"Не это ли любовь?"

Азуми проснулась раньше всех, чтобы по-быстрому собрать свои вещи и весь оставшийся день провести с друзьями, которых она, скорее всего, уже никогда не увидит. Но больше её расстраивал не факт переезда, а разлука с Итачи. Настолько сильно любить человека, а потом лишиться его, это было самым больным ударом. Разобравшись со своими вещами, девушка решила разбудить свою сестру. Зная, что просто так её не разбудить, брюнетка не ломала голову, придумывая что-то. Сато уже знала, как нужно, что нужно, для чего нужно. Мелкая всегда закрывала свою комнату на ключ. И не важно, в ней она или нет. Даже на кухню когда идёт чай пить, всё — равно запирает её. Ну, ещё бы, это же комната «Царя». Но у Зуми были свои лазейки, подходы. С ключом проблем не возникло, было легко сделать дубликат. А вот замок сам по себе не обычный. Он выглядел так: квадратной, выпуклой формы, с отверстием для ключа посередине, по бокам были датчики взлома. То есть, если замок попытаются спилить или будут дёргать, принуждая отцепиться от двери, то сработает сигналка. Поэтому просто ключиком здесь не обойтись, нужно знать ещё и код. Заполучить его было крайне сложно. Конечно, Азуми могла выбить из младшей сестрички этот чёртов код, но совесть не позволяла. Неделями выслеживая, сутками не спя, брюнетка всё же узнала код. И вот, иногда старшая Сато пользовалась сделанным ключом и полученным кодом, проникая в комнату, пока этого не видит Ами. Это не было чем-то корыстным, наоборот, во благо. Переживать будет любая любящая сестра, что можно сказать и о мелком «киллере». Она ведь тоже не упускает ни единого шанса знать о том, что происходит в жизни старшей сестры. В очередной раз, тайком пробравшись, Зуми собиралась разбудить вредного человечка. Многого делать и не надо было: просто взять и раздвинуть шторы, чтобы лучики солнца разбудили девочку. Аземи просто раздражало утреннее солнце. Каждое божье утро, когда старшая будила её таким способом, мелкий вредитель проклинал это бедное солнце и грозился выключить все его лампочки, которые оно якобы включает специально на зло «Царю». Но больше бы обвинений упало на Сато старшую, если бы Ами знала, что это она мешает её сну. Сделав всё, как надо, Азуми быстро освободила сие помещение. Долго ждать не пришлось. Уже через десять минут из комнаты доносились крики «киллера». — Да как так может быть?! Я точно помню, что задвигала эти грёбаные шторы! — девочка скинула одеяло на пол и принялась воевать со своими шторами. — Маам, ну что за фигня твориться?! Меня бесит это тупорылое солнце! Когда у него батарейки сядут, а? — промычала она, пулей вылетев из комнаты, она помчалась в спальню родителей, —Маам! Зуми сидела на кухне и внимательно вслушивалась в крики сестры. Всё шло по плану: разбудить Аземи, а она уже и маму с папой. Что там доказывал этот «гоблин» родителям, инициатор данного происшествия отчётливо не слышал, но то, что это не понравилось младшей сестре, было очевидно. Каждое утро просыпаться от «лап» ужасного солнца, уже в конец задолбало малышку. Поэтому, она решила, напрочь избавиться от этой проблемы. Разговор с родителями ничего не дал, ибо они были не в состоянии что-либо решить — они спали. Как бы Сато их не будила, реакции нуль. Настала тишина. Азуми насторожилась. Странно было находиться в тишине, если дома находиться этот вредный «гоблин». Немного погодя, брюнетка пошла на разведку. Она подошла к центральной лестнице и посмотрела наверх. Минуты три стояла тишина, затем резкий стук дверью и на горизонте показалась ОНА. Вид был у девочки, так сказать, не очень доброжелательный. Скрывшись под лестницей, старшая Сато продолжила наблюдать за сестрой. Та, быстро добравшись до своей комнаты, закрылась в ней и снова притихла. «Успокоилась» — подумала Зуми и вышла из своего «Азэмиубежища», спокойным шагом направившись в свою комнату. Проходя мимо покоев «киллера» девушка замедлила шаг, чтобы прислушаться к звукам за стеной, как дверь резко открылась, и в нее полетели шторы. —Забирай, раз так любишь с ними играться, — ворчливо буркнула Аземи и, уходя, добавила —Я пошла на тебя жаловаться.   