Остатки

- Хорошо, что ты зашел. Мне нужно кое-что обсудить, - скользнув по мне взглядом, проговорил Сэм, погруженный в работу. - Да? И что бы это могло быть? – хорошо наигранным тоном искреннего удивления спросил, хлопая глазками. Подойдя к его длинному и огромному столу, стал медленно обходить, проводя пальцем по самому краю. Сэм сразу почувствовал неладное и, отложив бумаги, стал следить за моими движениями. Ждал. - Что-то случилось? - У меня каждый день что-нибудь случается. И так, знаешь, оригинально! Никогда ничего не повторяется. Я прямо магнит для новых впечатлений… - Нико, о чем ты… - Нико? – противно-слащавым тоном переспросил – Точно Нико? Или лучше сказать… ДЖЕЙ?! – сдержано спросил, громко опустив руки на стол и подавшись вперед. Холодный тон никак не сочетался с резким движением. Обычно люди по реакции дергаются, но Сэм оставался бездвижным. - Тебе рассказали? – догадался парень, вставая. - Да. Сам папочка лично нашел меня и рассказал, - звонко засмеялся, садясь на стол. Сэм посмотрел на меня с жалостью в глазах, которую, очевидно, хотел проявить. Это разозлило. Нет, я не так уж и сильно удивился. Я не кричал, не возмущался и не падал в припадке бешенства, когда Эмануэль, он же мой отец, рассказывал мое прошлое вкратце. Я адекватно воспринял тот факт, что я король, что сейчас мне нужно снова взойти на трон, снова принять обязанности и править. Более того, меня порадовала новость, что Мария моя сестра, а Аннэт – моя мать. Это ощущение – словно неизбежность. Как будто я всегда знал, что именно так и будет, что так и должно быть. Что прошлое вернется обратно и расставит все на свои места. Словно я только и ждал того момента, когда мне расскажут. Поэтому все время, пока кроль говорил со мной, я жадно вслушивался в каждое слово, не двигаясь и стараясь лишний раз не дышать. А злился на то, что мне никто ничего не сказал, боясь о чем-то, хотя ситуация и так вынуждала их, подгоняя. Снаружи шла война и, как я понял, он давно хотели меня задействовать как правителя, но решили поиграть в «догадается или нет». Я почувствовал огромную ответственность перед всеми за то, что пропал, что оставил всех, сошел с правления. - Тебе нужно время, чтобы принять это… нужно будет сделать выбор. - Тебя или Киру? – не удержался от колкого вопроса дня. Вот сейчас я бомба замедленного действия и сам за себя не ручаюсь. Сэм опешил от такого выпада. Он явно не туда хотел клонить. Но ведь и эта фраза тоже была заготовлена для меня. Разве я не прав? - Я не имею права ставить тебе подобный ультиматум. Вот теперь «опешил» я. - Так ты что, догадался? - Намного раньше, чем ты думаешь, - облокотился на стол рядом со мной парень. Мы резко поменялись ролями. Теперь мне хотелось его пожалеть. И оп-ля! Переворот. - Извини, - стушевался, опустив голову. Он все же с чистым сердцем, а я с ним… - В тот бальный вечер я хотел признаться тебе и заявить всем открыто о том, что любил, люблю и буду любить всегда. Но как-то не заладилось. Эти нескончаемые нападения со стороны Сириуса и Крестоносцев. Еще с утра пришлось уехать. Смог появиться, но ушел ты. А следом пропал и Кира. Я сразу понял, что к чему. Заметив, как я поник, он улыбнулся: - Ну же, не вини себя. Ты здесь не причем. Я хотел подарить тебе, в знак подлинности своих чувств… Парень подошел к рабочему месту, достал из одного ящичка коробочку и, подойдя ко мне, открыл ее. Это был медальон. Черная лента, подвеска в виде кота, грациозно изогнувшегося для прыжка, с изумрудно светящимися глазами. - Он мне так напоминает тебя, и я не смог удержаться. - Напоминает меня? – заворожено смотрел на прекрасное животное. - Да. Ты всегда готов броситься, чуть только тебе померещиться опасность. И нередко бросаешься ты отнюдь не из-за чувства самосохранения. Всегда готов защитить кого-то. Такой же изящный, гибкий, неподражаемый, высокий и далекий от всего падшего. Сэм достал медальон и закрепил его. Он лег прямо по шее, а кот уместился в ямке между ключицами. - Тебе идет. - Я себе сейчас домашнего кота