Тела питомцев

******** После недавнего убийства старого маггла основатели Хогвартса, имевшие сомнительное удовольствие все это наблюдать, как-то совсем поникли. – Он никогда не угомонится? – прозвучал риторический вопрос одного из великих волшебников. Вопрос озвучил длинноволосый маг в красно-золотом одеянии. Он вздохнул и озадаченно покрутил палочкой у виска. Где-то между мирами четверо волшебников держали "военный совет". – Самовлюбленный пропагандист твоей идеи собирается поставить весь мир на колени, – с явным неодобрением продолжал вышеупомянутый маг. Подавшись вперед и опершись ладонями о поверхность большого круглого стола, он уставился на высокого статного мужчину, в одежде которого преобладали зеленые тона. Мужчина, казалось, не замечал этого укоряющего взора. Он разглядывал своды потолка, думая о чем-то своем. Кроме этих двух волшебников в комнате без стен – междумировом прибежище для всей четверки – находились полноватая рыжеволосая ведьма в черно-желтой мантии и прекрасная брюнетка, на плечи которой был накинут длинный синий плащ с причудливым узором. В руках Рыжеволосой было зажато небольшое аккуратное блюдечко, на котором в свою очередь стояла маленькая чашечка с каким-то дымящимся напитком. Обе ведьмы молчали, понимающе и даже как-то устало переглядываясь друг с другом. Рыжеволосая прихлебывала из чашки, то и дело отрывая ее от "подноса", посматривая по сторонам: помимо стола и четырех кресел, установленных вокруг него, в подобии комнаты еще находилось что-то вроде огромнейшего зеркала, только без рамы и граней, как будто бы часть воздуха просто застыла в отражении. По желанию эта магическая воздушная сфера могла показывать события Мира Живых, а могла выполнять роль обычного зеркала. Сейчас в ней отражались огоньки свечей, висящих в воздухе тут и там. Огоньки тихонько подрагивали от потустороннего легкого ветра. – Это же просто возмутительно! – продолжал маг в красно-золотом одеянии. – Не для того мы строили Хогвартс, чтобы потом какой-то самопровозглашенный Лорд загубил нашу идею! Разве тебе всего происходящего и грядущего мало, Салазар? Мужчина со змеиными глазами – тот, на кого был направлен негодующий взгляд, – все же отвлекся от своих дум и "снизошел" до публики, но лишь для того, чтобы досадливо отмахнуться. – Годрик, не о чем так беспокоиться. Это всего лишь вынужденный акт в связи с неправильным распределением классов волшебников, – надменно произнес он и не без злорадства добавил, растягивая губы в самодовольной ухмылочке: – Если бы с самого начала, еще при земной жизни кто-нибудь из вашей троицы прислушался к моему, несомненно, авторитетному мнению, мы не имели бы того, что имеем сейчас. Годрик Гриффиндор сузил глаза. Он выпрямился и, обойдя стол, сделал пару шагов по направлению к Салазару Слизерину. – Так-так-так, стоп! – между извечными спорщиками встала волшебница в синем плаще. – Хватит,– она взглянула сначала на одного мага, потом на другого. – Неужели за столько лет вам еще не надоело? У нас намечается серьезная проблема, а вместо того, чтобы искать пути ее решения, мы с Пенелопой, – она кивком головы указала на попивающую свой напиток рыжеволосую ведьму, – занимаемся тем, что выслушиваем ваши претензии, предъявляемые друг другу. Два волшебника обменялись взглядами, далекими от симпатии, но назревающий спор предпочли дальше не раздувать. – Замечательно, – Пенелопа Пуффендуй удовлетворенно кивнула и аккуратно поставила на стол чашку и блюдце. – Теперь мы уже примемся за обсуждение нашего общего бедствия? – Обсуждали уже, – заметил Годрик. – Мы не имеем права заставлять кого-либо из живущих сейчас волшебников делать что-то против своей воли. Кандида, – в знак уважения он чуть заметно склонил голову, на мгновение переключив внимание на волшебницу в синем плаще, – сделала нам правильное замечание, но, увы, бессмысленное. Мы ничего не можем поделать с тем, что происходит сейчас в мире живых. – Не совсем, – Кандида Когтевран, славящаяся своим острым умом, чуть улыбнулась. – У нас нет сил на то, чтобы непосредственно влиять на действия людей. – И? – усевшийся в кресло Салазар скептически приподнял брови, вольготно откидываясь назад. – Я понимаю, к чему ты клонишь, но если мы как-нибудь заколдуем парочку зверей, нам это не поможет, – тут маг даже поморщился, не без презрения добавив: – Тем более, что и на действия всяких птичек, рыбок мы влиять не можем. Только применять на них заклинания, причем в ограниченном количестве, какой в этом смысл? Кандида подошла к застывшей в воздухе сфере-зеркалу и прошептала какое-то заклинание. Сфера засветилась, являя глазам основателей моменты прошлого. Первым делом промелькнуло обрадованное лицо Рона, получившего в подарок от Сириуса милого маленького совенка Сычика, которого в то время еще Сычиком и не звали. – Какой он забавный! – Рон с восторгом наблюдал за неуклюжим, но старательным полетом малютки совы, потом поймал этот взъерошенный комочек позитива, заметив хищный взгляд кота Грейнджер. Сидящая неподалеку Гермиона с искренней улыбкой наблюдала за своим другом. Гарри Поттер стоял здесь же, раз за разом перечитывая такое важное для него письмо от своего крестного. – Это ведь настоящая сова, Живоглот? – Рон вопросительно уставился на кота, комфортно устроившегося на коленях своей хозяйки. Кот согласно мурлыкнул, чем вызвал у