Ученица

Заметка автора: история начинается в конце пятого курса, и вплоть до этого момента канон еще в силе (за исключением некоторых «забытых» Роулинг фактов). После этого… никаких обещаний, ребят XD Вам может стать интересно, что (все еще раненная и измученная) Гермиона Джин Грейнджер делала посреди ночи в маггловском парке. Вы даже можете засомневаться в ее здравомыслии, и она полностью с вами согласится. Это и так было довольно позорно — проклятье Долохова вырубило ее почти сразу по прибытии в министерство, поэтому Гарри она не слишком-то и помогла; и вот теперь, вместо того, чтобы лежать в удобной кровати в лучах заботы Поппи Помфри, она была… одна, в кромешной тьме, в маленьком парке. Сам факт безрассудного пребывания здесь, неприятно пах возможностью скорой смерти, пыток, изнасилования, а также других, безусловно, милых вещичек, из-за которых гриффиндорка вряд ли доживет до семнадцати. Она подумала, что с таким же успехом могла бы прицепить на себя красную тряпку и вызвать Пожирателей, чтобы покончить с этой чепухой раз и навсегда. Все это — ошибка долбанного Альбуса Персиваля Вулфрика Брайана Дамблдора. Да, Грейнджер не сидела бы здесь, как идиотка, не покажи он ей тогда этот чертов пергамент, но он все-таки сделал это… а остальное уже стало историей. Все началось в то утро на площади Гриммо, двенадцать, почти год назад. Она сидела за столом, перевязывая руки и наблюдая, как Хедвиг заклевывала до смерти еще и Рона. Сова, непоколебимая в своем решении заставить их написать ответ Гарри, сдалась «просить» Гермиону и переключилась на «убеждение» Рона, который махал руками туда-сюда в попытке отбить от себя наглое животное. Он с треском провалился, отчего вся сцена выглядела еще более жалкой, чем была на самом деле. Во всем этом хаосе Дамблдор незаметно отвел шатенку в сторону и протянул ей пергамент, который она должна была прочитать. Он сказал, что она не имеет права говорить об этом ни одной живой душе, и чтобы она следовала инструкциям, если ее заинтересует данный материал. И как можно было отказать? Ты не слишком часто получаешь список имен самых известных волшебников в истории безо всяких на то объяснений. Грейнджер закатила глаза, глядя на черное небо. Основатели, Мерлин, Изида, Моргана, Николас Фламель, Игнотус Певерелл — и это только некоторые из них. Ей следовало выкинуть бумажку в первый попавшийся мусорный бак, но нееет, ей было слишком любопытно. Ха! Теперь она точно знала, что у ее анимагической формы будут усы на морде. Дурацкий Дамблдор со своими списками. Заглавие списка звучало, как «Хранители…», а после первого слова стояло огромное пятно. Девушка перепробовала тысячу чистящих, осветляющих и еще столько же Мерлин знает каких заклятий, чтобы прочитать последнее слово под черной кляксой. В конце концов, она получила пергамент без каких-либо следов былого пятнышка. К сожалению, вместо него на этом же месте появилась большая дырка. Она тогда сильно покраснела, когда Дамблдор попросил бумажку назад перед группой из двенадцати незнакомых человек, которые стояли в непонятном тумане. Странно, но директор только рассмеялся, а когда вернулся на свое место в группе, став таким же размытым, то указал на манускрипт с широкой улыбкой, показывая дырку. Гермиона была уверена, что его глаза весело мерцали даже больше, чем обычно. Он точно наслаждался представлением, хотя она и не понимала, почему. Ей все еще казалось это нереальной чушью. В тот день гриффиндорка стояла в неизвестном месте, как ни странно, находящемся в центре Лондона, и расспрашивали ее такие же неизвестные люди, сказавшие ей, что она, очевидно, хотела стать кем-то, о ком она не имела ни малейшего понятия, но это что-то вроде ученицы. Чьей ученицы и на сколько? На это ей не ответили. После многочасового допроса они оставили Гермиону ждать в холодной комнате, но, в конце концов, сообщили радостные новости, мол, они приняли ее, как возможную кандидатуру на открытое место Хранителя. Хранителя кого, чего, где, почему? Да, вы угадали правильно — они не ответили. Но она все равно доверяла Дамблдору. Тогда, по крайней мере. Поэтому девушка продолжила работу, уверенная, что рано или поздно узнает ответ. И только после того, как началась серия раздражающих тестов, которые она проходила без всяких усилий, прямо под конец пятого курса, ей сказали, что она — одна из трех оставшихся кандидатов, которые будут проходить финальные стадии просвещения. О, да, Грейнджер уже чувствовала себя очень просвещенной — столько бесполезных знаний всегда