Tell yourself

      С наступлением весны третьегодки местной старшей школы вступали в последние недели их школьного образования, и можно было почувствовать смешавшиеся друг с другом воодушевление и злость в воздухе, переполненном лепестками вишни. Улькиорра улавливал отрывки разговоров подростков в форме, которые ошивались в магазинчике Урахары после уроков. Младшеклассницы страдали из-за приближавшегося расставания с привлекательным сэмпаем, друзья детства давали клятвы частенько встречаться, несмотря на разлуку, а возлюбленные с тоской смотрели на лица друг друга. Для Улькиорры всё это было не в новинку: женщина в последнее время проводила больше времени со своими друзьями, что его не беспокоило, ведь ему не надо было тащиться с ней.       Этим днём после полудня было довольно прохладно, настолько прохладно, что Уруру и Дзинта вышли на улицу, соревнуясь в том, кто подметёт больше лепестков вишни. Обычно Улькиорра был бы доволен, но в этот раз он остался работать за кассой, а ведь ещё остались незавершённые дела в подсобке. Поэтому, когда в течение пяти минут не появилось ни одного покупателя, он покинул свой пост, чтобы завершить опись непомеченных коробок, которые Урахара приволок за ночь.       Откуда брались эти коробки, что в них и куда они исчезали было одной из нерешённых загадок работы Улькиорры. Сначала ему было плевать: его задача — следить, чтобы ни одна из них не пропала, а не спрашивать об их содержимом и предназначении. Но он не мог отрицать того, что со временем его любопытство возрастало… Особенно после того дня, когда половина груза пахла парфюмом, а остальная часть пахла виноградным желе.       — Эй, господин Шиффер! Куда это Вы? — высунулся из кабинета Урахара, когда Улькиорра прошёл мимо. Он всё это время играл в видео игры с полуодетой женщиной-кошкой, которая поглощала саке, словно было что праздновать. Улькиорра бы ответил, если бы Урахара не подпрыгнул к нему, не обхватил бы его рукой за плечо, как ни в чём ни бывало, и не начал бы тащить его по направлению к подсобке. — Забудьте, это неважно. Господин Улькиорра… Я могу называть Вас господин Улькиорра?       — Нет.       — Но я думал, мы друзья.       Улькиорра смотрел на руку Киске, словно обдумывал место в квартире, куда можно было бы её повесить в качестве трофея. Поняв намёк, Урахара убрал руку с плеч Улькиорры и показал ему проследовать в подсобное помещение.       — Тогда господин Шиффер, — начал он, заходя за Улькиоррой и закрывая дверь, два раза стукнув по ней тростью. Его улыбочка сменилась с шутовской на ту самую, лукавую. — Вы же знаете, что Вы мой лучший работник, да?       — Ты это уже тысячу раз мне говорил, — сказал Улькиорра. Этот мужчина готов был рассудка лишиться, когда лишь начинал подозревать его в смене рабочего места.       Киске прошёлся по помещению, стуча по коробкам, пока не нашёл достаточно прочную для того, что сесть. Он сгорбился, словно был не в лучшем физическом состоянии, и обеими руками и подбородком упёрся в верхушку трости.       — И до сих пор Вы не знаете многого о Вашей работе. Что вовсе не Ваша вина. У есть меня ужасная привычка: до ужаса люблю секреты.       — Я в курсе, — Урахара ухмыльнулся.       — Магазин сладостей, скорее, хобби, нежели доходный бизнес. Нам с госпожой Йоруичи очень нравится вредная пища, да и хорошо, когда есть место, которое можно считать домом. Но примерно восемьдесят процентов моего дохода, который помогает держаться на плаву — будем честны, этот магазинчик не приносит много прибыли — исходит, — он похлопал по коробке под ним, — отсюда.       — Ты поставляешь оружие? — Улькиорра с подозрением посмотрел на закрытую дверь подсобки. Это был серьёзный вопрос, но Урахара не смог удержаться от смеха. Он быстро справился со своим весёлым настроем, понимая, что последнее, чего он хотел, — издеваться над тем, в чьих услугах он нуждался.       — Вы смотрите много телевизора вместе с госпожой Иноуэ, да? — он облокотился назад. — Нет, это не оружие и не наркотики. Не надо так быстро записывать меня в преступники. Вот, — он достал из рукава канцелярский нож и дал его Улькиорре, — сами посмотрите. Вот из этой кипы; это их конечный пункт назначения.       Улькиорра замешкался. Он всё ещё не привык к человеческому воодушевлению и не хотел выглядеть слишком нетерпеливым и открыть эту коробку так, словно вся его жизнь зависела от этого. Поэтому он лениво надрезал ленту, поднял створки, отодвинул в сторону пузырчатый материал для упаковки в виде арахиса и обнаружил…       Плюшевые игрушки кролика Чаппи.       