Ближе, чем на шаг

Звонок будильника по утрам – одна из самых ужасных вещей в жизни. Можно поставить на сигнал хорошую песню, в надежде, что просыпаться будет легче, но, по правде говоря, всё это абсолютно бесполезно: ты возненавидишь эту мелодию уже через неделю, и будешь проклинать её различными ругательствами, зачастую которые будут абсолютно нецензурными. Но сегодняшний день был огромным исключением из правил. Услышав уже выученный наизусть мотив, я наслаждалась глупыми и бессмысленными словами уже надоевшей мне песни. Не помню ни одного раза, когда эта мелодия играла так долго: обычно я выключаю её так быстро, как только могу, потому что долго слушать такое просто невыносимо. – Китнисс! – звонко кричит Прим, вбегая в нашу с ней комнату. Моя младшая сестра всегда встает раньше меня, хотя наши занятия начинаются в одно и тоже время. – Опоздаешь в свой последний день! – И что? Думаешь, они меня выгонят? – усмехаюсь я в ответ. Последний день школы – это то, чего так ждут большинство учеников на протяжении двенадцати лет. А такие, как я, вероятно, ждут этого сильнее всех. Изгой не совсем правильное слово для меня. Человек, с которым никто не общается, – вот более верный вариант. В этой школе я дружила только с Гейлом Хоторном, он был старше меня на год и, соответственно, выпустился в том году, оставив меня в полном одиночестве. Сейчас Гейл служит по контракту в армии: его семье срочно нужны были деньги, и Хоторну пришлось принять это непростое решение. Контракт подписан всего на три года, но моему другу слишком понравилась военная деятельность, что он не против остаться там навсегда. – Двадцать минут до первого урока, – напоминает сестра, выключая будильник, который пошел уже по второму кругу. – Вставай! Улыбаясь, отрицательно машу головой. Хочу посмотреть, что придумает Прим в этот раз. Не долго думая, она откидывает одеяло и тянет меня за руки вперед, заставляя принять сидячее положение. – Вот, почти встала. Теперь ты довольна? – одновременно зевая и убирая запутавшиеся волосы с лица, спрашиваю я. – Нет. Одевайся скорей! Лениво поднимаюсь и медленными шагами иду по направлению к ванной, чтобы почистить зубы и хоть немного привести себя в порядок. Закончив с этими делами, смотрю на часы – осталось всего десять минут. Захожу обратно в комнату и вижу, что обе кровати уже заправлены. Сестра подносит к моему лицу чашку, и я делаю глоток горячего сладкого кофе, затем откусываю от круассана с шоколадом и устремляю свой взгляд на небольшой шкаф. Достаю обычную белую майку и джинсовые шорты и быстро переодеваюсь, закидывая смятую пижаму обратно в шкаф. – Я готова, – сообщаю сестре, и она, поставив уже пустую чашку на стол, хватает ключи и стремительно шагает к двери. Войдя в класс, замечаю, что все мои одноклассники уже здесь, но преподаватель, мистер Эбернети, еще не пришел. Почти каждый в своих руках вертит какой-то листочек синего цвета. Смотря по сторонам, прохожу к своей парте и сажусь на стул. Все вокруг что-то оживленно обсуждают, но я не могу понять, что именно. Решаюсь спросить у одной из девочек, которая относится ко мне более-менее снисходительно. – Мадж, что это? – указываю на листочек, которым любуется девушка. – Приглашение на загородную вечеринку Катона в честь окончания, – восхищенно отвечает она. Теперь всё ясно. Катон Оверстрит – сын богатого папочки. Любит разбрасываться деньгами направо и налево, самовлюбленный, самоуверенный, наглый, общается только с «элитой». Очень странно, что он пригласил так много народу, не входящих в его список избранных. Возможно, просто хочет в очередной раз похвастаться. Рассматриваю кому еще, как и мне, не достались приглашения: компании из пятерых ребят-отличников, девочке в очках и брекетах, парню-готу и парню с дредами. Всё! Остальные все получили по заветному для них листочку. – Внимание! – громким и грубым голосом выкрикивает Катон, усевшись на парту. – Как вы уже поняли, вечеринка состоится завтра ночью, и продлиться она четыре долгих и шумных дня. Дом находится в двухсот милях отсюда. Как вы доберетесь туда – ваша забота. Расходы беру на себя. Теперь скажите мне: все идут? Класс одобрительно кричит свое согласие. Естественно, никто не хочет пропускать праздник Катона. И только тогда, когда все успокаиваются Энни, девочка-тихоня, негромким голосом произносит: – Мне нужно спросить у родителей. Раздается громкий смех, и Креста покрывается румянцем от стыда. – Порви свой листок. Сейчас же! – резко приказывает Оверстрит, и, девушка с уже мокрыми глазами, не задумываясь, выполняет его требование. – Кретин, – шепотом бурчу я себе под нос, смотря на всю эту картину. Это слово было сказано очень тихо, но, как оказалось, недостаточно. – Что ты сказала, Эвердин? – насмешливо переспрашивает «лидер класса». – Вероятно, ты слышал. – Похоже, кто-то злиться, что не получил приглашение, – иронично проговаривает парень. – Знаешь, а ведь оно может достаться тебе всего за одну небольшую услугу. Катон медленно проводит языком по своей верхней губе, и его ближайшее окружение взрывается хохотом. – Я лучше асфальт оближу. – Как всегда дерзкая, – по-актерски вздыхает Оверстрит. – Нет, правда, можешь приходить. Вот только машины у тебя нет, и у мамы твоей нет, и друзей, которые могли бы тебя подвезти, тоже нет. Проблема. – Может, сможешь пешком дойти? – саркастично спрашивает Марвел, лучший друг Катона. Класс снова начинает смеяться, а я лишь закатываю глаза. – А ведь это неплохая идея, друг, – с неожиданной серьезностью заявляет хозяин будущей вечеринки. – Эй, ты, – он указывает на Мадж, – сосчитай за сколько человек может пройти двести миль. Мадж, взяв в руки телефон и включив калькулятор, быстро печатает цифры. – Самое малое – три дня, – дает ответ девушка. – Три дня! Отлично! – восторженно кричит Катон. – Заключим сделку, Эвердин? Дойдешь за три дня – попадешь на вечеринку… – Нет, спасибо, мне и дома хорошо. – Дослушай. Вдобавок ты получишь две тысячи долларов. Неплохо, да? Ничего себе! Я всегда знала, что деньги для него лишь бумага, но это же просто огромная сумма! Мне чертовски нужны эти деньги:, я смогла бы поступить в хороший колледж и получить ту профессию, которую хочу. – Вижу, ты заинтересовалась. Могу тебе еще предложить поцелуй со мной. Поверь, это будет самое запоминающее событие в твоей жизни. – Как мне узнать, что ты не обманешь насчет денег? – Умоляю, мне будет весело. А я хорошо плачу людям, развлекающим меня. Ну что, согласна? – Да, наверно, – неуверенно соглашаюсь я. – Умничка. Повеселимся, парни, – обращается он к своим дружкам. – Можешь, кстати, позвать своих друзей. Ой, подожди, у тебя же их нет. – Иди к черту. – Кто-нибудь хочет присоединиться к Эвердин? – выкрикивает парень на весь класс. Молчание. Какой здоровый человек пойдет три дня пешком невесть куда со мной? Неудивительно, что стоит такая тишина… – Да. Я хочу. – Отзывается белокурый парень с задней парты. Пит Мелларк.