Placebo

Чтобы избежать повторения вчерашней нервотрёпки, Чонин взял у Сехуна запасной ключ. Поэтому сегодня ровно в десять часов утра он спокойно проходит в чужую квартиру, прислушиваясь к абсолютной тишине. Кай застаёт хозяина квартиры спящим на белоснежных простынях, но не спешит будить его. Тот спит на животе, обняв ногами одеяло и спрятав руки под подушку. Чонин минуту наблюдает за умиротворённым лицом парня, впервые замечая, что он вообще-то весьма привлекателен. Если молчит, конечно же. Бледно-розовые волосы с отросшими тёмными корнями разметались в разные стороны. Майка немного задралась, показывая соблазнительные ямочки на пояснице. Чонин отбрасывает неприличные мысли и поднимается взглядом выше, на секунду замирая и внимательно присматриваясь. На шее со слабо проступающими позвонками красуется чёрная перевёрнутая восьмёрка. Банально, думается ему, но это же Сехун. Аристократичная бледность чужой кожи вызывает внутри какой-то непонятный трепет. Одёрнув себя, Кай качает головой и пытается избавиться от «неправильных» мыслей. - Подъём! - он резко распахивает плотные шторы, впуская солнечный свет в спальню. Сехун ворочается в кровати и прячется под одеялом с головой. Кай дёргает край одеяла на себя. - Вставай. Пора вершить великие дела! - Да иди ты в задницу, - хрипло отзывается тот, спрятав голову под подушку. - Это приглашение? - усмехается Чонин, с силой сдёргивая одеяло на пол. Сехун не двигается: наверное, думает. Чонин пользуется моментом, хватает парня за лодыжу и тянет с кровати. Тот чертыхается, когда встречается с мягким ковром, и вскакивает на ноги. Он толкает Кая на кровать и принимается избивать кулаками. Чонин честно пытается защищаться, но выходит плохо, потому что он откровенно ржёт над происходящим. Сехун, лишь сильнее распалённый чужим смехом, матерится и больно тычет пальцами в бока. Он седлает чужие бёдра и резко замирает, понимая в каком пикантном положении они находятся. На его губах расцветает самоуверенная усмешка, а в глазах пляшут черти. Смех Чонина постепенно стихает. Он хмурится и одним резким движением сбрасывает парня с себя, стремительно поднимаясь на ноги. Сехун обиженно дует губы и трёт пальцами ушибленный локоть. - Придурок, - шипит он, заезжая кулаком в плечо Кая. - Я ведь и сдачи могу дать. - Да пошёл ты! - повышает голос Сехун и выходит из комнаты. - Истеричка, - вздыхает Чонин и выходит следом. То, что происходит дальше, вызывает в парне противоречивые чувства. С одной стороны хочется ушатать Сехуна с ноги, но с другой - просто до ужаса смешно. Сехун игнорирует его. На вопросы не отвечает, обходит и даже не смотрит, словно Кая здесь и нет. На завтрак он ест хлопья с молоком, а когда Чонин пытается заговорить, делает звук на телевизоре громче. Кай терпит, но чувствует, как кровь по венам бежит быстрее. На обед Сехун заказывает суши и не делится, даже не пытается предложить. А Чонин и не просит. Он молча наблюдает за этим детским садом и вспоминает, на сколько сажают за физическое насилие и нанесение телесных повреждений. - Ты, что, обиделся? - не выдержав, обращается он к парню, но ответа снова не слышит. - Не, подожди. Ты серьёзно обиделся? - Нет, - сухо отвечает Сехун. Сам Господин Сехун снизошёл до ответа. Но Чонин сдерживается и не комментирует это, чтобы не накалять обстановку ещё сильнее. - Оно и видно по твоей кислой роже, - он кивает в подтверждение своих слов. - Ты обиделся за то, что я отказался от твоих