Из двух огней я выберу пламя

Ждать Булатов никогда не любил, но сейчас этого требовала ситуация. Правда, ради приличия стоит отметить, что на этот раз ждал не он один. Компанию ему составил тот самый здоровяк, который пытался устранить Ионова. Мужчину звали Кирилл, и это пока все, что удалось из него вытрясти. Нет, при желании можно было узнать еще много чего интересного, но «смерчи» решили ограничиться этой информацией. Батя кинул на нового знакомого мимолетный взгляд и вновь уставился на дверь. Да уж, ему, в отличие от мужчины, хоть примерно известно, чем все может закончиться, а вот Кириллу остается только гадать о своей дальнейшей судьбе. В полнейшей тишине прошло пол часа, час, на второй Иван все же не выдержал: – Вот смотрю на тебя, вроде нормальный мужик. Как додуматься до такого мог? Здоровяк моргнул, возвращаясь в реальность, а затем не спеша обернулся. Точнее, даже не обернулся, а лениво качнул головой. Смерил контр-адмирала долгим взглядом и, наконец, нехотя выдал: – Тебе все равно не понять. Собственно говоря, ничего другого от преступника Булатов не ожидал. Не кинется же он ему в ноги со словами: «Простите меня, я больше не буду». Вот только все равно обидно, когда тебя сначала пытаются убить, а потом еще и обвиняют в тугодумии. – Ну, куда уж мне, – хмыкнул Иван. Кирилл на сарказм внимания не обратил. Он вообще сделал вид, что ничего не слышит и не видит и, судя по всему, на дальнейшее продолжение беседы настроен не был. Батя смотрел на него еще около минуты, но потом, махнув рукой, отвернулся и погрузился в свои мысли. Благо подумать было над чем. Он даже успел забыть про мужчину, когда тот неожиданно заговорил. – Моей дочери срочно операция требуется, а денег таких сейчас нет. А тут Шмелев работу предложил. В сторону Булатова он даже не смотрел. Сидел, разглядывая дверь и, по всей вероятности, разговаривал тоже с ней. Сочувствия, понимания, а тем более прощения Кирилл тоже не ждал, просто вдруг захотелось выговориться. – И много нужно? – Много, – мужчина тяжело вздохнул, – только теперь уже вряд ли что-то получится. У меня ведь только две дороги – или кладбище, или тюрьма. – Получится все, – за спиной раздался уверенный голос контр-адмирала, – не переживай. Кирилл резко развернулся и уставился на Батю. Кажется, тот и не думал шутить. – Ничего не понимаю. Я же… – Это ты, – оборвал его на полуслове Иван, – а наши дети не в ответе за нас. Разберемся. Вот только закончим с одним дельцем. Дельцем оказался Шмелев. Мужчина появился на территории гарнизона еще часа в четыре вечера, но навещать «плененного» Булатова не спешил. И без этого было много дел, ведь по идее он приехал сюда не то с проверкой, не то с отчетом, не то еще с чем-то. «Смерчи» за это время успели столкнуться с ним раза четыре, и только им одним было известно, с каким трудом удалось сдержать рвущиеся наружу эмоции. Бизону, в отличие от остальных, в этом плане пришлось хуже всех. Ведь это именно ему Шмелев выражал свои соболезнования по поводу скоропостижной кончины капитан-лейтенанта Ионова. Об исчезновении Кошкиной, а тем более Булатова, не было сказано ни слова. Да Тарасову хватило и этого. Особенно трудно было удержаться, когда Шмелев, видимо, пытаясь подбодрить, похлопал его по плечу. Спокойнее всех остальных провели эти часы Кот с Багирой. На склад к Бате они соваться не стали, дабы не раскрыть себя раньше времени, поэтому пришлось найти местечко поблизости. И оно нашлось. Какой-то архив, в который уже давным-давно никто не заходил. Здесь оказалось тепло и совсем не пыльно, приятно пахло бумагой, и от этого становилось как-то спокойно. К тому же такая атмосфера располагала к разговорам по душам, по которым оба так давно скучали. И пусть она примерно догадывалась о том, что может услышать от молодого человека, но все-таки одно дело догадываться, и совсем другое – слышать это из его уст. Но время шло, а ничего так и не происходило. Ребята пробубнили что-то неразборчивое, Булатов коротко сообщил о том, что с ним все в порядке, и теперь оставалось только ждать. И тогда, когда ребята уже почти потеряли надежду, на горизонте замаячила размытая фигура. Рита прищурилась, но рассмотреть незнакомца не удалось, слишком далеко он находился. – Батя, – женщина коснулась микрофона, спрятанного в воротнике куртки, – у тебя гости. – Выдвигаемся? – за спиной уже маячил Кот, нетерпеливо переминающийся с ноги