Обернуться бы назад

— Зачем ты пошел за мной? — А разве я мог тебя оставить? Артур почти бесшумно выдохнул, поднял голову и уставился в потолок клетки с облупленной штукатуркой. Мерлин находился в соседней клетке, но в темнице стояла такая тишина, что они отчетливо слышали даже шепот друг друга. За все недолгое их пребывание в подземельях замка, это был их первый разговор. Волшебник больше не пытался вытянуть хоть одно словечко из короля, но Артур, к его огромному удивлению, заговорил первым. Тогда он не мог найти более правильного ответа на его вопрос, нежели этот. И это было правдой: Мерлин просто физически не мог позволить кому-то причинить вред Артуру. Жаль, что его друг пока это не понимал. Или просто не хотел понимать. Одна фраза, брошенная Пендрагоном, дала чародею надежду на его прощение и принятие его таким, какой он есть. Сейчас он жалел о том, что не рассказал ему о своем даре, ведь как ни крути, лучше бы король узнал правду от него самого, чем от Морганы, и таким образом. — Я же сказал тебе, чтобы ты убирался, — начал Артур. Мерлин прислонился лицом к холодной стене. — Я же сказал тебе, что не мог, — только и ответил он. Их настигли воины Альварра. Это произошло вечером, когда над лесом стали сгущаться сумерки. Снег падал с серого, затянутого грузными тучами, неба огромными хлопьями так, что застилало глаза. Мерлин последовал за Артуром спустя пару минут после того, как он приказал ему покинуть его и не ходить за ним. Он шел, стараясь ничем не выдать себя, но Пендрагон, как опытный рыцарь, все равно его заметил. Он лишь делал вид, что его не существует вовсе. Когда стражи друида напали на них, они были совсем безоружны. Все, чем они могли отбиться – это магия Эмриса, коей волшебник умело пользовался. Но чародей был совсем один против дюжины воинов, и поэтому вскоре они оказались здесь – одинокий слуга и король в темницах своего же королевства. Теперь Мерлин пытался согреть заледеневшие ладони, а Артур с невидящим выражением лица наблюдал, как крысы борются друг с другом за краюшку черствого хлеба, милостиво брошенного ему. — Спасибо.

***

Моргана кое-как вышла из-за ниши в стене. Ноги и руки не слушались свою хозяйку: первые подкашивались, вторые тряслись и дрожали. Неужели не осталось в этом мире ни одного человека, который еще любит ее, кому она может довериться, который будет предан ей? Невольно Моргана вспомнила слова Гаюса, сказанные ей, когда они пришла поизмываться над пленными рыцарями. Он пытался воззвать к ее памяти, бередив старые раны. Она сказала когда-то, что, если Артур погибнет, это будет ее виной, но знала ли она тогда, что однажды возжелает этого больше всего на свете. Артур. Завтра на рассвете он погибнет, а следом и она сама. Как и сам Альварр, она не знала, что сделают с ней, но исход был ясен – ее убьют, чтобы не осталось ни единого наследника престола. Что-то внутри нее ломается, но притом загорается что-то новое, невообразимое и непривычное. Колдунья делает шаг, и, кажется, она знает, куда ей необходимо идти. Дорога в покои друида опасна и рискованна, но Моргана смело шагает за дверь и бросается к полочке над кроватью, где Альварр хранит ключи. Атмосфера в комнате накалена до предела, или это только ведьме так кажется? В любой момент ее могут обнаружить, и тогда ей несдобровать. Но вот, холодный металл в ее руках, и она выходит из покоев. Спустившись вниз, она почувствовала крепкую тяжелую руку стража, схватившего ее за запястье. — Что тебе нужно? Куда идешь? — с глуповатым выражением лица спросил он. Моргана фыркнула. — Я важный гость в замке Альварра, — соврала она, — у меня есть особенные привилегии. И я думаю, твоему хозяину не понравится, если я расскажу ему об этом инциденте. Ой, как не понравится, — чуть грубоватый тон делает свое дело. Воин отпустил ее руку и боязливо отошел в сторону, а Моргана перевела дух – к ее счастью, мужлан не заметил, что она вся дрожит и не услышал бешеного стука ее сердца. — Так-то лучше, — протянула