Из двух огней я выберу пламя

Багира медленно перевела взгляд с лежащего на полу мужчины на стоящего перед ней Шального. – Максим, какого черта? Капитан неопределенно пожал плечами. – Он на вас напал. – Мы бы сами справились, – тут же влезла в разговор Мура, но наткнувшись на взгляд Багиры, решила сменить тему, – нужно Бате сообщить. В голосе прозвучала обреченность. И неудивительно, ведь командир вряд ли обрадуется тому факту, что очередному преступнику свернули шею, но перед этим он успел застрелить обоих нападавших. В итоге они имели три трупа и ни одной зацепки. Положа руку на сердце, стоило признать, что не появись тут Шальной вовремя, кто-нибудь из девушек также мог заработать пулю. Не в лоб, конечно, но приятного все равно было бы мало. – Как ты вообще здесь оказался? – Багира покосилась на тело мужчины и перешла на шепот, словно опасалась, что покойники могут ее услышать. – Ты ведь должен был сообщить в штаб о моем исчезновении. – Должен был. И сообщил. – Максим кивнул, – а потом мы отправились тебя искать. Вот я прям как чувствовал, что Булатов отправит тебя сюда одну. Мура, до этого брезгливо изучавшая карманы убитого на предмет обнаружения в них хоть каких-нибудь документов, задохнулась от возмущения. С каких это пор она стала никем? Да и потом, что за глупости? И Багира, и она – бойцы спецназа, а не жеманные барышни, которые могут передвигаться только в сопровождении рыцарей. За себя постоять умеют. Причем так, что обидчики потом могут не досчитаться зубов, ребер и прочих костей. Слова уже были готовы сорваться с острого язычка, но девушка в который раз наткнулась на строгий взгляд старшей подруги. – Я точно такой же солдат, как и ты, – тихо, на грани слышимости прошипела Кошкина, – только рангом пониже, но это абсолютно ничего не значит. Сколько еще мне нужно доказывать, что я ничем вам, мужчинам, не уступаю?! Шальной уже давно понял, что совершил ошибку, ляпнув и не подумав, но сказанного ведь не воротишь. А вот оправдаться еще не поздно. – Я не это имел в виду, – начал мужчина, но резко замолчал, когда рядом с дверью послышался тихий шорох. – Кажется, у нас гости. Повторять дважды не пришлось. И Мура, и Багира отреагировали моментально. Женька еще задержалась на пару секунд, пытаясь оттащить тело в сторону, но оценив свои силы и тяжесть убиенного, плюнула на это дело и поспешила скрыться за выступом одной из стен. И успела как раз вовремя, потому как дверь тут же приоткрылась и кто-то пока еще невидимый осторожно шагнул внутрь. – Твою же мать! – раздался знакомый голос, и все присутствующие облегченно выдохнули. Бизона не перепутаешь ни с кем. – Боцман! – Рита вскинула руки, когда мужчина наставил на нее оружие – это я, опусти пистолет. Тарасов тихонько ругнулся себе под нос, но оружие послушно опустил. Его примеру тут же последовали и остальные. Ума так и осталась стоять у дверей (на всякий случай). Девушка расслабленно облокотилась спиной о стену и лениво обвела помещение взглядом. Ничего нового, не считая трех трупов, она для себя не нашла. Чего не скажешь о Булатове. Тот как раз удивленно таращился на Шального, которого тут в принципе не должно было быть. – Я тебе сейчас все объясню, – проследив за направлением его взгляда, поспешила вставить Багира. Мужчина, по-прежнему рассматривал стоящего перед ним капитана первого ранга. И когда Рите уже показалось, что он ее не расслышал, Булатов повернулся к ней. – Не надо объяснять, и так все понятно. Сами в порядке? Девушки синхронно закивали. – Я так понимаю, что у нас теперь ни одной ниточки кроме той, что сейчас отдыхает в лазарете? – поинтересовался Бизон. Батя кивнул, а после неопределенно пожал плечами – кто знает, пойдет ли тот здоровяк на контакт или нет? Хотя, теперь его можно припугнуть тремя трупами и намекнуть на то, что в случае отказа от сотрудничества он может стать четвертым. – Мы чего-то не знаем? – осторожно поинтересовалась Рита. Булатов в ответ лишь махнул рукой: – Долго объяснять. – Коту хотели витаминчик вколоть, – весело отозвалась стоящая у двери Ума. Она хотела добавить еще парочку эпитетов относительно ума молодого командира, который с готовностью закатал рукав, но осеклась, нарвавшись на предостерегающий взгляд Тарасова. Да и взволнованные лица Багиры и Муры к шуткам не располагали. – Да в порядке с ним все. Вы бы сейчас себя видели. Не ребенок ведь, в конце концов. – Не ребенок, – улыбнулась Рита, – он куда хуже. Здоровяк дернулся в сторону, но вырваться из крепкого захвата Бизона не смог. Да даже если бы и удалось, сбежать бы не получилось, слишком много вокруг было спецназовцев. Вступать с ними в бой тоже не имело особого смысла, тем более что на запястьях красовались наручники. Он и с двумя не справился, а сейчас перед ним стояло сразу семеро бойцов. – Ну, так как, – повторил свой вопрос командир, – сотрудничать