на ногу. – Подожди. Рано пока. Парень обиженно засопел, но на место все же уселся. Правда, молчал он недолго. Всего через секунд двадцать послышался тот же самый вопрос, на который Багира ответила так же, как и раньше. А вот когда Ионов задал вопрос в третий раз, терпению Кошкиной пришел конец. – Угомонись ты! Ей и самой чертовски не терпелось поскорее закончить со всеми этими спектаклями, исчезновениями и смертями, но спешка ведь еще никогда не приносила пользы. К тому же незнакомец прошел мимо, так и не заглянув в то самое помещение, где находились Батя с Кириллом. – Ложная тревога, – Багира тяжело вздохнула. – А вот и нет, – поспешил разубедить ее Ионов, – глянь, как он осматривается. Да и потом, что бы ему делать в этой части гарнизона? – Ну, всякое может быть,– Кошкина явно намекала на его недавние похождения, и Кот это прекрасно понял: – Только что-то я девушки с ним не наблюдаю. Мужчина тем временем не спеша прошествовал к самому дальнему складу, постоял там минутку, при этом, не переставая оглядываться по сторонам, а потом все так же медленно поплелся обратно. Батя не нервничал. Совсем. И это при том, что видеть того, что происходит снаружи, он не мог ввиду отсутствия окон. Его неплохо информировала Багира, а ей он полностью доверял. Напрягло только то, что Шмелев не спешил, но и тут его Булатов понимал. Он просто не хотел рисковать. Радовал только тот факт, что Шмелев вообще начал действовать. Наушник ожил практически одновременно с тем, когда за дверью послышались осторожные шаги. – Приготовься, – контр-адмирал кивнул Кириллу – у нас гости. Пять человек. Кажется, нас пришли убивать. Здоровяк нехотя поднял голову, встречаясь взглядом с Булатовым, и коротко кивнул: – Всегда готов. Дверь резко распахнулась, и в глаза ударил яркий свет фонаря. Батя поспешил зажмуриться, то же самое сделал и Кирилл. Вошедшие негромко рассмеялись, но фонарики опустили, давая возможность их рассмотреть. Троих из них Батя видел и раньше. Кажется, дежурные. Шмелева он узнал по фотографии из досье, а вот молодого парнишку он видел впервые. – Булатов, – Шмелев склонил голову набок, – надо же, уже контр-адмирал. Кстати, – он театрально стукнул себя по лбу, – совсем вылетело из головы – познакомься, это мой племянник. Сын Артема. При упоминании имени своего отца, в глазах паренька зажглись опасные огоньки, и Батя непроизвольно поморщился. Больше всего он ненавидел вот таких вот психов. Вроде и не представляет из себя ничего, но опаснее любого террориста. Никогда не знаешь, что может придти в голову такому чуду, и что оно может выкинуть в ту или иную секунду. – Я бы сказал, что мне очень приятно, – начал Булатов, – но не буду. Не люблю врать, знаешь ли. Этот ответ окончательно вывел мальчишку из себя, и у видавшего и слышавшего многое Булатова чуть уши в трубочку не свернулись от речи оратора. – Ну-ну, – поспешил успокоить племянника Шмелев, – тише. Однако это не возымело никакого эффекта. Паренек продолжал бесноваться, и у Бати мелькнула мысль о том, что, скорее всего мальчишка балуется наркотиками. – Ты бы ему валерьянки накапал, что ль, – предложил Иван, – а то вон разошелся как. Рита прекрасно видела все происходящее, так как дверь на склад преступники оставили приоткрытой. Видела Батю, сидящего на полу. Руки мужчина держал за спиной, делая вид, что они крепко связаны. Видела Кирилла, стоящего рядом с Иваном. Его лицо вообще не выражало никаких эмоций, и женщина даже задумалась над тем, что он вообще их не испытывает. Остальных Багира видела только со спины, но и этого хватило, чтобы понять, кто из них простые «шестерки», а кто большой начальник. Рита не слышала о чем шел разговор, могла только догадываться, но что-то очень сильно напрягало ее в щупленьком пареньке. Под ногами хрустнула ветка, и женщина чуть было не чертыхнулась от досады. Никто не отреагировал. Или не ждали гостей, или же просто не услышали. Поймав на себе взгляд кап-лея, Багира пожала плечами, дескать, я нечаянно. До двери оставалось всего ничего, но Батя не спешил подавать знака. Значит, действовать было пока нельзя. В наушнике раздался бойкий голосок Умновой, и Рита на секунду отвела взгляд от Ивана. И только теперь поняла, что ее так насторожило в этом парне. Нервозность. Слишком дерганный. Ему хватило и доли секунды для того, чтобы выхватить у стоящего рядом Шмелева пистолет и навести его на Батю. Раздался выстрел…