Let's Sing Tonight

      POV Taylor.       «За коньяком зайди, я сам с ним не справлюсь. Подружек не тащи, стакана всего два».       Эти слова не давали мне покоя весь вечер, как бы я не пыталась себя отвлечь.       Мои соседки устроили просмотр телевизора на первом этаже. Конечно же, я пристроилась к ним. После ситуации в лесу мы стали очень близки, ведь ничто так не сближает, как общая проблема. Вопрос о нашем вылете из лагеря был нашей головной болью весь день. Но когда подруги узнали, что Уэй промолчал, и никто о случившемся ночью не знает, единогласно назвали его святым и запретили мне ругаться на него, как бы он меня не называл.       - Пойду спать, - я поднялась с дивана и направилась к лестнице.       - Да ладно? – Никки удивленно подняла брови? – Девять вечера. Или ты, чтобы есть не хотелось? – соседки ели чипсы у телевизора, а моя забастовка все еще продолжалась.       - Спать!       - Спокойной ночи, Момс, - попрощалась Дженни и запихнула в рот подруги чипсы.       По дому мы, не стесняясь друг друга, ходим в пижамах. Мне не стыдно за мои странные пижамные штаны и за майку с дырками.       Я устало рухнула на кровать и в прямом смысле провалилась на пол, головой оставаясь на подушке. Ноги ушли куда-то под кровать.       - Твою мать!       Пришлось вылезть из обвала и смотреть на свою пострадавшую кровать. Она просто разломалась на две части, одна из которых упала под матрас.       В ярости я вылетела на первый этаж и в немом безумстве просто рухнула на стул у дивана, закрыв глаза руками.       - Ты там упала? – спокойно поинтересовалась Дженни и открыла новую пачку чипсов.       - Да, черт возьми! У меня разломалась кровать на две части.       - Скажи Ханне, - Николь пожала плечами.       - Говорила. И знаешь что? – я вскочила на ноги и сделала вид, что у меня в руках папка. – «Тейлор, проблемы подобного рода ты должна решать со своим наставником. Не со мной. Джерард живет по соседству. Удачи!» - мне кажется пародия на администратора получилась. Девчонки рвали животы каждый раз, когда я кивала головой в такт слову. – Не пойду к Уэю.       - Тогда ложись на соседнюю кровать, - в один голос начали подруги.       - Она твердая.       - Приходи ко мне спать, - предложила Дженни.       - Или ко мне, - поддержала вторая соседка.       - Но так же не может продолжаться! Ха, все ясно. Знаете за что мне это? – они вопросительно подняли бровь, а меня все еще носило по комнате. – Нам просто слишком повезло жить в этом доме втроем. Это вроде, раз все теснятся по семь человек, а у тебя всего две соседки, на тебе поломанную кровать, Тейлор. Чертова карма...       - Так, карма ты наша, - Никки встала с дивана и подошла ко мне. – Хромай к Уэю и решай свою проблему с кроватью. Согласись, на моем месте ты бы сказала так же.       Минута решений и раздумий. И все же я послушалась соседок. Мне тут не три дня жить, нужно что-то делать.       - Ладно. Уговорили.       Мне пришлось сдаться и направиться к наставнику. На улице пусто, без десяти десять, все уже сидят в домах.       В соседнем доме горит свет, значит Уэй дома. Один ли? Наверно, да. Не хочу, чтобы еще кто-то знал, что от моего веса кровати ломаются. А с другой стороны, может он при коллегах не будет называть меня солнышком? Хотя, это же Уэй, ему все равно. Даже за эти три дня мне удалось понять, что этому человеку на все плевать, и за своими словами он следить не станет.       