Игроки поневоле

— Задирака! Иккинг! — истошный крик близняшки заставил парней рвануть в сторону раненых.       Немного не добежав до нужного места, друзья буквально застыли от ужаса. Паук птицеед! Невероятно огромных размеров. Он тащил обмотанного паутиной Рыбьенога прямо к краю скалы. — Спаси нас, о Один! — вскрикнул Задирака.       А Иккинг с криком побежал на чудовище. Взмах ножом. Одна из волосатых лап паука оказалась на земле.       Птицеед издал оглушительный визг и скрылся в обрыве скалы вместе с добычей. — Оно исчезло! — немного придя в себя сказала Забияка, всматриваясь в подножье скалы, где бушевали морские волны. — Похоже скрылся в одной из пещер, — выдохнул Задирака. — Вы нашли Сморкалу и Астрид? — Нет, — близнец опустил голову. — Скорее всего, они там же, куда утащили Рыбьенога, — Иккинг говорил четко и уверенно, как и полагалось настоящему вождю. — И как их теперь найти? — По следу, — Иккинг указал на отрубленную конечность.       Та истекала неоднородной тёмной и склизкой жидкостью желтовато-зелёного оттенка. Едва заметная дорожка капель тянулась до обрыва, а дальше вниз по камням до неширокого выступа.       Туда и спустились наши герои. Как и предполагалось, там они обнаружили вход в пещеру.       Непроницаемая тьма, будто плотное полотно, окутывала сыростью и тревогой. Пришлось продвигаться по слепому — на ощупь.       Но вскоре невдалеке показался лучик тёплого света от пламени факела. Дальше, на протяжении всей длины, тоннель освещался зажжёнными факелами и небольшими свечами в нишах стен. Было ясно, что некто, точнее, мы знаем кто именно, направлял ребят.       Возможно, даже очень вероятно, что друзья идут прямо в ловушку. Но узкая, еле заметная, «дорожка» из слизи не давала им отклонится от маршрута.       А пещера как будто сужалась. С каждым шагом дышать становилось всё тяжелее.       Но уже скоро юные викинги вышли на широкую площадку, где обнаружили три неказистые деревянные двери с кратким посланием над каждой из них. — Локки меня побери! — громко воскликнул Задирака. — Слизевая дорожка оборвалась! — Подсвети, — Иккинг поближе подошел к первой двери и громко прочёл:

«Жизнь дана нам только раз. Всё остальное не для нас»

— Мило, — презрительно хмыкнула блондинка. Иккинг приблизился ко второй двери:

«А жили же спокойно — Свои играли роли. Не замечая жизни, За этою игрою»

— Что за бред? — близнец задумчиво почесал лысый затылок. — Нам ещё повезло, что не на мёртвом языке эти каракули.

«И прекратится сердца стук, Когда воздух прорежет окровавленный звук»

— Иккинг, у меня очень плохое предчувствие. — Спокойно, Забияка. Я сам не верю в то, что говорю это, но … — Что?! — хором воскликнули близнецы. — Нам придётся разделится и войти в эти двери по одиночке. Ради наших близких!       Гробовая тишина. Скрип медленно открывающихся дверей. Треск пламени на факелах. Тяжелые, удаляющиеся во мрак, шаги. Все всё понимают. Это правильно. Но как-то жутко на душе…