Сказка, перевернувшая реальность

Занзас неосознанно встал с кресла. Как в тумане он помнит, что присел рядом с девочкой и пересадил ту к себе на колени. А Юки, сказав тихое «прости, папочка» разрыдалась. Она пачкала форму Варийца слезами, в маленьких кулачках сжимая белую ткань настолько сильно, что оставались вмятины. С каждым судорожным всхлипом она прижималась всё ближе к груди отца. И каждый этот всхлип отдавался в жёстком сердце Скайрини непонятной раньше тревогой. — Хватит реветь, — настолько мягко, насколько мог, приказал Скайрини, перебирая волосы девочки в успокоительном жесте. — Ещё чуть-чуть, папа, — произнесла малышка, — совсем чуточку. Когда спустя пятнадцать минут в кабинет заглянула Савада, потерявшая дочь, то девчушка уже сопела на плече отца. Малышка оплела мужчину, как лоза. Её ноги обвились вокруг торса, а руки крепко прижимали за шею, отчего Юки не оставалось нечего другого, кроме как уложить голову на плечо Занзаса. — Где её комната, женщина? — беззлобно поинтересовался брюнет, осторожно вставая, стараясь не потревожить уснувшего ребёнка. — Там, — она махнула ладонью, позвав за собой, — почему она плакала? — Потом поговорим, — всё ещё тихо произнёс мужчина, заходя в комнату девочки. Здесь действительно было скучно, как и в любой другой гостевой. — Па… мама, — невнятно пробурчала малышка, отпуская родителя и укладываясь поудобнее на слишком большой для неё кровати. Скайрини задержал взгляд на упавших ей на лицо локонах, но поправлять не стал. Он уже отошёл на несколько шагов к двери, когда услышал голос Тсунаёши. Та присела на край постели и нежно провела по лицу Юки, убирая те самые пряди волос. — Сказочных снов, милая, — она поцеловала ребёнка в лобик и вышла из комнаты вслед за Скайрини. — Ты подслушивала, женщина? — недобро спросил Вариец, смотря в затылок Десятой, когда та прошла мимо него. — О чём ты? — развернулась на месте девушка. — И ты мне так и не ответил, почему она плакала? — Скучает по родителям, — ответил Вариец и прошагал по лестнице вниз. — Иди за мной, женщина, есть разговор, — он в два шага преодолел комнату и остановился возле стола. — Эй, мусор, живо ко мне. — Босс? — первым появился Леви, впрочем это неудивительно, — Что-то произошло? — Да, мусор, у меня появилась дочь и мне надо вернуть её обратно, — плюхаясь на диван и хватая протянутый прислугой виски. — Нам нужен Верде, — серьезно кивнул Гокудера. — Нет, нам нужен Ламбо, — не согласилась шатенка, — а точнее — его базука. Губы хранителя Грозы сложились в небольшое «о», а затем он достал оружие, которое всегда носил с собой. — В кого? — В Хибари, — незамедлительно ответила Десятая. Все, даже сам Кёя, с удивлением взглянули на шатенку. — Зная себя, могу вас уверить — я в панике. А когда я в панике, действиями руководит Хибари. — Зверёк, ты уверена? — внимательно глядя в глаза девушки, спросил Облако. — Не думаешь, что рациональнее дать матери успокоиться? — Нет, — отрицательно помотала головой девушка. — Давай, Ламбо. Мальчишка кивнул, нацелил базуку на поднявшегося Кёю и быстро выстрелил. Комнату заволок дым, а на месте высокого мужчины появилась его более взрослая версия. Кстати, очень разъярённая версия. — Не вовремя, травоядное, — прорычал Хранитель, глядя на Ламбо, — совсем не вовремя. — Здравствуй, Хибари, — вперёд выступила девушка. — Вы случайно ребёнка не теряли? На мгновения ледяной взгляд затуманился, а затем мужчина облегчённо выдохнул. Казалось, всё напряжение, что хранилось в этом теле, выпорхнула с этим действом. — Юки, она в порядке? — как-то взволнованно произнёс брюнет. — Да, она набросала в базуку Ламбо конфет, и, похоже, та вышла из строя, — кивнула Тсунаеши. — Я не знаю как вам помочь… — Ты уже помогла, но теперь вызывайте нас поочередно как можно чаще, — дал инструкции Кёя. — И почему здесь именно я? — Потому что я схожу с ума от волнения, и не могу нормально мыслить, — без капли сомнения. — Да, но у тебя есть гиперинтуиция, в отличие от него, — он кивнул в сторону сидящего Босса Варии. — Вот кто действительно сходит с ума, но не показывает этого, а лишь успокаивает тебя, зверёк. Занзас на это заявление фыркнул, чем вызвал снисходительную улыбку новоприбывшего. — Эх, как же ты изменился за десять лет, — Хибари хотел сказать ещё что-то, но действие базуки истекло, и после того, как дым рассеялся, вернулся привычный, но слегка пришибленный Кёя. — Женщина, ты самый настоящий зверь, когда дело касается твоего ребёнка.