Таким образом, проснулись все. За обеденным столом никто не возникал, все были спокойны… Ну кроме, конечно, Аземи. Она была недовольна вообще всем, но никто не обращал на это внимание. Азуми старалась держать улыбку на своём лице, чтобы не расстроить родителей. А хотя, так хотелось заплакать. И плакать долго. —Девочки, потихоньку собирайте вещи, — начал Акира. – А после, как упакуете все самое необходимое, можете встретиться с друзьями и попрощаться как следует, — сказала Ариса. Затем она остановила взгляд на старшей дочери и, после небольшой паузы, продолжила: –Азуми, мы говорили с Микото и Фугаку о нашем переезде, а вот с Итачи не удалось — его не было дома. Думаю, будет лучше, если ты сама ему об этом сообщишь. — Я понимаю, — тихо произнесла девушка, утвердительно кивнув. И она действительно понимала. Понимала, зачем это все нужно, что другого выхода в данной ситуации нет, что скорее всего никогда не увидит своего любимого, от чего было невыносимо паршиво на душе. Подготовится к разговору с Итачи, было крайне сложно. Репетировать речь для такого случая совсем уж глупо, поэтому Зуми просто напросто решила рассказать ему всё, как есть; взять и выложить всё как на духу. Конечно, их отношения будут продолжаться, но любить на расстоянии труднее. Звонить, писать…и всё. Больше не будет тех встреч, которые наполняли дни и ночи счастьем; тех улыбок, которые они дарили друг другу. Больше не будет тех прикосновений, от которых всё тело поглощал жар в свои объятья, и уже тех времён, когда можно было выйти за грани желаемого, недопустимого, запретного, и просто сходить с ума только лишь от взгляда любимого человека. Собралась с мыслями и, уже на полном серьёзе, Азуми направлялась в дом Учих. С каждым шагом её уверенность исчезала. Сказать так, чтобы не расплакаться и не расстроить любимого, являлось чем-то невозможным. Уже добравшись до входной двери, девушка остановилась. Поток вопросов кружил у нее в голове, уничтожая уверенность и сея кучу сомнений. Из раздумий её вывел звук открывающейся двери. Брюнетка даже немного испугалась и от неожиданности сделала шаг назад. В дверях стоял Фугаку. —Привет, — позитивно поздоровался мужчина, затем отошёл в бок, приглашая молодую особу войти. — Выглядишь расстроенной... — обратился он следом, заботливо приобняв одной рукой Сато за плечи. Учиха хотел приободрить ее, но совершенно не знал как. Сказать "не грусти"? Ну это тупо. — Азуми, переезд — это не конец света. Конечно, для нас тоже эта новость стала неожиданностью, — говоря это, Учиха заметно занервничал, потому что он не был хорош в утешении. Он почесал затылось для лучшего притока подходящих идей, но это, очевидно, не сработало. — Мы всегда будем оставаться на связи... Так что... Эм... — он прожестикулировал мол все будет хорошо, большие пальцы вверх и успокаивающе объятие — потолок его возможностей. — Ой, извини, что задерживаю. Итачи уже, кажись, заждался, — с сожалением произнёс Фугаку и улыбнулся Азуми. Несмотря на его скудность методов поддержки, мужчина был искреннен. Поднимаясь по лестнице, Азуми не стерпела, пролив нахлынувшие на неё слёзы. Мысль о том, что сейчас она потеряет своего Итачи, не оставляла никаких шансов, чтобы собраться духом. Сердце словно сжимали колючие оковы, которые втыкались с каждым биением всё сильнее и сильней. Дверь возлюбленного была открыта. Зуми бесшумно проникла