Забвение

Регина молча наблюдала, как незнакомка небрежно проводит ладонью по гладкой деревянной столешнице, оставляя на ней морозные узоры, затем садится на стул и закидывает ногу на ногу, во всю ширину распахивая разрез на платье. Она намеренно вела себя по-хозяйски расслабленно и не сводила с Регины внимательного взгляда, ожидая её реакции. - Зачем ты здесь? – не выдержала Миллс, - Чего ты хочешь от Сторибрука? - От Сторибрука? – переспросила женщина и пожала плечами, - Ничего. Сказать по правде, мне плевать на этот свихнувшийся городок. Отвратное место, я бы и минуты здесь не задержалась, если бы не крайняя необходимость. - Какая необходимость? Что тебе здесь нужно? – произнесла Регина, изо всех сил стараясь не среагировать на оскорбления в адрес города. - Ты, - произнесла Эльза и замолчала, наслаждаясь произведенным эффектом, - Мне нужна ты. - Зачем? – тупо спросила Регина, чувствуя себя полной идиоткой. - Мы можем помочь друг другу, - объяснила женщина с легкой улыбкой. - Ты считаешь, мне нужна твоя помощь? – холодно спросила брюнетка, приподнимая бровь – эта ледяная красотка еще не знает, с кем связалась. - О, конечно, нужна, - Эльза изящно поднялась со стула и с сочувствием, от которого за три километра несло фальшью, дотронулась до щеки женщины тонкими холодными пальцами, - Но сначала ты поможешь мне. Поможешь Эренделлу. - Эренделлу? – нахмурившись, переспросила Регина – название показалось ей смутно знакомым, и отошла на шаг назад – терпеть исходящий от женщины холод оказалось просто невыносимо. - Это мое королевство, - объяснила женщина, - Эренделл находится под властью проклятья: уже много лет он закован в вечные льды. Эта магия настолько сильна, что её нельзя уничтожить. К счастью, выход есть всегда. Я поняла, что если действие проклятья нельзя прекратить, то можно его… - Перенаправить, - закончила за неё Миллс. - Именно, - с блеском в глазах подтвердила Эльза, - Гениально, правда? Я открыла портал и сквозь него направила магию проклятья в Сторибрук. - Поэтому я и не могла обнаружить его эпицентр, - кивнула Регина, вспоминая свою последнюю догадку, - В этом мире проклятья просто не существовало. Магия попадала сюда сквозь Колодец Желаний и проникала в самое сердце города, оставаясь незамеченной. - Я знала, что рано или поздно ты догадаешься, - с гордостью произнесла женщина, будто сообразительность Регины действительно порадовала её, - А пока ты искала ответ, проклятие медленно, но верно набирало силу. Чем холоднее становится в Сторибруке, тем быстрее возрождается Эренделл. - А как же люди? – вырвалось у Регины, - Сторибрук замерзнет, и погибнут сотни людей. Невинных людей. - Сопутствующий ущерб, - небрежно повела плечиком блондинка, и легкость, с которой она отзывалась о гибели целого города, ужаснула Миллс, - Неужели тебя заботила судьба жителей Зачарованного Леса, когда ты наложила на них проклятье, чтобы наказать Белоснежку? - Я…. – растерянно начала женщина и поняла, что ей нечего сказать в свое оправдание. - Для великой цели всегда приходится чем-то жертвовать, - легко улыбнулась Эльза, - Уж мы с тобой знаем это лучше, чем кто-либо другой. - Ты хорошо изучила мою биографию, - заметила Регина, нахмурившись. - О, ты даже не представляешь, насколько, - хитро прищурилась женщина, - Но сейчас прошлое волнует меня гораздо меньше, чем будущее. Твоя задача – очистить мое королевство от проклятья, направив магию в Сторибрук, а потом навсегда запечатать проход между двумя мирами. Только ты способна сделать это. Ты должна помочь мне изменить будущее Эренделла. Взамен я помогу тебе наладить твое собственное. - Каким образом? – насмешливо спросила женщина, скрестив руки на груди. Планы женщины оказались настолько нелепыми, что Миллс казалось, будто она разговаривает с душевнобольным. - Я могу забрать тебя отсюда. Ты сможешь забыть всё и начать в Эренделле абсолютно новую жизнь. С чистого листа, - Эльза смотрела так воодушевленно, будто от этих слов Регина должна была заплакать от счастья и броситься ей на шею. - С чего ты взяла, что я захочу отправиться в этот Эренделл? – усмехнулась Регина – ситуация постепенно начинала её забавлять. - Потому что мы с тобой похожи, - мягко ответила женщина. - Чем же? – сарказма в голосе Миллс с каждой репликой становилось все больше. - Нас обеих считают монстрами, - жестко, с едва скрываемой злостью, произнесла Эльза, - Когда мои подданные узнали, что я обладаю магической силой, они отвернулись от меня. Они даже не предприняли попытки меня понять. Решили, что я злодейка. Бездушное чудовище, которое желает их смерти. Чудовище, которое лучше всего держать за решеткой. - Мы с тобой абсолютно разные, - упрямо произнесла Регина, стараясь не думать о том, насколько ей знакомо все, о чем говорит Эльза. - Ты ошибаешься. Наши истории очень похожи, - видя, что Миллс снова собирается возразить, женщина быстро произнесла, - Я