так действуют на людей. Она фыркнула и еще раз взглянула на часы. Было уже три ночи. Ей надо было тайно встретиться с человеком, чьей ученицей она должна была стать, но ее «ментор», как они странно его называли, порядком опаздывал. Впрочем, это было неважно — в любом случае, дел получше, чем сидеть посреди ночи без какой-либо защиты, у нее не было. Не то, чтобы Гермиона была ранена или нуждалась в медицинской помощи, или еще какая-нибудь мелочь такого рода. Да и все знали, как Лорд Волдеморт и его псы любили магглорожденных, особенно друживших с Гарри Поттером, так что она пребывала в полной безопасности. Ага, да она уже где-то с триллион раз срывалась с места с палочкой, другую руку прижимая к груди. Постоянная бдительность — теперь и ее девиз тоже. К этому времени гриффиндорка успела попасть в двух воробьев, одного голубя, черную мышь и огромную сову — без сомнения, очень опасных для жизни существ. Она начинала понимать природу паранойи Муди — полная темнота вместе с воспоминаниями о недавней схватке сказываются на человеке. Позади нее раздался резкий звук, и шатенка, даже не думая, вскинула руку с палочкой в том направлении. — Диффиндо, — крикнула она. Кот громко заверещал и побежал прочь. Грейнджер вздохнула и покачала головой. Пять минут. Она подождет еще пять минут и ни секундой дольше. Если он или она не будут здесь к этому времени, Дамблдор может засунуть своих Хранителей и все, что с ними связано, в очень темное место. Она не собиралась становиться самоубийцей, даже ради того, чтобы показать всем, что она лучше всех и вся, причем во всем. Сначала было четырнадцать кандидатов, а теперь осталось побить оставшихся двоих. Ей все равно нужно было победить, она не могла проиграть. И все ради того, чтобы показать директору, что он сделала правильный выбор, взяв ее. И это никак не было связано с фактом того, что одним из оставшихся кандидатов был Драко Малфой, и что Гермиона не могла выносить даже и мысли о том, что он может быть в чем-то лучше нее. Нет, за этим точно дело не стояло. Хряск. Перед ней появилась и закружила объемная черная мантия. Да, как она, впрочем, и говорила, она была в полной безопасности. Потому что, к ужасу гриффиндорки, ее паранойя превратилась в реальность — всего в нескольких шагах от нее стоял Лорд Волдеморт. Она бросила проклятье, вскочила на ноги и чуть не упала в обморок из-за мгновенной нехватки кислорода — последствие сломанного ребра. Чертов Долохов. Девушка, бросая заклятия в пустоту, начала искать взглядом портключ. Она слышала, как все ее чары разбивались о невидимый щит. Где этот гребанный портключ?! — Редукто! — закричала Гермиона, увидев, с какой скукой Волдеморт глядел на нее, лениво отбивая все заклятия. В панике она сделала несколько шагов назад, бросаясь в него всеми чарами, которые только приходили в голову, но он просто молчаливо смотрел на нее в ответ. Почему он еще не проклял ее к чертовой матери? Не то, чтобы шатенка жаловалась… Но это было, по крайней мере, странно. — Акцио портключ! — попробовала она. Ничего. Как раз в тот момент она увидела, что Он держал его в руках. Лорд Волдеморт наконец-то достал палочку. — Протего! — крикнула Грейнджер в страхе, закрыв глаза и молясь, чтобы ее щит выдержал, за мгновение до этого увидев желтый свет, который летел в ее сторону. Щит не выдержал. Палочка выскользнула из ее рук, и девушка упала на землю не в состоянии пошевелиться. Соприкоснувшись с мокрым асфальтом, она почувствовала, насколько сильно ее ребра не соглашались с таким вот ее поведением после недавней схватки в Отделе Тайн. Что-то в ее груди хрустнуло, и на этот раз гриффиндорка ощутила у себя во рту кровь. «Умирать не так уж и плохо, — решила Гермиона, пока ее легкие пытались набрать хоть немного кислорода, — только вид надо бы улучшить», потому что она смотрела прямо в глаза Темному Лорду. Он поигрывал ее палочкой в пальцах, презрительно ей усмехаясь. — Если ты и правда, хочешь сразиться со мной, девочка, тебе следует улучшить свои навыки настолько астрономически, что я почти с уверенностью могу сказать — эта цель для тебя недосягаема. Но, так как я… — на мгновенье он умолк, сощурив глаза. — О, ради Салазара, твой учитель, то… — а потом невнятно зарычал. Последнее, что Грейнджер заметила перед тем, как потерять сознание, были руки, которые ее подняли, а также чувство сжатия из-за портключа. *** Проснувшись, первым делом она подумала, что все это был дурной сон, кошмар просто. Девушка ощущала мягкую ткань одеяла больничной койки, ее тело оказалось