Замок Бренненбург или проклятье Сферы

      Всего за несколько часов тело Александра полностью восстановилось. Несколько часов спокойного отдыха. Прекрасное ощущение. Как же давно барон просто не лежал в кровати. По такому случаю он даже решил просто прогуляться по замку. Не перемещаться с места на место, а именно прогуляться по дому. Отдыхать так отдыхать!       Вот только "просто" ничего не бывает. Александр почувствовал некую тревогу.       - Опять этот мелкий гаденыш что-то удумал?.. - фыркнул барон, поняв, что отдых на этом закончен. И незамедлительно телепортировался к месту событий. Им оказалась библиотека. Хотя Даниэля Александр чувствовал совершенно в другом месте. Но и ошибкой это быть не может. Александр понял это, немного побродив между стеллажами книг.       - Надо бы уже сжечь эту рухлядь, - решил Бренненбург, просматривая книги, которые читали совсем недавно. Старые, пожелтевшие, покрытые десятым слоем пыли. И все они были только об одном.       - Что он задумал?.. - в недоумении барон обеспокоенно ринулся за Даниэлем.       Тем временем Даниэль уже входил в огромную столовую, которая освещалась призрачным лунным светом. Но этот свет совсем не пугал, он... Он словно успокаивал. Проходя вдоль огромного стола, юноша взял нож, проверив его на своем пальце. Выступила капля крови. "Острый… " - пронеслось в голове мальчишки, который тихо усмехнулся, проходя дальше, к центральному окну, точнее, как оказалось, к двери, ведущей на террасу. Тем лучше.       Выходя на воздух, Даниэль почувствовал, как его охватил ветер, но не холодный и пугающий, а на удивление теплый. Вне стен замка было так свежо. Подойдя к перилам, парень оперся на них, глядя в лесную даль. Запах елей и сосен. Приятно... Так спокойно. Наконец-то ему больше ничто не станет мешать. Пускай он попадет в ад после этого. Пускай, раз так нужно. Но он станет свободным от этого греха… Иначе он поглотит его в случае, если юноша этого не предотвратит.       На мальчишку нахлынули воспоминания: все то, что было для него важным, все те, кто были для него родными, кто любил, кто ценил... Он вспоминал все то тепло, всю ту радость, которую получал от своей жизни. Он бы отдал все, чтобы это вернуть... Но ничего нельзя исправить. Медленно отступая назад, Даниэль рухнул на колени, поднимая голову вверх со слезами и медленно поднося нож к шее.       Александр был в растерянности. Даниэль находился в столовой. Почему именно столовая? Что там такого, что могло бы понадобиться юноше ночью? Впрочем, не это сейчас важно. Он думал только об одном: как бы это все не закончилось плохо. Ложь Бренненбурга довела мальчишку, и Сфера будет использовать любую возможность, чтобы поработить носителя. Да и сам Даниэль в глубокой депрессии может натворить неисправимое. Ни один из подобных вариантов развития событий допустить нельзя.       Барон моментально оказался в столовой. Хоть здесь и было относительно светло, но Даниэля он не увидел. Только оглядевшись и присмотревшись внимательно, он заметил фигуру, сидевшую на террасе. Что-то сжимающую в руках. У самого горла.       - Д-даниэль! - от испуга барон не сумел закричать, лишь прошептать. Но с каким чувством, с какими эмоциями. Однако... Кажется, было уже поздно и даже подбежать Александр попросту не успеет.       Но этот шепот Даниэлю довелось услышать. Он обернулся, все еще сидя на коленях и глядя в сторону барона. На губах у парня появилась легкая усмешка.       - Теперь все будет так, как и должно было быть. Я бы все равно погиб. При любых обстоятельствах. Книги не соврут. А вы соврали даже в этом. Защита понадобилась бы мне лишь на короткий срок, чтобы сдержать Сферу внутри меня, после чего вы бы воспользовались ей в своих целях. Уж каких - это мне не ведомо. Но мою жизнь уже не спасти. И ей не быть такой, какой она была прежде. Мне нечего терять. А если я убью себя - убью и Сферу. Внутри нее слишком мало энергии, потому что она не успела достаточно подпитаться моими чувствами... А я не испытываю сейчас ничего, кроме тупой боли, которую вы причинили мне. И пусть этот кошмар будет преследовать вас до самого конца вашего существования. Тогда вы были единственным, кому я мог бы отдать все, что имел. Всего себя. Но, видно, демону неведомо испытывать такое высокое чувство, как любовь. Вы бы не поняли. Сыграли бы как обычно. Но никогда бы не поняли. Я полюбил вас, Александр. И было печально узнать о том, что влюбился я всего лишь в несуществующую маску... Я... Я читал в книгах, что человеческая плоть является лучшей пищей для демонов. Так насладитесь очередной жертвой... Барон.       - Нет, Даниэль, нет! Даже не..!       Поздно.       Надавив кончиком ножа на кожу, тем самым проткнув ее, Даниэль судорожно охнул от боли. Перерезав свое горло поперек одним движением руки, он поддался вперед, замертво падая на холодный каменный пол. Кожа начала медленно бледнеть. Изо рта быстрым потоком ринулась струйка крови, а под головой, шеей и плечами юноши начало постепенно образовываться кровавое пятно. Глаза стали стеклянными, распахнувшись, они были направлены вверх, к тому теплому лунному свету...       Александр... убил Даниэля. И уже ни крики, ни вопли, ни помощь не поможет. Ни Даниэлю, ни Александру.       Своей ложью барон убил того единственного, кто хоть как-то ценил его. Доверял... Любил. Любил... Боже, кто бы мог подумать! Ведь Александр тоже...       - Я... Люблю вас...       Поздно. Поздно осознал это барон. Поздно понял, что полюбил подопечного. Он не хотел врать. Он хотел... Любить. Оберегать Даниэля. Но откуда ему, демону, знать, что такое любовь? Он просто не знает, что это такое и "с чем его есть". И за это поплатился.       - Простите меня, Даниэль... Я убил вашу любовь.       Но что толку от этих слов теперь? От этих мыслей? Больше они не нужны. И барон, чувствуя, как безысходность поглощает его, в отчаянии упал на пол, повторяя: "Прости, прости, прости..."       Вот и все.