потеряла одного очень близкого мне человека. Мою сестру Анну. Она упала с лошади и разбилась, - голос блондинки дрогнул, и она опустила голову, пряча взгляд, - Несчастный случай. Анна была единственным лучиком света в окружающем меня мраке. Когда её не стало, тьма захватила моё сердце и душу. Я была вне себя от горя, мне хотелось, чтобы кто-то понес наказание за то, что случилось с ней. И тогда… Я потеряла контроль над собой и наложила на свое королевство темное проклятие. Все мои земли на многие километры вокруг оказались покрыты льдом, - Эльза ненадолго замолчала, а потом усмехнулась, поднимая взгляд на Регину, - Ничего не напоминает? Миллс испуганно смотрела на блондинку, не в силах произнести ни слова. Она чувствовала, как земля уходит у неё из-под ног, а перед глазами все начинает расплываться. Испугавшись, что может потерять сознание, женщина вцепилась в спинку стоящего рядом стула. - Я была молода, одинока и напугана, - продолжила Эльза, - У меня ни осталось никого, кто мог бы обо мне позаботиться. Я была одна, а вокруг – только снег и лед. Я была королевой пустоты, - Регина вздрогнула – именно так она себя называла, когда была замужем за Леопольдом, - И тогда появился он. Тот, кто научил меня всему, что я знаю о магии. Румпельштильцхен. - Ты была ученицей Румпеля? – спросила женщина, с трудом сглатывая комок в горле. - О, да, - подтвердила Эльза, - Темный рассказал мне о магии всё, что знал сам. Он был восхищен моими способностями и невероятной магической силой. После пары месяцев обучения я разбиралась в зельях и заклинаниях не хуже, чем он. Но меня это все не интересовало. Я ждала, когда он научит меня главному. - Чему? – жадно спросила Регина, и ей казалось, что она уже знает ответ. - Воскрешать мертвых, - глухо произнесла блондинка, - Я хотела, чтобы Анна вернулась ко мне. Только ради этого я жила. Только ради этого училась магии. - И что произошло? – медленно произнесла женщина, и собственный голос показался ей каким-то чужим. - Он накричал на меня. Сказал, чтобы я и думать забыла об этих глупостях. Я разозлилась. Набросилась на него, попыталась заколдовать, - Эльза ненадолго замолкла, с головой погружаясь в свои воспоминания, - Тёмный оказался сильнее: он заточил меня в кувшин, обрекая на вечные страдания. Но теперь я на свободе. Я готова отомстить. - Может, наши истории и похожи, - признала Регина и сжала руки в кулаки, стараясь не терять самообладания, - Но мы с тобой абсолютно разные. Я больше не хочу мстить. Я изменилась. - Конечно, - подтвердила Эльза, подходя ближе, - Ты изменилась. Только они все такие же. Видят в тебе только бессердечного монстра. Они притворяются твоими друзьями, чтобы держаться ближе. Хотят прикормить дикого зверя, посадить его в клетку, а потом показывать публике. Посмотрите-ка, вот она! Злая Королева! Сломленная, прирученная, подчинившаяся нашей воле. Злодейка, которую мы заставили встать на путь исправления. Не бойтесь подходить ближе, дорогие зрители, прутья очень прочные, - насмешливо произнесла блондинка, размахивая руками на манер уличного зазывалы, - Они воспользовались тем, что ты потеряла память, и внушили, что ты изменилась. Превратилась из дикого волка в преданную собачонку, которая виляет хвостом в ожидании подачки. Они лгут тебе. Рассказывают только то, что им выгодно, а об остальном – ни слова. Потому что больше всего на свете они боятся возвращения Злой Королевы. Боятся увидеть тебя настоящую. Они боятся, что дикий зверь вырвется из клетки. - О чем ты говоришь? – спросила Регина, не понимая, к чему клонит женщина. - Знаешь, как я оказалась в этом мире? Меня притащила за собой из прошлого дочурка Белоснежки. И не меня одну. - Из прошлого? – переспросила Миллс, нахмурив брови. - Кажется, тебе забыли рассказать эту милую историю? – с фальшивым сочувствием произнесла Эльза, - В тот вечер, когда ты попала в аварию, кое-что произошло. Дочь Белоснежки провалилась во временной портал и едва не застряла в прошлом. Но ей удалось вернуться назад. И вернулась она не одна. Она захватила с собой меня и одну небезызвестную тебе особу. Мэрион, - увидев непонимание в глазах Миллс, женщина пояснила, - Жену Робина Гуда. - Нет, - потрясенно выдохнула Регина. - Она вытащила эту крестьянку из темницы. Из твоей темницы, - резко произнесла Эльза, - И Робин узнал, что именно ты больше тридцати лет назад лишила его жены, а его сына – матери. - Этого не может быть, - растерянно качнула головой Регина, чувствуя, как к глазам подступают слезы. - Эта глупая девчонка, которая прикрывается титулом Спасительницы, все разрушила, - выкрикнула блондинка, - Вы с Робином могли быть счастливы. А теперь его Мэрион, его любимая жена, мать его сына, воскресла из мертвых. И он выберет её, что бы ни случилось. - Ты лжешь! – твердо произнесла Миллс, - Робин был со мной все это время. - Должно быть, он просто не знал, как сказать