Рождество в июле

Лука не помнит когда он в последний раз отмечал Рождество. Наверное, этот чёртов праздник, просто выпал из мировозрения Кастеллана. Парень уверен, что нет на свете ничего доброго и светлого. Есть монстры и есть лагерь... Было предательство, была война и смерть, а потом воскрешение. Кастеллан честно не знал, на кой чёрт он понадобился этой наивной дочке Плутона. Она вытащила его из Эллизиума, хотя сын Гермеса готов был с пеной у рта кричать, что искала она кого-то другого. Может даже своего парня, который умер на войне с Геей. Но, насколько знал Кастеллан, он решил достичь островов блаженства и уже переродился. Хейзел слишком чистая и по-детски наивная. Такой как она хочется покупать зелёные (право, Лука не знает почему именно зелёные) летние платьица, дарить подсолнухи и шоколад Nesquik. Она слишком хороша для него. К счастью, из них двоих это понимает только он. Для Хейзел Рождество - самый важный праздник в году. Она украшает весь дом цветными гирляндами, так, что он буквально светиться. Перед двадцать пятым декабря весь дом Левеск напоминает праздничную игрушку, одну из тех, которая находится в стеклянных шарах. Если потрясти шарик, то внутри него пойдёт "снег". - И как давно ты не отмечаешь Рождество? - её золотые глаза светятся искренним любопытством . - Не помню, если честно, - Лука сгребает в охапку смеющуюся Левеск и целует её в макушку.

***

- Закрой глаза и не подглядывай, - Хейзел ведёт ничего не понимающего Луку вниз по лестнице. Даже с закрытыми глазами можно узнать, что же происходит вокруг. Лука слушает. Музыка, ненавязчивая. Такая играет в музыкальных шкатулках. Рождественская песенка. Шум... Совсем тихий. Похоже на то как паровоз идёт по рельсам. Гудок. Ту-ту. Игрушечная железная дорога. Лука набирает полную грудь воздуха. В нос ударил приятный запах корицы и розмарина. Корицы больше. Пахнет печеньем, только что из духовки. Тем временем ступеньки кончаётся, Хейзел сжимает руку Кастеллана чуть сильнее. Она волнуется, совсем немного. - Открывай глаза! - по голосу слышно, что она улыбается. Если бы Лука знал, что Рождество может выглядеть вот так, то наверное, никогда бы не считал этот праздник глупой тратой времени и сил. Гостинная сияла. Везде были развешаны гирлянды, которые светились мягким домашним теплом. На камине висело два праздничных носка*. В углу стояла пушистая ель, конечно же искуственная, но... Чёрт, выглядела она потрясающе! Игрушки в старинном стиле и яркая звезда на верхушке. Вокруг ели пролегала игрушечная железная дорога, по которой мчался паровозик, то и дело выпуская пар. Ту-ту. На столике рядом с камином лежала тарелка с печеньем и два стакана молока. - Ну, как? - Хейзел робко улыбнулась. - Тебе нравится? Да, я знаю, что сейчас разгар июля и возможно, ты считаешь всё это глупым, но... - Боги, Хейзел, ты чудесна. Он ласково целует её и в очередной раз думает, что неправильно быть с такой хорошей девушкой. А желания дарить ей зелёные летние платьица, подсолнухи и молочные шоколадки усиливается вдвое.