Первоклассные однострочники

Они завораживают ее с первого взгляда, с первой мысли. Такие беспомощные и всемогущие одновременно. Мутант, пришедший убить Шоу и мутант, пришедший остановить его. Конечно же, у них обоих ничего не выходит, но они стараются, о, как они стараются! Мельком она думает, что с ними могло бы быть интересно; интересней, чем с Шоу, который смотрит на нее холодным взглядом энтомолога и прячет мысли за непроницаемой поверхностью шлема. Ей хочется поддеть его: отличная идея - противостоять мастеру магнетизма с металлическим ведром на башке, но она помнит, какими глазами смотрел на него этот... Эрик. "У них все равно ничего не получится", - думает она. Потом вообще перестает об этом думать: ей хватает других дел. То, как она ошибалась, Эмма Фрост понимает, только когда металлические прутья выкручивают ей руки, накрепко привязывая к спинке кровати. Алмаз - самый твердый в мире материал, но даже алмазная кожа не может защитить ее от ярости Эрика Леншера. Попытка заглянуть сейчас в его сознание причиняет почти физическую боль, и как только этот второй телепат может находиться рядом? Все равно, что жить на краю постоянно действующего вулкана, думает Эмма и смотрит в прозрачные голубые глаза Ксавье. И алмаз дает трещину. Она показывает им то, чего они так хотели - Шоу бы остался доволен, с его-то склонностью к театральным эффектам - и с мрачным удовлетворением следит, как они переглядываются, один с ужасом, второй... С ними может быть интересно, повторяет она про себя, - с Эриком Леншером может быть интересно. Но только без Шоу. И, пожалуй что, без Ксавье. Когда они уходят, оставляя ее на попечение агентов ЦРУ, она посылает Леншеру мысленный воздушный поцелуй и изрядно веселится, глядя, как каменеют его плечи и как нервно оглядывается на нее телепат. Да, милый, а ведь я могла бы забрать его у тебя, - ехидно и четко думает она. - Несправедливо, что богатым мальчикам достается все самое лучшее. Оказывается, телепатическая пощечина может быть не слабее настоящей. "Тренировался?" - спрашивает взглядом Эмма, но, увы, развлечения на сегодня закончены – мужчины уходят. Тогда она просто ждет – того, кто придет за ней. Леншер появляется как раз тогда, когда ей надоедает пугать агентов своими способностями. Одного взгляда на шлем Шоу и в память Азазеля ей хватает, чтобы понять – она угадала. Свои мысли относительно редизайна шлема и костюма Эмма Фрост оставляет при себе; в любом случае, шлем – это очень хорошо. Он защищает не только новоявленного Магнето от телепатии, но и телепатов – от того ада, в котором живет Эрик Леншер. Чтобы привыкнуть к этому, нужно быть Чарльзом Ксавье, или очень сильно любить его, или и то, и другое одновременно. Эмма Фрост царственно кивает и протягивает руку мутанту, убившему Шоу. Она угадала – будет интересно.