Письмо, которое ты не прочтешь

 — Хей, этот рисунок, на твоей футболке… Это же Plaсеbo? — Да, ты их тоже знаешь? — Бывает слушаю, время от времени. Я Скотт, мы учимся вместе. — Я Крис, да, я помню, видел тебя сегодня. Так мы познакомились, помнишь? Так завязалась наша дружба, которая для меня стала чем-то большим. — Крис, Скотт, немедленно уберите телефоны, вы на уроке! — кричала учительница. — Да, мисс. — Скотт покорно опустил голову. «Пфф, будто мы ее послушаемся: D» — пришло ему, на что Скотт в ответ лишь улыбнулся. Да, я и это помню. Как мы сидели на уроках, рядом, за одной партой, и переписывались смсками, а когда телефоны забирали, мы использовали тетради. Лично у меня там были только наши диалоги, а не английский. Тот год был для меня особенным. Лучшим из всех прожитых годов. А в кого ты превратил меня, а, Крис? Из отличника и примерного мальчика я превратился в парня, вечно прогуливающего школу, в абсолютного бездельника. — Скотт Эванс Дрейк, во что ты превратился? Мне опять звонили из школы! Где ты был?! — кричала мать. Ахаха, да, и такое было. Но знаешь, я теперь упорно не хочу меняться. Тот мир, что ты мне показал, он гораздо лучше. Свободнее что-ли. — Скажите родителям подготовить документы о продолжении обучения… — строго проговорила мисс Фикс. — А если мы не будем продолжать обучение? — спросил Крис. — А в чем дело? — Переезжаем в другой город. — ответил парень и даже не посмотрел в сторону друга… *** — Когда ты собирался мне сказать? — Я просто не знал, как это сообщить… — Ну ты и предатель, Крис! — Весело улыбнулся Скотт, превращая все это в шутку. А вот и хеппи энд, как говорится. Несмотря на мою улыбку, Крис, мне было больно… Странно, но в тот день… двадцать третьего мая, когда мы виделись последний раз, во мне что-то рухнуло. Два года я жил тобой, не заводя друзей, да и вообще редко выходя из комнаты. А потом, спустя эти два года, когда я начал было забывать, ты вернулся. Пускай на неделю, но вернулся. Сейчас я понимаю, каким глупцом был. Ты стал для меня всем, хотя я для тебя был никем. Помню, как ты удивился, услышав от меня про лучшего друга. Но, черт возьми, если бы все было так просто. Мы гуляли каждый день. И новый день был для меня открытием. Разглядывание голубей. Я это отлично помню. — Эй, ну что ты ломаешься, смотри, как он за тобой бегает! — говорил Крис, обращаясь к пернатым и смеясь. — Как называть голубя-бабу? Голубятина? Не, звучит как шаурма, только голубятина. Мы гуляли тогда каждый день. Потом познакомились с другими пацанами. Тебе один понравился. Я и раньше знал, что ты би, но тогда убедился окончательно. Тогда я впервые ощутил ревность, но не предал этому значения. А помнишь, как мы курили на крыше? Как потом было херово. Помнишь, как ты звал меня Рыжиком? Я это очень любил. А еще тот момент, когда ты ночевал у меня дома, я тогда впервые понял, что ты не просто мой лучший друг. Пицца в час ночи, кола из магазина в три. Я смотрел, как ты спишь, и понимал, что ты очень красив, Крис. Загорелая, но в меру, кожа. Длинные, пушистые ресницы. Черные волосы, завязанные в небрежный хвост. Карие глаза, сережка в одном ухе. А потом, последний день. Украденная тележка из магазина. Это было незабываемо. Тогда, стоя на остановке и смотря тебе в след, я понял кое-что… Знаешь, Крис, я люблю тебя. Не просто как друга люблю. Недавно ты сказал, что у тебя появился парень. Но я не чувствовал ненависти. Я был рад. Мне было хорошо от мысли, что у тебя все прекрасно. И одновременно я сгорал изнутри, от невыносимого желания быть частью этого прекрасного. Признаюсь, я завидую людям, что видят тебя каждый день. А помнишь этот разговор? — Я искал крыши, чтобы когда ты приедешь не надо был ходить так далеко. Пока я не нашел ни одной. Но до того как ты приедешь, я обязательно найду. — Я приеду, обещаю. Жди меня следующим летом. — Это будет еще одно лучшее лето. Я искал не потому, что не хотел далеко ходить, а потому, что безмерно хочу снова на крышу, но на нашу смелости не хватает забраться. Там все пропитано тобой. Я повторюсь, я люблю тебя, Крис, люблю, как любят рассвет, люблю как наркоман свой наркотик, люблю, как ты любил смотреть на дым от сигарет. И ненавижу себя. Почему? За то, что не понял это раньше. Когда ты был рядом. Это последнее письмо, тебе, Крис. Письмо, которое ты никогда не прочитаешь. Я сожгу его, как сожгу свою любовь. Или спрячу далеко-далеко, как спрячу свою любовь. Что бы ты никогда не увидел. Чтобы снова быть с тобой. Пускай мы увидимся вновь через два года, или даже через десять лет. Я буду ждать. Буду учиться жить без тебя, бережно храня все, что ты мне дал. Спасибо, Крис. Вечно твой Скотт.