об этом. Ждал, пока ты восстановишься после аварии. Но рано или поздно он все равно вернулся бы к Мэрион. А как иначе объяснить то, что он не рассказал тебе о жене, которая дожидается его в лагере? Он давно уже мог бы с тобой объясниться. Но он молчал. Как только ты отворачивалась, он бежал в лес, чтобы проведать её. Вспомни его частые ночные отлучки. Бегающие глаза, нежелание говорить о лесном лагере и своих товарищах… - Замолчи, - помотала головой женщина, - Я не желаю тебя больше слушать. Я не верю ни единому твоему слову! - Если не веришь словам, то может быть это тебя убедит, - Эльза взмахнула рукой, и на стене материализовалось ледяное зеркало, на котором тут же вспыхнула картинка. Они с Робином идут в закусочную, держа за руки довольного Роланда. Счастливая семья, которой у неё никогда не было. Как оказалось - была, просто она забыла об этом. Женщина широко улыбается – искренно, как никогда – и не отводит сияющих глаз от идущего рядом разбойника. Роланд забегает внутрь, а Робин останавливается, нежно обхватывает её руками за талию и целует. Регина забыла, как дышать. Она смотрела, как её точная копия – счастливая и беззаботная – смеется, запрокидывая голову назад, мягко проводит ладонью по щеке Робина и тянет его за руку, заставляя вслед за ней исчезнуть в дверном проеме. Миллс тяжело сглотнула. Она отчаянно завидовала этой незнакомой женщине, которая легко дарила свою любовь и так же легко принимала чужую. Регина задумалась о том, сможет ли она когда-нибудь стать такой. Или она была такой? Может, она и сейчас такая? Её мысли прервали слова Эммы: «Я хочу тебя кое с кем познакомить». Регина в зеркале улыбается испуганной женщине в потрепанной крестьянской одежде, но тут Робин за её спиной вскакивает из-за стола и выходит вперед, недоверчиво спрашивая: «Мэрион?». И когда Локсли бросается к своей чудом воскресшей жене, Регина видит, как темнеют глаза её зеркальной копии и буквально физически ощущает, как её сердце даже не разбивается на осколки, а буквально рассыпается в прах. Короткое слово «мама» из уст Роланда, будто взрывная волна, настигает стоящую в двух шагах женщину, заставляя покачнуться. Регина смотрит туда же, куда впивается взглядом её двойник – на Робина, обнимающего Мэрион и Роланда. Эта картина рвет её душу на части, но - как в прошлом, так и в настоящем – она не может отвести от неё взгляд. Миллс едва слышит доносящиеся из зеркала сбивчивые извинения Свон и силой заставляет себя зажмуриться, чтобы прекратить эту пытку. Звук дверного колокольчика заставляет её распахнуть глаза. Регина видит, как Робин выходит из закусочной вслед за ней и знакомит её с Мэрион. Он растерян, напуган и постоянно переводит взгляд с одной женщины на другую, разрываясь на части. Её копия в зеркале молча наблюдает, как Мэрион кричит что-то, истерично размахивая руками. До её сознания доносятся обрывки фраз: «она же Злая Королева», «после всего, что…», «как вы можете с ней разговаривать», «она – монстр». Последнее слово врывается в её сознание, стучит в голове набатом и затмевает все остальные мысли. Монстр. Монстр. «Она – монстр» - захлебываясь в собственной ярости, визжит крестьянка. Миллс чувствует, как её рука против воли сжимается, формируя в кулаке огненный шар и с удивлением обнаруживает, что Регина в зеркале реагирует так же. С замиранием сердца она следит, как рука её зеркальной копии поднимается, готовясь стереть паршивку с лица земли. Но тут же ярость в её глазах потухает, плечи безвольно опускаются, а рука расслабляется, так и не выпустив магию на волю. Женщина отворачивается, пряча взгляд, и убегает в темноту ночи. Мэрион, подхватив Роланда на руки, уходит в противоположную сторону. Регина застывает, наблюдая за реакцией Робина. Её сердце бешено стучит в груди, а секунды тянутся невыносимо медленно. Вот. Сейчас. Сейчас он побежит за ней, попытается вернуть… Сейчас. Давай. Но Робин, сгорбившись от повисшего на его плечах тяжкого груза, уходит вслед за Мэрион. Регина в изнеможении закрывает глаза. Вот и всё. Она уже знает, что случится дальше. Её копия сядет в автомобиль и на бешеной скорости помчится прочь от места, где было разрушено её счастье. И попадет в аварию, забыв долгих четыре года своей жизни. Перестанет быть просто копией и превратится в Регину Миллс. Ту, которую она помнит. Ту, которая проснулась в больничной палате несколько дней назад. И всё пойдет кувырком. Регина вспомнила свою счастливую улыбку и долгий поцелуй перед входом в закусочную. Всё это уже не вернуть. - Видишь? – мягко взяла её за руку Эльза, пронзая ладонь женщины холодом, - Они все лгали тебе. Знали о том, что случилось, и молчали. Заставили поверить в несуществующее прошлое. - Нет, я… - из последних сил сопротивлялась поднимающейся внутри тьме Регина. - Я хочу открыть тебе глаза на этих лжецов, – произнесла блондинка, и в этот раз сочувствие в её голосе было куда