Моргана, вложив в голос больше уверенности и твердости. Она тихонько прошла к нужной темнице. Рыцари устало облокотились друг на друга. Кто-то из них спал, чьи-то глаза еще то открывались, то вновь прикрывались. Но Пендрагон была точно уверенна в том, что никто и не заметил того, что она пришла. Она кладет заветный ключ от темницы на холодный пол, пододвигает его ближе к вытянутой руке Элиана и бесшумно уходит. Моргана не ложится спать, потому что сейчас она впервые за столько времени по-настоящему боится. Она проснулась от тревожного звона колокола. Первая ее мысль — все-таки заснула. В дверь послышался требовательный стук, а через секунду они раскрылись. Моргана увидела гневный взор Альварра. По ее виду она поняла, что он догадался о том, что это именно она помогла рыцарям сбежать. Пендрагон не знала, смогли ли они выбраться из клетки, но иного объяснения она не нашла. Глаза друида словно налились кровью, и Моргана съежилась под его взглядом. — Привести ее на смотровую площадь! — приказал он двум стражам и вышел из покоев. Двое широкоплечих мужчин, не церемонясь, подошли к ней и схватили ее. Они не обращали никакого внимания на попытки Морганы высвободиться. — Не пытайся даже, — предостерег ее один из стражей. — Хуже только будет. Они протащили ее через весь замок и вывели на улицу. На специально для того построенном возвышении находились связанные Артур, Мерлин, Гаюс и рыцари. Альварр стоял там же. Он с презрением и свысока взирал на предательницу-Пендрагон. А та с разочарованием смотрела на веревки и путы на руках рыцарей. «Не удалось…» — пронеслось в ее сознании. На улице стоял мороз. Утро еще не наступило, только небо начало проясниваться. Серые тучи все никак не сходили с него; шел снег. Не смотря на такую рань, Альварр согнал всех жителей Камелота на казнь бывшего короля. Совсем рядом стояла рыдающая Гвен. Она пыталась пробиться сквозь толпу и подняться на возвышение, но высокие сильные воины не позволяли ей этого, грубо отталкивая назад. — Нет, прошу, — она кричала. — Умоляю… Мерлин увидел Моргану. Он обернулся на Артура и понял, что тот смотрит туда же. Взгляды родных брата и сестры встретились. Взор Артура ничего не выражал, он был погружен в свои мысли, и Мерлин знал, что он наверняка пытается найти выход из сложившейся ситуации. Это же Артур. А вот Моргана… Колдунья заметно нервничала. Взгляд ее метался из стороны в сторону. — Ты подвела меня, Моргана, — с наигранной печалью обратился к ведьме друид. — Я доверял тебе… А ты подвела, — он покачал головой. — Не хорошо так поступать. Хотя, тебе ведь не привыкать, верно? Моргану подвели к выступу и толкнули так, что она упала на колени перед друидом. Мерлин и Артур одновременно обернулись. Альварр приблизился к колдунье и взял ее за подбородок. Моргана смотрела прямо в его глаза. — Ты заслужила наказание, — проговорил он, оттолкнув ее лицо назад. Моргана качнулась и чуть не упала. Артур дернулся, но усидел на месте. — Но я милостив к тебе, Моргана, — он встал и отвернулся от нее. — Я ведь должен отдать тебе долг, так? Ты получишь от меня подарок. Прощальный. Ты сама убьешь своего ненавистного братца, — громко объявил он, поворачиваясь к Пендрагон и протягивая ей кинжал. — Ты так этого хотела. Вставай! Моргану подтолкнули сзади, и она, споткнувшись, поднялась с колен. Пальцы ее судорожно сжали кинжал. Она встала рядом с Артуром. Король поднял на нее свой взгляд. «Вспомни, что ты сказала, Моргана» ― Я не смогу жить с мыслью, что позволила ему погибнуть. И она вспомнила. Вспомнила все. В ее зеленых, еще живых глазах, отразилась вся жизнь. Сейчас в них был он. Артур. Любой, кто заглядывал в глаза девушки, мог видеть только его, потому что Моргана видела лишь это. Народная мудрость гласит: глаза – это зеркало души. Артур Пендрагон был ее душой. Артур Пендрагон был ее жизнью. Поэтому в зеленых, еще живых глазах, одинокой и запутавшейся девушки отразился Артур – ее душа, ее жизнь. Она вспомнила их маленькими. Это было их детство. Их