напоминаю… - бросил неловко. Мне никто никогда не дарил таких значимых подарков, при этом подкрепляя их теплыми словами. - Только не думай, что тебя это к чему-то обязывает. Просто когда будешь смотреть на него, изредка вспоминай обо мне. Я хочу, чтобы ты был счастлив. И ничего, что только Кира может сделать тебя счастливым. Итог от этого не меняется. Да уж, ничто так не заставляет остаться, как приглашение на свободу. Не очень-то теперь хотелось бежать отсюда, сломя голову и визжа от радости от того, что все разрешилось. Я бы сказал, что все еще больше запуталось. - Спасибо, - попробовав на ощупь гладкость черного металла, поблагодарил. Сэм только улыбнулся. Какой смиренный. - Мне сказали, что ты и я – мы были вместе когда-то. Это правда? На секунду лицо парня побледнело. - Правда, - нехотя ответил он. - Мы расстались? - Да, - еще с большим трудом выдавил он, сжимая стол, за который держался. Я успокаивающе положил свою руку на его. - Это был я? – проникновенно смотря ему в глаза, зная, что причиняю боль, спросил. Но нужно же знать. Вдруг здесь кошка зарыта. Он отвел взгляд. - Только не говори – прости. А то совсем печально станет, - натянул улыбку, но она вышла тоскливой. Вот и ответ. - Не скажу. - Это в прошлом. Давай тему сменим. - Ты можешь помочь мне? - Все что угодно. Вот только в чем? - Разобраться. Я запутался, а легче не становится. Все с каждым днем хуже и хуже, - проведя по волосам, вздохнул. Было больно дышать, с каждым вдохом горечь попадала в легкие. Сэм не спеша приблизился и коснулся моих губ. Поцелуй получился облегчающим, как искусственное дыхание. Все провалилось к чертям. Ничего не осталось. Ничего не слышно из-за нарастающего шума, ничего не видно из-за плотно закрытых век, ничего нельзя сделать только потому, что не хочется. Почему люди всегда должны делать выбор? И ладно бы он резко повалил меня, не давая пискнуть, тогда бы да – было мне оправдание. Но я скотина. И сам сейчас делаю больно двоих людям, которым не безразличен. Простит ли Кира? Не знаю. Или мне пофигу. Я просто очень устал. И знаю, что устаю еще больше рядом с Кирой. А рядом с Сэмом могу отдохнуть. Если бы можно было вот так быть с ним, не ломая и не раня его чувства. Но как будто есть такая вещь, как справедливость. - Пожалуйста, прекрати, если тебе больно. - Мне всегда больно. Каждую секунду. Каждый миг, - быстро и жадно целуя меня, с трепетом говорил он. Ему невыносимо. Я это чувствую. - Это что, судьба такая? – продолжал он - Где я был, когда ты решил оставить меня? Почему нельзя вернуть все? Далеко назад, когда все еще только начиналось. Когда я был уверен, что любим тобой. Неужели так вот все должно кончиться? Я закрыл ему рот ладонью, заставляя замолчать. Приложив свой лоб к его лбу, молчал. Мне нужна передышка. Его боль слишком душит, даже эта капля травит так, как будто мне сообщили самую страшную новость. Что же тогда горит внутри него? - Сейчас я твой, - прервал затянувшуюся паузу – Я понятия не имею, что будет через полчаса, но сейчас я твой. Я так решил. Никто не вправе осудить меня. Я тоже человек и тоже могу ошибаться, сомневаться. Мне нужно отдохнуть. Стал снимать с него одежду, бросая ее на пол. Мне нужна его нежность, его тепло. Поделись, не то твоя боль выжжет меня изнутри. Мне нужны твои руки. Забери у меня все, забирай меня, только не оставляй наедине с собой. Помоги найти ответ. Это был один из немногих близостей, когда чувство моральной чистой радости в миллионы раз выше, чем оргазм. Когда она не только дополняет его, но и затмевает собой все. Интересно, а в прошлом я чувствовал то же самое? Сожаление, когда бросил его? Ненависть к себе за то, что заставил страдать? Но почему так ярко пульсирует в венах вина из-за того, что я его разлюбил? Может, я многим обязан Сэму? Хотя, смотря на него, так и напрашивается подтверждение этого вопроса. Сэм взял мою ладонь и нежно коснулся губами запястья. Приведя себя в порядок, мы сидели прямо у стола. Откинувшись спиной на его грудь, я медленно перебирал его пальцы. Как