будем? Мужчина смерил его долгим взглядом, полным презрения, а потом отвернулся, не забыв перед этим сплюнуть себе под ноги. – Да пошел ты! Руки, державшие его, сжались еще крепче. По всей видимости, подчиненный не оценил обращения к своему начальнику, но задержанному на это было как-то наплевать. Тем более, мужчина понял, что бить, а тем более пытать, его никто не собирается. – Я-то пойду, – голос Булатова звучал обманчиво спокойно, – но вот что с тобой-то будет? Шмелев ведь тебя грохнет, ты должен был это сразу понять. Совсем рядом недовольно заворчал Кот, делясь своим мнением относительно того, что задержанный умственными способностями не отличается, но парень быстро замолчал, когда на него тихонько шикнула Багира. – Пошел ты! – повторил преступник, и Бизон тяжело вздохнул: – Бать, у меня две версии. Либо этот крендель больше не знает слов, либо его заело. Как пластинку. Амбал извернулся и лягнул капитана, за что тут же получил ответный удар. Только Тарасову для этого особо изворачиваться не пришлось. – Мне это надоело, – наконец, выдал Булатов. Он нехотя оттолкнулся от стены и сделал пару шагов по направлению к выходу. – Бизон, давай его в административный корпус. И шприц захвати. Пусть трибунал с ним разбирается. Борис довольно хмыкнул и подтолкнул новоиспеченного «товарища». Однако тот почему-то идти не захотел. – Подожди! Батя глянул на него через плечо: – Слушаю. Здоровяк неуверенно переминался с ноги на ногу и… молчал. В относительной тишине, прерываемой тихим шепотом Кота и Муры, прошло около минуты. И когда уже казалось, что терпению Кошкиной пришел конец, мужчина заговорил. – А если я соглашусь сотрудничать? Все так же медленно, Булатов сделал шаг обратно, возвращаясь в центр комнаты. Остановился перед задержанным и смерил его долгим взглядом. На удивление преступник и не думал прятать глаза. – Ты помогаешь нам, мы тебя отпускаем. – Батя! – возмущенно воскликнула за спиной Рита, но командир даже не обернулся. Он по-прежнему смотрел только на стоящего перед ним мужчину. – А где гарантии. – Слово офицера подойдет? Здоровяк кивнул: – Вполне. День прошел не то, чтобы хорошо, можно сказать почти отлично. Несмотря на отсутствие Кота (пришлось сообщать о ЧП и его скоропостижной кончине), группе удалось не только сдать все нормативы, но и установить своего рода новые рекорды. Согласившийся на сотрудничество задержанный позвонил Шмелеву и, сообщив о ликвидации двоих «смерчей», потребовал своего вознаграждения. Обрадованный такими новостями Шмелев пообещал появиться на гарнизоне к завтрашнему вечеру, тем более к этому времени должен был быть ликвидирован еще один спецназовец. Все шло по плану, хотя в планы Батя уже не верил. Рассчитывали они на одно, а вышло вон все совсем по-другому. – Ты веришь в то, что он приедет сам? – раздался за спиной тихий голос Багиры, и Батя обернулся. В общей комнате было темно, ребята уже давно спали. Он и сам пытался уснуть, но сновидения не шли, тогда мужчина и решил прогуляться по корпусу. – Не думал, что ты не спишь. – Ты не ответил на мой вопрос. Она мягко ступала по полу, ловко обходя еле различимые в кромешной темноте предметы. – Не верю, но надеюсь. С ее губ сорвался не то смешок, не то вздох. Глаза постепенно привыкли к темноте, и Бате удалось ее рассмотреть. Такой он ее видел давно. В последний раз, наверное, на базе «Тайфуна», в КТЦ же она всегда уже была собранна. А сейчас вновь стояла перед ним такая домашняя, что ли. – Почему мы не могли вычислить его и нагрянуть к нему в гости? Она оказалась слишком близко и, не особо раздумывая, прижалась к его плечу. Булатов вздрогнул от неожиданности, но быстро пришел в себя и поспешил приобнять женщину за плечи, привлекая ее еще ближе. – Он может отвертеться, сама знаешь. А так приедет меня добивать, тут мы его и возьмем с поличным. Багира еле заметно кивнула и, осторожно развернувшись, уткнулась носом в грудь командира. Сделал глубокий вдох и тихонько шепнула: – Это когда-нибудь закончится? – Что именно? – не понял мужчина. – На нас когда-нибудь перестанут охотиться? Больше всего на свете ему сейчас хотелось ее успокоить, заверить, что это в последний раз. Но врать он не привык. Да и Багира не дурочка, сама все понимает. – Не знаю, Рит. – Его губы мягко коснулись ее волос, и женщина тут же подняла голову. – Будем надеяться, что закончится. Когда-нибудь. – Когда-нибудь, – отстраненно прошептала Кошкина, – теперь бы дожить до этого «когда-нибудь». – Доживем, – он невесомо коснулся ее щеки, очертил ее контур, и пальцы скользнули ниже. Он еле заметно улыбнулся, почувствовав, как вздрогнула Багира, когда он зарылся пальцами в ее волосах. Вздрогнула, но не отстранилась. Значит, не против. – Доживем, но только если будем вместе. Она непонимающе моргнула, изо всех сил стараясь не поддаться эмоциям. – Бать… – Возвращайся, Рит. Пожалуйста…