Сальваторе.

      На следующий день Кэролайн продолжала кидать на вампиров обиженные взгляды, а Клаус явно выглядел уставшим. Элайджа, Кол и Кейт почти всю ночь слушали ругань «голубков». Кейт хмыкнула. Раз ей не дают поспать, то пусть страдают. Кол с довольным видом ходил вокруг Клауса, празднуя свою маленькую победу. Кейтлин видела, что всё становилось на свои места, но понимала, что не сможет долго наслаждаться спокойной жизнью. Всё заканчивалось. И с каждым новым приступом Сальваторе всё сильнее это ощущала. Но было ещё одно важное событие, которое изменило жизни вампиров в Новом Орлеане в лучшую сторону. Приближалось Рождество, и Кейт с Кэролайн, вопреки протестам Клауса, купили ёлку и украшали дом. Сальваторе, не переставая, думала, когда ей стоило позвонить Ребекке и вернуть её в Новый Орлеан, но постоянно откладывала это событие, ссылаясь на висящую опасность в виде враждебно настроенных ведьм. Кэролайн никак не могла понять причину постоянной задумчивости и рассеянности подруги, но не задавала вампирше лишних вопросов — Форбс понимала, что Кейт и так еле сдерживает свои эмоции, а бесконечными вопросами можно было только усугубить ситуацию. Блондинка сама чуть не плакала, думая о приближающейся смерти Сальваторе. Всё было так странно: вот ты живёшь, радуешься всему на свете — а потом внезапно умираешь. Конечно, Кейт умирала постепенно, и с каждым днём это становилось всё заметнее. Кол старался не отходить от неё ни на шаг, но Кейтлин это быстро надоедало, и она угрожала вампиру, что сбежит от него, если он не прекратит её опекать. Вечером, когда Кэролайн и Кейт украшали ёлку игрушками, а Клаус сидел за столом в гостиной, стараясь не обращать внимания на девушек, в гостиную вошли два человека. — Было не заперто, — Кейт вздрогнула и подняла взгляд на вошедших в комнату. Нет, нет, нет. Девушка выпрямилась и уставилась на братьев. Стефан едва заметно кивнул ей, но Сальваторе всё равно была шокирована. — Сальваторе, — Клаус поднялся со своего места и подошёл к парням, — какими судьбами? — Кое-что заставило нас приехать, — сказал Деймон. — Это кое-что так вымотало нам нервы своими вечными криками и скандалами, а ещё угрозами... Всё доставала нас, слёзно молила привезти сюда. — Кейт бросила обеспокоенный взгляд на Кэролайн. Блондинка тоже стояла бледнее смерти, уже точно понимая, что заставило братьев Сальваторе покинуть Мистик-Фолс. У Кейт перехватило дыхание. — Не хочешь порадовать нас своим присутствием? — крикнул старший Сальваторе. Кейтлин услышала сбивчивое дыхание и быстрое сердцебиение; человек в прихожей сделал глубокий вдох и, громко стуча каблуками по паркету, последовал в гостиную. — Катерина, — голос гибрида был полон удивления, — в последний раз, когда я проверял, ты была мертва. — Но теперь я жива, — вскинув голову, сказала Пирс, — и предлагаю тебе сделку. — Я ослышался? — Клаус не мог перестать удивляться. Он взглянул на бледную Кэролайн, а затем перевёл взгляд на Кейт, которая поспешила отвернуться и уже наливала себе очередную порцию виски. Гибрид сразу обо всем догадался. — Кейтлин, тебе что-то известно об этом? Девушка закрыла глаза и дрожащими руками поднесла стакан ко рту. Не показывать своих эмоций. Пока девушка судорожно пила виски, в её голове пронеслось, что, видимо, она должна умереть от руки Клауса. — Совершенно ничего, — вампирша резко обернулась, натянув дежурную улыбку, — рада видеть тебя живой, Кэтрин, — Сальваторе подняла стакан и посмотрела на подругу. Взгляд Кейт кричал о том, что она была напугана за Пирс. До смерти напугана. — Я человек, — продолжила Кэтрин, переводя взгляд на Древнего, — что даёт тебе шанс на создание гибридов. Но у меня есть условия. — Кэтрин…, — вздохнула Кейт. Диктовать Клаусу условия? Он скорее убьёт Петрову, чем будет играть по её правилам. Стефан чуть ли не пробил лицо рукой, услышав слова двойника, а Деймон закатил глаза. Кэтрин-самоубийца. — Если у тебя есть подходящее предложение, то, так и быть, я тебя выслушаю, — Клаус снова сел за стол, а все находящиеся в комнате ошарашено взглянули на него. «Вот же гад, на всё пойдёт ради своих гибридов!» — возмущённо подумала Кейт. — Полтора пакета крови — максимум, что я могу тебе дать, — сказала Кэтрин, ни разу не шокированная словами Древнего, — на восстановление уйдёт два месяца. Я не просто мешок с кровью, я личность, — высокомерно заявила Пирс, а Кейтлин хмыкнула, — поэтому мне нужно хорошо питаться и отдыхать. Ещё я буду жить тут, чтобы за мной приглядывала Кейт. А то вдруг ты захочешь меня убить? — «у неё рот затыкается вообще?» — ещё я буду строить свою личную жизнь, как хочу и с кем хочу, и ты не будешь вмешиваться, позоря меня перед мужчинами. — Последним я как-то и не думал заниматься, — усмехнулся Клаус, — стоит ли мне согласиться? — гибрид посмотрел на Кейт. — Почему нет? — девушка пожала плечами, — лучшего тебе не предложат. Клаус кивнул, переведя взгляд на двойника. И правда, ничего лучше ему никто не предложит.