полностью излечено, и она никогда в жизни не чувствовала себя лучше, пока не села… и уставилась прямо в лицо того, кого никто бы не захотел увидеть после хорошего ночного отдыха. Гермиона моргнула, но это не заставило Темного Лорда испариться. «Интересная больница, в ней самые заботливые работники в Британии», — прошмыгнуло в ее голове. — Хорошо, наконец-то ты проснулась. У меня нет времени возиться со слабыми и неумелыми грязнокровками, так что вот твое задание, — он сунул ей в руки конверт. Все еще шоке, гриффиндорка взглянула сначала на конверт, а потом снова на Волдеморта. — Я не одна из твоих лакеев, — зашипела она, не подумав, после чего захотела откусить себе язык, а еще, чтобы кровать засосала ее в такое место, где ее никогда не найдут. Но в ответ послышался только раздраженный вздох. — Мне надо все тебе расписывать, Грейнджер, или ты способна сама сформулировать умную мысль вместо того, чтобы перефразировать все из прочитанных книжек? Она понятия не имела, о чем он говорил. — Это твое задание, ученица, — едва ли не пел темный маг, — и предполагается, что я должен быть твоим ментором. Можешь НЕ беспокоить меня со своими глупыми вопросами в любое время суток. Гермиона могла только пялиться на него. Он был ее учителем, он? Темный Лорд был одним из Хранителей чего-то там? И они выбрали его ей в помощь? Какой придурок подумал, что это будет хорошей идеей? Теперь ей придется решать все самой, а он точно сделает все возможное, чтобы ей было труднее, чем нужно. — Твой портключ здесь, — мужчина указал на прикроватную тумбочку. — Я послал сову старому маразматику, так что он знает, что ты вернешься позже ожидаемого. Уверен, он уже состряпал вполне сносную сказочку о том, почему тебя все еще нет. Помни, что тебе нельзя распространяться о чем-либо, что касается Хранителей. Адьйос. Даже стены задрожали, когда он захлопнул за собой дверь. Гриффиндорка смотрела ему вслед. Этого не могло происходить. Судьба не может быть настолько жестока. Она медленно передвинулась на край кровати, засунула конверт в карман и обулась. На ней были вчерашние вещи, но они были безупречно чистыми и, кажется, выглаженными, хотя она и спала в них. Ее мантия висела на кресле сбоку. Гермиона с облегчением нащупала в одном из карманов волшебную палочку. Она наконец-то уйдет отсюда. Она уже протянула руку к портключу, но увидела книжку, лежавшую на тумбочке — «Природа Магии». То была чрезвычайно редкая книга, едва ли не бесценная. Девушка видела много ссылок и упоминаний о ней, а потому умирала от желания прочитать эту вещичку. К сожалению, в Хогвартсе не было экземпляра, а Флориш и Блоттс не смогли достать ей еще одного. Но она не была воровкой. Шатенка скосила взгляд на дверь, в то время как ее рука висела в воздухе между двумя желаемыми объектами. Возможно… она может одолжить ее? Ведь если собираешься возвратить вещь, то это не кража, правильно? Ай, да к черту, он и так был не в том положении, чтобы послать за ней авроров. Гриффиндорка схватила книгу, засунула под рубашку, заправила ту в юбку, после чего взялась за портключ и почувствовала знакомые ощущения аппартации. — Оопффтт, — выдала она, упав на кресло, а с него на пол директорского кабинета. — Ох, дорогая, — подошел Дамблдор, чтобы помочь. — Вы в порядке, мисс Грейнджер? — В порядке? В порядке? — повторила Гермиона. — Вы спрашиваете, в порядке ли я? Мой ментор… Вокруг них пролетел луч заклятия, а она только заметила, как профессор уже засовывал палочку обратно в карман. — В моем кабинете и у стен есть уши, мисс Грейнджер, — сказал он. — Надеюсь, вы еще помните о соглашении про магическую конфиденциальность? Она, то открывала, то закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег. Соглашение о магической конфиденциальности? Когда Волдеморт являлся ее учителем? Дамблдор собирался следовать этому? Он, должно быть, издевался. — Хорошо, что вы осознаете, насколько деликатна ваша ситуация. Нет, это-то она как раз и не заметила. Ей ни за что бы и в голову не пришло, что Темный Лорд может использовать ее для того, чтобы добраться до Гарри. Гермиона едва устояла перед желанием закатить глаза. — Теперь мы должны говорить очень быстро, потому что я заглушил нашу речь. Естественно, я знаю, кто ваш ментор, — добавил директор спокойно. — Это печально, но не неожиданно. Боюсь, то, что вашим учителем окажется он, было понятно с самого начала, но с этим ничего нельзя поделать. Вам остается только сделать все возможное, чтобы ситуация завершилась наилучшим образом. — Наилучшим