Замок Бренненбург или проклятье Сферы

      Известие барона о том, что Даниэль станет жертвой пыток, совсем не обрадовало юношу. И только парень хотел это выразить, как в мгновение ока очутился вместе с Александром в подвалах. Именно там. В камерах пыток.       - Неужели нет никакого другого выхода? Почему именно пытки? Почему меня нельзя убить иным способом? Более… Безболезненно? – юноше стало даже немного дурно, стоило ему подумать, что его могло ожидать. - Да вы, видимо, шутите, Александр, - поспешно лепетал мальчишка, ступая за бароном. - Я не верю, что нет другого способа. Вы лжете. Вы опять лжете. Вам так нравится причинять боль?       Раздался щелчок, по которому в пыточной камере загорелись факелы, освещая лучшую пытку Александра.       - Способы есть, но они не будут менее болезненными. Так что для вас разницы нет. Я же говорил, что пытки - это лишь один из вариантов исполнения убийства. Каждый демон выбирает свой вариант. И я выбрал этот, - разъяснял Александр, подойдя к…       Железной Деве. Той самой, которую в былые времена, Средневековье, боялись все. Именно она будет последней пыткой барона. Последней и самой беспощадной. Но самое ужасное - она уготована для Даниэля.       - В том-то и дело, Даниэль, что если бы вас можно было убить, просто проткнув сердце, я бы так и сделал. Да и душа, тело которой убили, попадает сразу в чистилище, а нам этого не надо. Вам нужно именно отделить душу от тела. Это будет медленно, мучительно и больно, не буду скрывать. Но только таким способом Сфера не помешает нам, и я смогу забрать вашу душу и отправить ее сразу же к Люциферу, - проговорил Бренненбург, занявшись подготовкой Железной Девы к ее очередной жертве. Долго же она простояла в одиночестве. Но благодаря видоизмененной форме еще функционировала. Да, внешне Дева отличалась от оригинальной версии: она была покрыта не сплошным металлом, а лишь корпусом, как у клетки. Смертоносные шипы расположены не в хаотичном, а в строго определенном порядке, чтобы принести жертве максимум боли и страдания. Слишком жестоко, но необходимо.       - Я бы и сам хотел вам сейчас соврать. Но вы думаете, что к Сатане так легко сразу проскочить? Одно дело - попасть в ад, другое - к его правителю. Одни вы не справитесь, а те демоны не дадут вам встретиться. Из-за Сферы. Поэтому мне придется сначала забрать, а затем сопроводить вашу душу, - барон заканчивал проверять и подготавливать пытку к действию. - Вроде все... Можете снять одежду, как это положено, а можете все оставить - мне все равно. Вставайте внутрь Девы. Дальше все сделаю... Я.       Даниэль не мог поверить в то, что это был не конец его страданиям. Он что, мало натерпелся за последнее время? Неужели нужно было добивать его до конца, не щадя, не жалея? С ума сойти... Парень прекрасно знал, как работает подобная штука, все-таки имел полную и непосредственную близость с историей в силу своей профессии. Но вот ощутить это на себе... Глядя на то, как трепетно и ласково управляется с ней Александр, становилось не по себе. Он был так похож на человека, который просто выжил из ума со своими иллюзиями. И этому человеку придется сейчас вверять в руки свое тело, ту оболочку, с которой он был все свою жизнь. Ужасно... Но другого выхода не было.       Прикусывая губы, Даниэль опустил голову, пуская слезы раньше времени. Но он не мог сдержаться, понимая, что его ожидает. Было безумно страшно. Отчаяние полностью взяло верх над парнем. Слабо ощупывая свое тело руками, словно прощаясь с ним, Даниэль стал быстро раздеваться. Оставшись полностью обнаженным, он подошел ближе к орудию пытки, остановившись около раскрытых дверей. Приобнимая свое тело, мальчишка продолжал ронять слезы, тихо всхлипывая. Он сам не понимал, как может соглашаться на все это. Он так хотел жить, а теперь… теперь все кончено.       Слезы, истерики, мольбы - каких только эмоций не видел барон на лицах людей, которым была уготована смерть в пыточной машине. Они не хотели расставаться со своей жизнью таким способом, любой ценой пытались спасти ее. Но на демона подобные эмоции не действуют. Еще ни разу Александр не испытывал жалость, сострадание к своим жертвам. Но в случае с Даниэлем… Все иначе. Он хотел помочь юноше, хотел бы освободить его от всего этого, не причинив вреда. Но этого сделать нельзя. Демон, который не может убить. Абсурд.       - Д-даниэль, оттягивать пытку бессмысленно, - поторапливал подопечного (теперь уже бывшего) Александр, подойдя сзади и чуть подтолкнув Даниэля. Если и заканчивать с этим, то только как-нибудь побыстрее. - Вы сделали свой выбор. Пути назад уже нет.       Даниэль ступил внутрь смертоносного орудия, соглашаясь на свою погибель совершенно добровольно. Одна мысль об этом ужасала. Вытирая слезы рукой, юноша вскоре оказался внутри, окруженный острыми длинными гвоздями, которые, казалось, так и жаждали впиться в эту нежную молочную кожу, изуродовать ее.       Встав спиной к стенке, Даниэль взглянул на Александра, который стал подходить ближе. Вскоре перед парнем захлопнулись створки. Тогда он и почувствовал эту мучительную боль. Острые иглы вонзились мгновенно, стоило тому сделать одно неловкое движение, ну а затем... Громкий истерический плач, пускай и достаточно приглушенный, послышался из железного шкафа смерти. Юноша так хорошо подошел по росту, что его глаза были на уровне тех самых прорезей для глаз. Они смотрели прямиком на Александра: полные ужаса, боли и страха, все в слезах, покрасневшие и молящие о пощаде. Мальчишка думал, что сойдет с ума.       Александр слышал тысячи болезненных криков людей, умирающих в пытках. Каждый человек кричал. Как бы некоторые ни пытались сдерживаться, молчать на зло демону, хоть раз, но они срывались. И каждый крик был по-своему особенным. Нет ни одного похожего. Александр наслаждался этим. Каждый раз было что-то новое. Каждый крик человека восхищал барона. Каждый... Кроме крика Даниэля.       - Я... Я не могу...       Иглы Девы лишь немного впились в кожу юноши, но кровь все-таки пошла. Тогда Александр осознал, что он просто не может продолжить пытку. Не может убить Даниэля.       - Я... Я просто... Не могу...       Чтобы иглы впились в свою полную длину, нужно крутить колесо, которое будет сдавливать корпус Девы. И медленно, мучительно вонзать иглы в кожу, протыкая ее насквозь, вызывая сильное кровотечение и адскую боль. Но руки Александра... Дрожали. Будто бы от дикой судороги. Будто бы эти иглы сейчас вопьются в него.       - Не могу!       Истерика напала на Бренненбурга. Он не может лишить жизни того, кто ему дорог! Да, он врал. Да, Даниэль никогда не простит его за вранье и за то, что он демон. Отношения потеряны. Но... Александр все равно не может. Убив Даниэля, он убьет и себя. И Дьявол здесь не причем. Если правитель ада и пощадит обе души, это не будет жизнью.       - Я не могу вас убить, Даниэль... Я... Я слишком сильно вас люблю.       От отчаяния Александр ударил по полу тростью, тем самым остановив и раскрыв Железную Деву. От отчаяния у барона... проступили слезы. Он сам говорил, что лучше не затягивать... Но сам же не может исполнить пытку.       Юноша уже ничего не мог понять. Все закрутилось перед глазами, заложило в ушах. Он находился в какой-то прострации, и вовсе не от боли. Шок. Был настоящий шок, от которого тот стал медленно сходить с ума. Но выхода не было. Он должен. Где-то глубоко внутри он понимал, что это закончится, и его душа станет свободной. Она не будет ощущать такой боли. По крайне мере, в ближайшее время точно нет, потому что даже сам Сатана не тронет его, пока внутри мальчишки есть Сфера.       Но пытка... Окончилась? Неужели все? Двери открылись, и Даниэль упал на пол от жуткой дрожи в ногах. Он больше не чувствовал боли от игл. Шок начал медленно отступать. Юноша был снова свободен. Но почему? Он посмотрел на отчаявшегося Александра, который смотрел на него... со слезами? Юноша ничего не мог понять, как бы сейчас не старался. Приподнявшись, он сел на колени, опуская голову и видя, что практически все его тело окрашено в красный цвет. Пускай иглы входили не глубоко, но они успели проткнуть кожу, оставить порезы и царапины от того, что парень невольно дергался в стороны.       Спустя несколько минут Даниэль более-менее пришел в себя, снова переводя взгляд на барона.       - Почему? Почему, черт возьми, вы не закончили?!       Барон всегда доводил пытку до смерти. Но не сейчас. Всегда наслаждался моментом убийства. Но не сейчас. Он всегда был демоном. Но не сейчас!       - Даниэль... Мальчик мой... - попытался ласково обратиться Александр, но из-за безостановочно льющихся слез получилось не очень. - Я не хочу.... Чтобы вы умерли. Я просто не могу этого... Допустить, - повторял барон. - Скажите мне, Даниэль... Смогу ли я получить ваше прощение... Если найду более гуманный способ освободить вас от... Ада? От Сферы?.. - а в голове барона-то, кажется, начал назревать какой-то новый план.       - О каком прощении может идти речь, Александр? Вам нужна только Сфера. Я поверил вам один раз - вы меня разочаровали. Да и дело в другом... Простить-то легко, а вот поверить заново - сложно, - юноша поднялся с колен, осторожно подходя к своей одежде, но потом только помотал головой, словно опомнившись. Он не хотел отступать.       - Тогда попросите сделать это своих слуг, если не можете вы. Я хочу отдать Сферу ее хозяину. Законному хозяину. А вы сейчас только пользуетесь моими чувствами и еще хотите приукрасить вранье этими лживыми слезами? Прикончите меня. Хватит меня мучить. Смиритесь с тем, что вам никогда не придется иметь власть над миром.       - Даниэль... Прошу... Дайте мне один шанс. Последний. Я хочу... Все исправить. Пожалуйста. Люди же прощают друг друга. Дают второй шанс. Мне не нужна Сфера. Мне не нужен ад. Мне нужны вы. У нас же... Так все хорошо начиналось. Если вы еще питаете чувства, если Сфера еще не заполонила их. Хотя бы капельку тех самых чувств... Прошу, дайте мне шанс снова разжечь их. Нет, даже не это… Просто их оставить. Оставить вашу жизнь. Вы же так ярко рассказывали мне про нее. Неужели... Вам совсем не жалко всего того, что вы пережили?.. Вы же сами спрашивали у меня: почему именно вам выпала эта судьба?.. Так я хочу дать вам шанс изменить эту судьбу. А себе... Просто все исправить. Я не хочу больше быть демоном. Я уже не смогу им быть. Даниэль... Прошу... - у Александра выпала последняя возможность исправить ошибки. И Бренненбург хотел, страстно желал получить её. Он даже пытался остановить слезы, чтобы понятнее говорить. И последний козырь, который оставался у барона - он упал на колени перед Даниэлем. Демон преклоняется перед человеком...       - Александр... - Даниэль искренне не мог понять, отчего же все поменялось в бароне. Неужели парню удалось подчинить себе чувства демона? Вернее... человека в демоне. Неужели все это не было игрой, как планировалось изначально? Но ведь даже если и это ложь, то все равно Сфера останется с юношей до тех пор, пока он сам не скажет "хватит" самому себе.       Вот как оно, значит. Вот как все интересно получилось. Нет, сейчас Даниэль не преследовал никаких коварных целей, он был действительно удивлен. Неужели барон и правда так сильно его любит, так сильно хочет вернуть утерянное? И не Сферу, а его самого?       Юноша оставил одежду и медленно подошел чуть ближе, протянув свою руку Александру.       - Встаньте. Не нужно этого. Сейчас вы нужны мне. Мне трудно стоять. И первое, что я хотел бы, чтобы вы отвели меня в ванну, а после оказали хотя бы какую-то медицинскую помощь, - тон мальчишки стал заметно спокойнее. Что уж там говорить, все-таки те чувства у него и правда остались гореть внутри. Только раньше из-за обиды он их не замечал.       Это значит... Да? Да, Даниэль дал барону шанс? Он хочет все вернуть? Неужели он снова начнет думать не только о Сфере? Столько вопросов от эмоций, что и мысли запутались!       - К-конечно, Даниэль! - сразу оживился Александр, моментально встав с колен и вытерев слезы. Теперь их заменила радостная улыбка. Не та добродушная, лишь формальная, а настоящая улыбка до ушей. Счастье.       Александр, как обычно, ударил тростью по полу, заставляя замок проснуться. Итогом его пробуждения было то, что, когда барон переместился с Даниэлем в ванную комнату, ванна уже была готова. Вот она, сила дьявольской трости.       - Прошу. Сейчас я все подготовлю и займусь вами, - по решимости барона можно было понять, что вопрос не оговаривается. Даниэль слаб из-за пытки не только физиологически, но и морально - сам он навряд ли сможет что-нибудь сделать. Сегодня юноше снова нужно отдохнуть, и Александр просто обязан обеспечить ему этот отдых. Он загладит вину любым способом.