Тридцать один закат

- Ни с кем вы говорить не будете, потому что говорить не с кем, - уже, наверное, в сотый раз ответил Фэш. - Я прекрасно знаю, что ты лжешь! – жестко откликнулся голос из-за запертой двери. – Я знаю, что Василиса в квартире. И это важно, мне нужно поговорить с ней. - Ой, правда важно? – ухмыльнулся Драгоций. – Ну, тогда я подумаю, может быть… я подумал: нет. И если вы сейчас же не уберетесь отсюда, единственным, с кем вы будете говорить, будут менты, когда я их вызову. Пожелал бы вам всего хорошего, но вы меня настолько достали, что не пожелаю. До свидания. Он еще раз проверив, прочно ли заперта дверь, он развернулся и вернулся в зал. Василиса лежала на диване, стучала по клавишам его ноутбука и одновременно смотрела телевизор. - Для серийных убийц они как-то очень нерешительны, - поделился с ней Фэш, садясь рядом. Василиса едва заметно нахмурилась. - Они просто не уверены, что я действительно здесь. А как будут уверены, будь уверен, просто снимут твою дверь с петель. - О, - проворчал Фэш, - просто отлично. Родители будут в восторге. Они старательно не касались той части вопроса, где говорилось, что они сейчас в опасности. И если кто-то сейчас начнет говорить про запертую на все замки дверь, Фэш сразу скажет, что когда тебя и кучи людей с оружием разделяет тонкая перегородка двери, это отнюдь не прибавляет уверенности в своих силах. Со-вер-шен-но. Он был уверен, что не будь на лестничной площадке никого, Василиса бы по-быстрому взяла ноги в руки и шмыгнула прочь, не обращая на него никакого внимания. Но они оказались заперты в квартире и окружены – здесь никуда не денешься. Приходится делать вид, что все замечательно и никакие типы с пистолетами сейчас не мечтают размазать твои мозги по стенке. В дверь снова позвонили. Фэшу пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы не показать своего раздражения, после чего он поднялся с дивана и отправился в прихожую выпроваживать непрошенных гостей. Только возле двери он заметил, что Василиса тихо идет за ним. - Куда прешь? – шепотом спросил Фэш, опасливо косясь на дверь. - Моральная поддержка, - вымученно улыбнулась Василиса и крепко взяла его за руку. Фэш пожал плечами и спросил, кто там. За дверью послышалась какая-то возня, после чего Фэш услышал приглушенный голос с лестничной площадки: - А теперь без шуток, - обладатель голоса был очень серьезен. – Я считаю до десяти и выламываю дверь к чертям. Один… Василиса вдруг впилась ногтями ему в ладонь. Фэш вопросительно глянул на нее, смутно догадываясь, что ее нервы на этом месте сдали. Однако Василиса даже не обратила на него внимания – она вся побелела так, что выглядела живым трупом, и широко распахнутыми глазами смотрела вперед, на дверь, хотя Фэш упорно не понимал, что же ее там настолько заинтересовало. - Что такое? – шепотом спросил Фэш, привлекая ее внимание. Василиса медленно повернулся к нему голову. Фэш бы не удивился, если бы она прямо сейчас грохнется в обморок или еще чего похуже. Счет, тем временем, на месте тоже не стоял: - …четыре, пять… Огневой пришлось несколько раз моргнуть, чтобы сфокусировать на нем взгляд. В полумраке прихожей Фэшу даже показалось, что она стала еще бледнее. Девчонка по-прежнему цеплялась за его руку, как утопающий – за соломинку, как будто это помогало ей держать себя в руках. Василиса тяжело сглотнула, что было слышно в тишине прихожей. Глубоко, со свистом, вздохнула, но спокойней от этого выглядеть не стала. Она подняла руки к лицу и потерла глаза как человек, который понял что-то ужасное. - Девять. - Да кто вы такой, черт подери? – рявкнул Фэш, заставив Василису вздрогнуть. Человек за дверью помолчал несколько секунд, прежде чем ответить. - Я так понимаю, - его голос был жестким и холодным, - твоя подружка сейчас стоит рядом. Я ее отец, Нортон Огнев. Приятно познакомиться, Фэш, - теперь в голосе сквозил злой сарказм. Василиса тихо съехала по стене и закрыла лицо руками. - Очень приятно, - едва слышно отозвался Фэш, устало взъерошивая себе волосы. Черт возьми, эта семейка когда-нибудь доконает его окончательно.