будто спрятались от всех. А здесь тихо, хорошо, и никто не мешает. Даже дышится свободнее, ничто не стесняет легких. - Как будто все повторяется, - улыбнулся он, поглаживая кончиками пальцев мое плечо. «Лишь бы не кончилось так же…» - Почему мы расстались? Парень помолчал. Дав себе время, чтобы собраться, поцеловал в голову. - Ты полюбил другого. С какой-то стороны мне сейчас кажется это нереальным. Сэм – совершенен, почему же я разлюбил его? В нем невозможно найти что-то плохое, нет минусов. Он идеален. Рядом с ним чувствуешь себя так же, как и в каком-нибудь святом для тебя месте. - И ты до сих пор мучился? - Единственное, что было сложно – это невозможность снова прикоснуться к тебе. А так я всегда был рядом. Я с недоумением посмотрел на него. - Я тебя не видел. - И тем не менее, - пожал он плечами. - Расскажи. - О чем? - Об этом. - Это неинтересно и к тому же некрасиво. - Ну пожалуйста. - Когда тебя похитили. Это я приказал Кайлу и Краю найти тебя и следить за тобой. Вот только один упустил, а другой сам начал влюбляться. Если тебя мучает надруганная честь во время похищения, то тебе не стоит беспокоиться. Их больше нет среди живых. И та миссия, когда тебя серьезно ранили, - на этом моменте он ностальгично хмыкнул, будто смеясь над собой – Я так долго ругался с Алексом. Я не хотел, чтобы ты участвовал в опасных операциях. Благо он меня вернулся в адекватное состояние. Все же ты сам выбрал уйти в группировку. Пришлось отступиться. Я же обещал тебе, что больше никогда не буду мешать. Это был твой осознанный выбор, пусть ты о нем и забыл. И на последней миссии, перед тем, как вы попали сюда, я тоже все время старался помогать и создать для тебя более-менее безопасную обстановку. Обалдеть. Нет, ну тут конечно намного хуже слово подходит. - Так что я всегда старался защищать тебя. Прости, если это не всегда удавалось. - Глупости какие. Я тебе должен быть по гроб благодарен. - Вот только не нужно. Я делал это не из соображений, что ты вернешь долг... А знаешь, что я понял окончательно, спустя некоторое время, когда мы расстались? - М? - По-настоящему любит тот, кто желает счастья любимому. Это было моей ошибкой – я хотел, чтобы ты был только моим. И этим еще больше оттолкнул от себя. Я был действительно помешан на тебе. - А сейчас? - Поверь мне, помешан ничуть не меньше. Но смирился. Невозможно заставить кого-то полюбить себя. На этих словах я подумал о Кире. В случае чего я ведь тоже не смогу заставить его полюбить себя. Возможно, так и останусь просто тем, с кем он спит. Относительно, совсем крошечную часть, но я понимаю, что Сэм почувствовал. - Думаю, понимание этого именно сердцем, а не сознанием, помогло мне успокоиться. Я могу быть спокоен, если ты с тем, кого любишь, и кто любит тебя. И я должен уважать твое мнение, каким бы оно ни было. А сейчас стало еще легче. Знаешь, в чем твоя еще одна особенность? Ты можешь полностью изменить человека, к лучшему. Ты научил Края думать о других. Он больше не участвует в бездумных бунтах. Ты помог вспомнить Кайлу, что, не смотря на потерю близкого человека, есть возможность полюбить другого, подарить счастье и другому человеку, при этом самому стать счастливым. Хотя, он все равно снова встретил Рина. Ты помог Алексу, давая возможность осознать, что нужно бороться за свое счастье. Помог Дику, научив его проявлять светлые чувства, помог Юки и Мизуки в прошлом, когда спас их, дав им увидеть, что в мире есть что-то хорошее, тем самым научив их создавать, а не разрушать, научил их, что есть смысл, что всегда есть, для чего стоит бороться за право жить. И ты смог это сделать, будучи подростком, юным. Уже тогда твои глаза смотрели только вперед, в будущее, ты уже тогда был полон энергии, чтобы улучшать, восстанавливать то, что разрушили. Твой непокоримый характер, благодаря которому ты столько всего смог преодолеть и сделать. Смог потому, что никогда никого не слушал. Всегда делал только то, что хотел. И всегда получалось потому что ты делал что-то для других. Пойдя в школу, отказавшись