У каждого вожатого свой собственный домик. Один этаж и всего одна комната. Если быть точнее, в домиках есть что-то наподобие коридора, но это громко сказано, просто место с вешалкой и тумбочка для обуви. Потом огромная комната с кроватью у западной стены, стол со стульями напротив и ковер в свободном пространстве посреди дома. По правде говоря, эти дома мне нравятся даже больше, чем двухэтажные. Они уютнее, и кровати больше в два раза.       Глубокий вздох, и я стучу в деревянную дверь. Громкие шаги и…       - Здравствуй, солнышко, - Уэй, в очень похожей на мою пижаме, с огромными пижамными штанами и старой майке темного цвета, открыл мне дверь и ушел в комнату, разрешая мне зайти. – Проходи.       - Послушай, - я вошла и закрыла за собой дверь. Мало ли, может он прячется от комаров. – Мне нужно поговорить с тобой о…       Уэй достал коньяк из холодильника и поставил его на стол, а у меня в это время отвисла челюсть.       - Ага, проходи, присаживайся, будем говорить, - мужчина поставил два стакана около бутылки и сел на стул, подбирая ноги под себя.       - Ты спятил? Тут нельзя пить! Даже вожатым!       - Это ты мне говоришь? – он удивленно поднял бровь. – Да ладно тебе. Составь мне компанию. Мне было бы обидно, если бы твой коньяк пил кто-то другой. Тем более, тебе же нужно поговорить о чем-то там? А в алкогольной атмосфере разговоры продуктивней.       - Тебя уволят, если узнают!       - А ты кому-то расскажешь? – подонок, знает же, что нет. Я скрестила руки на груди и на секунду задумалась. – Момсен, ты ведь не из тех людей, кто думает о правилах. Верно?       - Хм, - вот именно, что верно.       А что, если это проверка? Соблазнюсь ли я на алкоголь. Он же что-то говорил про усвоение урока и все дела. Может решил проверить как походит усвоение?       - Да ладно тебе, если поговорим, то вместе. Нас обоих выгонят, тебе не так обидно будет, - Джерард хихикнул.       - Ладно, - я глубоко вздохнула и упала на стул, напротив него. Он принялся открывать бутылку, широко улыбаясь и играя глазами.       - Тебе нужно что-то типа шоколада или фруктов? – мужчина посмотрел на меня, но мое выражение лица ясно дало понять, что я буду только пить.       Он наполнил рюмку до половины и протянул мне. Поднял свой стакан и о чем-то задумался.       - Ты пить вообще умеешь? – Уэй поднял брови. Я закатила глаза и кивнула. – Ну, мало ли, может просто так бутылку притянула в лагерь, - он спокойно вздохнул. – Тосты говорить будем?       - Нет, будем алкоголиками. Пить в сухую и без тостов, - Джерард кивнул и осушил стакан одним глотком. Ладно, что-то подсказывает мне, что ему можно доверять. Я залпом выпила содержимое стакана и, скривившись, прикрыла лицо рукой.       - Уверена, что сможешь без закуски?       - Мм, сколько заботы. – я прищурила глаза и поставила стакан. – Ты лучше объясни, почему не позвал распивать мой коньяк Фрэнка или Майка?       - С ними неинтересно, - он пожал плечами и поставил руку под голову.       - Ха, а со мной интересно?       - Да, потому что я тебя не знаю.       - Объясни.       - Ну что с ними пить? Нажрутся и потом таскать их пьяными…       - А напьюсь я, и ты меня просто кинешь тут и спать пойдешь? – перебивать некрасиво, и ему это не понравилось.       - Нет, просто мне было бы интересно с тобой напиться, - он потянулся к бутылке и начал разливать опять. – Кстати, ты пришла о чем-то говорить. Сейчас подходящий момент.       - У меня вообще-то кровать поломана на две части. Ханна сказала, что обращаться нужно к тебе.       - Хм, кровать, - Уэй разочаровано нахмурился. – Зачем нам говорить о кроватях? Давай говорить о жизни.       - Скажи мне честно, ты пил до моего прихода?       - Нет, - отчеканил он. – Я ждал тебя, но рассчитывал, что ты придешь по другому поводу. Так ведь не может продолжаться, верно? – мы одновременно подняли брови, он вопросительно, я недоумевая. – Ты ведь не можешь постоянно ненавидеть меня…       - Фу, ненависть, это слишком сложно. Нет, такого я к тебе не испытываю.       - А что испытываешь? – его лицо просияло, а мое выразило все непонимание ситуации.       - Не знаю, не понимаю, - мне пришлось прятать глаза. – Это странно, просто мне сложно понять тебя. Все приходят в восторг от одного твоего вида. Каждый рассказывает мне, что ты чудесный. Но они ведь тебя не знают, да? Нельзя судить человека только по его песням или по парочке интервью, - мужчина сосредоточено смотрел на мое лицо и, кажется, не моргал. – Ты очень сложный для меня. Не такой, как остальные, твои коллеги, я могу прочитать их только по их внешнему виду. А с тобой не так, - я громко выдохнула и взяла стакан.       Он убрал руку от лица и, гордо выпрямившись, осушил стакан и сразу же налил себе еще один. Мне пришлось последовать его примеру.       - Знаешь, умные вещи говоришь, - Уэй вытянул ноги и закинул руки за голову. - Да, не могу назвать себя чудесным, но ты привыкнешь ко мне, надеюсь…       Повисло молчание, которое не угнетало ни одного из нас.       - Расскажи мне о себе, - мужчина налил еще и подсунул мне стакан. – Что скрывается за твоей безразличной гримасой?       - Что тебе интересно? – это действие алкоголя, или мне действительно хочется излить ему душу?       - Какие у тебя отношения с родителями?       - У папаши молодая девица. Она старше меня всего на четыре года…       - Тебе семнадцать?       - Да. Мы с ним никогда не понимали друг друга. Он всегда был слишком приземлённым, обычным, как все.       - Ты не как все, - это было утверждение.       - И ему это не нравится. Да никому не нравится, - я грустно улыбнулась. – А ты? Ты действительно такой ненормальный, каким хочешь себя показать?       - Я просто ненормальный, но показывать ничего не хочу, - он улыбнулся мне, немного устало, но искренне. – Каждый видит меня таким, каким хочет видеть.       - А какой ты есть?       - А какой я сейчас?       - Чудесный? – я сморщилась, а он громко рассмеялся. – Да, чудесный. Но имей ввиду, это потому, что коньяк дает о себе знать, и если снова услышишь от меня «придурок», значит алкоголь вышел, - мужчина рассмеялся еще громче, а мне оставалось лишь присоединиться к нему.       - Момсен, но ведь непонимание с отцом, это же не единственная проблема, да? – Уэй попытался поймать мой взгляд, но а я лишь впивалась в бутылку взглядом. – Да?       - Есть один человек, - не думая, что несу, я просто говорила то, что давно сидит внутри. – И мне страшно его потерять, - он не отводил взгляд от меня. – Ты не подумай, я не про проблемы с парнем или что-то в этом роде.       - У тебя нет парня?       - Нет.       - Кто-то, эм…       - Да. Кто-то, эм, болен.       Повисло молчание.       Черт. Зачем я рассказываю ему все это? Этой темы я не касаюсь даже в своих мыслях. Может пора открыться? Он ведь первый, кто спросил, что тревожит меня на самом деле.       - Мама?       - Сестра.       - Оу…       Именно «Оу…». Мужчина протянул руку ко мне и взял мою ладонь в свою. Это в нем алкоголь играет или желание поддержать?       - Могу я сделать что-то для тебя?       - Налей еще и поменяй тему, - мне пришлось поднять глаза и встретиться с ним взглядом.       Мужчина убрал руку и принялся разливать. У нас осталось меньше половины бутылки, но никто еще не пьян достаточно.       - Слушай, у меня есть идея, - Уэй вылил остатки коньяка в стаканы и, демонстративно подняв свой вверх, осушил его и встал со стула. – Кое-что тут завалялось…, - он упал на пол и залез рукой под кровать. У меня была возможность допить остатки напитка и перевести дух. – Нашел!       