***

- Я, конечно, все понимаю – столько лет разлуки, душевные разговоры и все такое… но нельзя же вечно сидеть на полу у двери! – Фэш покачал головой. – Да и уверен, мужик, прислоняющийся к моей двери с той стороны, в глазах соседей выглядит подозрительно. Василиса бросила на него непонятно какой взгляд – то ли насмешливый, то ли раздраженный, - и пожала плечами. С момента «знакомства» прошло несколько часов, которые Василиса провела на полу в прихожей, прислоняясь спиной к двери и разговаривая таким образом с отцом. И, знаете ли, вести беседу сквозь железную дверь – не самая лучшая перспектива, только если ты все еще не уверен, что твой отец не убьет тебя, когда ты ее отопрешь. Так что не жалуйтесь на плохую телефонную связь. - Я ошибалась, - она вздохнула, - так сильно ошибалась, что сейчас просто поражаюсь, как можно было быть такой тупицей. Мой отец никогда не вел на нас с мамой охоту, он… наоборот, понимаешь? Она подперла щеку кулаком и устало провела другой рукой по волосам. Фэш был не уверен, что она вообще спала этой ночью, о чем можно было судить по темным кругам под глазами. - Понимаю, - осторожно ответил Драгоций, - но ты не думаешь, что тебя водят за нос? Ну, то есть, конечно, врать дочке – плохо и все такое, но твой Нортон Огнев, как я понял, не олицетворение идеального отца. Василиса утомленно кивнула и зевнула. - Я не дура, Фэш, - сказала она, - я все понимаю. И… не знаю, что мне делать. Ведь я не могу вечно сидеть у тебя в квартире? - Ну-у… вечно не получится, максимум – лет восемьдесят, а потом ты умрешь от старости. - Спасибо, что утешил. Они негромко рассмеялись. Фэш одновременно прислушивался к звукам на лестничной площадке, проверяя, не приготовил ли папочка Огнев им какого-нибудь сюрприза. Несмотря ни на что, он ему не доверял. И видел, как Василису бросает из крайности в крайность от этих событий, но ничего не мог с этим поделать. - Понимаешь, - начала Василиса, - у меня сейчас два варианта – рисковать или не рисковать. Таким образом вероятность моей смерти составляет одну третью общей вероятности. – она усмехнулась. – Я перешла в математику, извини. В дверь коротко постучали. Василиса тут же вскочила и, бросив на него извиняющийся взгляд, унеслась в прихожую. Фэш усмехнулся, оставшись в одиночестве и прислушиваясь к голосу Василисы, звенящему в соседней комнате, но не понимая ни слова. Он просидел так, наверное, минут двадцать. Настолько привык к неясному гулу болтовни Василисы в прихожей, что наступившая вдруг тишина показалась какой-то иррациональной. Он напряг слух, но услышал только как вода гудела в трубах ванной. Василиса явилась через пять минут. Бледная, даже еще более бледная, чем прежде, хотя вряд ли это было возможно. Она медленно опустилась на диван рядом с ним. Молчание неизбежно затягивалось, и Василиса не собиралась его нарушать. Фэш наблюдал за ней краем глаза – девчонка нервно барабанила пальцами по мягкому сидению и кусала губы, явно что-то обдумывая. - Дай угадаю – он посадил тебя под домашний арест за плохое поведение? – мрачно спросил Фэш. Василиса пихнула его в бок и попыталась улыбнуться. - Они собираются спасти маму, - высоким от напряжения голосом проговорила Огнева, - она может быть еще жива. Я… должна помочь им, потому что Астрагору нужна еще и я. И если я не помогу им, моя мама умрет. А может быть, как только я выйду, меня пристрелят, и дело с концом. Она прерывисто вздохнула и оглянулась на открытую дверь в прихожую, словно проверяя, все ли там в порядке. Потом медленно обхватила себя руками и закрыла глаза. Фэш повернулся к ней и крепко взял за плечи. Встряхнул, заставив посмотреть на себя. Василиса выглядела чертовски усталой, как будто не только не спала по ночам, но и разгружала вагоны целыми сутками. - Послушай меня, - требовательно сказал парень, - здесь все зависит только от тебя. Если ты доверяешь своему отцу, вперед. Будь что будет. Ты можешь остаться здесь, если не хочешь никуда идти. Мы… что-нибудь придумаем, не волнуйся об этом. И я не дам тебе гробить себя только из-за чувства вины перед мамой, ясно? Просто – не дам. Ты веришь мне? Василиса моргнула и улыбнулась краем рта. И кивнула, утыкаясь носом ему в плечо. Василиса глубоко вздохнула, словно успокаивая расшатанные нервы. Они оба сидели, крепко обнявшись, и дышали в унисон. Это странным образом действовало умиротворяюще. Ровно до того момента, когда на журнальном столике не вздрогнул и не завибрировал телефон. Василиса на мгновение застыла, и Фэш почти увидел, как она жмурится, едва находя в себе силы посмотреть на экран. Он прекрасно знал, кто звонил ей. Она прижала мобильный к уху, но молчала, кусая губы, и с каждой секундой выглядела чуть более потрясенно, чем в предыдущую. Фэш не без тревоги наблюдал, как от ее лица отхлынула последняя краска, оставляя Василису бледной тенью с какими-то слишком яркими, как сейчас казалось, рыжими волосами и огромными ошеломленными голубыми глазами. Позвонили в дверь. Как-то странно позвонили – три коротких звонка, затем один длинный, и снова три коротких. Фэш видел, как Василиса сглотнула, явно узнав «код» своего отца, который пришел за ответом. На этот раз девчонка швырнула телефон обратно на столик так, что он вполне мог бы пострадать. Она вскочила с места и, натыкаясь на углы мебели и чертыхаясь, вылетела из зала в прихожую. Фэш, быстро сориентировавшись, следовал за ней, преисполненный уверенности, что она сейчас убьется об какой-нибудь особо острый угол. Дрожащими руками Огнева быстро, словно даже не задумываясь, повернула ключи в замке, а затем щелкнула щеколдой. Она действовала так, будто каждая секунда промедления была подобна мучительной смерти. И, уже держась за ручку двери, вдруг опустила руки и повернулась к Фэшу. Тот ободряюще кивнул, рассматривая ее лицо, погрязшее в отчаянии. - Ты будешь рядом? – спросила она дрожащим голосом, хотя глаза ее были сухими. – Ты можешь уйти, ты не должен участвовать в этом. Фэш не раздумывал ни секунды. Просто сделал большой шаг вперед и положил свою руку на ее пальцы, которыми она до сих пор сжимала дверную ручку. Василиса не сводила с него глаз. - Я буду рядом.