Mon angel noir

Утро. Едва заметные лучи солнца пробираются сквозь занавески и падают на белую стену. Именно белую – ни одного оттенка, отблеска, деградации или перехода. Нет даже того блеска, который бывает у снега в солнечный зимний день. Чувствую себя словно в больнице. Делаю втяг носом. Нет, я не в больнице. Иначе здесь бы пахло разными таблетками, растворами и настойками из которых самая противная это настойка валерианы. Этот запах – какой-то кладбищенский, могильный, по своей сути больше напоминает свежевскопанную могилу. Жаль, что это не кладбище или хотя бы морг. Я бы хотел лучше оказаться там, чем здесь. Здесь – это в моей комнате. М, а кто же я? Знакомьтесь – Я - одиночка, неудачник и отброс общества. Вы наверное скажете, что «сам виноват» в такой жизни, что всё еще образуется и что всё можно изменить. Ага, конечно. Если бы всё было так просто. Люди – хозяева своей жизни. Загвоздка в том, что я то не человек. А вампир. И виноват в этом не я, а мать-природа. Ну давайте по порядку. Как же так получилось? Мне кажется, я должен рассказать немного о себе. Я – Джерард Уэй, мне 17 и всегда будет столько же. Родители от меня отказались, потому что при рождение, когда мне нужна была пища, первым, что я съел оказалась мать. Я просто набросился на неё и разгрыз ей горло. А потом медленно, как дети пьют грудное молоко, вытянул из неё 3 литра крови. Отец тогда убежал. Он сейчас живет с моей мачехой и даже не вспоминает прошлое. Но я то знаю, что является его тайным страхом. Теперь, я думаю, пришло время рассказать о моем «великолепном даре». Думаете, я напоминаю тех брутальных вампиров типа Эдварда Калена? Ха-ха! Если бы! Таких не было и никогда больше не будет. Немного истории. Вы наверное знаете про инквизицию? В те времена сжигали всех неугодных церкви. Сжигали всех – ключевые слова в этом предложении. Под огонь попадали и люди, и ведьмы, и вампиры, и все кто хоть как-то отличался от норматива. Соответственно, вампиры, которые отличались слишком бледной кожей, слишком острыми клыками, слишком яркими глазами и вообще были «какие-то слишком» другие, попадали под огонь в первую очередь. Но…во всех правилах бывают исключения. Вот и здесь: инквизиция истребила не всех. Остался один род – королевский, а короля, как известно, мало кто решится убить. Последующее, я думаю, не нуждается в описании. Скажем так: род продолжался и процветал. Но спешу вам напомнить, что я являюсь «ошибкой в системе». И эту систему я тоже сломал. Моя мать была чистокровным вампиром, а отец был человеком. Произошла генная мутация, и появился я – видоизмененный вампир. Чем же я так отличаюсь от других? Ну начнем с того, что я больше не пью кровь. Я нашел себе новую пищу. Эта пища – страх. Обыкновенный страх. Его найти в людях гораздо легче. О, это невесомое чувство! Оно окрыляет меня, заставляет забыться и расслабиться, утонуть в экстазе эмоций и вкусов! Наверное, это единственное ради чего стоит жить, если жизнью можно назвать мое унылое существование. Также я обрел еще несколько умений такие как: управление электричеством и невероятная сила. Вместе с этим мой новый вид начал называться E. V. A. – Energy Vampires Ability (способность энергетического вампира). Мне нужна лишь человеческая энергия. А энергия – это и есть жизнь. Только, когда у человека заканчивается энергия, он умирает долго и мучительно, а высосать кровь из глотки – минутное дело. Поверьте на слово: куда интереснее наблюдать, как человек медленно увядает, теряет силы, зовет о помощи, но нет, он не может кричать, тело парализовало, и лишь дикий страх и боль, не физическая, внутренняя, которая приносит гораздо больше страданий, читается в глазах у этого человека. Он боится, он – жалкое существо, красивый сосуд без напитка внутри. Но кому нужно внутреннее содержание сосуда, когда на нем такая великолепная роспись?! Ведь можно же любоваться на него до конца своих дней, а внутрь никто и не заглянет. Так всегда и происходит: никто не замечает, как человек умирает. Но однажды, он не встанет с кровати, не откроет глаза и уже не проснется. И все вокруг скажут: «О боже, это произошло так неожиданно!» Да нихрена не неожиданно! Он умирал, медленно и мучительно, а вы бездушные твари, даже не посмотрели на него! И так всегда…