***

      Даниэль увидел темноту. Словно он провалился с диким криком в какую-то пропасть. Эхо этого крика отдавалось повсюду, давя на него, добивая. Он падал в неизвестность. Но внезапно ощущение падения подошло к концу. Юноша почувствовал твердую поверхность под собой. Он открыл глаза, но ничего не увидел. Темнота. Сплошная темнота. Однако через некоторое время вдалеке от себя он увидел свет. Поднявшись, Даниэль медленно пошел к нему, а как только приблизился - неуверенно потянулся, и был тут же ослеплен. Стоило ему снова открыть глаза, как перед ним появилась фантомная фигура голубого цвета, которая излучала приятный свет... Тот свет, который он видел перед смертью. Тот лунный свет. Фигура приблизилась, осторожно оглаживая щеку Даниэля, а после стала медленно проникать внутрь, оплетая своим светом все юное тело.       - Я в тебе, Даниэль. Я твоя сила. Я то, что не позволит уничтожить тебя. Потому что ты не носитель... А избранный мной, - голос был приятный, он раздавался повсюду.       - Ты вправе распоряжаться мной так, как хочется. Ты заслужил управлять мной. Ты сильный человек. Но больше тебе нельзя совершать таких глупых проступков. Нельзя убивать то, что может уберечь меня от чужих рук. Ты должен жить и хранить меня, чтобы, наконец-то, снова отправить к истинному хозяину. К Сатане. Но в этом нет ничего страшного. Ничего и никого не бойся. Ты бережешь меня, а я берегу тебя. Я всегда с тобой, Даниэль...- голос стал постепенно утихать, а оболочка юноши продолжала впитывать этот свет в себя. Пространство вокруг начинало становиться все светлее и светлее. И вот наконец парня вновь ослепило, а после... Он очнулся на том самом месте, где и покончил с собой. Глубокий вдох, и мальчишка тут же поднялся на ноги, изрядно пошатываясь в стороны и оглядываясь вокруг, пытаясь собрать мысли в кучу, а потом быстро разложить все по полочкам. О таком не говорилось в книгах, которые он успел прочитать… Он потрогал свою шею рукой, чувствуя, что никакой раны на ней словно и не было.