от привычного домашнего образования с отличными учителями, ты изменил правила, стал президентом, стал ее покровителем, спонсором, устроил переворот в старом образовании. И сколько после этого вышло великих учеников. Помогал по-настоящему нуждающимся. И делал это с таким видом, словно тебе все равно, многим казалось, что так ты тешил свое самолюбие. Но ведь это были твои мысли. Твой всегда вызывающий взгляд, бросающий вызов. Ты никогда не ждал благодарности, просто делал и уходил. Тебя никто этому не учил. Ты всегда был таким. И даже перестав быть королем после, ты, забыв о прошлом, продолжал помогать другим. Ты спас маленького Рика, хотя сам был в опасности. Жертвовал собой для него. Да всего и не перескажешь! Я даже никогда не задумывался об этом… просто делал, как хотел. Сэм и правда видит во мне то, что не вижу я сам. Иногда это полезное качество. Не тогда, когда нужно, чтобы кто-то лживо польстил тебе и потешил твое себялюбие, а для поддержки в трудные моменты, когда опускаешь руки, в спешке забыв, кто ты есть; чтобы напомнить тебе что-то хорошее, что ты когда-либо делал для того, чтобы появились силы идти дальше, смотря на прошлое. Сэм отличный правитель. И я смогу стать таким же хорошим королем. - Я не уступлю тебе, - хмыкнул, поворачиваясь к парню. - Да? – улыбнулся он. Наконец, легкая, беззлобно насмешливая улыбка, мол, дорасти еще. И Сэм, может, до конца и не понял смысла того, что я сказал, но уже одними этими словами человека, который ни при каких обстоятельствах, чтобы у него ни случилось, никогда не сдастся и будет из последних сил, но стремиться к еще большему совершенству во всем, подстегнул мой азарт. - Еще бы. Прямо сейчас и начну. Я ничего не обязан. Никому. Я буду делать так, как считаю нужным. А пока думаю, что лучше будет оставаться только с собой. Захочу, буду с Сэмом, а захочу – с Кирой. Пока мне непонятны чувства напарника, я могу делать так, как думаю. И вообще пора заняться делом. *** Остаток дня мы посвятили тому, что Сэм набрал дюжину учителей для того, чтобы они «воскресили в памяти Вашего Величества утерянные воспоминания относительно истории нашего огромнейшего королевства». Чего только за день я не «вспомнил»: этикет, манеры, поведение, историю, экономику, кто где живет, кто кем является, у кого какое положение, историю семей основателей. Правда, когда я увидел карту этого самого королевства, охренел от размеров. Я думал, что королевство не такое уж и большое и удивлялся, зачем здесь столько правителей. Но теперь понял, что без них здесь никуда, и даже бы добавил, что их не хватает. Пиздец какая большая территория! Одна наша часть королевства как четыре Дизапиара, который тоже не маленьким оказался. Тот город был подарком кому-то, в честь чего-то. Подробностями меня не баловали по этому поводу, ссылаясь на то, что я могу расспросить об этом у Сэма. Спрошу, мне же интересно. Всего несколько часов, как я признал свое положение, как у меня уже появился плотно расписанный график лет на десять вперед. Когда же короли отдыхают и спят, мне интересно? Не выдержав того, что надо мной носились придворные, учителя, слуги и приближенные, напоминая рой надоедливых пчел (к тому же я сидел, а они «порхали» надо мной в течение нескольких часов), просто уронил голову на стол с сотнями бумаг, карт, книг, планшетников и еще кучи барахла. Именно так сейчас я видел все нужные королю вещи: барахло. - Вы его совсем замучили, - не потрудившись на то, чтобы постучаться, мягко улыбнулся вошедший Сэм. Наконец умиротворяющий голос. Я с благодарностью посмотрел на него. Когда парень вошел, гогот и жужжание тут же прекратились, и все, как по щелчку, приняли позы покорных и преданных слуг и поклонились Сэму, вытянувшись в струну и слегка наклонившись, приложили руку к сердцам. - Оставьте нас на десять минут. - Что еще запланировано? – обреченно спросил я, прекрасно понимая, на что подписался, и принимая подобный поворот. У Сэма стоит многому поучиться – он прекрасно со всем ладит, хотя наверняка загружен