образом? — повторила девушка в ярости. — Наилучшим! — Именно, — сказал мужчина спокойно. — Том — один из лучших Хранителей. Его знания о нашем, хм… «ордене» впечатляют. Многие отдали бы жизнь, чтобы учиться у него. Гриффиндорка подумала, что это как раз таки было вполне правдоподобным. Дамблдор улыбнулся, глядя на нее. — Хранителю не позволено убивать своих учеников, Гермиона. Наказание в случае вашей смерти будет настолько жестоким, что он станет защищать твою жизнь любой ценой. Почему, вы думаете, он пощадил вас этой ночью? Пока вы его ученица, вы наиболее защищенное лицо в этой войне, и он обязан учить вас. У него нет выбора. — Он доучит меня только до полного провала, — вздохнула девушка. — Я магглорожденная, а мы все знаем, что он думает по этому поводу. — Ну, что же, уверен, что вам удастся убедить его в обратном, — ответил профессор с раздражающими огоньками веселья в глазах. — Отмечу такой день в календаре, — прошептала она про себя. Взяв нераспечатанный конверт с заданием в руки, Гермиона показала его Дамблдору. — Он сказал: «Можешь НЕ беспокоить меня со своими глупыми вопросами в любое время суток». — Так и сказал? — рассмеялся мужчина. — Да, — ответила она, снова начиная злиться. — Неужели звучит так, будто он собирается помочь мне выиграть? Профессор пожал плечами. — Задания созданы для учеников, а не для Хранителей. Проблемы, которые вы найдете на своем пути к знанию, должны решить вы сами. Грейнджер прикусила нижнюю губу. Она надеялась, что старик поможет ей найти нового «ментора», но, очевидно, этого не произойдет. Она облажалась. — Верно ли я предполагаю, что Том залечил все ваши раны? — спросил он. Гриффиндорка молчаливо кивнула. — Я так и думал. Остальным я сказал, что вас отправили к иностранному целителю, который пожелал остаться анонимным в целях безопасности. — Посреди ночи, сэр? — Он живет не посреди ночи, — сказал профессор, веселясь. — Если кто-нибудь спросит, отвечайте коротко и просто. Таким образом, вы вряд ли будете перечить самой себе, если будете немногословны и довольно скучны. — Тогда другие не будут выспрашивать дальше, — с пониманием ответила она. — Именно. А теперь вам лучше приступить к своему заданию, Гермиона, у вас есть время до сентября. — Знаю. Спасибо, сэр, — «за то, что не помогли», — добивала она мысленно, направляясь к двери. — Не забудьте книгу, — сказал директор ей в спину. Грейнджер застыла на месте. Мерлиновы подштанники, ну почему она такая невезучая? Красная, как помидор, шатенка развернулась и подошла к Дамблдору, который держал «Природу Магии» в руках. — «Природа Магии» — чрезвычайно интригующая теория, особенно для тех, кто может ухватиться за саму ее суть во всех ее прекрасных подробностях, — прокомментировал он, передавая ей книгу. — Я ее просто одолжила, — объяснила Гермиона извиняющимся тоном. — Ни секунды в этом не сомневаюсь, мисс Грейнджер. Смущенная, она вихрем выбежала из кабинета. На счастье, остальные уже были либо на уроках, либо все еще в больничном крыле, как Рон и еще несколько человек, поэтому девушка беспрепятственно добралась до своей спальни. Положив книгу в специально заколдованный охранный шкафчик, затем открыла конверт. Она справится и сама. Не просто так ведь она считалась самой умной ведьмой своего возраста; ей не нужна чья-либо помощь. «У тебя времени до семнадцатого октября, чтобы выучить все методы Контроля Метания Заклятий. Детальное эссе (длина по желанию) должно быть сдано за месяц до этой даты. Данный рассказ должен показать, как и твои собственные мысли, так и итоги того, что ты выучила по контролируемому метанию. Устный экзамен будет включать в себя умение отстаивать свое мнение, а также, твои способности привести доказательства своих теорий. На практическом занятии ты покажешь свои умения в привидении теории на практику, демонстрируя нам, как ты останавливаешь брошенное проклятие или заклятия, прежде чем оно достигнет цели». Но ведь это было невозможно! Как только чары брошены, их уже нельзя было остановить, они двигались вперед по собственной инерции. Гермиона уставилась на последнее предложение, в полном ужасе перечитывая его снова и снова. Зачем давать невозможные задания? Это ведь было неосуществимо, не так ли? Она никогда прежде не слышала о том, чтобы кто-то остановил заклятие после того, как оно было выпущено. В одной вещи гриффиндорка, однако, была уверена. Ей не нужна была помощь. Со вздохом поражения девушка упала на кровать. Чудо свершилось — Гермиона Джин Грейнджер в первый раз не хотела идти на занятия.