Тёмное Солнце

Глава 1. Ночь Глаза Стоя в подвале Даргаардской крепости, Рейстлин Маджере смотрел на бесчувственное тело своей единоутробной сестры Китиары Ут-Матар. Затем он обернулся к Звёздным Песочным Часам, а вернее к тому, что от них осталось. Ловушка разлетелась тысячей осколков по мраморному полу. Волшебник с содроганием вспомнил хрустальные часы, поймавшие в себя Трёх Богов Магии. «Я отплатил тебе долг, сестрица, — подумал маг. — Тем, что не убил тебя». Китиара очнётся ещё нескоро, но сюда вернётся Лорд Сот. Рейстлин поспешно достал Око Дракона и собрался уже было читать заклинание, как вдруг подумал о прекрасной эльфийке Лоране. А ведь она сейчас тоже здесь, в Даргаардской крепости... — Нет, — сказал себе Рейстлин. — Надо уходить, спасаться... В это время ноги его уже переступали через Китиару, а руки открывали тяжёлые двери подвала. * * * Лорана лежала, не в силах шелохнуться. Она не до конца осознавала, кто она такая, где находится, и что происходит. Она не чувствовала своего тела — просто лежала, открыв глаза и уставившись в темноту. Кажется, её замотали в какие-то тряпки, но Лорана не могла бы с уверенностью этого сказать. При всём желании Лоранталаса не сумела бы сейчас сбежать. Ей оставалось лежать и думать, думать. О том, как глупо она попалась, о том, что она предала всех, что она не оправдала надежд... Астинус говорил ей — думай о долге! И что сделала она? Схватилась за призрачную возможность увидеться с Танисом, хотя было настолько очевидно, что это ловушка, что и слепому овражному гному это было бы понятно. Что ж, наверное, она глупее... Слёзы медленно катились по щекам Лораны, остывая на бледной коже. Какая же она дурочка! Её предупреждали и Тас, и Флинт — оба говорили, что Китиара врёт. А она поверила… И никто, никто теперь не поможет. Это она должна была всем помогать... должна была бы. Но где она сейчас? Где Золотой Полководец, про которого сочинили столько гимнов и песен? Валяется, словно кукла, чёрт знает где, каждый день (или ночь, Лорана потеряла счёт времени) слушая какие-то жуткие завывания... Та женщина, Китиара, сказала, что это поют баньши. Но никакие баньши, и даже Лорд Сот не могли ранить Лорану больше, чем она сама, постоянно упрекающая себя в малодушии. Никто не поможет... В коридоре раздались шаги. Затем дверь скрипнула. "Это Китиара, — равнодушно подумала Лорана, — снова пришла поглумиться". В голову эльфийке не пришло, что шаг воительницы был тяжёлым, латные сапоги лязгали по камню, а вошедший, напротив, чуть ли не крался. Лорана закрыла глаза. Ей было всё равно. Никто не поможет. * * * Рейстлин заметил её — эльфийка лежала на большой кровати в тёмной комнате, куда не проникали лучи двух лун. Если бы Рейстлин, крадясь коридорами Даргаардской крепости, не зажёг сферу на Посохе, он бы ничего не увидел. Лорану замотали в грязную шёлковую простыню, которая когда-то давно была белой. Вниз свешивалась рука, одна нога также была неприкрыта. Кажется, под шёлком ничего не было... Маг невольно покраснел и порадовался, что Лорана не может этого видеть. По-видимому, она была без сознания. Если не хуже, конечно... Рейстлин пересёк комнату и присел рядом с Лораной. Посох Магиуса он прислонил к стене, чтобы свет падал на девушку. Волшебник осторожно коснулся её шеи и почувствовал биение, а затем провёл пальцами по щеке эльфийки и почувствовал влагу. "Нет, она не без сознания", — сделал он вывод. — Лорана, — позвал он тихонько, — Лорана, ты меня слышишь? * * * Лоранталаса почувствовала запах роз, и тут же вспомнила Каламан. Там ей подарили большой букет, а потом были пышные речи, был ужин и бал... а потом она получила эту злосчастную записку. Она не сразу услышала голос, который её звал. Голос... знакомый голос. Кажется, она слышала его, но давно... очень давно. Почему-то вспоминался Тарсис — там они последний раз виделись с Танисом… то зловещее предзнаменование, похоже оно исполнится… "Никогда больше не встретятся в этом мире...". Рейстлин! "Рейстлин", — хотела было крикнуть эльфийка. Она не могла видеть мага, но теперь точно поняла, что это он. Тяжёлая пелена, окутывающая её сознание, несколько рассеялась. Неужели это и вправду Рейстлин? Лорана никогда бы не подумала, что она будет так рада неразговорчивому язвительному магу. Ей захотелось сейчас же вскочить с опостылевшей кровати и обнять волшебника, который так не любил, когда его трогали. Однако Лоране не удалось издать даже мычания, не то что уж выговорить имя или привстать. — Ты не можешь сейчас разговаривать, на тебе заклятье, — прошептал маг. — Но хотя бы открой глаза, чтобы я понял, что ты меня узнала. Лорана распахнула глаза, но увидела только потолок. Правда, подсвеченный огоньком Посоха Магиуса. Для молодой эльфийки это был свет надежды. Больше всего ей сейчас хотелось увидеть Рейстлина — мага, которого она всегда считала некрасивым и даже ужасным, хоть и необычным. Считала когда-то в прошлой жизни. То была Лорана, не видевшая Ледяного Предела, не защищавшая Башню, не стоявшая во главе армии… то была Лорана, у которой на руках не умирал Стурм. И сейчас эльфийка так хотела увидеть хоть одно знакомое лицо… даже если это лицо больше похоже на череп, обтянутый золотой кожей. — Я попробую снять чары, — сказал Рейстлин, вставая с кровати. Он начал читать заклинание. Лорана почувствовала, как она падает куда-то... или это просто её тело обретало способность чувствовать? Правая рука отдавалась болью в районе локтевого сустава — кажется, она слишком долго свисала с кровати, и связки потянулись. — Рейстлин, — прошептала Лорана. Язык с трудом ворочался во рту, но она всё же могла говорить. Эльфийка попробовала пошевелить больной рукой. — Осторожно, — маг согнул руку Лораны в локте, и помог эльфийке положить её на кровать. — Не двигай пока этой рукой. — Рейстлин… — снова повторила эльфийка. Ей словно бы нравилось повторять имя чародея. Она, наконец, повернула голову и увидела его. Молодой волшебник мало изменился — он был всё так же худ, всё так же сутулился, тонких губ почти не было видно в полумраке, кожа его была всё такого же наводящего ужас золотого цвета, а глаза, довершая картину, так же блестели золотом и зрачки имели форму песочных часов. Но всё это не имело значения для Лораны. Он спас её, он снял с неё заклятье, и она может теперь бежать. Машинально эльфийка отметила, что Рейстлин выглядит очень усталым, как будто бы не спал несколько суток. Лорана присмотрелась к волшебнику и ахнула — из-за полумрака она не разглядела сразу… — Ты… на тебе чёрная мантия! Ты теперь тоже служишь Китиаре, как и Танис? Она увидела, как полыхнули яростью его золотые глаза: — Я служу себе. И богам. И, чтобы ты знала, Чёрные Мантии служат не Такхизис, и уж тем более не Китиаре, — Рейстлин презрительно скривил губы. — Маги Чёрной Ложи служат Нуитари, — затем маг спросил, несколько удивившись: — Танис? Служит Китиаре? Лорана только всхлипнула. — Это Китиара тебе сказала, верно? — быстро догадался Рейстлин, затем язвительно усмехнулся. — Ты нашла, кому доверять… — То есть Танис не… Рейстлин только досадливо мотнул головой и попросил эльфийку поторопиться. Лорана попыталась встать, шёлковая простыня легко скользнула вниз, открывая вид на прекрасную грудь девушки. Рейстлин покраснел пуще прежнего, пытаясь скрыть лицо в капюшоне. Эльфийке же было не до приличий — больше всего сейчас она хотела уйти из Даргаардской крепости. — Я помогу тебе, — смущаясь, маг подал Лоране руку, поскольку понял, если он сейчас этого не сделает, то они ещё очень долго тут проторчат. И вполне возможно, что за ними придёт Лорд Сот. Рейстлину было достаточно встретиться с ним один раз, чтобы навсегда для себя решить — больше он не хочет видеть это чудище. Эльфийка ухватилась за худую, но сильную руку волшебника, словно утопающий за соломинку, и поднялась с кровати. Шёлк соскользнул на пол, и теперь она стояла перед Рейстлином совершенно обнажённая. Мужчина не мог отвести взгляд от прекрасного тела, которого не касалась старость. Весь облик молодой эльфийки был воплощением красоты и молодости. Даже спутанные волосы не портили картины, а наоборот, лишь подчёркивали её. — В...вот, возьми, — волшебник, едва не запутавшись вмиг онемевшими пальцами в застёжке, снял с себя плащ и протянул его девушке. Та завернулась в него. — Теперь нам нужно уходить, Лорд Сот скоро будет здесь. Лорана только кивнула. Она вдруг поняла, что ей всё равно, в какую мантию одет её спаситель. Лорана из Квалинести умерла. Замёрзла в Ледяном Пределе, сгорела вместе с Тарсисом. Мёртв и Золотой Полководец. Лорана оставляет в этой крепости свои доспехи и своё звание. Теперь она просто Лорана. И она безмерно благодарна Рейстлину, будь он хоть чёрным магом, хоть самим жрецом Такхизис. Рейстлин прочёл заклинание, и они перенеслись магическими коридорами в гостиницу "Сломанный Щит". * * * Император Ариакас смотрел на Иоланту — свою бывшую любовницу. Обычно бывших у него не бывало — все они отправлялись на тот свет, как только надоедали ему. Единственной была Китиара — она была ему полезна в качестве военачальника. Да и Королева Такхизис желала видеть её в своих Повелителях. Иоланта же была жива только потому, что выполняла свою последнюю роль — роль приманки для молодого выскочки Маджере. Как только Ариакас убьёт этого маленького сукиного сына и получит Око Дракона, он прикончит и Иоланту. Надо сказать, ведьма была не в лучшем виде: её лицо и тело украшали синяки и ссадины, одежда была разорвана — Ариакас основательно избил её. — Где этот паршивец? — властно спросил он у Иоланты, зная, что она никуда не денется от него. — Не знаю, — женщина пожала плечами. — Я не слежу за ним. Откуда мне знать, где он может быть? Ариакас прошёлся по комнате, его тяжёлые шаги заставляли доски пола шататься и жалобно скрипеть. Затем император подошёл к окну и посмотрел в небо, где три луны — Солинари, Лунитари и Нуитари — сошлись в Великий Глаз. Ариакас задумался. Он стоял, опершись локтями о широкий деревянный подоконник, и размышлял над тем, где могло носить Рейстлина. Иоланта лежала на кровати и никакого вреда причинить ему не могла... Последний раз Маджере отправляли шпионить за Китиарой в Даргаардскую крепость. Видимо, он должен быть там. Не могла ли Кит сама завладеть Оком? Проклятье! Представив себе эту ситуацию, Ариакас с досады топнул мощной ногой. А дальше он так и не понял, что случилось. Только свист, холод и темнота, смыкающаяся, как воды трясины, над головой. Он даже не пытался тянуть руки к поверхности этой темноты, потому что был оглушён и парализован этим жутким холодом… — Никогда не поворачивайся спиной к магу, — будто плюнула ему в лицо ведьма, после того, как оглушила ледяным заклятьем. — Особенно к тому магу, которого ты только что избил. Женщина с проворством кошки спрыгнула с кровати и достала из рукава маленький кинжал, про который Ариакас то ли забыл, то ли не счёл это серьёзной угрозой для себя. Иоланта с чувством вогнала его в незащищённый висок Императора, да так и оставила там. — А ещё, — наставительно