более убедительным, - Я могу многое тебе рассказать о них. И показать. От взмаха её руки зеркало вновь засветилось. Беснующийся народ выкрикивает проклятия, а Снежка выходит вперед, окинув мачеху тяжелым взглядом, и обращается к жителям: «Давайте поступим разумно. Посадим её под замок». Регина вздрагивает, вспоминая слова Эльзы о запертом в клетке звере. Дэвид захлопывает дверь камеры, а женщина за решеткой не отводит взгляд от уходящего сына, который прижимается к Эмме и даже не смотрит в сторону приемной матери. Белоснежка падает в портал вслед за дочерью, и Дэвид, потеряв контроль над собой, кричит Королеве в лицо: «Надо было тебя прикончить». Генри отстраняется как можно дальше от неё и глухо произносит: «Я не хочу быть таким, как ты». Она уничтожает ловушку в Колодце Желаний и, обессилев, падает на колени, а Генри бросается на шею появившимся из портала Эмме и Снежке, не обращая внимания на лежащую на земле мать. «Арчи убит?» - удивленно произносит она, и Дэвид усмехается: «Хватит, Регина. Руби видела, как ты входила вчера вечером к нему в офис. Ты неисправима, сколько ни давай тебе шансов». «Я все видела. Видела, как ты задушила Арчи», - кричит Эмма, стоя на крыльце особняка: «Генри так в тебя верил». «Я должна его увидеть. Рассказать, как все было на самом деле. Он - мой сын!» - она бежит за блондинкой, которая резко останавливается и выкрикивает: «Не твой, а мой! А теперь даже близко не смей к нему подходить! Строй из себя кого хочешь, но ты та, кем была и кем навсегда останешься. Ты - Злая Королева». «Я хотела увидеть Генри», - растерянно произносит она, стоя на пороге квартиры Белоснежки, которая медленно отвечает: «Они с Эммой уехали в Нью-Йорк. Не думаю, что она должна была спрашивать у тебя разрешения». «Если мы вернемся в Зачарованный Лес, то как быть с Региной?» - спрашивает Снежка у Дэвида, не замечая, что Королева наблюдает за ними: «Поставим её перед выбором. Либо темница Румпельштильцхена до конца дней, либо она остается в Сторибруке». «Мы не знаем, кто наложил проклятие», - произносит Эмма, и Лерой вскакивает с места: «А я знаю! Кто уже стирал нам память? Кто уже накладывал темное проклятье? Злая Королева!». Полные ненависти и злобы взгляды жителей обращаются на неё. «Если бы я наложила проклятье, то уже вернула бы единственное, что мне дорого. Моего сына», - вскидывая руки в защитном жесте, произносит женщина. «А теперь ты и на пушечный выстрел к нему не подойдешь, пока я не узнаю правду», - жестко отвечает Эмма, не сводя с Регины пристального взгляда. Картинки начали меняться с ужасающей быстротой, и Миллс изумленно наблюдала, как раз за разом её прогоняют, отталкивают, предают, а она снова идет навстречу в тщетной попытке доказать, что изменилась. Когда в зеркале появился Робин, женщина замерла. «Отдай мне сердце», - шипит Румпельштильцхен, и Локсли бросается к тайнику, доставая черный пульсирующий комочек. Не медля ни секунды, Робин протягивает его Темному, с легкостью расставаясь с сердцем Злой Королевы, которая вложила свою жизнь в руки вора и разбойника, наплевав на все правила и условности. Голд ухмыляется и исчезает в клубах фиолетового дыма. - Откуда у тебя все это? – произнесла Регина, изо всех сил стараясь не думать об увиденном. - Румпельштильцхен обучил меня одному трюку, - ответила Эльза, подходя ближе к зеркалу, чтобы получше рассмотреть лицо Гуда, в одиночестве стоящего в лесной чаще, - Ты знала, что если проникнуть в сны человека и получше покопаться в его сознании, то можно украсть воспоминания? Любые. Хоть всю жизнь: от первого вздоха до последнего. Особенно хорошо это удается, если воспоминания вызывают у человека яркие эмоции. - Так вот что произошло с Роландом! – яростно взглянула на блондинку женщина, - Ты копалась в его воспоминаниях! - С детьми всегда сложнее, - пожала плечиком Эльза, - Они более восприимчивы к проникновению в сознание. Остальные даже не почувствовали моего присутствия, - усмехнулась она, вновь усаживаясь на стул. - Не смей больше этого делать! – двинулась на неё Регина. - Не буду, - легко пообещала женщина, - Я уже узнала о тебе все, что было необходимо. Даже больше, - Эльза закинула ногу на ногу и начала покачивать ею вверх-вниз, что безумно раздражало Миллс. - А я увидела все, что было необходимо. И больше не собираюсь это терпеть, - Регина кинулась к выходу из комнаты, но вспомнила, что его больше нет, - Выпусти меня отсюда! Немедленно! - Неужели тебе не хочется знать правду? – прищурилась женщина. - Нет! – отрезала Миллс, проводя руками по шершавым обоям на стене в попытке отыскать затерявшуюся дверь. - Даже о том, кто убил твою мать? – закинула удочку Эльза, и спина Регины вмиг окаменела. - Что ты сказала? – хрипло переспросила она, медленно оборачиваясь. - Ты хочешь знать, кто убил Кору или нет? – послушно повторила блондинка. - Мою мать убил Крюк, - надломленным голосом произнесла