счастливое время, маленький уголок веселья и беспечности. Счастья. Моргана вспомнила снежную горку, которую они залили вместе, а потом целые дни напролет катались на ней. Она вспомнила проделки, которые выдумывала и выполняла она, а нагоняи от отца получал брат. Он всегда защищал ее. А память услужливо подкидывала другие воспоминания. Вот она стоит перед лошадью. Теперь все знают, что Моргана обожает верховую езду, но никто даже не догадывался, что раньше она до жути боялась лошадей. Артур показал ей, что бояться здесь совершенно нечего. Он усадил ее рядом с собой, и они вместе поскакали из двора к ручью в лес. С этих пор Моргана сопровождала брата каждую прогулку верхом. Вот она боязливо касается ногой водной глади. Девочке очень хочется окунуться в озеро с головой, но она не умеет плавать. Ее новый друг в еще пока таком чужом королевстве плывет рядом и учит ее, как правильно держать руки и что делать с ногами, которыми Моргана просто болтает в воде, а не отталкивается. Вот Моргана держится за ветку высокого дерева. Девчушка полезла за котенком, который не мог спуститься и потому жалобно мяукал. Моргана быстро схватила испуганного котенка и уже собралась спускаться, но посмотрела вниз, и голова пошла кругом. Артур прибегает на ее отчаянный зов и помогает ей спуститься. «Ты лучше своего отца. Всегда был». ― Ты и вправду думал, что я так глупа? ― Пусть она уходит, Элиан. Отпусти ее. ― Когда же он оступится? ― Прости, Мерлин, но я не могу оставить ее там. ― Почему бы его не убить прямо сейчас? ― Я бы мог спасти ее… ― Я не смогу жить с мыслью, что позволила ему погибнуть, — тихий шепот срывается с ее губ. Она говорит это вслух. Гаюс смотрит спокойно. Он понимает ее. Так было всегда. И это происходит. Стена, что Моргана возводила между собой и Артуром стремительно рушится и падает. Только сейчас Моргана понимает, что она одна строила ее. Она смотрит на брата, и ей кажется, что рушатся и горят все мосты, все ее планы, надежды, мечты. Да и черт с ними! Ладонь Морганы самопроизвольно разжимается, а кинжал выскальзывает и с характерным лязгом бьется о пол. ― Ты ведь все равно убьешь меня, как только я покончу с Артуром. Тебе ведь это и надо. Думаешь, я не знала об этом? Я слышала твой разговор с советником. — Думаешь, тебе это поможет? — насмешливо улыбнулся Альварр и кивнул в сторону. Моргана осела на пол, дрожащей рукой держась за рану в бедре. Друид захохотал. Артур дернулся изо всех сил, но не смог разорвать веревки. Мерлин коснулся ее пальцев. Король обернулся. В глазах волшебника читался немой вопрос, на что Артур кивнул. Глаза чародея занялись огнем, и они оба – Артур и он – высвободились из пут. Пендрагон бросился к сестре и едва успел подхватить ее, прежде чем она рухнула бы на землю. — Ты думаешь, что сможешь тягаться против меня? Гвейн, руки которого были свободны благодаря магии Мерлина, улыбаясь, отозвался: — А думаешь, нет? — он кивнул головой на внушительный отряд рыцарей, выходящих из замка. — Ты и в правду думал, что мы так глупы, что высвободим только себя? За эту ночь мы открыли абсолютно каждую темницу, только рыцари в них ждали своего часа. А тебе, Альварр, не хватило ума проверить не только нашу клетку, но и все остальные. — Да как вы… Да… — Альварр не находил слов. — У вас все равно ничего выйдет. — Посмотрим? — из-за спины Гвейна показался Элиан. Рыцарь завертел в руке меч, любезно предоставленный выведенным из строя воином друида, и сделал шаг навстречу Альварру. Мужчина вскинул руку. Завязалась битва, но Моргана уже ничего не видела. Ее сознание постепенно покидало ее. Тяжелые веки накрывали глаза, но ей уже ничего не хотелось: ни жить, ни узнать исход событий… Ее рука произвольно вытянулась, и у колдуньи даже не хватило сил подняться. Последнее, что она увидела, это чье-то красивое и такое родное лицо, которое она никак не могла разглядеть. Она слышала лишь его тихий плач, мольбу и шепот, но что он шептал и что он так у нее просил, Моргана разобрать не смогла.