домогательств? - Что? Домогательств? - Сехун возмущённо вскидывает руками. - Не шути. Чтобы Я? Тебя? Пф. - Я и не шучу. Твоя усмешка не имела в виду ничего приличного, - хмыкает Чонин. - Твоя бандитская рожа не имеет ничего приличного, - язвит Се и поднимается с дивана. - Чего? Бандитская? - Чонин щурит глаза. - Совсем умом тронулся? - Забыл нашу первую встречу? - «вежливо» напоминает Сехун, ухмыляясь. - Да ты чуть не убил его! - вопит он и хочет уйти. Кай хватает его за локоть, и их раздражённые взгляды встречаются. Между ними словно электрическое напряжение, которое и убить может. - Вот тебя бы с удовольствием, - шипит Чонин, встряхивая парня. Сехун чувствует, как чужие пальцы сильнее сжимаются на коже. Он морщится и выдёргивает руку, не разрывая зрительного контакта. - Что ты мне вечно угрожаешь? Ты думаешь, я тебя боюсь? И что ты вообще пристал ко мне?! Идиот! - он не сдерживается и почти кричит в лицо парня. - Это ты какого-то хрена нанял меня! Я не просил! - в соответствующем тоне отвечает Чонин. - Ведёшь себя как ребёнок! - Ребёнок?! - Сехун от возмущения давится собственным вдохом. Он психует и уходит в свою комнату, громко хлопая дверью. - Больной, - в след говорит Кай. - Что это вообще было? Через минуту из спальни появляется переодевшийся Сехун. На нём белая майка с непонятным кислотным принтом, которая почти висит на худом теле, открывая острые ключицы, прямые плечи и тонкие руки; и узкие светлые джинсы, до невозможности обтягивающие длинные ноги и округлую задницу. На вопросительный взгляд Чонина он лишь хмыкает и гордо шествует в прихожую. Там Кай ловит его за руку, за что получает пинок по ноге. - И куда ты собрался? - сквозь зубы цедит он. - С каких пор я должен отчитываться? - равнодушно отвечает тот, поправляя причёску в зеркале. Чонин на мгновение выпадает из реальности, потому что, действительно, с каких это. Он хмурится и принимает совершенно безучастный вид, молча наблюдая за тем, как Сехун наводит красоту. Когда ему надоедает это, он начинает обуваться. - Куда? - недовольно спрашивает тот, замечая это. - Домой, - пожимает плечами Кай. - Уже поздно. У тебя ведь сегодня всё? - Какой «домой»? Ты идёшь со мной, - отрезает Сехун, выталкивая парня из квартиры. - Чего? Я не хочу. - Я и не спрашиваю о твоих желаниях, - хмыкает Сехун, заходя в лифт. - Шевелись! Хоть убей, но Кай никогда бы не подумал, что этот псих потащит его в ночной клуб. На входе охранник с лёгкостью пропустил их, узнав в Сехуне постоянного клиента. Чонин даже не удивился, когда бармен приветливо улыбнулся ему и начал диалог с «уже новый?», бросая на Кая короткий взгляд. Сехун на это лишь усмехнулся, окинул парня взглядом и демонстративно перекричал музыку своим «да ни за что». Чонин не знал, кого он хочет ударить сильнее: тупого бармена с тупыми вопросами и такой же тупой улыбкой или Сехуна с его ужасным характером. - И зачем ты притащил сюда меня? - интересуется Кай, скучающе наблюдая за тем, как Сехун попивает очередной коктейль и заигрывает с тем же барменом. - Не слышу, - даже не одарив парня взглядом, отвечает Сехун. - Я говорю, зачем ты притащил меня сюда? - шепчет в самое ухо Чонин, прижимаясь к чужой спине. Сехун напрягается и зажимает зубами трубочку, чувствуя, как от шёпота бегут мурашки по шее. Бармен многозначительно улыбается и отходит обслуживать других посетителей. - Доказать тебе, что я не ребёнок, - говорит Сехун и слышит смешок. Чонин отстраняется и смотрит как-то слишком