Рона еще более бурный восторг. – Я отправлю Сириусу письмо с благодарностью и нашими пожеланиями, – предложил Гарри, подзывая к себе Буклю. На этом месте картинка прошлого начала мутнеть и пропадать, но еще пару секунд основатели наблюдали за тем, как Гермиона с любовью поглаживает своего ненаглядного Живоглота; как Гари заботливо проводит пальцами по перьям Букли; как Рон разглядывает нового питомца, не скрывая счастливой улыбки. Потом картинка пропала окончательно, но на ее место тут же пришла другая. Эти действия тоже были уже прошлым, но это было совсем недавнее прошлое. В темной зашторенной комнате сидело жутковатое существо: Волдеморт, не обретший пока физическое тело полностью. Существо разговаривало с двумя своими приспешниками. Оно объясняло, как лучше действовать дальше, учитывая сложившиеся обстоятельства. Существо продолжало свою речь до тех пор, пока не было прервано большой змеей, вползшей через дверь в покои своего дражайшего хозяина. Змея принялась что-то шипеть, и двое основателей, исключая Салазара, с укором посмотрели на Кандиду. Волшебнице и самой не хотелось смотреть "фильм" на "иностранном языке". Она снова что-то прошептала, и зеркальная часть воздуха задрожала, а потом явила в нижней части экрана черную полосу с подобиями субтитров. – Здравствуйте, хозяин, – змея приблизилась к Темному Лорду, преданно заглядывая ему в глаза. – А я тут неподалеку была, дай, думаю, заползу. Приближаюсь к Вашему кабинету, а там мужик какой-то стоит. Раскрыл рот, бедолага, никогда магов-то в глаза даже не видел, оно и понятно... – Нагайна говорит, что рядом с нами, прямо за дверью, стоит старый маггл, – Волдеморт перевел взгляд со змеи на Хвоста. – Пригласи его войти. А потом ласково провел пальцами по голове довольной Нагайны. Картинка снова померкла, теряя краски. Потом на зеркальной поверхности опять появились висящие в комнате свечи. Подрагивающие язычки огней качнулись в сторону Кандиды, когда основательница факультета Когтевран стремительно прошествовала к своему креслу у стола. – Вот она, их слабость, – Кандида уперлась локтями в подлокотники своего кресла и скрестила пальцы рук на уровне подбородка. – Их домашние питомцы. Те, к кому волшебники привязаны. Кто-то их вырастил, кто-то приобрел уже значительно позже, но, так или иначе, к своим питомцам они относятся достаточно трепетно, чтобы... Кандида сделала многозначительную паузу, обводя взглядом остальных участников их маленького коллектива, давая волшебникам возможность продолжить самим. – Они дорожат своими домашними животными, – Салазар нехорошо усмехнулся, и в свете свечей эта ухмылка показалась еще более зловещей. – Предлагаешь лишить их этих подарков судьбы? – Лишить, – подтвердила Кандида. – Но не убивать. – Мы могли бы попробовать воздействовать на главных участников будущей войны, – согласился Салазар. – Мы могли бы оказать на них давление, используя этих любимцев. – Оказывать давление? – Годрик нахмурился, почесывая подбородок. – Это будет совершенно лживой игрой с нашей стороны. Пенелопа вновь отхлебнула из чашки, тоже усаживаясь в свое кресло. – Не время для благородства, Годрик, – заметила она и примирительно добавила, уловив брошенный на нее испепеляющий взгляд: – Мы найдем какую-нибудь альтернативу для того, чтобы и давление на магов оказать, и не навредить ни им, ни их питомцам. – Например, возвращаясь к теме лишения, мы можем сделать так, что хозяева будут вынуждены объединиться, чтобы найти своих ненаглядных домашних животных, – победно улыбнулась Кандида, и глаза ее торжествующе сверкнули. – Но их любимцы могут и сами отыскать путь домой, – осторожно заметил сомневающийся Годрик. Ему не хотелось издеваться над любовью, даже если вид любви включал в себя привязанность хозяев к своим питомцам. – Именно поэтому мы сделаем так, чтобы такой возможности у питомцев не было, – Кандида извлекла из мантии волшебную палочку. – Мы превратим Нагайну, Сычика, Живоглота и Буклю в людей, таким образом змея не изловчится, чтобы проползти по своим ходам до Лорда, совы не сумеют добраться до хозяев по воздуху, а кот утратит свое звериное чутье настолько, что не будет способен ориентироваться в пространстве достаточно хорошо, чтобы вернуться домой. – А чтобы закрепить эффект, – сориентировался Салазар, – мы отправим их куда-нибудь подальше от Хогвартса. В Дурмстранг, например. – Ну уж не-ет, – Годрик, который понял, что решили уже все за него, решил вставить свои пять сиклей. – Тогда уж мы отправим этих четверых к магглам! И свяжем питомцев таким заклинанием, которое бы исключало нанесение вреда всем, не владеющим магией, до тех пор, пока питомцы будут находиться за пределами волшебного мира. – Протестую! – вскинулся Салазар. – И кто после этого говорит о нечестной игре? – А мне нравится, – задумчиво протянула Пенелопа. Кандида согласно кивнула и, уверенная в капитуляции основателя змеиного факультета, невинно предложила: – Проголосуем? Выражая недовольство, Салазар закатил, было, глаза, но потом подумал, что когда у тебя в запасе целая вечность, то можно скоротать времечко за просмотром интересного фильма об ошарашенных Темном Лорде и Золотом Трио. Вот смеху-то будет! – Ладно, – Салазар кивнул с таким видом, словно его долго и упорно уговаривали. – Так и быть, я согласен, не нужно столько шума из-за меня. А потом они начали ритуал.