Джерард встал с пола с бутылкой мартини в одной руке и с виски в другой. Он оставил бутылки на полу и полез в холодильник за соком и колой.       - Иди сюда, - мужчина сел в позу лотоса на ковер и притянул весь алкоголь к себе. – Стаканы возьми.       Когда я опустилась к нему на пол, он принялся разливать сок по стаканам и разбавлять его мартини.       - Подай чашки с холодильника.       Мне пришлось подыматься и немного косым шагом переться к холодильнику. Рукой я задела коробку с хлопьями и виновато скривилась.       - Забей, потом подниму, - пробурчал мужчина и махнул рукой.       Мы сели друг напротив друга.       - Значит так, крутим пустую бутылку, - он указал на бутылку коньяка. – Если останавливается на твоей стороне, или я загадываю желание, или рассказываешь мне свой секрет. Если выбираешь секрет, пьешь колу с виски. Выбираешь желание - мартини и сок. Согласна?       - Да, - я довольна кивнула.       - Останавливается на моей стороне, аналогично.       Он взял бутылку и попытался ее раскрутить, получилось не с первого раза. Форма бутылки неудобная и ковер мешает. Первая очередь была Джерарда.       - Хочу знать твои секреты! – он повторил мою позу и закинул руки за спину.       - Хм, - мне пришлось задуматься. – До четырнадцати лет я подкладывала в лифчик вату.       Уэй взорвался смехом, а я обижено надулась.       - Так, ладно, замолчи, - я осушила стакан с виски и колой, при этом недовольно сощурившись. – Крути.       Джерард раскрутил бутылку, но она показала в сторону кровати. Собутыльник возмутился и повторил попытку. На этот раз, бутылка указала на дверь. Так как я сидела параллельно к двери, пришлось выбирать секрет или желание.       - Желание!       - Спой мне кусок из твоей песни, - он вернулся в старую позу и внимательно наблюдал, как сначала я употребила мартини с соком.       Немного неуклюже пришлось подниматься на колени и охриплым голос петь припев:

Two thousand years I've been awake Waiting for the day to shake To all of you who've wronged me I am. I am a zombie Again, again you want me to fall on my head I am, I am, I am a zombie How low, how low, how low will you push me To go to go to go, before I lie, lie down dead

      Я устало упала на пол, а Уэй отблагодарил меня аплодисментами.       - Крути!       Мужчина раскрутил бутылку и сложил руки. Первая попытка была неудачной, а второй раз она указала на меня.       - Ладно, так не честно. Пока ты еще более-менее в сознании, помогу, чем смогу.       - Секрет!       - Что же, - он выпил виски с колой и сел в удобную для него позу. – У меня никогда не было серьёзных отношений, - Джерард закатил глаза.       - Пфф, у меня тоже, - я рассмеялась и раскрутила бутылку. – Черт, опять я. Давай желание?       Он на минуту задумался и прищурился, потом осушил стакан с виски и мартини и на коленках приблизился ко мне впритык.       - Поцелуй меня, - прошептал Уэй и, не ожидая ответа, впился в меня губами.       В голове пропали мысли и осознание того, что происходит сейчас. Я прижала его к себе и ответила на поцелуй. Он кусал мою губу, а я царапала его плечо. Мужчина кинул меня на пол, накрыв своим телом, перевел поцелуй от губ к шее, опускаясь ниже.       Мои руки залезли под его майку и водили по торсу. Уэй снова вернулся к губам и запустил пальцы в мои волосы.       - Стой! – я уперлась руками в его плечи и посмотрела в глаза. – Мне пора, - еще раз поцеловала и вылезла из-под недоумевающего мужчины. – Прости, - я прижала его руку к щеке и, не сказав ни слова больше, ушла.