Регина, - Ещё в Зачарованном Лесу. - Это не так, - мягко поправила её женщина, - Кора выжила и нашла способ попасть в Сторибрук. Она хотела помириться с тобой, она хотела помочь. Но вам помешали. - Кто? – сорвалось с языка Миллс против её воли. - Хочешь это увидеть? – спросила Эльза, поднимаясь на ноги. - Да, - громко ответила Регина, пытаясь заглушить голос разума. Блондинка провела ладонью по зеркальной поверхности, и на ней тут же появилась рябь. «Возьми свечу, прокляни сердце Коры и верни его обратно в её тело. Она умрет, а я буду жить», - шептал Румпель, глядя на Снежку, которая держала черно-белую свечу с таким отвращением, будто сжимала в руках дохлую крысу. Картинка быстро сменилась. Принцесса наклонила свечу над алым сердцем и медленно выдохнула одно-единственное слово: «Ко…ра». «Твоя мать не любит тебя, потому что у неё нет сердца», - произносит Снежка, они обе стоят в полумраке склепа, - «Ты можешь вернуть его Коре, и все изменится. У тебя будет семья, которой Генри мог бы гордиться. Или она получит власть Темного. Выбирай». Девушка протягивает ей сундучок с сердцем матери, а в следующую секунду зеркало показывает, как она возвращает его в тело Коры. По лицу Регины прошла судорога, а внутри будто что-то оборвалось. Она убила свою мать. Снова. Кора улыбнулась так широко, как никогда прежде, но в следующую секунду её лицо сморщилось, и женщина осела на пол. Сжимая в объятиях умирающую мать, захлебываясь слезами, та Регина, которую она совсем не помнит, кричала на Голда: «Это все ты! Это все твоя магия!». «Ошибаешься», - мягко произносит Румпель, наблюдая, как в комнату вбегает испуганная до полусмерти Снежка. «Регина! Стой!» - кричит она, но уже поздно. Слишком поздно. «Ты», - с ненавистью произносит сидящая на полу женщина: «Это все ты». Зеркальная поверхность темнеет, а Регине кажется, что померк весь её мир. Не в силах держаться на ногах, она опускается на диван и пытается отдышаться. Всё, чем она дорожила, обратилось в прах, и больше всего Регине хотелось закричать от боли и отчаяния, но даже на это не хватало сил. - Видишь? – садясь рядом с ней, произнесла Эльза, - Эти люди – не те, за кого они себя выдают. Они лгали тебе. Каждую секунду лгали. Они заслуживают наказания. - Откуда мне знать, что эти видения настоящие? – уцепилась за последнюю соломинку Регина. - Если не веришь мне, можешь спросить у своих так называемых друзей, - блондинка провела по воздуху рукой, и в сплошной стене вновь появился дверной проем, - Я не стану тебя удерживать. Спроси у них. Уверена, у вас будет, о чем поговорить. - Зачем тебе все это? – поднимая взгляд на сидящую рядом женщину, спросила Миллс. - Я уже говорила. Мы можем помочь друг другу, - ответила Эльза, легко сжимая её руку, - Ты поможешь мне снять проклятие с моего королевства, а я подарю тебе новую жизнь. И возможность поквитаться со своими врагами, - добавила женщина, её голубые глаза были бесчувственны и казались почти ледяными. - Я… - начала Регина, но блондинка прервала её. - Ты знаешь, где меня найти, - произнесла она, - Я буду ждать тебя. Сказав это, Эльза растворилась в голубоватом тумане, от которого повеяло холодком. Регина же осталась сидеть, будто потерявшись во времени и пространстве. За последние несколько дней её жизнь несколько раз переворачивалась с ног на голову и наоборот, но никогда еще не было так больно. И так унизительно. Она доверилась им. Забыла о мести, о ненависти, о предательствах. Забыла о прошлом. А они воспользовались этим. Регина вспомнила заразительный смех сына, мягкую улыбку Эммы, крепкие объятия Снежки, жаркие поцелуи Робина… Неужели они все лгали? В это невозможно было поверить. Она должна убедиться. Должна посмотреть им в глаза. Женщина решительно встала и направилась к выходу. Проходя по темному коридору, Регина изо всех сил боролась с желанием убежать и спрятаться так, чтобы никто её не нашел. Или зайти в кухню с широкой улыбкой, забыв обо всем, что только что произошло. Но она знала, что не сможет. Ни убежать, ни забыть. Поэтому шла вперед. Миллс спустилась по лестнице и услышала доносящиеся из кухни веселые голоса. Она медленно шла к заветной двери, и эхо разносило негромкий стук её каблуков по пустой комнате, превращая его в чудовищный грохот. Регина будто шла к эшафоту, и несколько метров между лестницей и дверью в кухню казались ей бесконечными. Она зайдет, и пути назад уже не будет. Билет в один конец. Дальше – только пустота. Регина будто со стороны смотрела, как распахивается дверь, и все взгляды обращаются на вошедшую в кухню женщину. К глазам подступили непрошеные слезы, но она не позволила им пролиться. Никто не должен видеть её слабость. Её губы сжались в тонкую линию, а лицо побледнело и превратилось в бесстрастную маску. - Регина? – осторожно окликнул Робин, испуганно глядя на неё. Он видел разные ипостаси этой женщины, срывал с неё множество