сказала ведьма, отступая от быстро растекающейся лужи крови, — не забывал бы ты надевать Корону... И, может быть, тогда остался бы жив. Ариакас, конечно же, её уже не слышал. Иоланта, не тратя времени даром, телепортировалась из комнаты Рейстлина, напоследок подумав о том, что создала бедному магу проблемы. — Жаль, — пробормотала она. — Он мне нравился, но я всё же надеюсь на лучшее... он спас всех моих друзей, и я не хочу, чтобы теперь он отвечал за убийство Ариакаса... Помоги ему, Нуитари… Помогите ему, Боги Магии! — воскликнула Иоланта, глядя в окно на Великий Глаз. * * * Рейстлин и Лорана появились в комнате. Увидев мёртвое тело Ариакаса и кровь повсюду — что-то успело впитаться в доски, а что-то так и осталось лужей на полу — Лорана даже не пискнула. Маг же слишком устал даже для того, чтобы удивляться или говорить что-то. Он подошёл к телу императора. — Это сделала Иоланта, — заключил он, оглядев висок Ариакаса. — Никогда бы не подумал. Ведь это сам император Ариакас. — Иоланта... — Лорана нахмурилась. — Я слышала, Китиара что-то говорила про неё. Но откуда тебе знать? Рейстлин даже не обернулся к ней. Он продолжал оглядывать мёртвое тело. — Было бы менее ясно, — не удержался от колкости маг, — если бы она написала вот этой кровью на стене "Иоланта была здесь". Это её кинжал. Нам стоит немедленно уходить отсюда, — Рейстлин вновь подошёл к Лоране и подал ей руку. — Вскоре кровь потечёт вниз, и убийство обнаружится. Я удивлён, как она до сих пор не потекла меж щелей в досках! Скорее, Лорана, я не хочу отвечать перед Повелителем Ночи за убийство Ариакаса. — Идём, — эльфийка смотрела на мага своими прекрасными зелёными глазами. Она даже не спросила, куда они направляются. Рейстлин был для неё теперь всем. Она безоговорочно доверяла ему, просто потому что, как только она вспоминала те жуткие дни в Даргаардской крепости, её передёргивало. Она была безмерно благодарна волшебнику за своё спасение. Он понимал это, и старался оправдать доверие. Маг вновь прочёл заклинание. * * * Глава 2. Обитель Богов Рейстлин очнулся, лёжа на гладком, как стекло, камне. Кажется, он спал. Рядом с ним лежала Лорана — всё ещё закутанная в его плащ. Во сне она прижалась к нему — может, ей было холодно, а может, страшно. Солнце уже встало, и теперь освещало окрестности своими лучами. Рейстлину даже не верилось, что он, наконец, выспался. «Как это я так свалился спать?» — подумал волшебник. Последнее, что он помнил, была гостиница и мёртвоё тело Ариакаса, потом же какие-то отрывочные воспоминания: он ложится прямо на землю, Лорана что-то ему говорит… кажется, что разбудит его, в случае опасности. Маг хотел подняться, но как только он шевельнулся, Лорана дёрнулась и села. — Ты уснул, как только мы появились здесь, — извиняющимся тоном сказала она. — Я не решилась будить тебя. Ты... был таким измученным, как будто бы не спал несколько суток. Я не хотела сама спать, но я... случайно уснула, — эльфийка развела руками и улыбнулась. — Здесь так спокойно... как будто бы это место хранит благословение. — Оно называется Обителью Богов, — пояснил маг. Он огляделся: вокруг возвышался двадцать один необработанный каменный столб. Где-то рядом журчал ручей. Если верить скупым описаниям, которые он нашёл в Палантасской Библиотеке, то это и впрямь Обитель Богов. — Я долго спал... — рассеянно прошептал маг. — Я потерял очень много времени. Тебе пора уходить. Лорана опешила: — Что? Уходить? Куда? — Где-то неподалёку от нас сейчас Танис, Карамон и все остальные ведут Берема в Нераку и надеются выручить тебя, — пояснил ей Рейстлин. — Но сейчас ты свободна. Ты должна сказать им об этом. Если Берем попадёт в руки Такхизис, мир погибнет. — Но, Рейстлин, разве ты не пойдёшь со мной? — удивилась Лорана. Тот покачал головой и чуть улыбнулся. — У меня есть ещё дела в Нераке. Мне надо возвращаться. Сейчас мы посмотрим, где находятся твои друзья, и вскоре ты сможешь присоединиться к ним… Рейстлин достал из секретного кармана мантии мешочек и развязал тесёмку. На его ладонь выкатился небольшой хрустальный шарик, переливающийся зеленоватыми цветами. Эльфийка ахнула: — Око Дракона! То самое, которое Танис достал… — Это я его достал. В Сильванести. Лорана потупила взгляд. — Я… видела этот сон, мы все его видели, и я подумала… — О да, конечно, — саркастически сказал Рейстлин. — Ты подумала про Таниса. Я всё понимаю. Девушка закусила нижнюю губу. — Прости, Рейстлин, мне следовало догадаться… ведь ты маг, а Око — целиком магический артефакт. Но ты.. умеешь подчинять его?.. Подавив горькую усмешку, волшебник сжал в ладони Око и прочёл над ним заклинание. * * * — Проклятье, где Берем? — вскричал Танис. — Карамон! Тебе было поручено следить за ним, чем, позволь узнать, ты занимался?! — Прости, Танис… — Карамон растерянно огляделся, как будто бы только что вернулся в этот мир. — Я тут просто снова думал… — Что, опять Рейстлин, да? — интонация Полуэльфа была откровенно издевательской. — Проклятье Бездны, да как, хотел бы я знать, твой сволочной братец умудряется строить нам козни, даже когда его нет рядом? Карамон опустил голову. В былое время за такие слова он, не раздумывая, ударил бы Таниса — ударил бы, невзирая на то, что они давние друзья. Но сейчас он чувствовал себя обессиленным, усталым и… старым? У него отняли часть души. «И правда, как?», — вдруг будто наяву услышал он голос своего брата, исполненный грусти и одиночества. Карамон услышал эти слова не ушами, они раздались у него в голове. Так братья, бывало, разговаривали раньше. Мысленно, когда не требовалось слов. — Рейст? — прошептал Карамон одними губами. Никто его не услышал, никто не отозвался, его шёпот заглушил звучный голос Флинта: — Не волнуйся, парень, — он взял Таниса за руку. — Найдём мы Берема. «Может быть, — подумал Карамон, идя за остальными, — может быть, когда Рейст ушёл с того проклятого корабля, он не хотел ничего плохого. Может быть, так было нужно… Для чего-то такого, что не в силах постичь ни я, ни Танис, ни, возможно, даже он сам…». Воин часто размышлял об этом, но никогда ни с кем не делился своими соображениями. Он знал, что на это скажут другие… * * * Голоса слышались уже рядом. Рейстлину больше не было нужды использовать Око Дракона, чтобы наблюдать за друзьями, и он убрал бесценный артефакт. — Лорана, — обратился он к эльфийке. — Сейчас они будут здесь. Я не знаю, каким чудом, но… Пожалуйста, Лорана, не говори ничего обо мне! Ни слова! Скажи, что сбежала сама, что это промысел богов… скажи что угодно, но про меня — ни слова. Ты меня не видела, не слышала, ничего не знаешь обо мне. — Почему? — опешила та. — Мне что, даже Карамону ничего не говорить? — Карамону тем более, — мрачно отозвался Рейстлин. — Сейчас я уйду. А ты подожди их здесь… Эльфийка схватила мага за руки, но тут же одёрнула ладони, будто обжёгшись. Она вновь вспомнила, что волшебник очень не любил, когда его трогали. Лорана смущённо опустила глаза. — Но Рейстлин… В Нераке опасно, зачем тебе туда? К её удивлению, Рейстлин взял её за плечи и негромко сказал: — Потому что мало просто уйти в безопасное место, и тебе ли этого не знать, Золотой Полководец? Её Величество всё ещё на свободе. Кто-то должен быть в тени… там, где никто не найдёт его. А потом, в решающий миг нанести последний удар, который изменит тьму. Рейстлин уже отчётливо различал голоса Таниса, Карамона, Флинта, Таса и Тики. С ними были Фисбен и Берем. — Иди, Лорана. Тебя ждёт Танис. Эльфийка смотрела на Рейстлина, пока он читал заклинание. Он исчез на её глазах, и она почувствовала себя очень одинокой, хотя за каменной стеной были её друзья. Лорана выступила из круга каменных столбов, и первые, кого она увидела, были Берем и Флинт. Эльфийка не успела ничего сделать, всё произошло очень быстро. Берем собирался было пролезть в дырку в каменной стене, гном схватил его за одежду и рванул назад, но тут же охнул и осел на землю. Лицо его за какой-то миг стало землисто-серого цвета, губы посинели, из груди вырвался гортанный хрип. Берем в ужасе обернулся. Лорана уже бежала к Флинту, понимая, что вряд ли чем-то сможет ему помочь. Она окончательно утвердилась в этой мысли, когда они вдвоём с Беремом подхватили гнома и уложили его на камни. Похоже, даже жрец Паладайна теперь ничего не смог бы сделать. Глаза Флинта Огненного Горна закрылись, а лицо исказила ужасная мука. Вдруг что-то вихрем промчалось мимо Лораны и налетело на Берема, звякнул меч, выходящий из ножен. — Нет! — закричала эльфийка, вставая между Танисом и Беремом. Полуэльф успел добежать первым и решил расправиться с Вечным Человеком, который, как он подумал, убил гнома, его давнего друга. — Не трогай его! — Лорана… — меч вывалился из руки Таниса. Он подумал, что только что чуть не убил ту, за которой, собственно, шёл в Нераку — средоточие вражеских сил. Послышалось бряцанье доспехов — это бежали Карамон и Тика, Тас и Фисбен тоже были здесь. Затем кто-то жутко всхлипнул — в этом страшном звуке послышался не страх, а отчаяние и безумие — а затем тихонько завыл. Это был Берем, забившийся между камнями. — Флинт, — прошептал Тас, подойдя к другу. — Ох, Флинт… Глаза гнома внезапно открылись. Все очень удивились этому. На лице не было и следа мучений. На какую-то секунду друзья подумали, что всё обойдётся, но первые же слова, обращённые к Тассельхофу, развеяли эти смелые предположения. — Береги шлем, мой мальчик, — напутствовал он кендера. — Танис… Этот малый, Берем, он не виноват. Это всё моё сердце. Оно всё-таки лопнуло. Ну что ж, мне осталось не так уж и долго… Лорана, хорошо, что ты цела. Тика, береги его, — Флинт кивнул на здоровяка-Карамона. — А ты, — это уже было обращено в свою очередь к Карамону, — не обижай её. И… передавай привет брату. Никто не понял, что значили последние слова Флинта. Никто, кроме одного человека, который так и остался незамеченным. — Проводи меня, — попросил гном полоумного старика Фисбена. — Страшно как-то одному… Фисбен взял тело Флинта на руки и понёс его к каменным столбам. Никто не дерзнул ему перечить, только Танис пытался было поспорить со старым магом. Но под тяжёлым властным взглядом Фисбена он отошёл назад к своим спутникам. Где-то на середине пути Фисбен обернулся туда, где вроде бы ничего не было. Чуть кивнув, он пошёл дальше. Старый маг, несущий на руках тело гнома, вошёл в гладкий камень, словно это было озеро… и исчез. * * * Лорана в последний раз оглянулась на Обитель Богов, ставшую пристанищем её другу Флинту Огненному Горну, и полезла в круглую дыру в скале вслед за остальными. Именно через эту дыру хотел убежать Берем. Как только она оказалась на той стороне, у неё исчезло чувство, что за ней наблюдают. Эльфийка провела рукой по глазам и пробормотала: — Я просто нервничаю… Но всё то время, пока они прощались со старым гномом, ей казалось, что золотые глаза со зрачками в форме песочных часов смотрят за ней… откуда же ей было знать, что хитрый волшебник слукавил ей и не ушёл магическими коридорами, а просто произнёс заклинание невидимости?.. Тика одолжила