еще больше, чем я, но невозможно догадаться по его всегда спокойному выражению лица и словно просчитанным движениям. - Сегодня мы устраиваем бал. - Бал? - Да. Так как ты у себя дома, то мы должны провести бал по случаю возвращения короля. После у тебя будет коронация. Но это позже, не сегодня. У тебя в первое время совсем не будет сил, готовься к этому. Но я и мистер Эмануэль поначалу возьмем часть обязанностей на себя, чтобы ты не сломался под усталостью. - В тебе все, ну абсолютно все говорит о том, что ты король. Даже то, как говоришь, - с тоской заметил я. Сэм держал расстояние, сев в кресло, стоящее рядом с рабочим столом, у стены. Такое ощущение, будто он совсем не помнит то, что недавно произошло. А может, стоит сказать ему спасибо, не напрягает атмосферу. - Тебе не стоит сравнивать, - сделал он глоток чая – Я с детства приучен к этому. Хотя, ты, я думаю, необычный в этом плане. Тебя тоже с рождения учили вести себя, как подобает королю. Но, тем не менее, ты не особо пользовался правилами, всегда поступая по-своему. Я всегда восхищался твоей дерзостью, и тем, как ты удачно чередовал воспитание с натурой бунтовщика. Так что не волнуйся. Просто веди себя, как обычно, а остальное подскажет сердце. Оно у тебя – главная тропинка к пути совершенного мира. - Ты, правда, так думаешь? - Не сомневаюсь. Ты все еще помнишь о том, что Алекс собрался передать тебе главенство в Тенях? - Да, - вздохнул я. - Это я его попросил, - улыбнулся он удовлетворенно с таким видом, как будто спас меня от скуки и неминуемого бездельничества. Меня элементарно парализовало от этой новости. - Ты же несерьезно? - Еще как серьезно. Только теперь Тени станут твоими… что-то вроде приближенных. Они станут твоей небольшой армией лучших и личных защитников. - Это несправедливо. Я не хочу командовать своими друзьями. - Не волнуйся. Им все расскажут. Они поймут, с кем имеют дело. Тем более никто не заставляет тебя командовать ими. Они просто станут твоими помощниками. - А что же с моими навыками наемника? - Они тебе больше не понадобятся, - вот теперь выражение его лица приняло несколько напряженный вид. - Но Сэм! Я же только и жил тем, что… - Убивал? – догадываясь, вскинул брови, спрятав губы за чашкой из тонкого фарфора, изящно украшенного орнаментами. Такой конец заставил меня призадуматься над словами. - Сомневаюсь, что тебе нравилось отнимать жизни других. Ты больше созидатель, нежели разрушитель. И это слишком низкая планка для такого великого короля, как ты. - Великого? – с недоверчивой насмешкой спросил я. - Конечно. Ты стал первым в истории королем, настолько рано принявшим свои обязанности. И сколько ты успел сделать в своем возрасте. Ты умен не по годам. Жаль, что ты совсем не помнишь этого. - Я не могу вспомнить даже при большом желании. - Потому что умрешь. Я знаю, и надеюсь, что уберегу тебя от столь глупой кончины. Ты сопротивляешься потому, что жизнь наемника была для тебя единственной, без права выбора. И ты так привык к ней, что жизнь без этого уже не кажется такой, как раньше. Но страх сделать шаг вперед, оставив прошлое в прошлом – это неуместный страх, в особенности для тебя, человека, который даже не знал о том, что существуют фобии. - Давай сменим тему. - Тебя что-то тревожит? - Да. Я был в том городе – Дизапиаре. Чей он? Твои учителя так странно обходили его стороной, всего раз заикнувшись, и то мельком. - Хочешь узнать о нем? - Любопытно. - Это твой город. - Есть хоть что-то не мое? – нервно улыбаясь, спросил я. - Эту территорию нам с тобой подарили, когда мы объявили себя парой. Но я решил отдать ее тебе. Это был полностью твой мир, твой идеал. Я готовил его для тебя, создав управление, состоящее из четырех человек: Кайла, Фраи, Мэя и Шейла. Они следили за ним. - Он великолепен. - До этого ты там ни разу не был. Столько времени понадобилось, чтобы создать на пустыре этот эдем, как ты его называл в мыслях. Я возводил его в точности с твоими представлениями, которыми ты обменивался со мной ненароком иногда. - Ты молодец. И