масок, открывал все новые и новые грани её характера. Но такой он не видел её никогда. - Не подходи ко мне, - не разжимая зубы, процедила Миллс. - Регина, что произошло? – зашла в кухню Свон, которая все еще радостно улыбалась, не понимая, почему все так напряжены. - Ничего, - выдавила из себя Регина, уже жалея, что пришла сюда. - Мам? – позвал её Генри, но в этот раз даже он не смог пробиться сквозь окружающую её тьму. - Регина! – произнес человек, видеть которого сейчас хотелось меньше всего на свете, - Ты не хочешь поговорить? - О чём? – с болью произнесла женщина, - О том, как ты убила мою мать? В комнате раздалось несколько испуганных вздохов и нецензурный комментарий – конечно, от Свон, с лица которой моментально исчезла улыбка. - Регина, я… - начала Снежка. - Ты. Сделала. Это? – медленно проговорила Регина, по крупицам выдавливая из себя вопрос. - Я… - Да или нет? – крикнула женщина, делая шаг вперед. - Да, - признала принцесса, - Но всё не так просто. Послушай… - Не желаю. Не желаю ничего слушать, - отрезала Миллс, - Наслушалась уже. Долго вы собирались вешать мне лапшу на уши? Год? Два? Лепетать про светлую магию, любовь, геройство и прочую чушь? - Регина, мы хотели как лучше, - виновато произнес Робин, пытаясь взять её за руку. - Лучше? – саркастично переспросила Регина, отдергивая ладонь, - Лучше было бы, если бы ты остался в лесу со своей обожаемой женушкой! Зачем ты вообще пришел ко мне? Надоело спать на лапнике, захотелось в мягкую кроватку? - Регина! – одернула её Эмма, увидев, что Локсли яростно сжимает руки в кулаки. - Посмотрите-ка, кто здесь у нас! – с фальшивой радостью произнесла Миллс, - Дитя Истинной Любви! Спасительница! Которая, спасая одну жизнь, ловким движением руки превращает в пыль десятки других! А все эти громкие слова: про дружбу, про доверие, про то, что Генри - наш общий сын! Ложь! Ложь! Сплошная ложь! Ты с самого начала хотела забрать у меня Генри, и не остановилась, пока не получила то, что хотела! Ты – точная копия своей матери! – зло выплюнула женщина, - Вы отняли у меня все, что было мне дорого! Двух самых дорогих мне людей! Вы разрушили мою жизнь! И вы заплатите за это! - Регина! – крикнули одновременно Снежка и Робин, но она не обратила на это ни малейшего внимания. - Вы лгали мне! Каждую минуту, каждую секунду лгали! Всё это, все эти дни – только фальшь и обман! Каждый шаг был просчитан, каждая мелочь – продумана. Вы окружили меня ложью! Вы хотели приручить Злую Королеву! Посадить на цепь и держать рядом, будто комнатную зверушку! Вы хотели сломить меня! Не выйдет! – Регина тяжело дышала, оглядывая мертвенно-бледные лица столпившихся вокруг неё людей. Она чувствовала, как тьма поднимается в ней и заражает её кровь, будто смертельная инфекция. Но ей больше не было страшно. Потому что она не одна. Где-то внутри неё зарождалась злость, её верная попутчица, её лучшая подруга. Теперь она неуязвима. - Регина, всё не так, - возразила Эмма, но женщина даже не взглянула в её сторону. - Я этого не заслужила, - тихо произнесла она, и продолжила уже громче, - Я слишком много потеряла в этой жизни, я слишком много страдала. Хватит! Я не позволю вам снова встать у меня на пути! Никогда! - Регина, - произнес Робин, и женщина поморщилась – её уже начинало тошнить от звука собственного имени. - Вы молчали. Затаились, как крысы, и ждали, пока буря закончится. Вы до смерти боялись, что Злая Королева вернется. Вам даже в голову не пришло, что я уже не тот человек! У вас даже и в мыслях не возникло, что я могу измениться! Для вас я навсегда останусь монстром! В таком случае, пора сбросить маски и признать очевидное. Да! Я – Злая Королева! Я убивала людей, вырывала им сердца, мучила, сжигала целыми деревнями! Я прокляла целый мир, обрекая сотни людей на страдания. И знаете что? Мне не жаль! Нисколько! Сейчас я жалею только о том, что не убила вас всех еще тридцать лет назад, когда у меня была такая возможность. К счастью, судьба подарила мне еще один шанс. И уж его я не упущу! - Мам, что ты такое говоришь? – потрясенно спросил Генри, и взгляд Регины на мгновение смягчился. - Прости, Генри! Я подвела тебя. Ты верил, что в моем сердце осталось место для света. Но ты был неправ. Меня уже не спасти, - она сгорбилась и будто стала меньше ростом, но в её глазах все так же полыхал огонь. - Еще не поздно все исправить, Регина! – умоляла Снежка, - Начать все заново! Но если ты уничтожишь Сторибрук, то перейдешь границу. Навсегда окажешься во власти тьмы. - О, дорогая, я перешла столько границ в своей жизни, что потеряла им счет, - откликнулась женщина, - Что с того, если я перейду еще одну? - Эта может оказаться последней, - тихо произнесла девушка, - Оттуда не будет возврата. - Может, именно этого я и хочу, - проговорила Регина и, подарив прощальную улыбку сыну, исчезла в фиолетовом тумане. В комнате еще долго стояла гробовая тишина.

