглядом в неопределённое пространство. В скором времени его голову посетила будоражащая мысль, что, быть может, следует бежать. Но тут же неминуемо возникал вопрос: «Куда? Зачем?» В конечном счете, он совершенно запутался, потерялся в глубинах собственного сознания, и вероятно, эта лечебница для душевнобольных – наилучшее место для него на данный момент. Но. Десятки «но» бьют отголосками сумбурных и нечётких образов, лиц, событий. От подобного потока излишней информации свинцовой болью наливаются виски, кружится голова и молодой мужчина проваливается в глубокий и вязкий сон. Лучи тёплого майского солнца озаряют пустынный парк. Но вот сквозь волшебную пелену дождя лепестков цветущей сакуры проглядывается тонкий, едва уловимый силуэт, напоминающий маленькую женскую фигурку. Так и есть, девушка, с чётко очерченной линией скул, такой же пронзительно-белой кожей как у него самого, и иссиня-чёрной копной слегка спутавшихся дред мягко улыбается ему, с лёгкостью порхая между деревьями. Он легонько касается её рукой, кожа оказывается настолько нежной, почти невесомой и прозрачной. Они весело кружатся, держась за руки, слышен их звонкий смех, ничто не омрачает подобной атмосферы. Что-то подсказывает ему, что перед ним, возможно, самый родной, самый близкий ему человек. И вот, девушка, по всей видимостью в усталости усаживается на траву под одной из сакур, а он, садясь рядом, располагается на её коленях. Девушка едва ощутимо перебирает пальцами в его волосах. − Я люблю тебя, Таканори… - нежно шепчет ему на ухо девушка. − И я люблю тебя, Рини, - вторит ей он. Но внезапно картина стремительно меняется. Наш взор переносится в охваченный паникой город. Рушатся дома, автомобили швыряет из стороны в сторону. Люди в страхе покидают свои жилища, и вот мы видим, как из едва не рухнувшего дома выбегает уже знакомая нам пара. Светловолосый юноша и девушка с дредами несутся прочь, вдруг их разделяет огромный упавший в одно мгновение бетонный блок, и они бегут прочь, так и не узнав о судьбе друг друга. На этом моменте Руки просыпается. «Таканори? Рини? Очевидно, это землетрясения в Сендае… Я уверен, что увиденное имеет отношение к моему прошлому….Но какое?» - его размышления прерывает стук в дверь. В горле его пересохло, и, прокашлявшись, он говорит: − Можете войти. На пороге появляется человек в белом халате, приблизительно лет двадцати пяти, со светло рыжими, почти блондинистыми волосами, невысокого роста, но достаточно крепкого телосложения. Человек представился: − Я Тоору Ниимура, ваш лечащий врач. Мне нужно провести осмотр и осведомиться о вашем состоянии, господин Руки. − Хорошо. Ниимура – сан, кажется, начинают всплывать некоторые события происходящие ранее со мной… - Руки убрал мешающую прядь со лба и приготовился продолжить рассказ. − Очень интересно, продолжайте. – Молодой врач пристально взглянул на пациента. − Мне кажется, - юноша задумался на мгновение, - что всю жизнь, или по крайней мере, очень длительное время, рядом со мной была одна девушка. Её образ не покидает меня во снах с тех самых пор, как я утратил память… - Руки в мельчайших подробностях принялся описывать её портрет . – Она – словно часть меня. В ней есть что-то неуловимо родное и трепетное… В своих сновидениях я называю её Рини. И, кажется, моё настоящее имя – Таканори, именно так обращается ко мне эта девушка. – он сделал продолжительную паузу, после которой заговорил доктор: − Вы думаете эта девушка – ваша возлюбленная? − Нет, мне так не кажется… - с некоторой неуверенностью ответил Руки. − Тогда кто же она? Быть может, ваша сестра? – Ниимура скрестил руки на груди и задумчиво посмотрел на Руки. – Я считаю, что нам просто необходимо заявить в розыск, сейчас, когда страна мало-помалу успокаивается после недавних волнений, гораздо больше шансов, что её найдут. − Да, пожалуй, это хорошая идея. − А что касается состояния вашего здоровья… Головные боли, мучавшие вас всю минувшую неделю, уже прошли? − Нет, они по-прежнему не покидают меня. Также часто происходят головокружения, моменты, когда мир буквально распадается на части, перед глазами мелькают неясные вспышки и боль обжигает голову. − Это очень дурное явление. Что ж, мы продолжим курс сибазона, кроме того, я выпишу вам палиперидон – это очень дорогое и современное лекарство, оно не должно вызывать никаких побочных эффектов. И ещё… Прошу вас, не отказывайтесь от еды! А иначе процесс выздоровления затянется надолго, и мы не сможем вас выписать. − Но я совершенно не голоден… − Никаких но! Я лично распоряжусь, чтобы медсёстры усилили контроль над вашими приёмами пищи. Скорейшего выздоровления!