Лёд и тьма

      Тем временем на поверхности ледяной капитан, неотрывно следил за штольней, иногда кидая красноречивые взгляды в сторону беспечно шатающегося неподалеку Урахары. И в очередной раз, попытавшись взглядом прожечь дыру у продавца в спине, он обратил внимание на столб пыли, возвышающийся над штольней. Все внимание капитана тут же было сосредоточено на сияющей в полу подвала дыре, а все чувства обострились, нервные окончания отозвались неприятным покалыванием, в предвкушении чего-то мощного и определенно опасного.       И оно не заставило себя ждать: сильнейший порыв ветра, несущий с собой массу песка и пыли, поднялся со дна штольни и снес Киске с ног за одно и, отшатнув Хитсугаю назад, следом за ним со штольни вырвалась темная тень и раздался громогласный крик: - Урахара!!! – тень замерла на секунду, а затем резко поменяла направление в сторону плотоядно улыбающегося шляпника. В свете искусственного солнца что-то блеснуло, и послышался звук удара двух мечей, сопровождающийся каким-то еле уловимым свистом. Тень перемещалась с потрясающей скоростью.       Как бы не напрягал свое зрение Хитсугая, но рассмотреть ее никак не мог. А Киске тем временем с чрезвычайно самодовольным видом продолжал отбивать молниеносные удары невидимого меча. Улыбка на лице бывшего капитана 12-го отряда становилась все шире, а движения все более расслабленными: - Оу-у… Карин-тян, такая быстрая. Как интересно, - протянул лавочник. Со стороны тени раздался какой-то непонятный звук, в котором Хитсугая смог различить отборный мат, и последовал резкий выпад, который Урахара благополучно блокировал. А затем несколькими ответными ударами оттеснил противника к какому-то из многочисленных валунов, пока тот не уткнулся в него спиной, а продавец сладостей не воткнул катану в камень, пронзая, как показалось Хитсугае противника насквозь.       Оправившись от секундного шока, капитан 10-го отряда на сюмпо переместился к злополучному камню, на ходу, доставая меч и призывая шикай, чтобы секунду спустя упереть острие клинка в спину Киске: - Урахара!!! - рычал Тоширо. - Какого черта ты творишь? - Хитсугая-сан, вы о чем? - непонимающим тоном вопросил продавец, отступая от камня и разворачиваясь лицом к разъярённому синигами, тем самым, открывая ему обзор на распластавшееся на камне тело.       Карин, а это была именно она, тяжело дышала, что-то злобно шипела и двумя руками пыталась вынуть меч, которым минуту назад рукав ее косоде пригвоздили к камню. Темные волосы растрепались в разные стороны и прилипли ко лбу, губы пересохли, а щеки горели румянцем, в глазах цвета грозового неба плескался коктейль из чувств и эмоций, среди которых явно преобладал гнев.       Убедившись, в том, что подруге ничего не угрожает и она в полном порядке, да и к тому же стала синигами, Тоширо облегченно вздохнул и незаметно убрал зампакто в ножны. На что Урахара лишь многозначительно хмыкнул и теперь вместе с ледяным капитаном стал рассматривать новоявленного бога смерти.       На ногах красовались традиционные варадзи, а где-то с середины бедра начиналось черное кимоно, которое прекрасно облегало тело девушки, талию перетягивал широкий пояс аквамаринового цвета, а у ног брюнетки валялся клинок, черное лезвие которого призывно блестело, в ожидании новой схватки. Хорошо рассмотрев девушку и отметив, что у нее очень красивые ноги, Хитсугая спохватился и понял что кто-то буравит его взглядом. - Может перестанешь пялится и поможешь мне, а Тоширо? - загробным голосом изрекла сестра временного синигами. - Кхм… Куросаки, ты не исправима, - вымученно вздохнул беловолосый и одним легким движением извлек меч из камня, освобождая девушку. – Но я все равно рад, что с тобой все в порядке.