***

В панике Регина промахнулась – чего с ней никогда раньше не случалось – и оказалась в дюжине метров от нужного ей места, поэтому теперь, поминутно спотыкаясь, продиралась через густые заросли и колючие кусты. Она все шла и шла, едва ли понимая, что делает, но когда увидела вдалеке дверь склепа, то её лицо посветлело, и она еще больше ускорила шаг. Захлопнув за собой массивную дверь, женщина прислонилась к каменной стене, которая обжигала холодом. В склепе всегда было прохладно и сыро, но теперь, когда температура воздуха опустилась ниже тридцати градусов, находиться здесь стало просто невыносимо, и Регина почувствовала, что её начинает колотить от холода. Она зажмурилась и еще сильнее вжалась в стену. Ей хотелось просто испариться. Исчезнуть без следа. Чтобы не видеть, не слышать, не чувствовать. Чтобы прекратить эту боль. Её разум бился в мучительной агонии и молил о смерти. Её тело превратилось в одну сплошную открытую рану, и она не знала, сколько еще сможет терпеть эту муку. Её сердце билось о прочные прутья клетки, в которое было заточено, но не могло освободиться и только сильнее кровоточило. Регина и представить себе не могла, что все закончится вот так. Что она будет стоять у холодной стены склепа и молить богов, в которых она не верила, о смерти. Разве об этом она мечтала, разве к этому стремилась? Миллс поморщилась, пытаясь вспомнить хоть что-то. После стольких лет, после того количества боли, которое она вынесла, сложно было воскресить в памяти невинные детские мечты. Но ей это удалось. Она вспомнила, как в детстве сидела в саду под любимой яблоней и, всматриваясь в бесконечное голубое небо над головой, представляла себе своё будущее. Красивый замок со множеством просторных светлых комнат и огромным залом для приёмов и танцев. А во дворе замка - большой яблоневый сад, который цветет по весне, и в какую сторону ни посмотри – везде только пронзительно-белые верхушки деревьев, а дорожки усыпаны пригоршнями нежных лепестков, которые приятно шуршат под ногами. Из окон дворца открывается чудесный вид на окрестные земли: реки, горы, луга, леса – все, что залито солнцем, до самого горизонта. Это её земли. Конечно, не только её, но и мужа. Сильного, храброго, красивого, нежного, доброго, любящего – настолько идеального, насколько может себе представить маленькая девочка, которая все еще верит в сказки. Со временем все эти земли перейдут детям. Отважному принцу с добрым сердцем и мягким нравом и прекрасной принцессе с острым умом и очаровательной улыбкой. Девочка представляла себе веселый смех детей, танцы, путешествия, конные прогулки, пиры… Яркий свет солнца, легкое дуновение ветерка, манящие запахи дворцовой кухни, легкий аромат яблок, теплую ладошку сына, мягкие на ощупь волосы дочери, нежный поцелуй мужа... Каждый раз видения прерывались резким голосом матери, которая напоминала об очередном уроке музыки. Девочка неохотно выныривала из приятных грез и возвращалась в реальность, где были только бесконечные наставления, знакомства с перспективными женихами, нудные чаепития и ненавистные уроки этикета. Но она вставала и шла, куда прикажут. Она всегда была послушной девочкой. Она всегда слушалась маму. Мама. У Регины перехватило дыхание от ноющей боли в сердце. Из легких будто выкачали весь воздух, и женщина резко распахнула глаза от страха, что сейчас задохнется. Первое, что она увидела – белоснежный гроб, который был единственным светлым пятном в полумраке комнаты. Миллс осторожно оторвалась от стены и сделала несколько неуверенных шагов. Она из последних сил держала себя в руках. Заперла боль в самом дальнем уголке своей души и повесила на дверь массивный замок. Но стоит сделать хоть одно неверное движение, хотя бы на миллиметр приоткрыть эту дверь – и боль вырвется на свободу, сметая все на своем пути. Подойдя к гробу, Регина прищурилась и наклонилась чуть ниже, пытаясь в темноте разобрать четыре коротких слова. «Кора Миллс. Любимая мать» - прочитала она. Провела пальцами по металлу, повторяя изгибы букв, и шумно выдохнула. Дверь, которую она так старалась держать закрытой, сорвало с петель. Женщина упала на колени перед гробом и зарыдала. Страшно, бессильно, завывая, будто раненый зверь, размазывая по скорчившемуся от боли лицу слезы вперемешку с растекшейся