самодовольно. - Таким детским поступком? Сехун щурится и смотрит злобно, пытаясь расчленить взглядом всего из себя взрослого парня. Он манит пальцем бармена и просит текилы. - Может, не стоит? - пытается Чонин, но Сехун лишь раздражённо отталкивает от себя чужую руку. Кай внимательно наблюдает за языком, ловко слизавшим соль с руки, пальцами, обхватившими стопку алкоголя, и слегка приоткрывшимися губами. Он отводит глаза, когда тот самый язык быстро пробегается по тем самым губам. - Дети, по-твоему, умеют так? - голос Сехуна звучит хрипло и мягко. Это текила и предыдущие алкогольные коктейли берут своё. Сехун улыбается уголками губ и прожигает глазами. - Даже я так не умею, алкоголик чёртов, - хмыкнув, говорит Чонин. Сехуну не нравится ответ, поэтому он просит у бармена ещё. Кай саркастично улыбается и с интересом наблюдает за его действиями. Соль на языке, опрокинутая стопка и лимон. Сехун жмурит глаза, кусая губу, а Чонин и не спешит его останавливать. - Ты тварь, - недовольно заявляет Сехун. - Почему ты лыбишься? - По-моему, тебе уже хватит, - говорит Кай, наблюдая за чужим вытянувшимся в возмущении лицом. Честно говоря, ему нравится пьяненький Сехун. Зрелище захватывающее. Более того, он получает удовольствие от того, что спорит с ним. Его совсем не удивляет, что даже будучи пьяным Сехун вредничает и язвит. - А что ты указываешь мне? Самый главный что ли? - Я тебя тащить на себе не буду, - отрезает Чонин. - Ха, думаешь, я не найду кого-нибудь другого? Запросто! Сехун встаёт на ноги. И, к удивлению Кая, совсем не покачивается, а стоит уверенно и прямо. - Кай? - слышится со стороны, на что оба парня оборачиваются. - Ты ли это? - Минсок? - удивлённо отзывается Чонин, всматриваясь в чужое лицо. - Давно не виделись, - парни обмениваются рукопожатиями. - С тех самых пор, как ты ушёл из студии. - Были причины, ты же знаешь. Она и без меня продержится. У неё же есть ты. - С тобой лучше было, - хмыкает парень и смотрит за плечо друга. - Развлекаешься? - кивает он в сторону Сехуна. - Как сказать, - вздыхает Чонин. Они ещё пару минут что-то обсуждают и в конце обмениваются объятиями. Минсок просит не теряться и уходит, дружелюбно кивая Сехуну. Зато Сехун недружелюбно смотрит на Кая и на вопросительный взгляд показывает средний палец, усаживаясь обратно на стул. - Ты нормальный? - интересуется Чонин, не понимая, в чём дело. - У неё же есть ты, - кривит лицо Сехун. - Что? - С тобой лучше было, - игнорирует вопрос он, снова передразнивая чужой диалог. - Нет, тебе правда хватит. Уже крыша едет, - Чонин пытается поднять Сехуна со стула. - И что он вообще имел в виду под своим «развлекаешься»?! - возмущённо вопит Се, отталкивая парня и вскидывая руки. - Я никуда не тороплюсь! Бармен, дайкири мне! Клубничный! - Ну что ты как маленький? - обречённо вздыхает Чонин. - Хватит пить. Да ещё и такие бабские напитки. Ведёшь себя хуже девушки во время критических дней. - Ты уж определись, баба я или ребёнок, - бубнит Сехун и делает большие глотки коктейля. - Ты истеричка, и это факт. Наверное, алкоголь слишком много берёт на себя, но в следующее мгновение Сехун резко тянет Чонина за ворот рубашки и целует. Неторопливо и нежно, прикрыв глаза. Кай замирает, пока чужие - влажные и сладкие на вкус - губы мягко посасывают его. Он сглатывает, когда горячий язык на мгновение касается его, и ощущает клубничное послевкусие во рту. - А так, по-твоему, дети тоже умеют? - усмехается Сехун и облизывает губы.