Ты в моем

Хибари буквально стал заботливой мамочкой, не расслабляющейся и не упускающей из-под своего контроля беременного жениха ни секунды, все двадцать четыре часа, семь дней в неделю. Сонно открыв глаза и не ощутив привычного тепла под боком, он обеспокоенно проводит рукой по пустой половине кровати. “Еще теплая. Тсунаеши не мог далеко уйти” - крутится в голове у одно из самых опасных людей в мафии, пока он поспешно одевается и спускается на первый этаж. Его внимание привлекает тусклый свет ночника, освещающий кухню. Савада сидит на столе, поджав под себя ноги, и довольно черпает и поглощает столовой ложкой шоколадную пасту. - Идиот, почему ты меня не разбудил? - Действительно, идиот. Как я только тебя терплю?! - Тсунаеши хитро сверкает глазами и пошло облизывает ложку. - Ты меня сейчас соблазняешь? Кея насмешливо выгибает бровь, молча глядя на своего демоненка, что невинно хлопает длинными ресницами. - Не понимаю, о чем ты, дорогой. Еши грациозно соскальзывает со стола и, плавно покачивая бедрами, подходит к Кее. Маленькие ручки ложатся на лицо хищника, привстав на мысочки, Тсуна легко целует Хибари в приоткрытые губы. Бывший ГДК накрывает холодные ладошки своими, растирая, пытаясь согреть. Он подносит левую руку к губам, выцеловыая каждый палец, запястье. - Я тебя люблю, - Тсунаеши сжимают в крепких, но от этого не менее нежных объятиях, ласково поглаживая по спине. Десятый прячет лицо на груди у своего хищника, цепкими пальцами сжимая фиолетовую рубашку. Острый подбородок опускается на копну карамельных волос. Хибари умиротворенно прикрывает глаза и сильнее прижимает притихшего юношу, наслаждаясь спокойствием. - Ты простишь меня? Хибари опускается на стоящий поблизости стул, не выпуская из рук мальчишку, упираясь лбом в округлившийся животик. - Я знаю, что прошу многого, но, Тсунаеши, давай попытаемся начать все сначала. - Сначала не получится. Хибари смотрит грустно и даже немного удивленно своими глазами цвета мокрого асфальта, совсем как выброшенный на улицу щенок. Савада на него не смотрит, лишь зарывается тонкими пальцами в смоляные пряди и легко массирует. - Во-первых, я в положении, во-вторых ты уже сделал мне предложение, - Кея улыбается, облегченно вздыхает и усаживает к себе на колени зверька. Он прощен. Теперь точно все будет замечательно. Савада доверчиво льнет к будущему супругу, после чего легко касается тонких губ своими. - Кея, хочу тебя, - Еши мило краснеет, с придыханием шепча на ухо брюнета. На Облако все это действует моментально - сердце готово выпрыгнуть из груди, а в штанах неожиданно становится тесновато. Тсуна хищно облизывает губ, не отводя взгляда от любимого. Карие глаза горят уверенностью и желанием, и поэтому Хибари молча повинуется, подхватывает на руки своего Босса и поднимается в спальню. Аккуратно опустив драгоценную ношу на постель, Кея принимается освобождать парнишку от одежды, покрывая поцелуями каждый оголенный участок кожи, ставя свои метки, срывая пошлые стоны с пухлых губ. Добравшись до паха, он опускается к возбужденному половому органу, вбирая его в рот, лаская руками внутреннюю сторону бедер. Длинные пальцы пробегают по яичкам, выбивая из шатена судорожный вздох и еле слышный стон. Хабари слегка вводит головой из стороны в сторону и медленно опускается, полностью вбирая член в рот, поглаживая языком по бокам. Вытащив его с пошлым причмокиванием, бывший ГДК тыльной ладони стирает с краешков губ слюну и проводит по головке языком, играясь с уздечкой. Тсуна поддаются вперед, чувствуя как губы Хибари смыкаются вокруг его ствола, стискивает короткие короткие черные прядки в пальцах и, выгнувшись дугой, громко стонет. Еши кончает, и Кея проглатывает все полностью. Поднявшись на ноги, Хранитель легко чмокает Саваду в лоб и скрывается за дверью в ванную комнату. По возвращении он умиляется от вида недовольно пыхтящего зверька, что полулежит в кровати, опираясь на спинку кровати, уже переодетый в милую пижаму в барашками. - Я тебе больше не возбуждаю? Это из-за того, что я растолстел? - В больших карамельных глазах стоят слезы. - Я боюсь, что это может навредить ребенку. Не обижайся, я люблю тебя и никого другого никогда не захочу, - Мужчина выключает свет, ныряет под одеяло и прижимает к себе любовника, утыкаясь в каштановую макушку. - Давай уже спать.