тушью. Она кусала губы, царапала ногтями холодный каменный пол, изо всех сил била по нему кулаком, в кровь сбивая костяшки, но никакая физическая боль не могла заглушить ту, которая бушевала у неё в сердце. Казалось, что в груди теперь огромная дыра. Пустота, которую ничем нельзя заполнить. Слезы все текли по лицу, и казалось, что им нет конца. Регина слишком долго держалась, слишком долго пыталась оставаться холодной и бесчувственной, слишком долго копила боль в душе. Она оплакивала свою жизнь: свое прошлое, настоящее и будущее. Оплакивала свои мечты. Прекрасный маленький городок, где она обретет счастливый конец, а жители Зачарованного Леса, лишенные воспоминаний, будут обречены на страдания. Уютный домик в каком-нибудь живописном месте, который они с Дэниелом хотели построить. Красивый замок с благоухающим яблоневым садом. Все эти мечты обратились в прах. Но воспоминания о них навсегда останутся в памяти. Сколько бы лет ни прошло, она будет помнить все в мельчайших деталях. Звонкие голоса детей. Шум бурной реки, которая течет рядом с маленьким домиком в лесу. Шуршащие под подолом платья яблоневые лепестки. Она закрыла глаза и мысленно перенеслась в далекое прошлое. Залитые солнцем зеленые луга, теплые бока лошади, звонкий перестук копыт, шум ветра в ушах и упоительное ощущение полета. Она будто наяву почувствовала запах сена и яблок, услышала пение птиц и зовущий её голос Дэниела. Она улыбнулась сквозь слезы. Нет, такое не забывается.

***

Регина, скорчившись, лежала на полу и развлекала себя тем, что набирала в грудь побольше воздуха, а потом медленно выдыхала и с интересом наблюдала за тем, как вырвавшийся у неё изо рта пар растворяется в воздухе. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Она не чувствовала замерзших пальцев, не ощущала, что слезы на щеках превратились в лед. Все это было не важно. Главное – дышать. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. В голове не осталось ни одной связной мысли. Лицо будто омертвело, разучилось выражать эмоции. А в глазах – пустота. Если бы кто-то вошел и увидел её, то не признал бы в лежащей на полу женщине с размазанной по лицу косметикой Регину Миллс, мэра города Сторибрук и королеву Зачарованного Леса. Лишь её тень, жалкое подобие сильной женщины, которую, казалось, ничто не может сломить. Смогли. Сломили. Те, от которых она не ждала подвоха. Те, которые притворялись невинными. Регина вспомнила слова Румпельштильцхена: «На свете невинных нет». «Есть» - пронеслось в её голове, и рука против воли потянулась к еще плоскому животу. Её ребенок. Он невинен. Он не заслужил этого. Он не заслужил лжи, боли, предательства. Он не заслужил расти в городе, где все будут коситься, шептаться за спиной, обходить за километр, будто прокаженного. Потому что он родится с позорным клеймом. Ребёнок Злой Королевы. И от этого не спрячешься. Есть только один выход. Увезти его подальше отсюда. Туда, где никто не знает Регину Миллс и её темного прошлого. Внезапно предложение Эльзы, которое еще несколько часов назад она считала безумным, стало обретать смысл и показалось заманчивым. Уничтожить Сторибрук и начать все с чистого листа. Забыть эту боль и воскреснуть из пепла. Перечеркнуть прошлое. Ради ребенка она готова на всё. Регина тяжело поднялась на ноги, нетвердой походкой подошла к стоящему в углу комнаты сундуку и достала оттуда маленькое зеркало. Увидев отражение, женщина ужаснулась и легко провела рукой перед своим лицом, уничтожая следы недавнего срыва. От её взгляда не укрылось, что сияние, вырвавшееся из её ладони, было фиолетовым. Без единого намека на свет. Но это больше её не беспокоило. Так даже лучше. Так проще. Женщина поправила волосы и положила зеркало обратно в сундук. В последний раз кинув взгляд на белоснежный гроб, Миллс зажмурилась и сконцентрировалась на заклятии. Где-то в глубине её сознания билась мысль, что все это неправильно. Но Регина отогнала её прочь. Пусть прошлое останется в прошлом. А её ждет прекрасное будущее. Судьба подарила ей еще один шанс и его нельзя упустить. Регина в мельчайших подробностях представила себе место, куда хотела перенестись - Колодец Желаний – и взмахнула руками, окутываясь фиолетовым дымом. Она была уверена, что там её уже ждут. Эльза, темное проклятие и новая жизнь.