Лоране свою запасную одежду, которая, правда, была эльфийке безбожно велика, но это всё было лучше, чем расхаживать почти голышом. Также нашлась и обувь. Плащ Лорана так и не сняла. Тем более что запасного ни у кого всё равно не было. Поскольку друзья решили устроить небольшой привал, появилось время и возможность поговорить, чем Полуэльф не замедлил воспользоваться. До этого все были слишком заняты трагическим событием — смертью их лучшего друга Флинта, а вот теперь Лорана поняла — ей не уйти от расспросов. — Как ты спаслась? — обратился к ней Танис. — Откуда ты появилась здесь? Эльфийка промямлила что-то невнятное. Она не умела врать. — На тебе плащ Рейстлина! — Карамон перебил её. По-видимому, великан заметил это давно, и лишь ждал момента, чтобы высказаться. — От него даже пахнет розами, травами и этой гадостью, вроде паутины и помёта летучей мыши! Это его плащ. Что с ним, Лорана? Где мой брат? — голос воителя сорвался. — Нет, — яростно замотала головой Лорана. — Это не его плащ. Это плащ… — она незаметно закусила нижнюю губу: — Чёрного волшебника. Спутники переглянулись. Они все помнили кошмар Сильванести… но всё же это не доказывало, что Рейстлин обязательно должен стать чёрным магом. Полностью переубедить их Лорана не смогла, но от неё хотя бы отстали. Жива — и хорошо. И только Карамон перестал даже встречаться взглядом с эльфийкой. Он сел отдельно ото всех и его, казалось, перестало интересовать всё, что происходило в этом мире. Лорана очень удивилась этому поведению Карамона, ей казалось, он должен был бы наоборот прилипнуть к ней с расспросами… На привале также обсудили сложившуюся ситуацию. После долгих споров и убеждений было решено идти в Нераку, потому что только Берем способен закрыть дверь, через которую Такхизис может пройти на Кринн. Солнце село, и спутники разложили лагерь. Перед сном они ещё немного поговорили о Флинте, но затем всё же решили набраться сил перед завтрашним переходом. Карамон вызвался сторожить. Он смотрел пустым взглядом в две дыры на небе, где прежде были созвездия Такхизис и Паладайна, и думал о Рейстлине. Иногда он поглядывал на Лорану, но она как будто улеглась спать… Как будто бы все они спали. Карамон даже не почувствовал, как и когда по его щекам начали бежать слёзы. Он точно знал, что это плащ Рейстлина. Он бы узнал его из тысячи плащей других волшебников. Эльфийка тихо подкралась к воину и села рядом. Она оглянулась на друзей — вроде бы все спят — и начала разговор: — Карамон… я поняла, что ты мне не поверил. Скрывать от тебя это бесполезно. Да, я виделась с Рейстлином. И это он дал мне плащ. Более того, он спас меня из Даргаардской крепости, где меня держала Китиара, хотя ему самому грозила смертельная опасность. Карамон обернулся к ней, глаза его были полны слёз: — Где он, Лорана? Где мой брат? Скажи мне? — Я… я не знаю. Карамон, он просил никому ничего не говорить. Он просил не говорить ничего тебе… я уже нарушила данное слово, — Лорана была очень расстроена. Карамон неожиданно улыбнулся. — Рейст должен был знать, что я догадаюсь, что это его плащ. Ну, он же не дурак! Он наоборот очень умный! Значит, он хотел, чтобы я знал, где он. Расскажи мне, как вы встретились… Лорана, шепча почти в ухо Карамону, начала своё повествование… * * * …Рейстлин смотрел на удаляющихся друзей, которые один за другим пролезали в дыру в скале, и думал только об одном. Ему хотелось кричать, но он застыл в немом бессилии. «Я отпустил Лорану в своём плаще! Да ещё и сказал, чтобы она Карамону ничего не говорила! Я дурак! Я дурак!! Я дурак!!!»… * * * Глава 3. «Лорана или Китиара?» Если бы Лорана получше присмотрелась, она бы поняла, что спят не все. Танис Полуэльф, например, и не собирался спать. Он хотел объясниться с Лораной, которая со времени своего чудесного возвращения вела себя с ним подчёркнуто холодно. Он хотел всё ей рассказать, извиниться. Он дожидался, пока все уснут, как вдруг Лорана встала и подошла к Карамону. Танис сразу понял, о чём они будут разговаривать. А вернее, о ком. «В конце концов, — сказал себе Танис, укладываясь так, чтобы было удобно слушать, — я лидер этой маленькой компании. Следить за такими сволочами, как Рейстлин — это моя прямая обязанность». Каково же было удивление Таниса Полуэльфа, когда он услышал голос, которым Лорана рассказывала о Рейстлине. Она говорила едва ли не с придыханием. Ярость и ревность вскипели в Танисе бурной рекой. Он хотел сейчас же вскочить, подойти к этим двоим, Карамону хорошенько врезать за его дурацкую слезливую любовь к брату, который и не думал отвечать ему взаимностью, а эту глупую девчонку встряхнуть, чтобы её мысли, наконец, пришли в порядок. Кулаки Таниса сжимались и разжимались, ногти впивались в кожу. Ему хотелось сделать что-нибудь ужасное, ударить кого-нибудь, убить кого-нибудь… мага, например… Внезапно рассудок Таниса протрезвел. Полуэльф глубоко вздохнул. Какой ужас! Он хотел ударить своего друга только за то, что он сам не может, не способен понять родственную любовь — у него не было ни братьев, ни сестёр. А Лорана? Она уже давно не «девчонка», сбежавшая за ним, Танисом Полуэльфом. Он понял, что на самом-то деле ему всегда это льстило — красавица-принцесса побежала за ним, безродным полукровкой. Но теперь? Теперь она Золотой Полководец, как он может ей указывать, что ей делать, а что не делать, как относиться к Рейстлину?.. Он даже не понял, что на него нашло, но откуда-то услышал отчётливый смех Китиары. Такой манящий… Танис испугался не на шутку. Неужели его снова тянуло к этой женщине? Этого просто не может быть… Полуэльф вспомнил свои вспышки зависти и ревности, которые он испытывал, когда видел, как легко Рейстлин до чего-то догадывается, как возрастает его могущество. «Неужели я и вправду такой?» — с ужасом подумал Танис. «Такой, такой, и даже ещё хуже», — ответствовал ему голос Китиары. Полуэльф укрылся одеялом с головой и решил, что он переутомился. Что ему надо просто выспаться. Да и, в конце концов, это же глупо! Неужели Лоране может понравиться какой-то больной тщедушный вечно отхаркивающий собственные лёгкие маг? Утешив себя таким образом, Танис уснул. * * * Китиара ожидала своей очереди, чтобы промаршировать через Синие Врата в Нераку. Её бесило всё, в том числе и головная боль, что никак не хотела проходить. А всё этот сукин сын — её братец! Он мало того, что не дал себя убить, ещё заставил Кит упасть на каменный пол, так, что воительница со всей силы шарахнулась головой о пол. Но он ведь ещё осмелился прийти сюда, к ней после этого! Но ещё больше Китиару бесил Ариакас. Почему он так задерживается?! Внезапно кто-то вошёл в её походный шатёр. Китиара оставила распоряжение никому её не беспокоить. Ей хватило её младшего братца, который, казалось, окончательно выжил из ума. Попросить у неё Палантасскую Башню Высшего Волшебства! Да она даром никому не нужна! Пусть забирает за так и катится в Бездну. Китиара снабдила Рейстлина одеждами Спиритора и выпроводила прочь. И теперь кто-то осмелился её беспокоить! Её, Тёмную Госпожу! — Какого чёрта нарушается мой покой! Провалитесь все в Бездну! — Китиара, выхватив меч из ножен, стремительно оглянулась. Она намеревалась располосовать посетителя, кем бы он ни был. Но, обернувшись лицом к вошедшему, Китиара тут же рухнула на колени и опустила голову. Меч полетел на землю. Перед ней стояла воительница в безупречных чёрных доспехах. На рукояти меча была выгравирована пятиглавая драконица, а на шее висел медальон с той же символикой. Китиаре не нужно было иных доказательств. — Моя Королева, — прошептала Кит. — Я… я прошу прощения… — Китиара Ут-Матар, — спокойно сказала Такхизис. — Ариакас был убит вчера ночью. — Я… — Китиара даже задохнулась от удивления. Убит? Кто мог это сделать? — Это не я, клянусь тебе! — Я знаю, — вяло отмахнулась богиня. — Нет нужды убеждать меня. Я могу заглянуть в твоё сердце и посмотреть, лжёшь ты или нет. По всей видимости, его убила Иоланта, твоя подруга. Китиаре стало нехорошо. Из огня да в полымя. — Она… не подруга мне, уверяю тебя, Моя Королева… Голос Такхизис стал жёстким, как металл: — Это я тоже знаю, Китиара. Ариакас был тупицей и попался сам. Теперь же мне нужен новый главнокомандующий. Тот, кто сокрушит Драконов Белокамня, совместные войска рыцарей и эльфов, захватит все земли обратно. Думаю, ты вполне подойдёшь на эту роль. У Китиары не нашлось слов для ответа. Она лишь кивнула. — Это теперь твоё, — Такхизис собственноручно надела Корону Власти на голову воительнице. — И смотри не подведи меня! — последнее звучало весьма угрожающе. — Я… я благодарна тебе, Госпожа моя… Я не подведу, я обещаю… — запинаясь, проговорила Китиара, однако, подняв голову, обнаружила, что разговаривает с пустотой. Воительница встала на ноги. Она всё ещё не до конца могла поверить в случившееся. Руки сами потянулись к Короне. Китиара сняла её и повертела в руках. «Тот, на ком Корона — правит» — гласили древние письмена, выгравированные на золоте. — Ах ты маленький пройдоха, — карие глаза Китиары сощурились. Она вспомнила, что Рейстлин обещал ей Корону Власти в обмен на Палантасскую Башню и одежду жреца Такхизис. — Маленький ублюдок, — воительница закатилась смехом. Она утёрла выступившие слёзы. — Найду — убью. Но Китиара сказала это больше в шутку, чем всерьёз. Ничто, кроме Короны не имело для неё значения. И неважно, Рейстлин ли её достанет или сама Такхизис. Китиара буквально выбежала из своего шатра и провозгласила: — Ариакаса сегодня не будет, он приболел, — она вновь расхохоталась. Войскам Синего Крыла хорошо была видна Корона на её голове, сверкающая кровавыми рубинами на солнце. — Строимся и идём в Храм! Однако не всё прошло так гладко, как хотела Китиара. Войска Ариакаса не знали, куда им деваться, а посему у ворот постоянно возникали склоки. Никто не знал, кто есть кто, и куда теперь идти. Хобгоблина Тоэда, назначенного одним из Повелителей, тоже не было, так что войска Белого Крыла также пребывали в полной сумятице. * * * Маленькая команда дошла до Нераки только к вечеру. — Это наш шанс, — сказал Карамон. Со вчерашней ночи у него будто бы открылось второе дыхание, хотя он так и не сомкнул глаз. Теперь он знал свою цель — Нерака. Рейстлин там. А главное — с ним всё хорошо… И плевать, какого цвета у него мантия. — Смотрите, что там происходит. Все толкутся, не знают, что делать. Спутники оглядывали Нераку, прячась в рощице на склоне. Танис и Карамон так и были в офицерских доспехах, остальных они вели как пленников. Лорана, скрывшись под плащом Рейстлина, надеялась сойти за волшебницу. Учитывая неразбериху на улицах города, номер вполне мог пройти, хотя на ней и не было мантии. Она хотела обрезать волосы, чтобы не быть столь узнаваемой, но Тика, считавшая длинные светлые волосы Лораны воплощением совершенства, взвыла. Эльфийка улыбнулась и решила не травмировать подругу. Она лишь убрала волосы под одежду и повязала на голову платок так, чтобы создавалось впечатление капюшона. Карамон и Лорана переглянулись. Танис заметил этот взгляд, и он ему