***

      Демон, который любит. Это даже звучит абсурдно. Демоны не могут любить, у них нет чувств, кроме голода. Но почему тогда Александр сейчас хочет буквально убить самого себя из-за этой самой любви? Не видит дальнейшего смысла существования без нее? Гнобит и винит себя во всем. Себя! Эти черты совсем не свойственны демону. Они принадлежат Человеку.       Об этом Тень предупреждал барона совсем недавно. Совсем.       - Так он был прав... – шептал Александр. Но сейчас это уже не имеет смысла. Слишком поздно Александр понял и слова Тени.       Он так и сидел на коленях, виня во всем себя и даже не догадываясь о неожиданно и кардинально поменявшейся ситуации.       Но пока Александр корил себя за сделанное, Даниэль все-таки решил во всем разобраться. Сфера просила его о том, чтобы сохранить себя, но только до тех пор, пока не вернется на свое законное место. Юноше придется попасть в преисподнюю. Но если так нужно, он сделает это. Не зря он убил себя. Это было вовсе не глупо. Это наконец-то направило парня на правильный путь.       Придя в себя, он вышел с террасы, все еще пошатываясь и не имея особых сил держаться на ногах. Увидев барона на коленях, он лишь хмыкнул.       - Сожалеете о том, что упустили Сферу, а с ней все свое могущество? Можете жалеть об этом дальше. Потому что вам ее все равно не видеть. Не спрашиваете сейчас о том, что произошло… Я сам не в силах объяснить. Но Сфера отправится к своему законному хозяину. Точка. Это мой долг. Вернуть все на свои места.       Знакомый голос... Неужели барон уже бредить начал? Как быстро рассудок его сошел на нет... Хотя как-то уж слишком близко он звучит. Может, душа еще не улетела и решила попрощаться? Александр поднял голову и аж подскочил на месте.       - Д-даниэль?.. П-почему... Как?! - недоумевал барон, видя перед собой вполне реального, живого Даниэля. Без единой царапины, не то, что раны. Быть не может! Никогда еще за опыт демона только что умерший человек не воскресал! Впрочем, когда юноша упомянул про возвращение Сферы на свое место, барон частично все понял. Сфера-то, в отличие от Даниэля, еще жить хочет. И именно сейчас Александр впервые был... благодарен Сфере. Он посчитал, что это его шанс все исправить. Теперь, поняв суть любви, он попытает счастья ее вернуть.       - Доверили свою жизнь третьему, Даниэль?.. - наконец успокоившись и поднявшись с пола усмехнулся Александр. Сфера, как всегда, вовремя пользуется ситуацией, желая подчинить носителя. - Что ж, мне вас уже не переубедить, если вы так хотите, я отправлю вас в Ад, к Отцу. Я отправлю. Но не думайте, что это будет легче, чем исполнение моей цели. Потому что теперь Сфера контролирует вас. Можете и не верить мне - мне уже все равно. Но человека в этой комнате я больше не чувствую.       - Я был призван ее вернуть назад. Вот моя истинная цель прибытия сюда. А все это время мне только дурили голову во благо чужой темной выгоды. Пускай она отправится на свое законное место, тогда я буду свободен. А если нет... То все равно верну все на свои места. Я не носитель Сферы. Я ее избранный. И знаете…. Я, наверное, действительно уже не человек, раз остаюсь в здравом уме после всего того, что испытал. В любом случае... Лирические отступления в сторону. Я хочу отправиться к Сатане. Как можно быстрее. Мне не хочется медлить с этим больше, - Даниэль устало вздохнул и медленно направился к выходу из столовой, останавливаясь в дверном проеме.       - Ну, быстрее же, Александр, - сказал парень, окликая все еще стоявшего на месте барона.       Александр был в шоке. Слишком резко.       Вот и все?.. Все так просто? Все закончилось? Все усилия были напрасны?.. Планы порабощения ада, занятие трона, убийство Сатаны? Да даже не это! Любовь, отношения... Неужели и всему этому конец? Вот сейчас оно было... И тут же не стало. Почему? Почему так быстро?.. Почему нельзя исправить это?       "Если бы у меня была только возможность... Я бы отказался от всего. Лишь бы Даниэль простил меня." - с горечью думал Александр. Но такой возможности нет. Это конец. Войдя в ад, больше они оттуда не выйдут. Ни живыми, ни мертвыми. Конечно, возможно, Люцифер пощадит Даниэля. Все-таки он носит Сф... Все-таки он избранный. Может, он станет новым хранителем. Ведь, судя по всему, доверие Тени исчерпало себя. Ну а что с Александром?.. А у него только один путь: до конца существования мира томиться в темницах. Самых ужасных, страшных и жестоких. Даже он, демон, будет чувствовать адскую боль. Но что хуже - не будет ему раскаяния. Он будет вечно просить прощения. Вечно.       - Как... Как скажете, - с тяжестью согласился барон, подойдя к Даниэлю. - Пройдемте в пыточные камеры. По-другому мне вашу душу не отделить от тела. В Ад сможет попасть только ваша душа, связанная со Сферой, - прикоснувшись к юноше, Александр вместе с ним переместился в подвалы. К своему самому страшному изобретению. Самой страшной пытке.