вглубь данного помещения, тихонько крадясь. Учиху Азуми не обнаружила, оглядев комнату. Она прошла к двери, что вела в ванную, и, прислонившись ухом к ней, услышала шум воды. Девушка не стала торопить его: не стучала дверь, не подавала голоса, лишь села в кресло и стала ждать. Слёзы катились с глаз ручьем, обжигая бледную кожу. Хотелось истерически взвыть как капризная девчонка во весь голос. Тёмноволосая сидела не шелохнувшись, ожидая Итачи. Долго ждать Азуми не пришлось. Учиха закончил водные процедуры и вышел. Его волосы были распущенны и слегка влажные, по телу стекала вода дробными капельками. На нём не было одежды, лишь полотенце висело на бёдрах. Он был красив. Очень красив. Сначала парень дернулся от неожиданности, но затем, заметя ее слезы, молниеносно оказался рядом. — Ты чего здесь?... Еще и плачешь ,— парень прижал её к себе, старательно вытирая Ниагарские водопады с ее щек. — Что случилось? — Сказать… Я пришла сказать кое-что...— она нехотя отстранилась, взглянув в глаза своего любимого. Азуми судорожно прикоснулась к волосам Учихи. Затем, её пальцы скользнули к щеке. Брюнетка трудилась над тем, чтобы резкий порыв эмоций не взял на ней верх. Ведь всё, к чему она прикасалась, было её: от макушки головы до пят. Одно мгновение — и всё исчезнет, словно сон. — Моим родителям придётся работать в другой стране. Это необходимо, — задыхаясь от слез, начала она. — И... И они... О, боже, я не могу! — Кажется, я понял, — дрожащим голосом промолвил Итачи. Сказать, что он был в шоке — ничего не сказать. Как обухом по голове. Стало трудно дышать, на висках выступил пот, сердце билось, будто на волю хотело. Он несильно сжал тёмный локон волос молодой особы, опустив голову. — Ты уезжаешь? — хлиплым голосом Учиха спрашивает и все еще надеется на желаемый ответ. — Так надо, — со слезами на глазах отвечала Сато. — Я даже не знаю, смогу ли появиться здесь когда-нибудь... — она провела большим пальцем по его губам, заставляя парня немного подрагивать. — Я не могу остаться, — приблизившись, одарила Итачи лёгким поцелуем в губы и медленно отстранилась. Но Учихе было мало. Хотелось просто обнимать, целовать и снова и снова понимать, что она твоя. Брюнет не торопясь поддался вперёд, вовлекая девушку в нежный поцелуй. Он целовал легко, едва касаясь языка Сато. Гладил по волосам, перебирая каждую прядь. Спускался к щекам, мимолётно проводя подушечками пальцев по бархатистой коже школьницы. Потом парень взял в руки голову Зуми, начиная целовать каждый сантиметр её лица. Затем, перешёл на подбородок, заставляя девушку запрокидывать голову вверх, открывая шею для поцелуев. Азуми блаженно закрыла глаза, ощущая мягкие и тёплые губы Итачи. — Ты же моя девочка, — глядя ей в глаза, грустно тянет парень. — Твоя, — всхлипывает напоследок девушка, потихоньку приходя в себя. — Я хочу закрыть дверь, а затем взять тебя... — возбуждённо сказал Учиха, ожидая разрешения возлюбленной. — Если ты не хочешь, мы не будем. — Я хочу, но твои родители дома, — высвобождая Итачи из своих объятий, неуверенно произносит девушка. — Мама еще на работе, а у отца скоро футбол начнётся, — после этих слов Учиха подошел к двери и повернул замок, поспешно затем вернувшись к Азуми. — Давай побудем вместе, пока это возможно. Сато положила одну руку на затылок своего партнёра, а другой приобняла его за шею. Учиха аккуратно стянул бретели платья, в которое девушка была одета — начал ласкать уже оголённые плечи. Было приятно, чувствовать любимые руки на своём теле. Дышать было немного трудновато от прикосновений красавца. Поэтому Итачи понимал, что ей это нравится, слыша сбивчивое дыхание. Приняв лежачие положение, они снова слились в нежном поцелуе. Их языки исполняли некий танец любви, путешествуя по