***

      Древний заставил Стефана и Деймона остаться в Новом Орлеане ещё на неделю, аргументируя это тем, что они были приглашены на бал, который вампир решил устроить в честь создания новых гибридов. На удивление, Кэтрин сдержала слово и мужественно стерпела откачку своей крови. Правда, потом ей пришлось провести в кровати почти три дня, потому что потеря сил была колоссальной. Элайджа, по началу, был шокирован возвращением Кэтрин и даже не мог понять причину её внезапного жертвования собой, но быстро отошёл, когда Пирс начала изображать при нём смертельно больную. Вампир понимал, что Петрова лишь притворяется, но не мог и шагу от неё ступить. Никакой Наэлии для него уже не существовало, а была только Кэтрин. Элайджа чуть ли не постоянно находился в комнате двойника, а Кейт всё удивлялась, когда Кэтрин успела вновь охмурить Древнего. Петрова только загадочно улыбалась и продолжала играть из себя деву при смерти. Всё было отлично. Кэтрин заработала прощение Клауса, Древний получил своих гибридов и все были счастливы. Но Кейт чувствовала, что оставалось совсем недолго. В последнее время девушка почти не могла спать. Она лежала ночью на кровати и пялилась в потолок, думая, что ждёт её на той стороне. Она не знала ничего о жизни, а о смерти — тем более. Кол знал, о чём думала Сальваторе, но как бы Древний ни пытался её отвлечь, ничего не помогало. Залезть в её голову он не мог — Кейт вообще никого не пускала в свои мысли после плена у Эстер. Младшего Майклсона это выводило из себя, потому что он знал, что барьером мог пользоваться только его брат, который этому научил и Кейт.