Урахара встал позади него и улыбался за своим веером. Улькиорра пристально смотрел на содержимое коробки, которое не было ни экстравагантным, ни оригинальным. Они продавали товары с кроликом Чаппи ещё задолго до того, как он начал тут работать. Магазин в паре зданий отсюда тоже продавал товары с кроликом Чаппи. По телевизору показывали мультик про кролика Чаппи. Это феномен, популярный по всей стране так же, как и белая кошка безо рта.       — Я не понимаю, — произнёс Улькиорра. Урахара захихикал, словно этой реакции он и ждал.       — Кто придумал «Чаппи и друзья»?       — Гикон, — сказал Улькиорра, вспоминая название компании, написанное на ярлыке на спине кролика. Он нахмурился. — Разве это не искусственные души, которые на время вселяют в гигай?       — Ммххм.       — Кролик Чаппи из Сообщества душ, — напряжение сошло с его бровей, когда его осенило.       — Именно! — воскликнул Урахара, закрывая веер. — На самом деле создатель этих искусственных душ — моя предшественница. В связи с её нынешним родом деятельности с ней довольно тяжело связываться, но, когда мне наконец удалось поболтать с ней, я сказал ей, что она могла бы создать прибыльный бизнес из своего изобретения. Я имею в виду персонажей. Если они были так популярны среди синигами, представьте, скольким людям можно было бы их тогда продать!       — он даже не пытался скрыть то, как он гордился собой. — И вот появился «Всемирный Гикон»! Мы рекламируем, делаем и поставляем продукцию «Чаппи и друзья» из Японии далеко в Англию!       — Есть причина, по которой ты держишь это втайне? — Улькиорра отложил в сторону канцелярский нож.       — Ну, Сообщество душ не совсем одобряет «Всемирный Гикон»…       — Значит, ты всё-таки преступник.       — И что они будут делать? — Урахара пожал плечами. — Казнят меня за то, что я устроил легальный бизнес в человеческом мире, куда они сами меня изгнали? — он указал тростью на Улькиорру. — А теперь Вы, наверное, думаете, как это всё связано с Вами!       — Я не собираюсь участвовать в незаконной деятельности, — Улькиорра снова нахмурился.       — И я не собираюсь заставлять Вас. Я знаю, что Вы не будете рисковать вашими отношениями с госпожой Иноуэ. Выслушайте моё предложение, — Киске опустил трость. — Каждую пару лет я езжу в командировки, чтобы проверить остальные ветви моего бизнеса. Ну, а так как я редко выбираюсь, то зачастую игнорирую первоначальную цель и начинаю шляться. Там осматриваю достопримечательности. Стараюсь прочувствовать человеческий мир! Это также помогает следить за работниками, так что ко времени своего возвращения я могу уволить тех, кто не справляется, — чего же он тогда до сих пор не уволил Дзинту? — Обычно я беру с собой госпожу Йоруичи по очевидным причинам, но в этот раз я бы хотел предложить поехать Вам. Никакой работы… Просто будете со мной всё время. Считайте, что это оплачиваемый отпуск.       — Какая ненормальная щедрость, — Улькиорра вот так просто не позволит подозрительности улетучиться.       — Начальники щедрятся, чтобы вознаградить тяжёлый труд.       — Где-то есть подвох, — настаивал Улькиорра.       — Никаких подвохов, господин Шиффер. Вам всего лишь надо сказать «да». И дать знать об этом госпоже Иноуэ, конечно же. Будет как-то грубо исчезнуть, не сказав об этом своему романтическому партнёру, — Урахара подошёл к двери подсобки и радостно распахнул её. — Какие-нибудь ещё вопросы перед тем, как я отпущу тебя работать дальше?       Куча. Знала ли его предшественница о том, что он наживается на её идее, и, если знает, получает ли она с этого проценты? Если Сообщество душ не одобряет то, чем он занимается, то как он умудрился создать мировую компанию, которую они не прикрыли? Где хранились все эти деньги, сделанные компанией? Как долго должна продлиться эта поездка? У Улькиорры было достаточно материала для длительного допроса, но, в конце концов, он спросил лишь одно:       — Почему я?       Он частенько называл Киске Урахару идиотом, потому что мужчине нравилось вести себя так, но от Улькиорры не укрывался его ум. В глаза, смотрящих на него из-под козырька этой тупой шляпы, читалось сочувствие.       — Вы напоминаете мне некоторых людей, которых я знаю, — таков был ответ, и Улькиорра вспомнил, что он был не первым нелюдем, пытавшимся найти своё место в человеческом мире.