не понравился. Несколько раз за день Полуэльф пытался заговорить с эльфийкой, но она уходила от разговора. «Я сделаю это сейчас, — подумал Танис. — Потому что «потом» уже может не быть…». Он решительно сказал: — Лорана, мне нужно с тобой поговорить. Я на секундочку, — извинился он перед друзьями. Эльфийке было некуда деться, и ей пришлось отойти с ним на десяток шагов, чтобы их никто не слышал. — Лорана, я должен с тобой объясниться. Насчёт Китиары и всего, что ты слышала… Эльфийка подняла ладонь, и Танис замолк на полуслове. — Я не знаю, зачем ты мне всё это говоришь. Ты свободный мужчина, и волен выбирать себе любую женщину, какую пожелаешь. И которая пожелает тебя, конечно же. Ты выбрал Китиару — что ж… — Я… нет, Лорана! Пойми меня. Попытайся понять, — Танис вздохнул. — Это была минутная страсть, о которой я впоследствии так жалел! Лорана криво усмехнулась. Танис даже чуть отпрянул — он никогда раньше не видел этой ухмылки на прекрасном лице эльфийки. Горькая, понимающая, знающая… Она посмотрела Полуэльфу в глаза. — Ты неправ, Танис. Это была не минутная страсть. Ты и сейчас выбираешь, ты и сейчас мучаешься — «Лорана или Китиара?», спрашиваешь ты себя. Ты никогда не сможешь выбрать. Я облегчу тебе жизнь. Я выберу сама, потому что уже достаточно выросла для этого. Я отступаюсь от этого соперничества. Я не буду бороться с человеческой женщиной Китиарой за того, кого я когда-то любила. Танис смотрел на Лорану во все глаза. Ему казалось, что она, такая близкая ещё совсем недавно, стояла сейчас на другом конце пропасти. Прекрасная и недоступная. Для него казалось настолько естественным то, что Лорана всегда будет бегать за ним! Танис не был готов к таким переменам в знакомой с детства девочке, его «невесте». Он даже не сразу понял значение последних слов: — Когда-то любила? — переспросил после паузы. — Да, Танис. Когда-то любила. Это было очень давно, и это была почти не я. Та девочка была совсем маленькой эльфийкой, она всё время играла со своими братьями и Танисом Полуэльфом. Я почти не помню эту девочку, Танис. Но я помню, что тогда ей было хорошо. Тогда. Лорана развернулась и сделала шаг по направлению к остальным. — Кого же сейчас ты любишь, Лоранталаса? — выкрикнул Танис, не заботясь о том, услышит это кто-нибудь или нет. — Рейстлина? Имя волшебника вырвалось у него, и он тут же пожалел об этом. Тика вскрикнула, Карамон побледнел, Тас вздрогнул. Лишь Берем, казалось, находился где-то в своих воспоминаниях. Лорана оглянулась. Лицо её выражало спокойствие и умиротворение, при этом она говорила серьёзно: — Тебе очень многого никогда не понять, Танис. Не потому что ты не можешь, а потому что ты не хочешь. И если хочешь начать понимать поступки других — например, мои, Карамона или Рейстлина — начни с себя. Эльфийка удалилась, а Танис так и стоял, глядя ей вслед. В голове его шевельнулась мысль о том, что в её словах заключена какая-то мудрость, которую он не может понять, потому что… потому что… Танис прогнал эту мысль. Он вздохнул и поплёлся за Лораной. — Нам нужно идти сейчас, если мы не хотим опоздать, — сказала Тика. — А то они, чего доброго, восстановят порядок… Предположение было глупым, но девушка сказала это не для того, чтобы поторопить друзей, а чтобы хоть как-то разрядить накалившуюся обстановку. Тика для себя уже давно уяснила, что как резинку не оттягивай, а всё равно ударит больно. А посему, не стоит задерживаться у самых стен Нераки, ожидая, что Такхизис внезапно возьмёт да убежит… Друзья двинулись в сторону городских ворот. Карамон с Лораной снова переглянулись. Танису оставалось только догадываться, что они задумали. Однако вскоре Полуэльф успокоился — в чём бы ни состоял их план, выполнить его будет очень сложно. Стояла такая толчея, все друг на друга орали, дрались, на обочинах дороги валялись трупы разной степени истерзанности и на разных стадиях разложения. Таса приходилось нести, иначе бы его просто затоптали. — Кто такие? — обратил на них внимание стражник у ворот. — Пленных ведём, — ответствовал Карамон. — Слушай, нам бы пройти, а? А то не ровён час затопчут… — Все хотят пройти, — буркнул стражник. — Бумаги ваши где? Или вы дезертиры? Карамон и Танис тревожно переглянулись, и Полуэльф покачал головой. Он не знал, что делать. Грянули трубы — Повелительница Китиара въезжала в Нераку на Скае. — Где ваши бумаги? — снова спросил стражник, с трудом перекрывая общий шум. Сзади к ним уже подошло несколько драконидов. План «проскочить в суматохе» с успехом провалился. Танис стоял и думал о том, что сейчас их поведут в темницу, и там-то вскроются все их секреты. Фальшивая борода, которую Тика сделала Берему из козьей шерсти, долго не выдержит, Лорану узнают очень быстро… да и с него-то самого стоит снять шлем — и всё будет ясно. Танис лихорадочно пытался что-то придумать, как вдруг Лорана, до этого стоявшая так спокойно, будто бы и вовсе была статуей, сорвалась с места и стремглав помчалась к воротам. — Эй! — крикнул один из драконидов. — Пленник сбежал! — Это не пленник, ящерица ты тупоголовая, — оскалился на него Карамон. — это чёрный волшебник. У тебя есть желание задерживать мага? Человекоящер что-то пробурчал и махнул когтистой лапой. Чёрные Мантии, приехавшие в Нераку, славились тем, что обычно вначале творили боевое заклинание, а потом спрашивали. Танис обернулся и увидел Китиару — Скай нёс её, вышагивая по мостовой. Вокруг шли телохранители. Внезапно Танис осознал, что нужно делать. Он понял план Лораны, понял, зачем она вдруг рванулась вперёд. Ведь она такая узнаваемая! А он? Танис бросил последний взгляд на друзей и, рванувшись из рук охранников, которые держали его, побежал к Китиаре. На бегу он сбросил шлем. — Китиара! Китиара! — кричал он. Сзади на него навалилась настигшая охрана, собираясь утащить. Большим клубком тел они выскочили под ноги Скаю. — Танис, — прошептала Повелительница, хищно сверкнув глазами. На ней были обычные синие доспехи, но шлема не было. — Отпустите его, — повелительно сказала она страже. Те моментально словно испарились. — А ты — садись рядом со мной, прокатишься. Полуэльф вскочил с мостовой и остолбенел. Только сейчас он заметил Корону Власти, блестящую на чёрных кудрях Китиары. На негнущихся ногах он подошёл к воительнице и залез на спину недовольно рыкнувшему Скаю, сев позади Китиары. Шествие продолжилось. * * * Лорана бежала, бежала так быстро, как могла, проталкиваясь через толпу, не глядя по сторонам. Её не дерзали останавливать — плащ, в который она куталась, и вправду создавал впечатление, что она волшебница. «Скорей, скорей!», — подгоняла она сама себя. Знать бы ещё, куда, собственно, идти… Она успела заметить, что Карамона, Берема, Тику и Таса вели в Храм Такхизис. Туда же шли и Спириторы — жрецы Такхизис — а также чёрные маги. Судя по всему, в Храме будет какой-то общий сбор. Верно, и ей туда… * * * Когда Синее Крыло Армии Такхизис торжественно промаршировало в Нераку, Китиара на некоторое время осталась одна в комнате с Танисом. Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Женщина смотрела на Таниса с усмешкой и нескрываемым превосходством. — Зачем ты теперь вернулся, Полуэльф? — спросила она. — Лораны у тебя нет, и я это точно знаю, Кит. Тебе не удастся меня шантажировать. Воительница разразилась смехом. — Да, но теперь у меня есть ты, глупый! А значит, будет и она. Вы никак не хотите понять, что это плохая привычка — бегать друг за дружкой в стан врага. Танис опустил голову. Попался, называется. Своим дурацким поступком он не спас ни себя, ни друзей. Хотя, возможно, им удастся вырваться из лап драконидов? С ними нет двух самых узнаваемых личностей — его и Лораны… Полуэльф сам прекрасно понимал, насколько слаба эта надежда. Карамону, Тике и Тасу сейчас так нужна помощь со стороны! Его помощь. А у него нет ничего, что он бы мог противопоставить Китиаре. Хотя… возможно, это всё ещё работает? Полуэльф резко сделал шаг вперёд, обхватил Кит за талию, она даже охнула, но не от боли, а от неожиданности. Она всё равно ничего не чувствовала в своих доспехах… но она поняла намерение. Они впились губами друг в друга, затем Танис начал развязывать ремни на доспехах Китиары. Она пыталась ему помочь, но пальцы путались в мудрёных застёжках. Когда доспехи со звоном полетели на пол, Танис приподнял Китиару, она обхватила его ногами за бёдра, и Полуэльф посадил её на стол. Она начала судорожно снимать латы с него. Затем на пол полетела одежда. Танис понял, что теряет контроль… Лорана на свободе… она может помочь друзьям… Сейчас единственной истиной для него было горячее и гибкое тело Китиары. * * * Глава 4. Циан Кровавый Губитель. Спрятавшись в нише кривой стены Храма Такхизис, Рейстлин смотрел вслед стражникам, ведущим «опасных дезертиров» и отчётливо понимал — ему нужно чем-то отвлечь внимание, чтобы Карамон мог привести Берема к Камню Основания. Но чем? Сегодня внимание Её Величества будет направлено на своих Повелителей. А значит, надо навести шороху. Рейстлин почувствовал, как пол под его ногами чуть завибрировал. Припомнив рассказ болтливой провожатой, которая показывала ему Храм, маг понял, что ему делать. Он почти бежал по лестницам вниз, едва успевая посохом отстукивать ступени, считая их. И вот он добрался до подземелий под тюрьмами. Здесь пахло сыростью и затхлостью. — А-а-а, — протянул Рейстлин. — Старый знакомый. Здравствуй. Из темноты на волшебника воззрились два огненно-красных глаза, пылающих ненавистью ко всему живому. Дракон, скрывающийся во мраке, оскалился. — Уходи, жалкий человек! — Я не просто жалкий человек, — Рейстлин зажёг огонёк на конце посоха. — Ты должен меня помнить. Циан Кровавый Губитель взревел и ударил хвостом о камень. Стены Храма содрогнулись. Циан был заперт в магическую темницу, над созданием которой трудились жрецы Такхизис, так что зелёному дракону только и оставалось, что в бессилии рычать, да бить хвостом — выбраться он бы всё равно не смог. — Что тебе нужно, Рейстлин Маджере? — прорычал Циан. — Зачем ты пришёл? — Сделка, Циан. Я могу освободить тебя… — Не можешь, — сощурился дракон. — Никто не может, только Её Тёмное Величество, будь она проклята… Рейстлин чуть улыбнулся. — Ты забываешь, какая штука у меня есть, — маг достал Око Дракона и показал Циану. Вид Ока, конечно же, не улучшил его настроения. — С помощью этой вещи я тебя оттуда и достану, а Её Тёмному Величеству придётся подавиться, — Рейстлин пожал худыми плечами. Циан Кровавый Губитель хмыкнул: — Ну и что ты за это хочешь? — Немного. Наведи шороху в зале совета, где сейчас будут заседать Повелители. Дракон расхохотался. — Ты хочешь меня освободить для того, чтобы я пошёл на смерть? Нет, лукавый маг, так не выйдет. Ты знаешь, что в зале совета будут и другие драконы — Скай, например. Он больше меня в полтора раза. Да и потом, там будет Её Тёмное Величество. Как, по-твоему, драконы способны противиться Ей? — Ты же противился, когда захватил Сильванести, — просто сказал Рейстлин. — Ты уничтожил почти всё тогдашнее Красное Крыло, Циан. Я уже достаточно