когда только все успеваешь? – улыбнулся я. Понятия не имею, как выразить ему свою благодарность. - Для любимого человека всегда найдешь время, что бы ни случилось. Думая о тебе, о том, что это все для тебя, я всегда находил время. - Когда ты говоришь так откровенно, мне становится не по себе. - Смущает? - Именно. - Прости. Пора готовиться к балу. Портные почти закончили твой новый гардероб. - Мой новый гардероб? - Да. Ты вырос с тех пор, как исчез из королевства. Не желаешь взглянуть на свою комнату? - Умираю от любопытства. - Пойдем. Моя комната, не смотря на долгое отсутствие хозяина, сверкала от чистоты. - Она огромная! - Да. Помню, раньше здесь почти всегда было темно. Ты очень любил находиться здесь в кромешной тьме. Думаю, так ты отдыхал и абстрагировался от стресса. - Я и сейчас так делаю, - надо же, привычки неизменны. - Тебе стоит снова сюда перебраться. - Она находится совершенно в другом крыле. - Да. Эта часть обустроена и создана только для семьи. У вас же тоже должно быть личное пространство. - Ты прав. - Но это никогда не мешало тебе останавливаться в соседней комнате, - выглянул из-за моей спины мой... кхм, папа. Подпрыгнув, я отскочил от него. - Не пугай… те так меня. - Не на «вы», а на «ты». Я же твой папочка. - Вы тоже остались таким, как и прежде, - отпустил вежливую улыбку Сэм. - Я так соскучился по своему вечно недовольному сыночку! – воскликнул он и стал трепать меня по голове. Сдержав шквал возмущений, я заскрипел зубами, попутно сжимая кулаки. Но… хоть я и злился, было приятно знать, что мои родители мало того, что живы, так еще в полном здравии и рядом со мной. К тому же и сестренка есть. Я сейчас самый счастливый человек, как ни посмотри. И моя мама – она идеал. У меня теперь даже может и не быть причины находиться рядом с ней. Она же моя мама. Когда угодно могу найти ее и посидеть, болтая о какой-нибудь чепухе. - Прекрати мучить сына, - послышался нежный голос Аннэт. Вспомнишь солнце, вот и лучик. Подойдя ко мне, она ласково погладила по голове, поправляя растрепавшиеся волосы. - А где Мэри? - Она спит. Мне же можно немножко отдохнуть? Я тоже скучала по тебе, - словно оправдалась она. - Конечно, - не сдержал порыва любви в голосе. - Сэм тоже член нашей семьи, поэтому не удивительно, что его покои в нашем крыле. - Да. Ты же наш самый лучший инициатор по части семейного очага, - хмыкнул отец. - Я не могла сделать ему комнату в том крыле! - Безусловно, не могла, - закатил Эмануэль глаза. - И я вам очень благодарен за ваше теплое отношение, - коснулся Сэм губами руки мамы. - Ты рад, что теперь будешь жить здесь? – с беспокойством спросила она меня. - Конечно. - Как будто мог быть другой ответ, - вставил слово отец. - Эмануэль, прекрати провоцировать Джея на новую ссору, - беззлобно попрекнула его девушка. - Как скажешь. Ладно, мы оставим вас, еще столько всего нужно переделать! Сэм, оставляем его на тебя. Сэм кивком головы предложил мне пройти в комнату, видимо заметив, что я не решаюсь зайти туда сам. - Здесь очень… мило, - заметил я, находя все больше неформальских вещей. Такое ощущение, что здесь жил бандюга-металлист с переходным возрастом. Но все же здесь было хорошо. Вернуться в свое любимое место, пусть я о нем и не помню, но чувства-то остались - это здорово. Правда. - Почти ничего не изменилось. Твои родители так и не смогли выкинуть твои вещи. - И не нужно. Пусть все так и останется. Мой прежний гардероб поразил меня не меньше. Шипы, цепи, кожаные вещи, тяжелые сапоги в стиле солдатских, кеды, шнуры, ремни, заклепки, узкачи. Боже, я в прошлом реально был бунтарем. Прямо и не верится, что это комната принца, а после и короля. Озвучил свои мысли Сэму. - Да, поверить сложно. Зато она ни на что не похожа. Одна-единственная во всем мире. - И как ты мог здесь находиться. - Меня это не особо волновало. Больше нравилось наличие тебя. Я смутился. - Я буду сдержаннее, - оступился парень. - Не стоит, - отрицательно помотал головой. Не хочу отнимать у него возможность хоть кому-то говорить о