ротовой полости друг друга. Полностью сняв платье, парень скинул его с кровати. Затем он снова взглянул в её глаза. И опять это состояние невесомости. — Не будем сильно шуметь, — Учиха вжимал её в постель, распаляя тело поцелуями. Он дарил ей неистовое наслаждение. Взамен, Азуми отдавалась навстречу незабываемым ощущениям. В одно мгновение, Итачи остался нагим: с его бёдер слетело полотенце, тем самым облегчив сей процесс. Возбудив себя и лежащую под ним девушку, брюнет слегка приподнял ноги возлюбленной и одним движением оказался в ней. С уст Зуми сорвался тихий, протяжный стон удовольствия. Было приятно. Горячее тело брюнетки и влажное от воды тело парня создавало некий контраст ощущений. Учиха двигался медленно, наслаждаясь стонами школьницы. Она извивалась под ним, обхватывая ногами и прижимаясь всем телом к нему. Итачи приник к ключица, которые вздымались под напором тёмноволосого. Он терял контроль от приторного запаха клубники, смешанной с запахом амазонской лилии. — Итачи… аах! — в порыве удовольствия, молодая особа взяла парня за волосы и легонько оттянула его от своих ключиц, притянув к губам, чтобы заглушить стоны. Прикосновение их губ было настолько пылким, что капелька слюны стекла по подбородку Сато. Толчки стали резче. А это означало, что Итачи уже не может вести над собой контроль. Сквозь поцелуй, они тихо стонали. Внутри Сато было так горячо и приятно, когда она внутри сжималась. Парень понимал, что это, вероятнее всего, последний раз, и от этого было просто невыносимо. — Люблю тебя, — признается парень, сплетаясь с Азуми пальцами рук. — И ждать буду... всегда. — Я тоже...тебя люблю... Угх! — запинаясь, отвечает девушка. — Аах, сейчас кончу, не м... могу больше... — дрожащим голосом добавляет она, чувствуя, как оргазм начинает ее накрывать. Она тут же зажала свой рот рукой, чтобы не создать много шума. После того, как Сато получила удовольствие, Итачи замедлился, давая девушке отдышаться. Но он тоже уже был близок к завершению, поэтому долго сдерживаться не получилось. — Хаа... Как же хорошо, — Учиха резко хватил Зуми за талию и сделал несколько резких толчков, а после быстро вытащил из нее член и эякулировал ей на живот. Лежали они молча, пытаясь отдышаться. Учиха держал Сато за руку, не решаясь отпустить. Но это время настало: Азуми поднялась с кровати, чтобы найти своё платье. — Я сказал, что буду ждать тебя. Я серьёзно, — начал разговор парень. — И долго ты собрался ждать? — одевая платье, задала она вопрос. — Пока не разлюбишь меня, — снова замотавшись в полотенце, Учиха сел на край кровати, притянув к себе любимую за руки. Он обнял её за талию, лицом уткнувшись в ей в живот. В ответ девушка обвила руками его шею, прижав к себе. — Не разлюблю. *** Учихи пришли в аэропорт, чтобы попрощаться с семьёй Сато. Обстановка была грустной, очень грустной. Но особенно печалились Итачи и Азуми. Они стояли поодаль от прощающихся и разговаривали. О чём, никто не слышал. — Запомни, когда у меня появится пистолет, а он обязательно появится, — констатировала факт мелкая. — Первую пулю я шмальну тебе в лоб, сусел. — Да вали уже, — раздражённо протянул Учиха младший. — Так, мы пришли прощаться, а не ругаться, — перебил их Фугаку. Затем он протянул руку Акире для прощального рукопожатия. Микото прощалась с Арисой, обняв подругу детства. — Азуми, пора на самолёт! — окликнув дочь, женщина помахала рукой, подзывая её к себе. — Пора,— грустно вымолатла Сато, крепко обнимая Итачи. — Помни, что я жду тебя, — четко заявил Учиха, смотря ей в глаза. Затем закончил объятия лёгким поцелуем в щеку и отпустил ее. Она кивнула и последнее, что они успели сделать, так это соприкоснутся руками. После, его Богиня стала удаляться от него, постепенно уходя из виду.