"Шокотерапия"

От автора: Кому-то возможно покажется такое их поведение - жутким ООС-ом, и тогда я вам отвечу - значит вы просто не были на грани безумия и отчаяния, вы очень счастливый человек. Вам можно позавидовать. Обещанная прода. Надеюсь, не разочарует. Жду отзывов. "Счастье не с руки Из чужого сна Злые пустяки Мокрые глаза Я скажу пароль Ты скажи ответ Скоро мы поймем Больно или нет" Агата Кристи - Пароль (с) "Хуже казни нет- Жить слишком долго. Я ненави ненави нави Ненавижу ждать! Я смотрю на жизнь - Глазами волка, Я не буду-ду, Я не буду медленно умирать" Агата Кристи - Сирота (с) Образ светлой красивой девушки, изображённой на картине брата, с яркой улыбкой и задором в бирюзовых глазах внезапно вспыхивает в его подсознании, тут же «вышвыривая» парня в реальность. Показывая, что с ней сделало горе. От непрекращающихся слёз глаза кажутся двумя блюдцами с налитой в них грязно-серой водой из лужи. Они так ярко выделяются на осунувшемся личике, пугая своей безжизненностью, синевой под глазами. Одежда мешковато висит на её хрупкой фигурке, и она кажется совсем прозрачной. «Она не пила крови, вот почему.» - Догадывается Кол. Потребности вампира нуждались в подпитке, но её сейчас это абсолютно не волновало. Внутри что-то разбивается вдребезги, хочется взвыть в голос от этого зрелища. -Я боюсь, тоже. – Наконец проговаривает она, немного потрескавшимися посиневшими губами. – Знаешь, в детстве я видела, как один мальчик на площадке привязал бездомной кошке консервную банку с бумагой к лапке, поджег и отпустил. Было так страшно, огонь перекинулся на её шёрстку. Она так надрывно кричала. Да, не мяукала, а именно кричала. Это было так жутко, я тогда зажмурила глаза так сильно, что стало больно, и не открывала их даже когда пришла мама. Меня принесли домой и уложили спать, но я не спала. Я лежала в кровати и боялась открыть глаза и увидеть это снова… Кол слушал её скрипучий голос, уставившись на маленькую дырочку на ярких радужных носках, стараясь не закричать. -Когда я думаю о том, что… собираюсь сделать, я вспоминаю крик этой кошки и думаю, буду ли кричать так же? -Сука, заткнись! – Рявкнул Кол, поднимаясь и уставившись на девушку злым взглядом. -А? – Кэролайн меланхолично подняла свой взгляд. -Слабачка!!! -Что? – Она пару раз «хлопнула» ресницами, стараясь поймать логичность его слов. -ТЫ ГРЁБАННАЯ СЛАБАЧКА! – Кол весь дрожал от переполняющих его эмоций, короткие ногти больно впились в внутреннюю сторону ладони. - Клаус говорил, что ты сильная! Ты ни черта не сильная! Слабая, безвольная кукла... - яд его слов, казалось, проникал в душу, глаза девочки снова защипало. - Это… это сложно. -Нет, просто. Ты столкнулась с проблемой... и… ты решила избежать трудностей. Это так странно, подумал Майклсон, ору на неё, а такое чувство, что ругаю себя. Он так ненавидел её в этот момент, потому что она сейчас – такая же как он, ненавидеть собственное отражение - это болезнь, верно? -Дело не в этом... - огрызнулась девушка, её глаза сверкнули каким-то нездоровым блеском. – Я никому не нужна! На самом деле, никому... меня даже называют Барби-вампир, ты прав, я - кукла, мной пользуются время от времени, когда нужна, а потом кладут обратно в коробку. Они привыкли, что я должна всегда улыбаться, им плевать на мои проблемы... я не нужна им слабая... но больше сил нет быть сильной. Она медленно прикрыла веки, вновь прислоняясь к холодной стене. -Как просто. Сидеть и жалеть себя. Ты сама виновата в том, что они так к тебе относятся, нечего было перед ними стелиться! Сама виновата! Ты! Ты! Его всего трясло от гнева, он казался себе вулканом, который вот-вот начнёт извергаться, но Майклсон уже не понимал, на кого больше злиться, на неё или на себя. Хотелось её ударить и до скрипа зубов не было желания видеть эту серую Кэролайн и, тем более, свой опустошённый взгляд в отражении этих страшных, пустых глаз девушки. -Ты просто завидуешь! – Открыв глаза и зло шипя произнесла девушка. – Ты же не можешь так просто умереть… -Ха, ошибаешься. Мне достаточно просто попросить об этом Эстер! Называть эту женщиной мамой он сейчас не мог, язык не поворачивался, и, да, все вранье. Вряд ли бы эта женщина так легко откликнулась на его просьбу. Но Кол знал, что то, что он сейчас лжёт – важно и правильно. На это толкало что-то внутри, не поддающееся логике. Кэролайн тихо всхлипнула и вновь заплакала, горько, но беззвучно. -Жалеешь себя? -Нет... тебя... Кол вздрогнул, как от удара, смотря на эту самую странную девочку, из всех, кого когда-либо встречал. -Но... я не понимаю. -Моя мать... она... тоже... хотела… чтобы я умерла. – Давясь слезами, пробормотала блондинка, стискивая в маленьком кулачке майку