***

Австралия, 1923. — Как пользоваться этой штукой? — недовольно пробормотала Кейт, вновь натягивая тетиву и кладя туда хвост стрелы, зацепляя тетиву углублением на конце*. Девушка пробовала стрелять уже в тысячный раз, но не могла попасть в цель; в большинстве случаев стрела или пролетала мимо или не долетала до цели. Вампирша начинала злиться. — Зачем я вообще этим занимаюсь? — пробурчала она. — За тем, чтобы уметь уничтожать своих врагов, — важно сказал Клаус, который стоял рядом с девушкой и наблюдал за её неудачными попытками попасть в мишень. — Луком и стрелами? — саркастично заметила Сальваторе, глядя на Древнего, — кто этим пользуется в двадцатом веке? — Умные люди, — Клаус тронул висок указательным пальцем, — это, как ты считаешь, бесполезное занятие, отлично помогает при животной диете и охоте. — Каким это способом? — спросила Кейт, опуская лук. Что опять этот вампир придумал? Наверное, очередную сказку, чтобы вновь посмеяться над доверчивостью девушки. — Представь, Кейтлин, — начал Клаус, — ты пьёшь кровь невинного зайца, и тут тебя видит человек. Внушить ты ему не можешь — он пьёт вербену; убить — тоже, так как он в лесу, к примеру, не один, и убивать людей — не в твоём стиле, — драматично вздохнул Первородный, а Кейт закатила глаза. — Итак. Он тут же докладывает обо всём своим друзьям и — бум! — ты поймана, замучена до полусмерти и мертва. — Мужчина замолчал. — А лук отводит от тебя подозрения. Человек увидит тебя, стреляющую в животных, и сразу поймёт, что ты лишь обыкновенный охотник. — Что это вообще за бред? — спустя несколько минут молчания воскликнула вампирша. — Ты это только сейчас придумал или неделю шутку вынашивал? — Пройдёт время, — Клаус подошёл ближе к девушке, — и ты поймёшь, что я был прав. — Звучит, как «вырастешь — поймёшь», — буркнула Сальваторе, а Клаус улыбнулся. — Хорошо, допустим, я в это поверила. Я хочу научиться этой чуши, но вот, почему-то, со своими вампирскими рефлексами, у меня ничего не получается. — Потому что ты думаешь только о том, как попасть в цель, — Древний посмотрел Кейт в глаза, — не в этом смысл. — А в чём тогда? — устало спросила девушка. — Я уже тут полдня, всё стреляю и стреляю, но никак не попадаю. — Ты снова думаешь не о том, — вампир вновь взглянул на девушку, когда она подняла лук и натянутую стрелу, — для начала, тебе стоит подумать о чём-то успокаивающем, чтобы хотя бы достойно выстрелить. — Успокаивающем? — пробормотала Кейт, прикрывая глаза. Что могло успокоить вампиршу? Кол лежал в гробу, Клаус каким-то странным образом становился её другом, Кэтрин была в другом конце города и практически находилась на краю пропасти, Стефан и Деймон ненавидели друг друга, Лекси была далеко… Было ли вообще в жизни Кейт хоть когда-то спокойно? — Принеси мяч! — Кейт и Деймон одновременно услышали крик Стефана, но сестра опередила старшего брата и первой кинулась за мячом. — Я взяла! — радостно воскликнула младшая Сальваторе и тут же кинула мяч Стефану, — ты опоздал, Деймон! — она показала язык брату. — А ты что-то больно быстрая, — с подозрением заметил Сальваторе-старший, — что, ешь что-то кроме салатов втайне от папочки? Не бойся, мы тебя не выдадим, — подмигнул он сестре. — Понравилось то, как вас выпороли в прошлый раз за то, что не выдали меня? — спросила Кейт, скрестив руки на груди. — Почему твои оскорбления всегда лучше моих? — обречённо вздохнул Деймон. — Может, лучше просто перестать оскорблять друг друга? — сказал запыхавшийся Стефан, — вам отца не хватает? — Хоть один умный человек в нашей семье, — улыбнулась Кейтлин, а Деймон закатил глаза. — И в кого это Стефан у нас такой умный? — старший брат потрепал младшего за волосы и последний отмахнулся от Деймона, как от назойливой мухи. Пока Стефан отбивался от брата, Кейт схватила мяч и побежала в сторону леса. — Эй ты, хитрюга! — крикнул Деймон, и они вместе ринулись бежать за сестрой. — Отдай мяч! — Кейт улыбнулась, услышав возмущённый тон Стефана. — Сначала догоните! — крикнула девушка в ответ, оборачиваясь к братьям. Кейт открыла глаза и увидела, как стрела попадает прямиком в мишень. Клаус довольно улыбнулся. — Что и требовалось доказать, — сказал он, — у всех свои спокойные места, — добавил он. — Ты, что, в голове моей рылся?! — возмутилась вампирша. — В твою голову залезть легче простого, — пожал плечами Первородный, — а вот в мою… — Загадочно сказал будущий гибрид. — Пьёшь какую-то особую кровь для сокрытия своих мыслей? — поинтересовалась Кейт. — Пользуюсь барьером, — Клаус сказал это так, будто Сальваторе, по факту, должна была это знать. — Что это такое? — недоумённо спросила девушка. — Почему тебе нужно всё объяснять? — вздохнул Древний, но, увидев грозный взгляд Кейт, продолжил, — барьер — то, что вампиры устанавливают у себя в голове, если не хотят, чтобы кто-то проникал в их мысли, — пояснил Никлаус. — Этому можно научиться? — недоверчиво проговорила Кейтлин. — Для этого мы и здесь, — улыбнулся вампир, — мы должны скрывать от всех, что мы ищем. А если кто-то залезет в твою голову, то он не должен узнать о зелье. Улавливаешь, Сальваторе? Кейт кивнула, не до конца понимая смысл услышанного. Но раз Клаус сказал, значит, так должно быть, ведь так?