изучил историю и знаю всё это. Значит, ты можешь противостоять Её воле. — Это не я. Это Око. Рейстлин покрутил в пальцах бесценный артефакт, сейчас сжавшийся до размеров детской игрушки. Затем сказал: — Значит, его-то мы и используем. Не забывай, Циан, что если ты решишь меня обмануть… — Рейстлин поднял Око на уровень золотого глаза и посмотрел на дракона сквозь хрустальный шар. — Я всегда смогу тебя заставить. Да, и ещё одно. Сидеть тебе здесь всё равно недолго, потому что если у меня всё получится, Храм рухнет в Бездну. Не хочешь туда — давай работать сообща. Циану ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Оказавшись на свободе, Циан Кровавый Губитель полетел по широкой вертикальной трубе. Так он надеялся выбраться из вонючего подземелья и добраться до зала советов. Никчёмный человек был прав — прав хотя бы потому, что обладал Оком. Так ли уж он никчёмен, если смог подчинить себе этот артефакт?.. * * * Стремительно темнело. Лорана пристроилась в хвосте колонны Спириторов так, что невозможно было сказать, следует ли она за ними, или просто идёт сама по себе. Она понимала, что этот маскарад с плащом Рейстлина и платком на голове продержится недолго. Вдруг, словно бы в ответ на её мысли, она почувствовала, как кто-то схватил её за локоть. — Ты кто такой будешь? — грубо спросил её человек. Он был одет в чёрную мантию мага. Спириторы и Лорана с ними как раз проходили мимо какого-то переулка. Эльфийка не знала, зачем бы чёрному магу было цепляться к ней, но более удачный шанс представить себе было сложно. Она всем весом навалилась на мужчину и толкнула его в грязный вонючий переулок. Маг шарахнулся спиной об одну из стен, и из него выбило дух, Лорана не медлила — крепким кулачком она ударила мага в челюсть. Эльфийка знала одно — главное не дать ему опомниться и прочесть заклинание. Или хотя бы позвать стражу. Понадобился ещё один удар головой о стену, чтобы неизвестный волшебник, наконец, обмяк в руках Лораны. Держать его хрупкая девушка, конечно же, не могла, поэтому она прислонила его к стене, быстро расстегнула на нём мантию и сняла её. Вид практически голого мужчины ничуть не смутил эльфийку. Она отпустила поверженного врага, и он упал в канаву. Сдёрнув с головы платок и сняв всё остальное, Лорана переоделась. Одежду она завязала в платок и вышвырнула в тёмную дыру, которая была то ли подвалом, то ли канализационным люком. Плащ, секунду поколебавшись, она вновь надела на себя. Натянув поглубже капюшон чёрной мантии, девушка вышла из переулка. Сейчас никто бы не признал в ней ни Лоранталасу Канан, принцессу Квалинести, дочь Беседующего-с-Солнцами, ни Золотого Полководца. Из переулка вышла чёрная волшебница. Вся схватка длилась пару минут и произошла без единого крика. Лорана бросилась догонять Спириторов. * * * Китиара всё ещё хрипло дышала, прижимаясь к Танису. — Я и не думала, что ты на такое способен, Полуэльф, — улыбнулась она. — Обычно ты такой… несколько безвольный. Танис хмыкнул. Он и сам не думал. Чего только не сделаешь от отчаяния… Или всё же не от отчаяния? Как только он вспоминал о том, что сейчас было, горячий огонь страсти захлёстывал его. «Неужели я вру сам себе, и никакого отчаяния не было, а я просто хотел её?» — спросил Полуэльф у себя. — Танис, — Китиара умело ласкала его тело своими руками, она целовала его губы, отчего он уже не мог держать себя в руках. — Скажи, а почему ты отверг идею править Кринном вместе со мной? Из-за своих друзей? Из-за своей совести? Подумай об этом хорошенько. Я — Тёмная Госпожа, верховная Повелительница всех войск Такхизис. Весь Кринн будет у моих ног. У наших с тобой ног, если ты этого захочешь. Полуэльф всё решил ещё в Устричном. Но отказ Лораны, и эта неожиданно вспыхнувшая страсть к Китиаре заставили его вновь призадуматься. «Ты и сейчас выбираешь, ты и сейчас мучаешься — «Лорана или Китиара?», спрашиваешь ты себя. Ты никогда не сможешь выбрать» — прозвучали у него в голове слова эльфийки. Но как же друзья? Ведь одно дело его вечные проблемы с невозможностью выбрать, а другое дело его старые знакомые, с которыми он провёл вместе не один год, с которыми он испытал тяготы жизни. А как же правое дело? Что будет, если воцарится Тьма? Друзья? Кто? Танис Полуэльф жил на свете достаточно давно… что такое «старые друзья» для него? Юнцы Маджере? Стурм или Флинт, которых уже нет? Кендер, всех подводящий под монастырь? Тика — совсем ещё девчонка, девятнадцати лет от роду? Золотая Луна и Речной Ветер, которых он знает без году неделю? Гилтанас, для которого он на всю жизнь так и останется безродным полукровкой?.. Или Лорана, которая теперь никогда не будет с ним? Правое дело, ха! А что лично ему до этого дела? Если его наградит сама Такхизис… — Я вижу твои глаза, Танис, — удовлетворённо улыбнулась Китиара. — Ты пойдёшь со мной в зал советов и присягнёшь Такхизис. Если она будет милостива к тебе, то ты будешь служить ей… если же нет, то ты умрёшь, Полуэльф. Тот кивнул. Так или иначе, хотел он этого или нет, а выбора у него не было. * * * Циан Кровавый Губитель прополз тайными туннелями, и теперь затаился, глядя, как собираются в зале советов четверо оставшихся Повелителей, одного, а вернее одну, из которых теперь нужно было называть императрицей. Также в зале собралось много телохранителей, и над каждым троном было место для дракона — фаворита Повелителя. Оно представляло собой туннель, оканчивающийся круглым окошком, через которое дракон мог, вытянув шею, смотреть в зал. Над троном повелителя Тоэда не было дракона, Циан устроился именно там и стал ждать удобного момента. Рядом с Тёмной Госпожой стоял тот самый полуэльф, которого Циан видел в Сильванести. Но зелёному дракону сейчас не было никакого дела до него. Рейстлин расположился на мостике вместе с остальными Спириторами. Он приметил, где сидит Циан, и подумал, что это недурное убежище. Маг перевёл взгляд вниз — и не удивился, увидев Таниса рядом с Китиарой. Он лишь пожал плечами. У него не было времени на мелочные любовные конфликты Полуэльфа, на его душевные метания и терзания. Затем волшебника посетила новая мысль — с чего бы Танису быть там, ведь он шёл за Лораной… не значит ли это, что эльфийка сама его отвергла?.. Рейстлин собрался уже тихо ускользнуть, как вдруг темнота внутри алькова, который служил одновременно троном Такхизис, и вратами её, зашевелилась… * * * Лоране, конечно же, не удалось пройти туда, куда шли Спириторы, ведь она была одета как обычный чёрный маг. Её грубо отпихнули со словами: «Куда лезешь, Чёрная Мантия?», и ей пришлось искать другой путь. Неожиданно для самой себя она попала в гущу войск Белого Крыла, которое было полностью дезорганизовано, и её попросту не заметили. В узком коридоре вырваться ей не удалось, и в итоге толпа вынесла её точнёхонько в зал советов. Эльфийка огляделась, не поднимая головы. Она вспоминала, как это делал Рейстлин, чтобы всех видеть, но самому оставаться в тени. Лорана спрятала когда-то безупречно-изящные, а теперь покрытые мозолями и шрамами руки в просторных рукавах мантии и опустила плечи — теперь она поняла, почему Рейстлин всё время немного сутулится. И вдруг взгляд её упал на знакомое и ненавистное лицо — Китиара! Сколько мучений она доставила Лоране! А рядом с ней стоял… Танис! Что-то вспыхнуло в Лоране и тут же погасло. Танис Полуэльф, мечта детства и юности, такой красивый и такой необычный… больше не любимый. — И всё-таки предатель, — прошептала эльфийка, глядя на него. Ей было обидно, что он, знающий об их маленькой команде всё, сейчас может рассказать Китиаре эти ценные сведения. Если уже не рассказал. Она продолжала обшаривать глазами помещение, и тут она увидела Спириторов на мостике. Внимание её привлекло движение — один из них, очень худой, сделал шаг к двери, будто бы намереваясь уйти… — Рейстлин, — прошептала Лорана. Но сделать она ничего не успела. Всех находящихся в зале свалила воля Её Величества. Кто-то падал на колени, а кто-то, раздавленный её пятою, даже на живот. Лорана покачнулась, она пыталась противиться, но, конечно же, спорить с Богиней было невозможно. Прислонившись спиной к стене, она съехала по ней, чувствуя, что не может вздохнуть. Весь воздух как будто бы убрали из зала. Рейстлин тоже упал, но он не заслуживал большого внимания Её Величества. Он казался ей лишь червяком, а потому она вскоре убрала свою ногу с его спины и дала ему вздохнуть. — Так ты лишь тень, — пробормотал Рейстлин, глядя на альков. Такхизис не показывалась, хотя голос её звучал очень даже ясно. — Ты всего лишь призрак, — маг чуть улыбнулся, понимая, как сильно недооценила его Богиня, считая жалким выродком. Червяк понял назначение Вечного Человека, и теперь мог запереть Такхизис в Бездне. Рейстлин осторожно скользнул в дверь. Он был уверен, что сделал это более чем незаметно, тем более что все сейчас были поглощены созерцанием могущества Такхизис. Но в последний момент ему показалось, что кто-то снизу за ним наблюдает. Лорана выругалась вполголоса и начала осторожно пробираться к выходу — ей предстояло найти Рейстлина. Карамон взял на себя миссию смертника — довести Берема до цели, какой бы она ни была. Лорану же он заклинал найти Рейстлина и проследить за тем, чтобы с ним не случилось ничего плохого. В этом и состоял их маленький план. По правде говоря, она и сама хотела найти мага. Ведь она так и не поблагодарила его за своё чудесное спасение… и потом, она волновалась. Нерака представлялась ей адским местом. Китиару буквально размазало по креслу, Танис же упал на ступени, ведущие к её трону. Когда, наконец, давление ослабло и стало возможно дышать, Её Величество заговорила: — Ариакас мёртв, теперь у вас новая императрица, Китиара Тёмная Госпожа. Но не забывайте, кому вы на самом деле служите! Китиара! Где эльфийка? На лбу женщины выступил холодный пот. — Моя Королева, эльфийка сбежала. Но у меня есть для тебя новый слуга — Танис Полуэльф. Он присягнёт тебе на верность. На этих словах Лорана обернулась. До этого она ещё могла поверить, что Танис затеял какую-то игру, но теперь… Полуэльф вышел вперёд, к алькову и поднял на него глаза. Он увидел там темноту, вечную темноту, что может окутать его измученную расколотую душу. Он увидел там огромную силу и исполнение всех своих желаний. И Лорана, если он пожелает, тоже будет его… И Танис распластался перед альковом, униженно прося Её Величество о милости служить ей. — Очень хорошо, — сказала Такхизис. — А теперь скажи мне, Танис Полуэльф, где Вечный Человек? — В темнице… внизу… — пробормотал тот. Глаза Лораны расширились, а затем вновь сузились, губы сжались. Она круто развернулась и продолжила путь к двери. Эльфийка выбралась из зала и припустила по коридорам в надежде отыскать хоть кого-нибудь из своих друзей. Теперь всё висело на волоске. «Пора действовать», — решил Циан и, улыбнувшись — чужое страдание всегда доставляло ему радость — выдохнул ядовитое облако вниз, в переполненный зал советов. Люди и нелюди закричали, принялись кататься по полу, кого-то вырвало, кто-то затрясся в конвульсиях. Только