в районе груди, словно этим она могла заглушить боль, обжигающую сердце. – Это так больно... она же… они же... мамы... мамы не должны... должны любить… прощать... В её бессвязном, каком-то отчаянном, детском лепетании, Древний слышал больше искренности, чем было, вероятно, за последнюю тысячу лет в их семье. Он пришёл убить эту малышку Форбс, несмышлёную 18-летнюю вампиршу в отместку Клаусу, за то, что тот «бросил» его, проиграл этим малолеткам так просто. Кол сказал ей о своих намерениях на её счёт, а она плачет за него. Да, тогда мы подходим к двери с надписью : "Смерть», вся шелуха с простых важных вещей просто слетает, обнажая сердцевину". Кто последний раз плакал из-за него? Хм, Ребекка. Пару-тройку раз, когда Кол снова высмеивал её или устраивал сестре «сюрпризы». Но это другие слёзы, не из-за него, а за обиду себя любимой. А тут. Нет, был такой момент! Бекка плакала у его кровати, когда он заболел. Ему было не больше 5 лет, и родители думали, что он умрёт. Тогда сестра плакала из-за него. Вернул из мыслей Майклсона шмурыгающий нос девушки. -Перестань. Ноль внимания. -Я сказал, ХВАТИТ!!! Мне не нужны твои слёзы... не сейчас... не они! -Не указывай мне! – Её хрипловатый голос обрёл некоторую силу, заставив его вздрогнуть. -Лучше… не оставляй меня, вот что действительно нужно! Не бросай меня! – Закричал шатен, сжимая кулаки. –Нельзя ТАК всё бросать.. Всё казалось размытым, не чётким, расплывчатым. Ощущения были такие, словно ты плаваешь подо льдом и не можешь найти лунки, чтобы вынырнуть, свободно вздохнуть. А ты цепляешься, цепляешься ногтями… -Ты что, не понимаешь? Я не могу больше! – Прохрипела девушка, немного вытянув шею, сверля хмурым взглядом. -Я... я сегодня избил вашего Мэтта Донована до полусмерти! -Что?! - Кэролайн резко вскочила и тут же, испуганно охнув, оперлась на стену. – За что его?! Не надо! Нащупав правильный подход, Кол продолжил: -Я убью их всех: Гилберт, Сальваторе, остальных… -Зачем ты мне это говоришь? – Она обессилено сползла по стенке. -Останься со мной... стань прежней... спаси меня. Ты сможешь, я... я знаю. Атмосфера этого места становилась всё безумнее. Их разговор терял нить - поступки, слова, мысли метались без обоснования, как блохи. Но было ясно одно, если она смогла пожалеть, эта девочка сможет его спасти. Он не достоин этого? Возможно, но так хотелось уцепиться когтями... хотя бы за что-то... Для этого осталось спасти её, уговорить, упросить, вымолить. Сейчас, когда Кол понял, что всё потеряло для него ценность, у него остался он сам, и внезапная жалость девушки оказалась такой приятной, что эгоизм пересилил уныние. -Ты хочешь насильно заставить меня жить? – По комнате разнёсся её смех, похожий сейчас на шелест осенней сухой листвы. В нём не было ни грамма веселья, лишь болезненная отчуждённость. -Нет. Ты поможешь мне, а я тебе. – Не реагируя на иронию Форбс, ответил Майклсон. -Как?! Как?! – Безумие вновь вспыхнула в голубых несчастных глазах. Но в его больном воображении уже сформировался план, он был готов к вопросу. -Для начала мы уедем. Бросим этот чёртов город, он пропах смертью и предательствами... Кэролайн, ты же знаешь... -Уедем?! - Девушка попробовала это слова на вкус. -Да. Мы же вампиры, мы бессмертны! К чему нам это захолустье? В подсознании блондинки тут же появляется образ улыбающегося блондина. Он склонился над ней, вглядываясь в её глаза со странной заворожённостью, говорящий слова с чувством: «… я раскрою тебе секрет: там целый мир, который ждёт тебя. Великие города… искусство… музыка… истинная красота… и ты можешь наслаждаться всем этим. у тебя может быть ещё тысяча дней рождения. Тебе стоит только захотеть». Образ рассеивается и Кэролайн видит перед собой другого человека, тоже Майклсона, тоже Древнего, но не Его, не Клауса. Но этот Древний был другим. Не таким томительно спокойным осторожным хищником, ей он показался импульсивным подростком. На вид он был ровесником Джереми, но внешность обманчива, ему было больше тысячи лет. Но разве Кол потерял свою юношескую горячность? Кажется, нет. -Ну же, Кэролайн, ты говорила, что никому не нужна. Но ты должна помочь мне, ты нужна мне. Тонкие пальцы, нервно подрагивая, что-то достают из кармана брюк. Кол недоуменно смотрит на неё, внутри стягивается узел из напряжённых нервов. Кэр пытается выдавить на потрескавшихся губах улыбку, но получается нечто жутковатое. Она вытягивает руку, демонстрируя, что на худеньком пальчике одето магическое кольцо. -Только давай... уедем поскорее? В этот момент Колу показалось, что стало легко дышать, сердце перестало сжиматься от невыносимой боли, и где-то в глубине его тёмной мрачной души появится крохотный светлячок надежды.