том, что так мучает и ранит. Вряд ли он ноет о боли на каждом шагу. *** - Да он прямо оторваться от него не может! – негодовал Мизуки, скрипя зубами и наблюдая за Юки и Мэем. Имел н ввиду конечно же Мэя, хотя тот сидел спокойно, только невинно разговаривая с близнецом, при этом мило улыбаясь. Пара сидела недалеко от них. Юки перевязывал ему крошечные ссадины, потому как Мизуки запретил пока заниматься привычным лечением. Медиум истратил много силы, да и Мизуки было не до того, чтобы заживлять раны, которые он приобретет впоследствии. - У тебя сейчас пар пойдет от злости, - хмыкнул Рик, разминая тому плечи. - Я не могу. Взорвусь сейчас! - Ревность? Как мило. Лучше бы меня так ревновал. Мизуки недовольно отмахнулся от него выражением лица. - Не говори глупостей. - Что, неприятно видеть и знать, что твой братишка любит кого-то кроме тебя? - Если скажу, что да, то это будет считаться слабостью? - Нет. - Болит? – обеспокоенно спросил Юки, перевязывая бинтом предплечье. - Нет. У тебя очень нежные ручки, - улыбнулся Мэй. - Может, все-таки обратимся к Джанет? - Это лишнее. Меня только немного помяли. Вот лучше скажи, что ты там делал, Юки? А, Юки? – не заметив реакции, парень взял подростка за руку, чтобы тот остановился. - У меня было видение, только ничего не спрашивай, - сразу предупредил медиум. - И что же из этого? В твоем чудном видении не было сказано, что там для тебя может быть опасно? - Я не думал об этом. Мэй, твоя жизнь была под большой угрозой. - А теперь послушай. Ты – медиум, и твоя жизнь намного важнее, чем моя. Юки мгновенно побледнел и, сжав губы в узкую полоску, резко встал. - Это ужасно – так думать. - Тогда чем ты лучше меня? – посмотрел на него снизу вверх парень. - Зачем ты говоришь такие жестокие слова? – спросил Юки. При этом у него было такое страдающее выражение лица, будто то, что сказал Мэй, по-настоящему сильно ранило его. Мэй выдержал паузу. Ему тоже было нелегко. - Потому что ты мне дорог. Но ты совсем не ценишь свою жизнь. - Но ведь это только из-за тебя. Я думал, ты поймешь. Я не хотел потерять тебя. - Ну так и у меня не было в планах терять тебя. - Так ничего не выйдет. - Просто делай так, как я прошу. И если я попросил тебя… - Это бессмысленно! – вспылил медиум – Как я могу сидеть тут, зная, что ты умрешь?! Из-за выплеснувшихся эмоций, подростку стало не по себе. Покачнувшись, он приложил ладонь к глазам, давая себе передышку. Резкие изменения в эмоциональном состоянии всегда давали подобный результат. Мизуки все время хотел вмешаться. Доведя Демона до крайней точки, он уже хотел бесцеремонно влезть, но тигр буквально за шкирку вытащил его из комнаты. Заметив, что подростку стало хуже, Мэй всполошился. - Сядь, - мягко настоял он, положив руки на плечи Юки. Подросток отметил, что парень не поддался на это жалкое действие, пусть и правдивое. Обычно брат сразу поднимал шум. - Наши отношения… Что с ними? – тихо спросил медиум – Они вообще есть? - Я не знаю, - признался тот. Юки взглянул на него с пониманием. - Наши отношения, почти невесомые, почти не ощутимые, но они предполагают постоянную борьбу, постоянные нервы, вечные споры, вечный риск потерять друг друга… Это того стоит? - Не могу сказать точно, но знаю наверняка, что не хотел бы потерять тебя. - Поцелуй меня, - попросил Юки. Видя, что Мэй сомневается, он повторил: - Мэй, поцелуй меня. Пожалуйста. Сев перед подростком на корточки, парень нежно провел по его щеке ладонью, посмотрел на молочную кожу, мягкую на ощупь, и просто продолжительно коснулся своими губами его. Это все равно, что любить ребенка – нельзя, но ведь это не отрицает наличия чувства. *** - Солнышко, зайди ко мне, как закончишь. Я понимаю, ты занят, король и все такое, но твоя реабилитация еще не прошла. Я бы хотела посмотреть на твои глазки, - заглянула в комнату Джанет. - Стучать тебя не учили? – шутя, спросил Сэм, помогая мне с костюмом. - Врачебная привычка, - пожала та плечами – В общем, ты меня услышал. Я жду тебя, - собираясь снова закрыть за собой дверь, остановилась – о, да, и еще. Тебе очень идет. - Спасибо, - слегка стушевался я. Длинные сапоги с небольшой платформой, свободные штаны, заправленные в них, белоснежная рубашка, черная бабочка, поверх черный приталенный пиджак с золотыми запонками и пуговицами. От нагрудного кармана до одной из пуговиц прикрепили золотую цепочку. - Это выделяет тебя, как короля, - пояснил Сэм, закрепляя мне в нагрудной кармашек раскрывшийся бутон благоухающей белоснежной розы с пурпурно-алыми оборками. Теперь казалось, что цепь заменяла ствол цветка. Выглядело красиво, аккуратно. - Швеи хорошо потрудились. - Еще бы, - хмыкнул он – Ты прекрасно выглядишь. - Мне стоит благодарить, или и так все понятно? – спросил я, застегивая запонку. Сэм слегка замешкался. - Не ожидал, - усмехнулся он. - Я пойду к Джанет. Он ждал. Думал, что поцелую его. «Не в этот раз», - самодовольно дернул уголком губ, смотря на его потускневшее от сумерек отражение в зеркале. *** - Регенерация проходит на удивление быстро, - светя мне фонариком в глаза, невнятно пробормотала врач. - Я могу идти? – спросил я. - Тебя что-то мучает? - Да. Проблема о вечной жизни сильно волнует, и по ночам не дает уснуть возможность завоевания Земли инопланетянами. - Я про твое физическое состояние, остряк, - покачала она головой. - Голова болит. - Это, скорее всего, от операции. Но на всякий случай давай проверим. Ложись. Я послушно лег на кушетку. После долгого осмотра она, наконец, выдала: - Это не от операции. Скажи, тебе кошмары не снились в последнее время? - А кошмары какого плана? Потому что Кира для меня – тоже кошмар еще тот. Она щелкнула мне по носу. - Давай серьезнее. - Вроде бы нет. - А усталости по утрам не чувствуешь? Может, небольшая потеря памяти? - Бывает, что забываю что-то. И да, утомленность все время. Как будто по ночам не сплю. - А это, случаем, не после того началось, когда тебе все рассказали? - Пожалуй. - Нико, я думаю, что это связано с тем, что ты пытаешься вспомнить. - Нет. - Не осознанно. Твой мозг пытается вернуться назад. Ничего страшного, но скажи, если головная боль станет хуже. А пока выпей обезболивающее. - Как скажешь, главное, что это не иголки, - выпил несколько таблеток. - Что-то ты не так уж и барахтался, когда Кира делал тебе укол. Вспомнив, каким образом он мне укол делал, я подавился. - Ну-ну. Все не так плохо. Плохо, когда ты двум влюбленным в тебя парням головы морочишь. - Двум? Ты считать разучилась? - А что, есть еще кто-то? - Нет. Если кто в меня и влюблен, то только Сэм. Кира уж точно не по эту сторону баррикады, - скептически посмотрел на Джанет. - Ты глупый и наивный мальчишка. С чего ты взял, что он к тебе безразличен? - А с чего ты взяла, что он меня любит? - Он нервничает. - Да уж, аргумент. А его словам я не особо не верю. - Он никогда так сильно не нервничал из-за того, что его очередная куколка не проявляет к нему интереса. - Приведи мне факты, и я поверю. - Просто интуиция. - И как ее проверить, не подскажешь? - Скажи ему, что любишь. Если у Киры случиться инсульт или любое другое проявление нерв, то я права. - С чего это? - А с того, что он всегда был ко всем безразличен. А я скажу, что ты умираешь. - Сдурела?! - Должно помочь. - Может, лучше тогда мышьяк? Он точно поможет. - Тебе? - Тебе, - фыркнул я. - Очень смешно. - Отравишь меня, и он точно забеспокоится. Вот увидишь. - Ты серьезно? - Ты совсем глупая? Я не настолько дурак, чтобы такие идеи подкидывать. - Я заметила. Он будет за тобой хвостом ходить, если узнает, что ты скоро умрешь. - Ага, а еще он душу продаст за мое спасение. И я точно уверен, что где-то у него в шкафу есть алтарь, посвященный мне. Ну, знаешь, с сотнями фоток, где я в душе и все такое. - Ты сегодня в настроении. - Еще в каком… - Давай попробуем? - И как ты себе это представляешь? «Кира, на днях я умру, но я тут понял, что люблю тебя. Подержи меня за ручку до последней минуты моей жизни»? - Примерно так. - Давай без попыток умертвить меня, ладно? Обойдемся признанием. Я выиграю. - Договорились. Поделиться…