на драконидов яд почти не подействовал. «Ублюдки! Выродки!» — подумал Циан и дохнул ещё раз. В зале началась сумятица и давка. — Прекратите! — грохотал голос Такхизис. — Достаньте мне Вечного Человека, живо! Дракониды не замедлили подчиниться. Глава 5. Неожиданное спасение — Джесла зовёт! — в очередной раз закричал Берем и вышиб дверь тюремной камеры. Не без помощи Карамона, конечно. Хобгоблин, стороживший пленников, закричал, но тут же был убит Вечным Человеком — тот раскроил его череп о стену. — Слышите? — обратила внимание друзей Тика. — Бегут. Они бегут сюда! Они прознали, кто такой Берем! Пол и стены Храма сотрясались от топота и клацанья когтей. Не было сомнений в том, что это стражники-дракониды. Вечный человек вдруг взвыл и побежал куда-то вглубь Храма. — Берем! — крикнул Карамон, но было бесполезно звать человека, который уже не принадлежал этому миру. — За ним! — скомандовал он Тике и Тасу и даже сделал пару шагов вперёд, но затем оглянулся, увидев, что никто за ним не идёт. — Да, Карамон, — серьёзно сказал Тика, подходя к нему. — Беги за ним. Кто-то должен довести его до цели. А мы отвлечём стражу, потому что иначе они вас исполосуют. Скорее же! Беги! — она почти пихнула Карамона в спину. — Тас! За мной! И девушка с кендером побежали в другое ответвление коридора. Карамон же что было сил бросился за Беремом. Кто-то же должен довести его до цели… и всё равно, что будет потом. * * * Рейстлин добежал до камеры, но всё, что он увидел — дверь, которая держалась на одной петле, да мёртвый хобгоблин. — Ушли, — прошептал волшебник. Где-то вдалеке слышались гортанные крики драконидов — похоже, спутники разделились, пустив тем самым человекоящеров по ложному следу. — Ушли, — проскрипел голос, от которого у Рейстлина волосы на затылке встали дыбом. — А вот ты, мальчишка, никуда не уйдёшь! Этот голос Рейстлин узнал бы всегда и везде. Вот уже пять лет он не давал ему покоя, уже пять лет преследовал его во сне и наяву… Волшебник обернулся — перед ним стоял старый архимаг в чёрной мантии. Кожа старика была похожа на высохший пергамент, готовый вот-вот рассыпаться в прах, черты лица были резкими, а глаза полыхали ненавистью и злобой. — Пока ты занимался такими никчёмными делишками, как спасение всяких там лавочников и облегчение боли умирающих гномов, я окреп и заключил договор с Её Величеством. И для исполнения моих и Её планов мне понадобится твоё тело! — Фистандантилус скрипуче рассмеялся. Рейстлин хотел было замахнуться Посохом Магиуса, своим верным оружием, но по одному мановению руки старика Посох, крутанувшись перелетел через голову Фистандантилуса и остался лежать на камнях, вне досягаемости Рейстлина. Огонёк на сфере, не погас, но, тем не менее, стало почти темно, потому что Посох отлетел слишком далеко. Архимаг поднял руки и начал читать заклинание, Рейстлин понял, что беззащитен перед магией такого уровня. Неужели он может что-то противопоставить самому Фистандантилусу? Огненные шары сорвались с пальцев старика, молодой маг только и успел, что припасть к полу. Он почувствовал запах палёных волос — его волос. Фистандантилус подошёл к нему и, перевернув на спину, с силой взял за горло. Рейстлин понял, что это его конец. Архимаг, злобно ухмыляясь, приложил огромный, висящий на его груди Кровавый Камень к сердцу Рейстлина… И вдруг стало светло, а затем послышался громкий влажный хруст. На бархатные одежды Рейстлина закапала кровь. Молодой маг, не тратя времени даром, столкнул с себя Фистандантилуса и увидел, что у архимага пробит череп. Рейстлин обернулся на своего чудесного спасителя — рядом стояла Лорана с Посохом Магиуса. Эльфийка была одета в чёрную мантию, но капюшон слетел с головы, и золотые волосы вырвались наружу. — Лорана, — прошептал Рейстлин. Она подала ему руку, помогая встать с пола, и отдала Посох. — Хорошо, что я тебя нашла, — только сказала она. — Нужно двигаться, Танис рассказал Такхизис, где Берем! Рейстлин кинул взгляд на мёртвого Фистандантилуса, а затем быстро сорвал с его шеи Кровавый Камень. — Зачем тебе это? — удивилась эльфийка. Рейстлин не ответил. Он успел схватить Лорану за руку, и тут оглушительно взревели рога. Звук отдавался от стен и потолков, он был везде. — Карамон, — обеспокоено сказал маг. — Это Карамон, он уже у Камня Основания! Я поставил там простейшую ловушку из паутины, и только он мог в неё попасться. Скорее! Сейчас там будут полчища драконидов! Хотя нет… нет, Лорана, ты пойдёшь в другой коридор. Похоже, что Тика и Тассельхоф пошли туда. Ты нужна сейчас им. Возьми, — он протянул ей меч мёртвого хобгоблина. Не тратя время на разговоры, Лорана кивнула и бросилась по коридору, что шёл вверх. Рейстлина же ждала куда более трудная дорога. Он убрал Кровавый Камень в потайной карман и, прочитав заклинание, исчез. * * * Китиара и Танис тесно прижимались друг к другу, лёжа на полу. Они старались не дышать. Никто не знал, что произошло, откуда вдруг взялось это ядовитое облако, во всеобщей панике никому и в голову не пришло, что яд — это оружие зелёных драконов. Но Скай сохранил трезвомыслие. Он, возможно, единственный, кто разгадал секрет внезапного появления облака. Скай вытянул шею и посмотрел на единственное возможное убежище — место для дракона-фаворита Повелителя Тоэда. И встретился глазами с зелёным драконом… ни с кем иным, как с Цианом Кровавым Губителем, который был не так давно заточён в темницу под тюрьмами в Храме! Скаю оставалось только бессильно щёлкнуть огромными челюстями — он ничего не мог поделать. Чтобы добраться до Циана ему нужно было вылезти через свой туннель наружу, облететь Храм и… и как-то выцарапать Циана из его туннеля, потому что драться в узких коридорах — не самый удачный вариант, особенно для драконов. Циан ухмыльнулся ему в ответ и вдруг зашевелился. Благодаря своим относительно небольшим размерам он протиснулся в окошко, предназначенное для обзора, и подлетел к Скаю. Синий не успел сообразить, чего хочет его сородич, когда почувствовал сильный удар когтистой лапы на своей морде. Взвыв, Скай спрятался. Циан стал кружить по залу, чувствуя свою полную безнаказанность. И вдруг взревели тысячи тысяч рогов. «А об этом мы не договаривались!» — подумал зелёный дракон и полетел к окошку, намереваясь как можно быстрее сбежать из Храма. * * * Лорана бежала, не чувствуя ног. Она понимала, что сейчас нужно спасти Тику и Таса, но мыслями она всё время возвращалась к Рейстлину. Вернутся ли они с Карамоном оттуда, от этого Камня Основания, как он его назвал? Запястье, которого коснулась узкая ладонь мага, жгло огнём. Наверное, Рейстлин схватил её слишком сильно, и ей должно было быть больно, но эльфийка не чувствовала боли. Она чувствовала лишь расползающийся по телу жар, как будто бы в руку её укусила змея, и теперь яд неотвратимо распространяется, разносится вместе с кровью. «Скоро дойдёт до сердца», — машинально подумала девушка. Наконец, туннель повернул, и Лорана увидела такую картину: Тика, отбивающаяся подобранным где-то мечом от драконидов — одна, перепуганная, но готовая драться до последнего, даже если сломается меч — и Тас, колдующий с помощью своих отмычек над дверью. Издав боевой клич, Лорана налетела на драконидов сзади — они явно не ожидали такой атаки. Теперь они оказались между молотом и наковальней — между свирепой, но неумелой Тикой и холодной и расчетливой в бою Лораной. Добавляло эффектности ещё и то, что эльфийка была по-прежнему в мантии чёрной волшебницы, но при этом дралась мечом, как воин. Машинально Лорана совершала смертоносные движения, но думала по-прежнему о том, удалось ли Рейстлину догнать Карамона и Берема, и не настигли ли их дракониды… * * * Карамон и Берем шли через пещеру почти по колено в воде, освещая себе путь факелом. Что-то толкнуло воина в ногу, он пошатнулся и выронил факел. Тот упал в воду и, зашипев, погас. — Замечательно, теперь у нас даже нет света, — тихо сказал Карамон. Конечно же, Карамона толкнуло в ногу не просто "что-то", а очень маленький дракончик, обитавший в этой пещере. "Только бы не свалиться в воду, — подумал воин. — Разорвут же!". Дальше они шли, как слепые, держась друг за друга, вытянув руки вперёд. Сзади всё настойчивее слышался шум погони. Карамон не хотел думать о том, что это те самые дракониды, которые, поняв, что след ложный, прикончили Тику и Тассельхофа, и теперь идут за ними. Нет, Тика жива, жива! И милый весёлый кендер с забавным хохолком на макушке и десятком сумочек на поясе тоже жив! — Ширак! Вспышка мягкого голубоватого света на мгновение ослепила Карамона, но глаза быстро привыкли. Да и не требовалось ему никаких глаз, чтобы знать, кто перед ним стоит. Источник света — легендарный Посох Магиуса — держал в руках худой мужчина в чёрных бархатных одеждах, его кожа и глаза сияли золотом. — Рейст, — то ли вздохнул, то ли всхлипнул Карамон. — Я знал, что ты жив! Рейстлин стоял на невысокой скале. За ней угадывались очертания сломанных колонн, блестящих самоцветами. — Джесла зовёт, — вновь рванулся Берем, но Карамон удержал его. — Там нет никакой Джеслы… — Нет, братик, — вмешался Рейстлин. — Она здесь. Джесла здесь, Берем, — почти ласково сказал маг Вечному Человеку. Он шагнул чуть в сторону, и Карамон увидел призрачный образ девушки, похожей на Берема. Молодой и старой одновременно. — Джесла! — крикнул Берем. — Я иду! Простишь ли ты меня? — Нам с тобой нечего друг другу прощать, братик, — сказал призрак Джеслы. — Иди ко мне. Человек Зелёного Камня рванулся вперёд, вскочил на скалу, где стоял волшебник. Рейстлин метнулся прочь. И Берем с размаху налетел головой на сломанную колонну. Кровь его потекла по камням. — Там не было никакой Джеслы, — с ужасом проговорил Карамон. — Ты обманул его! — Джесла, братец, была здесь всегда, все четыреста с лишним лет, сколько Берем скитался по свету. И она ждала его здесь, терпела невыносимые мучения. Внезапно весь Храм сотрясла страшная судорога. Рейстлин схватился за камень, Карамон же не удержался и упал в воду. Но тут же вскочил, памятуя о том, что там молодые дракончики, жаждущие его плоти и крови. — Мы… будем отсюда выбираться? — осторожно спросил воин своего брата-близнеца. Он начал беспокоиться, Рейстлин вёл себя как-то странно. — Ну конечно будем, — по обыкновению съязвил маг, и у Карамона отлегло от сердца. — А как? — почти весело спросил он брата. — Знаешь, там за нами была погоня… я думаю, их много, а у меня даже нет оружия. Чуть улыбнувшись, Рейстлин покачал головой. Затем поманил Карамона к себе тонким пальцем. Тот охотно вспрыгнул на скалу, ему уже до смерти надоело стоять в воде. Волшебник цепко схватил брата за руку, и, под новые судороги стен и пола, прочёл заклинание перемещения магическими коридорами. * * * Лорана чуть вздрогнула, когда рядом с ней появились Рейстлин и Карамон. Вновь последовал мощнейший толчок, стены начали выпрямляться, принимая свою первоначальную форму. Дракониды, увидев, что пришла подмога в виде мага и огромного воина, бросились в удачно открытую Тасом дверь. — Рейстлин, — воскликнула Тика. — На