***

      Бал кинулась организовывать, конечно, Кэролайн; она заставляла всех выполнять её поручения, и кары бешеной блондинки избежала лишь умирающая Кейт, которая с таким решением не согласилась и помогала Форбс больше всех. «Я всего лишь умираю». Кол злился, слышав это «всего лишь». Майклсон всё ещё надеялся, что найдётся способ спасти Сальваторе. Древний отчаянно искал его, но так и не мог найти. В день грандиозного события Кэтрин умудрилась свалиться с простудой, но слёзно клялась быть здоровой к вечеру. Поить кровью Пирс было запрещено — неуравновешенная брюнетка могла в порыве очередного припадка убить себя. Поэтому весь день Кейтлин сидела около больной девушки, то принося ей воду, то пичкая антибиотиками. Кэролайн бурчала, что если Кэтрин попробует не явиться и испортить весь праздник, она лично прикончит девушку. Кейт оставалось только вздыхать. Ближе к вечеру и приходу первых гостей, Сальваторе вернулась в свою спальню, чтобы одеться. Девушка достала из шкафа своё купленное ещё в Париже платье. Приталенное, в пол, с тонкими бретельками, да ещё и чёрное — Кейт не могла не налюбоваться на это «произведение искусства». — Уже в трауре? — в отражении девушка увидела Кола, который стоял, опершись плечом на дверной косяк и скрестив руки на груди. — Люблю чёрный, ты же знаешь, — ответила Сальваторе, поправляя платье. Кол медленно подошёл к девушке и встал позади неё. — Это не последний раз, — тихо сказал он, не отрывая взгляда от вампирши. — Я тебе обещаю. — Сегодня мы будем думать так, — улыбнулась Кейт, смотря на отражение Кола. На вампире лица не было, но он мигом исправил это, улыбнувшись в ответ. — У Кэролайн платье — отстой, — сказал он, как только Кейт подошла к письменному столу, чтобы взять блеск для губ, — жёлтый ей не идёт. — Отстой? Что за молодёжные словечки? — удивлённо сказала девушка, пытаясь найти блеск, — и с каких это пор ты стал модным критиком? — С тех пор, как у Кэролайн платье — отстой, — повторил Первородный. — О господи, — вздохнула Кейт, — только ей об этом не говори, — добавила девушка, когда они вышли из комнаты, — а то Форбс тебя на части разорвёт. А потом и Клаус присоединится. — Ну, — протянул Кол, беря Кейт за руку, — ради тебя я, так уж и быть, постараюсь. — Спасибо, дорогой, — обворожительно улыбнулась Сальваторе. Внизу уже собирались гости, но Кейт видела самых важных. Деймон и Стефан о чём-то говорили с Марселем, Кэролайн и Клаус встречали гостей, а Элайджа и Кэтрин стояли около столиков с едой, обмениваясь нежными взглядами. Кейт глубоко вздохнула. Вся её семья была здесь. Впервые в жизни шикарный бал доставлял девушке такое удовольствие. Кейт улыбнулась. Она была счастлива. В середине бала Кол куда-то потащил Кейт, совершенно не слушая её доводов. Девушка сопротивлялась как могла, но Древний не останавливался, пока они не дошли (точнее, долетели на вампирской скорости) до небольшого озера на поляне в лесу. — Это, между прочим, платье от Версаче! — недовольно сказала Кейт, — знаешь, как долго я обхаживала Донателлу? Ей даже пришлось остаться в Париже, чтобы перешить это платье лично! И сейчас, я, в платье от Версаче, — сделала акцент на последнем слове девушка, — стою в лесу? Ты спятил, Майклсон?! — Я куплю тебе тысячу таких, если потребуется, — Кол вплотную подошёл к вампирше, — только, пожалуйста, не кричи. — Куда ты меня привёл? — быстро перевела тему Сальваторе. — Когда я впервые оказался в Новом Орлеане, — начал Древний, — то нашёл это место. Похоже на наше место у озера в Мистик-Фолс, да? — улыбнулся парень. Кейт прикусила губу, стараясь не улыбнуться в ответ. — Всё ждал, когда смогу показать его тебе. — Показать? — удивлённо спросила Кейтлин, — показать что? Озеро? — Не показать, — прошептал вампир Кейт на ухо, от чего у девушки мурашки побежали по телу, — я не точно выразился. Хочешь поплавать? — губы Древнего изогнулись в ухмылке, и Сальваторе, наконец, улыбнулась. Не успела девушка ничего сказать, как Майклсон резко прижал её к себе и поцеловал. Кейт поняла, что хотел показать ей Кол.