тебе чёрная мантия! — Мы мою мантию будем обсуждать или выбираться отсюда? — рявкнул на неё маг. После нового толчка, на полу появились трещины, а с потолка посыпалось мелкое крошево. Тика, Карамон, Лорана, Рейстлин и Тас вышли через дверь, которая вела на улицы Нераки. — Туда, — со знанием дела сказал маг. — Откуда ты знаешь? — поинтересовался кендер. — Оттуда, что я здесь жил последнее время, — процедил Рейстлин сквозь зубы. — Так ты теперь совсем злой, да? Ой, класс, а я даже не знаю, чем занимаются злые волшебники… — к Тасу быстро вернулась его привычная жизнерадостность. Они прошли через ворота, сейчас уже, конечно же, никем не охраняемые, и выбрались из города. Рейстлин снова указывал дорогу, довольно бодро идя вместе со всеми. Карамон даже удивился — куда девалась его привычная слабость? Он, конечно, никогда не был сильным, и сейчас не производил такого впечатления, но бывало время, когда он просто умирал на руках у брата… А кашель? Рейстлин больше не кашлял, хотя голос его оставался тихим. Какие-то перемены точно произошли с Рейстлином, и Карамон силился понять, какие. Глава 6. Тёмная эльфийка Танис, двигаясь почти ползком, вытащил бесчувственную Китиару из зала. Там она отдышалась и пришла в себя. — Полуэльф, — простонала она. — Ты спас мне жизнь. Клянусь Такхизис, я этого не забуду. — Нет больше твоей Такхизис, — проворчал Танис и поднялся на ноги. — Теперь мы сами по себе. Здесь-то их и настигли первые подземные толчки. Они становились всё сильнее и сильнее, стены пришли в движение, туннели начали извиваться, словно змеи. Создавалось впечатление, будто что-то причиняет Храму невыносимую боль, а эти толчки — предсмертная агония. — Надо уходить, — обеспокоено сказала Кит. — Скорее, — не без помощи Таниса она встала на ноги. Голова воительницы всё ещё гудела и кружилась после отравления ядовитыми парами. С потолка посыпалась крошка, а затем и камни. Из зала советов хлынула толпа тех, кто не умер от отравления ядовитым облаком, Полуэльф прижал Китиару к стене, чтобы их не затоптали. Китиара и Танис побежали со всех ног, то и дело огибая рухнувшие камни. Какая-то колонна упала прямо перед ними, большой камень с потолка приземлился за ними. В конце концов, расталкивая, отпихивая, а иногда и убивая тех, кто не давал им пройти, они выбежали на улицу. Над Храмом, искажающимся и дёргающимся, парил синий дракон Скай. Увидев свою Госпожу, он спустился на мостовую и распластал крыло. Перед этим он основательно очистил себе площадку для посадки, дохнув молниями на тех, кто был рядом. Крича, люди и нелюди разбегались. Китиара добежала до своего любимца первой и вскочила ему на спину. — Взлетаем! Взлетаем! — крикнула она Скаю. — Китиара! — воскликнул Танис, бегущий к ней. — А как же я? Дракон уже приготовился взлететь, но Китиара, помедлила, схватив его за гриву. — Давай быстрее, Полуэльф! Шевелись! — крикнула она раздражённо. Танис в три прыжка преодолел расстояние до дракона и одним махом вскочил в седло за Китиарой. Скай взмыл в ночное небо, сделал небольшой круг над рушащимся Храмом, набирая высоту, а затем улетел от Нераки прочь. * * * Карамон, Рейстлин, Тика, Лорана и Тас поднялись на склон, и тут произошла ещё одна неожиданная встреча — их ждал Фисбен в компании со своим золотым драконом Пиритом. Последнему, правда, не было никакого дела до того, что творилось рядом с ним, он преспокойно спал, негромко похрапывая. Казалось, рухни мир, он всё так же будет спать. — Теперь я знаю, кто ты, — обратился Тассельхоф к старику. — Никакой ты не Фисбен. Ты... — Совершенно верно, — улыбнулся Паладайн. — Но только не надо низкопоклонства, я терпеть это не могу. Я прекрасно знаю, что вы говорили про "полоумного старика", — Бог улыбнулся. И всё-таки они поклонились. Все. Даже Рейстлин, служитель Богов Магии, склонил голову. — Надо отправляться в путь, — сказал Карамон, когда закончились приветствия. — Здесь опасно. Вон как дракониды шныряют… Из Нераки выбирались уцелевшие войска Такхизис и разбегались кто куда. Внезапно сама земля загудела — все обернулись. И вовремя: Храм Такхизис, построенный на Камне Основания, который лживая Богиня украла из Истарского Храма, взорвался и ушёл под землю. В этот же момент Пирит особенно громко всхрапнул. На месте, где минуту назад возвышалось огромное уродливое строение, образовалось облако дыма и пыли, которое с такого расстояния было не больше ладони. Спутники отчётливо увидели, как из него вылетел большой синий дракон с двумя всадниками. — Китиара и Танис, — сказал Тас, считавшийся самым остроглазым из всех. Кендер вздохнул. — Китиара давно стала злой… наверное, она и не была никогда доброй… но Танис! Он же вроде бы наш друг, наш лидер… Хохолок Тассельхофа поник, а по щекам покатились слёзы. — Ничего, малыш, — сказал Паладайн. — Может, оно и к лучшему. Ведь никогда нельзя знать наверняка, к чему приведёт тот или иной поступок, — тут он внезапно поднял глаза на Карамона и подмигнул ему. У воина пересохло в горле. — Каждый выбирает свой путь сам, — продолжил Бог, утешая кендера. — Значит... значит, нам пора идти, да? — поднял на него глаза Тас. — Нам ещё надо встретиться с Золотой Луной и Речным Ветром, столько всего им рассказать... — Я не пойду с вами, — прервал его Рейстлин. Воцарилось неловкое молчание. Все смотрели на то, как маг вытащил Око Дракона из кармана и, сжав его в руке, произнёс заклинание. Большая тень закрыла небеса, усеянные звёздами. Зелёный дракон Циан Кровавый Губитель, подчинённый могучей волей мага, спустился на землю. Он оглядел жалких людишек, но ни на ком из них его взгляд не остановился — они не стоили его внимания. — Рейст! — Карамон рванулся к брату, вскочившему на чешуйчатую спину дракона. Ему не требовалось седло, он знал, что Циан не посмеет скинуть его. — Не надо! Как же я без тебя? — Ты сможешь, Карамон. У тебя теперь есть, о ком заботиться, — Рейстлин кивнул на Тику, и та, впервые за всё их путешествие, посмотрела на него с искренней доброй улыбкой. — А у меня ещё есть незавершённые дела. — Но какие могут быть дела, Рейст? — удивился Карамон. — Такхизис мы победили… — Краем глаза воин заметил улыбку Паладайна и осёкся. — И всё равно я не понимаю, — сказал он негромко. — Скажем так, я улетаю к своим, — поджал губы Рейстлин, тем самым показывая, что разговор окончен. Карамон, вздохнув, отошёл к Тике и приобнял её, ласково взъерошив рыжие кудри. Каждый выбирает свою дорогу сам... И Рейстлин её выбрал, значит, настало время и ему, Карамону, её выбирать. Он останется с Тикой, с милой Тикой, которая беззаветно его любит, и которую любит он. Карамон, улыбнувшись, махнул брату рукой. Рейстлин собирался дать команду дракону взлетать, как вдруг к нему подошла Лорана. Чёрная мантия порвалась в нескольких местах, волосы эльфийки были испачканы кровью — своей и драконидской. И всё равно она была прекрасна, даже в таком виде. — Рейстлин... возьми меня с собой, — тихо сказала она. Циан зарычал. Волшебник удивлённо приподнял брови. — Тебя? Зачем, Лорана? Ты принцесса Квалинести, дочь Беседующего-с-Солнцами. Там, куда я лечу, таким, как ты не место. Я лечу во тьму и всепоглощающий страх. Возвращайся домой, девочка, — в его словах звучала насмешливая забота. — Нет! — девушка яростно тряхнула головой, отчего её волосы взметнулись золотой волной. — Я уже никогда не смогу вернуться в Квалинести и стать примерной дочкой своего отца. Как Золотой Полководец я тоже негодна, я провалилась, подвела всех своей глупой любовью. Я хочу пойти дальше, пусть даже это "дальше" будет ещё темнее, чем сейчас. Я не смогу жить, как раньше. Потому что у меня нет цели. Ты сказал Карамону, что он справится без тебя. И ты был прав — у него есть Тика, — эльфийка обернулась на друзей. — Я верю, — обратилась она к ним, — что вы будете счастливы. Но у меня нет никого, — это было адресовано снова Рейстлину, — кроме тебя. Ты спас меня из Даргаардской крепости, когда я думала, что умру. Ты вытащил меня с того света. А Танис — моя любовь и моя мечта — меня бросил. А может быть, я сама его бросила... Но сейчас у меня никого нет, Рейстлин. Позволь мне пойти с тобой. Да, я не маг, — Лорана посмотрела на меч хобгоблина-тюремщика, который всё ещё держала в руке. — Карамон будет жить своей жизнью и будет счастлив, и у тебя больше не будет доброго меча, который мог бы прикрывать твою спину. Даже если меч будет держать в руках женщина. Прошу тебя, Рейстлин... Каждый выбирает свой путь сам, и я выбираю этот путь, каким бы страшным он ни был. Возьми меня с собой! Лорана замолчала, будучи не в силах больше говорить. Тугой ком встал в горле. Каждое из её слов было правдой, каждое несло всю её боль и безнадёжность. Она не знала, что будет, если маг сейчас ответит "нет". Неужели ей действительно придётся возвращаться в Квалинести? Или поселиться в Каламане? В Палантасе? А может, презреть обычаи эльфов и просто прыгнуть со скалы? Лорана до того реально себе это представила, что ей стало страшно. Она увидела себя в луже крови где-то на дне глубокого ущелья... нет, нет! Жизнь продолжается, так или иначе, какой бы она ни была, хорошей или плохой! Карамон, Тика, Тас и Паладайн тоже молчали. Даже Пирит, казалось перестал сопеть. Рейстлин смотрел на Лорану своими жуткими золотыми глазами — глазами, которые пугали людей, которые отвращали их, настраивали против. Он смотрел и видел красивую женщину, что было для его проклятого зрения равносильно чуду. Он смотрел на неё, пытаясь отыскать в её словах хоть слово, исполненное лжи или страха, буквально впиваясь в неё глазами. Эльфийка не дрогнула. — Один вопрос, девочка, — сказал он, наконец, — ты хоть понимаешь, кем ты теперь для всех будешь? — Да, — твёрдо ответила она. — Понимаю. Я готова к этому. Рейстлин слабо улыбнулся. — Тогда садись. Маг подал ей руку, и эльфийка забралась на спину Циана, ухватившись за талию Рейстлина. Зелёный дракон поднял голову, оттолкнулся от земли четырьмя мощными лапами и взлетел, распластав огромные крылья. Рейстлин последний раз махнул друзьям рукой, а Лорана крикнула : "Прощайте!", и Циан унёс своих всадников в ночное небо. Долго ещё Тика, Карамон и Тассельхоф смотрели вдаль, провожая эльфийку и мага. — Что он имел в виду, когда сказал: "Кем ты для всех будешь"? — спросила, наконец, Тика, нарушая тишину. — Тёмная эльфийка, — ответил Паладайн. — Она теперь тёмная эльфийка, предавшая родину. Карамон непонимающе воззрился на Бога: — Но она никого не предавала! Тот усмехнулся в ответ: — По меркам Квалинести она полноценная тёмная эльфийка. Потому что не живёт на родине и общается с чёрным магом... на зелёном драконе с ним летает. Вы ещё не забыли, что зелёные драконы — злые? Мда, кстати о драконах, — Фисбен обернулся к сладко спящему Пириту и пнул его под рёбра, но тут же запрыгал на одной ноге, подвывая: — Ауууооой! Больно! — затем он наподдал по золотой чешуе своим посохом, больше походящим на ободранную палку: — Эй ты, пень глухой, вставай давай, лететь пора! Пирит открыл глаза и потряс огромной головой: — Что? Куда? Лететь? Лень? Кому, мне лень? Мне не лень! — Пень, лежебока! Давай, поднимайся и полетели! Пирит встал на четыре лапы, Фисбен вскочил ему на спину. — Ну, нам пора, да и вы давайте, по домам расходитесь, — ласково сказал Паладайн Тасу, Тике и Карамону. Бог ударил дракона пятками в бока, но тому не требовалось понукательств — он резко взлетел, а многострадальная шляпа сползла Фисбену на глаза, и ещё долго слышались крики: "Где моя шляпа! Я ничего не вижу!". Как только всё стихло, созвездия Паладайна и Такхизис вернулись на свои места, и зловещие чёрные дыры в небосклоне наконец-то исчезли. Глава 7. Вайретская Башня Высшего Волшебства Пар-Салиан был погружён в работу, когда к нему бесцеремонно ворвался Юстариус. Бесцеремонно потому, что даже не удосужился постучаться, а просто появился перед столом Главы Конклава и положил пятерню на книгу, которую тот в данный момент изучал. — Юстариус, — Пар-Салиан поднял глаза на Главу Алой Ложи. — В чём дело? — тон Главы Конклава был холоден. Он не любил таких вот вмешательств. — Дракон, — объявил Юстариус. — Что?.. — Не просто дракон, — послышался третий голос. Глава Чёрной Ложи, Ладонна, тоже не пожелала воспользоваться дверью. — А ещё и с двумя всадниками. — Но Вайретский Лес... — начал был Пар-Салиан в смущении. — ...