***

      Гости разошлись только после полуночи и все спокойно выдохнули, расходясь по спальням. Кейт сразу же уснула, оказавшись в кровати. Девушка надеялась увидеть очередной глупый сон о цветочках и собачках, но в ту ночь у Вселенной были другие планы. Кейтлин зажмурилась от яркого солнца. Прикрыв глаза ладонью, девушка медленно поднялась и осмотрелась. Она сидела на траве перед озером в лесу Мистик-Фолс. Сальваторе резко вскочила с земли. Только выпрямившись, девушка заметила, что была одета в длинное серое платье, на ногах была странная обувь, а волосы, почему-то, были жутко длинными (до пояса) и заплетены в косу. — Вот мы снова встретились, — Кейтлин обернулась и увидела перед собой стройную темнокожую женщину в длинном синем платье с аккуратно собранными волосами. — Аяна? — не веря своим глазам, спросила Кейт, — что происходит? — Каждый раз ты задаешь этот вопрос, — улыбаясь, вздохнула ведьма, — и каждый раз я отвечаю, что ты уже почти на пороге смерти. — К горлу подступил ком, и Кейт опустила голову, чтобы женщина не увидела, как глаза девушки наливаются слезами. — Не плачь, дорогая, — Аяна подошла к Кейт и взяла её за руку, — ты же не совсем умираешь. — О чём ты говоришь? — непонимающе сказала Кейт. — Кейтлин, я не могу сказать тебе всего, — ответила женщина, — но дам знать следующее. Когда я впервые произнесла заклинание возрождения, когда ты впервые умерла, — ведьма делала акцент на слове «впервые», и Кейт не могла никак понять, что же она имела в виду, — это создало определённую закономерность во времени. Ты умираешь, но в то же время, и нет. — Я ничего не понимаю…, — прошептала Кейт. — Терпение, моя дорогая, — тепло улыбнулась женщина, — ты всё поймёшь со временем. Но потом об этом забудешь. Всё идёт своим чередом. Запомни одно: как бы ты ни старалась, ты не сможешь поменять прошлого. Вселенная создала эту закономерность во времени и лишила тебя возможности менять реальность. Скоро увидимся, — Аяна исчезла так же внезапно, как и появилась, а Кейт осталась в одиночестве. — Кейт! — девушка услышала крик из глубины леса. Кейт почувствовала, как начала просыпаться, но точно понимала, что звавшим её человеком был Кол. Сальваторе открыла глаза и поняла, что за окном стояло раннее утро. Вампирша поднялась с кровати и, накинув рубашку Кола, подошла к окну. Девушка распахнула шторы и улыбнулась — на улице шёл снег. «Хорошая погода, чтобы слепить снеговика». — С каких это пор ты стала жаворонком? — Кейт повернула голову, чтобы увидеть лениво потягивающегося Древнего. — Просто не спится, — улыбнулась Кейт, продолжая смотреть на вампира. «Разве можно любить его сильнее?». Кол начал что-то говорить, но замолчал, увидев, как улыбка медленно сползла с лица девушки. Майклсон встал с кровати и подлетел к Кейтлин. Удар в сердце. Словно кто-то безжалостно протыкал самый важный орган чем-то острым снова и снова. Вновь образовавшаяся рана на животе. Ноги Сальваторе подкосились, и она точно бы упала, если бы Кол вовремя не подхватил её. Кейт, собрав все свои силы, коснулась ладонью щеки вампира. — Кейт, — прошептал он, — Кейт, только не закрывай глаза. Ещё удар. Девушка перестала чувствовать свои конечности. — Кол…, — выдохнула Кейтлин, вглядываясь в лицо Древнего. Сальваторе пыталась запомнить все его черты, каждую маленькую родинку и морщинку, надеясь сохранить его образ и на том свете. Удар. Сердце вырвали. Девушка издала последний вздох. Закрыла глаза. — Кейт, — продолжал шептать Кол, — пожалуйста…, — по щеке парня скатилась слеза. Кол сжал губы, резко подхватил девушку на руки и вылетел из спальни. — Ник! — кричал Майклсон, занося девушку в гостиную, — Ник!