как будто бы им не страшен, — закончил за него Юстраиус. В дверь постучали. Все трое синхронно обернулись на дверь. Судя по всему, если всадники смогли перелететь через магический лес, что окружал Вайретскую Башню Высшего Волшебства, то им бы не составило труда появиться прямо здесь... Стук повторился. — Войдите, — негромко сказал Пар-Салиан. Дверь отворилась. За ней стоял... — Рейстлин Маджере! — прошипел Глава Алой Ложи. — Ренегат! — Спасибо, что напомнили, мастер Юстариус, — очень вежливо ответил Рейстлин, — это один из пунктов, о котором я хотел бы поговорить с вами. Позволите мне переступить порог? — обратился он ко всем троим. Ответ тут мог быть только один. Из окна был хорошо виден зелёный дракон, прилёгший на мостовой внутреннего двора Вайретской Башни. Получив согласие, Рейстлин шагнул вперёд. За ним вошла женщина в чёрной мантии. — У меня есть то, что вам нужно, — сказал молодой маг. — Я отдам вам это за небольшую плату. То, что я прилетел сюда на драконе — это не способ запугать вас, но способ добраться до вас, — он криво улыбнулся. — Поскольку это весьма тяжело. Ладонна сложила руки на груди и недоверчиво посмотрела на молодого человека: — И что же у тебя есть? Рейстлин вытащил из кармана мантии ключи. По ним сразу было видно, что делали их очень давно. К тому же, металл, из которого они были сработаны, был чёрным. — Палантасская Башня Высшего Волшебства, — для убедительности он звякнул ключами. — Я могу открыть её, чтобы она функционировала, как сейчас — Вайретская. Но не только это, — волшебник достал из другого кармана большой камень на цепочке. — Ещё вот это. Мощный артефакт, я думаю, вам известно, кому он принадлежал. Главы Лож смотрели на Рейстлина в недоумении. — Не значит ли это, — осторожно спросил Пар-Салиан, — что Фистандантилус... — Мёртв, — спокойно ответствовал Рейстлин. — Его убила вот эта девушка, — он кивнул на свою спутницу. Ладонна удивлённо подняла брови: — Она даже не маг, хоть и имеет наглость носить чёрные одежды! Ей вообще не позволено здесь находиться, если уж на то пошло, как и тебе! Кто она такая? Пусть покажет своё лицо. Спутница Рейстлина послушно сняла капюшон, Главы Лож ахнули: — Лоранталаса Канан, — прошептал Юстариус, — ты убила Фистандантилуса? Но... как? — С помощью Посоха Магиуса, — кратко ответила она. — Госпожа Ладонна, — она чуть поклонилась Главе Чёрной Ложи, — мне очень жаль, что я оскорбила вас тем, что ношу чёрную мантию, но это была маскировка, я сняла эти одежды с какого-то чёрного мага там, в Нераке. Только так я могла пробраться в Храм Такхизис. Ладонна только досадливо махнула рукой. — Так чего ты хочешь, Рейстлин Маджере? — спросил Пар-Салиан, пристально глядя на мага. Тот, продолжая держать в одной руке Кровавый Камень, а в другой — ключи от Башни, негромко сказал: — Чтобы вы перестали считать меня ренегатом. Вы должны мне, если вы не забыли, — золотые глаза Рейстлина блеснули, — Да, я незаконно перешёл в другую Ложу, но я уже достаточно для вас сделал! Я хочу жить и работать в Палантасской Башне Высшего Волшебства. Я хочу, чтобы Лорана жила там со мной. Вот мои требования. Пар-Салиан, Юстариус и Ладонна переглянулись и покачали головами. — Ты сумасшедший! — воскликнул Глава Алой Ложи. — Нам нужно посовещаться, — ответил Пар-Салиан. Рейстлин пожал плечами и вышел, притворив за собой дверь. — Нет, нет и нет, — твердил Юстариус. — Вы посходили с ума, если вы хотите позволить этому опасному ренегату... — Башня, Юстариус, Башня! — твердила Ладонна. — У нас будет ещё одна Башня! И артефакт — Кровавый Камень! И плевать я хотела и на Рейстлина, и на девчонку! Пар-Салиан молчал, обдумывая сложившуюся ситуацию. Да, предложение было заманчивым, но что же это за дела — эльфийка, принцесса Квалинести, носит чёрные одежды, ходит по Башне Высшего Волшебства, сама при этом ни в коей мере не являясь магом? А Рейстлин? Глава Конклава никогда не мог бы сказать, что он выкинет в следующий момент. Кто мог предугадать, что он прилетит сюда на драконе?.. Но Ладонна говорила правду — им так нужна была Башня... — Я думаю, стоит согласиться с его предложением, — наконец, выдавил из себя Пар-Салиан. Ему тяжело было это признать, но он понимал, что возможность получить обратно одну из Башен Высшего Волшебства выпадает не каждый день. * * * Рейстлин и Лорана вышли за дверь и направились по коридору, решив погулять немного. Волшебник сказал, что когда будет надо, их всенепременно найдут. — Как думаешь, — спросила эльфийка, когда они поднимались по узкой лестнице, — они согласятся? — Куда они денутся? — безразлично пожал плечами Рейстлин. — Знаешь, когда было целых пять Башен, а осталась всего одна, то получить дополнительную — это заманчивое предложение. Особенно если сдобрить это каким-нибудь артефактом. Но вначале, — маг усмехнулся, — они должны поспорить. — Они всегда так делают. Лорана кивнула. Она с удивлением осматривалась — ей было интересно всё, ведь сюда не пускали людей, не обладавших магическим даром. Она слышала пару слов от Карамона о Вайретской Башне, и, судя по его рассказу, это было ужасное место. Лоране так не казалось. Здесь было специфически, но не жутко. Задумавшись, эльфийка споткнулась на лестнице, наступив на подол мантии, и чуть не упала, но Рейстлин её удержал. От его прикосновения по телу прошёлся огонь. Не говоря ни слова, маг предложил эльфийке руку, она с готовностью её приняла, и они пошли дальше. — Рейстлин... — обратилась Лорана к своему спутнику через некоторое время. — Я ведь так и не поблагодарила тебя за то, что ты меня спас. Волшебник досадливо махнул рукой, но потом остановился. — Ну давай, благодари, если так хочется. Лорана вздохнула для храбрости, а потом, приобняв Рейстлина за шею, поцеловала его в щёку. На скулах мага мгновенно проступили красные пятна смущения. Заметив это, Лорана чуть улыбнулась и погладила Рейстлина по выбеленным сединой волосам. — Спасибо тебе, Рейстлин, — прошептала она и вновь его поцеловала, но на этот раз в губы. Молодой волшебник обнял эльфийку за талию и прижал к себе. Внезапно раздался звук, как будто бы кто-то стучал в дверь, хотя ничего деревянного рядом не было. Рейстлин и Лорана с сожалением оторвались друг от друга, и маг пояснил: — Это нас зовут. Идём. * * * Главы Лож вновь посмотрели друг на друга. — Ну надо же! — прищёлкнул пальцами Юстариус. — Никогда бы не подумал... — И я не понимаю, что она в нём нашла, — прямо высказала общую мысль Ладонна. — Но, честно говоря, мне нет до этого большого дела. Рейстлин и Лорана, держась за руки, появились на пороге комнаты Главы Конклава. — Хотя это и против правил, — взял слово Пар-Салиан, — так как мы должны были собрать весь Конклав для решения такого важного вопроса, но мы приняли решение, посоветовавшись с нашими Богами. Они дают о тебе хорошие рекомендации, Рейстлин. Мы согласны на твоё предложение. — Но твой дракон... — начал Юстариус. — Мой дракон не будет жить в Башне, ему гораздо удобнее спать где-нибудь в пещере, пока я его не зову, — пояснил Рейстлин. — И вопрос с Лораной, — вставила слово Ладонна. — Я против того, чтобы она носила чёрную мантию. Рейстлин обернулся на эльфийку и пожал плечами, как бы говоря: "Пусть решает сама". Лорана откашлялась и заговорила: — Я хотела предложить вам вот что, госпожа Ладонна. Никто не будет знать, кто я. Для всех я буду помощницей Рейстлина, и для этого буду продолжать маскироваться. И для вас будет проще — не пойдут слухи о том, что в Башне живёт кто-то, кто не имеет отношения к магии. Ладонна задумалась. Затем она кивнула: — Ты подала хорошую мысль. Так и сделаем. По рукам? — По рукам, — улыбнулся Рейстлин и вновь достал Кровавый Камень и ключи. — Кстати, а у вас есть кто-то на примете, кого вы можете поставить на пост хозяина Башни? Как вы понимаете, это должен быть кто-то из Чёрной Ложи, ведь проклятье всё ещё действует... — как бы невзначай сказал он. — Ладонна, — мягко сказал Пар-Салиан. — Решать тебе. Та хотела вначале ответить, что это не Рейстлиново дело, кого Конклав будет ставить на этот пост, но потом подумала, что он задал резонный вопрос. Стать на этот пост самой? Увольте, у неё и в Вайрете дел навалом. Иоланта? Она шпион, и не более того. Ладонна перебирала в голове имена возможных кандидатов и тут же их отсеивала. Неужели ей придётся поставить на пост хозяина Башни Рейстлина? — Слушай меня сюда, мальчишка, — глаза Ладонны полыхнули яростью. — Я поняла твою игру. Хорошо, я сделаю тебя хозяином Башни, ты добился своего. Но учти, никаких мне шуточек! Я по-прежнему Глава Чёрной Ложи, а ты потребовал, чтобы тебя вновь приняли в ряды нормальных волшебников, значит, ты подчиняешься мне. Рейстлин стоял перед Ладонной, убрав руки в рукава бархатной мантии, и то ли кивал, то ли кланялся, выражая согласие. Юстариус и Пар-Салиан начали возражать, завязалась бурная дискуссия, во время которой Рейстлин и Лорана тихо ускользнули в коридор. Они зашли в одно из боковых ответвлений, здесь было темно, и почти тихо, лишь слабо доносились голоса Глав Трёх Лож. Эльфийка прижалась к магу. Ей вспомнилась Шойканова Роща и то, как они открывали Палантасскую Башню Высшего Волшебства. Пожалуй, это было ещё страшнее Даргаардской крепости... но с нею был Рейстлин. Их губы встретились, и на этот раз им долго никто не мешал. Эпилог "Здравствуй, братец. Твоё письмо получил. Собираюсь к вам, там и поговорим. Лорана прибудет со мной. Рад, что у меня скоро будет племянник. Если у него проявится талант к магии, я буду сам его учить, потому что, боюсь, от капусты Теобальда бедняга опухнет. Поверь, у меня в Башне лучше, хоть тебе и кажется, что тут мрачно. Рейстлин P.S.: Да, и не вздумай говорить Тике о нашем прибытии, а то она опять наготовит целый стол, а потом обидится, что мы столько не едим!".