Художница

      Только когда Эмма добралась до дома, она поняла, что сегодня была уже пятница. А это значит, что впереди абсолютно свободные выходные. Никаких долгов у неё в университете не было, поэтому, кажется, можно провести два превосходных дня с семьей.       Эмма очень любила своих маму и папу, а также старшего брата. Каждая минута, проведенная с ними, казалась драгоценной. Правда, выдавалась она очень редко. Девушку, увлеченную чем-то, невозможно было оторвать от своего занятия, как правило, рисования.       Мама Эммы, высокая и стройная блондинка с такими же зелеными глазами, как и у дочери, была учительницей сольфеджио в одной из музыкальных школ Мюнхена. Она безумно любила свою работу, считая её огромной радостью. Дома, в одной из комнат, стоял рояль, на котором мама в детстве часто играла колыбельные маленькой Эмме, потому что девочка никак не хотела засыпать. Дочка сразу же различала, когда ей играли Чайковского, а когда Баха. Нет, сложно сказать, что Эмма тянулась к музыке, она, скорее, сразу стала важной составляющей её жизни, ведь маму девочка любила.       Отец Эммы построил неплохую карьеру в сфере журналистики. Феликс, так звали папу, был высоким брюнетом с серыми глазами. Он познакомился с Хельгой, мамой Эммы, на одной из конференций, про которую ему было нужно написать статью. Далеко не сразу молодые люди стали встречаться. Сначала Хельга долго избегала общества красивого и успешного журналиста, но в итоге у неё не оказалось выбора, кроме того, как уступить ему. А дальше все так завертелось и закружилось, что спустя некоторое время у пары появился сын, которого назвали Эриком.       Имя для дочери молодые родители уже специально выбирала на ту же букву, что и у сына. Пара остановились на двух – Эмили и Эмма – когда вмешался Эрик, твердо заявив, что имя Эмма лучше. Поступили именно так, как сказал мальчуган, и в семье появилось пополнение в виде малышки-красавицы Эммы.       Девочка была больше похожа на маму и по характеру, и внешне. В то же время Эрик оказался копией папы, так что оба родителя были вполне довольны. Кстати, старший брат Эммы и пошел по стопам отца, выбрав своей будущей профессией журналистику. Правда, Эрик решил, что учиться будет не в Мюнхене, а в Берлине. Ему не хотелось, чтобы какие-то связи отца помогали ему. Кстати, недавно он сделал предложение руки и сердца своей любимой девушке Мари, которую повстречал в Берлине, и теперь все мысли мамы Эммы были только о предстоящей свадьбе.       Сама девушка никогда не видела избранницу своего брата, да и вообще, очень редко видела последние года три Эрика. Конечно, Эмма радовалась его счастью, но вот у самой на личном фронте ничего не было. В её душе существовало место только для высокого искусства. Как и в детстве, девушка до сих пор любила рисовать все подряд, и никто и ничто не могло отвлечь её от такого занятия. Пару раз Йохас пытался, правда, но закончилось все тем, что разъяренная Эмма схватила блондина как кота за шкирку и выкинула из своего дома, куда он так нагло попытался прийти.       Девушка уже неоднократно думала, что же подарить на свадьбу своему любимому братцу, и недавно решила, что это будет картина. Вообще, у них в семье принято дарить что-то, сделанное своими руками, так что, почему бы и нет? Идея для картины появилась только сейчас, когда Эмма побывала на футбольном стадионе. К слову, брат, как и папа девушки, любил футбол. Пока мужчины его смотрели, Эмма с мамой готовили, как правило, торт. Такая вот небольшая традиция. «Ха, видел бы Эрик Тони, обязательно бы автограф попросил», - подумала девушка.       Поэтому Эмма, решительно оправившись от раздумий, сходила наверх, к себе в комнату, за листком бумаги и карандашом. Устроившись в гостиной, подобрав ноги под себя, она начала рисовать. С её легкой руки на белом листе бумаги сначала появились несколько фигур футболистов, а потом и еще два особенно хорошо различимых силуэта на трибунах, в одном из которых Эмма с удивлением узнала саму себя. Первоначально ей хотелось нарисовать брата с его невестой, но получилась в итоге она сама. Улыбнувшись такому совпадению, девушка решила окончательно прорисовать себя с братом.       Эмма сразу же задумала, что и этот рисунок будет черно-белый, то есть сделанный тушью. Она слишком любила эту технику, чтобы добровольно отказаться от неё. Закончив верхнюю часть картины, в которой располагались трибуны со зрителями, девушка хотела перейти к футболистам, чьи силуэты были пока что еще слишком плохо прорисованными. Нахмурив брови, Эмма удивленно воззрилась на свое произведение. Футболист, ведущий мяч, ей определенно кого-то напоминал. Тяжело вздохнув, девушка уже более уверенно присвоила ему номер «18».

***

Картина была практически закончена, когда дома появились Хельга и Феликс, родители Эммы. — Дорогая, ну, как твоя практика? — поинтересовался папа, которого дочка особенно мало видела в последнюю неделю. Эмма радостно соскочила с кресла, кидаясь в его объятия. — Все хорошо, профессор Сэлвиг меня хвалил, — сказала она, хитро улыбаясь. — Кажется, твоя практика проходила на «Альянц-арене»? — это в разговор уже вступила мама, обнявшая в свою очередь Эмму. Дочка весело улыбнулась, кивая, в знак согласия. Папа сразу же замахал руками, возмущаясь, что он не знал такого важного обстоятельства. — Пааааап, — протянула Эмма. — А знаешь, кого я видела? Феликс уже негодующе смотрел на дочь. — Тони Крооса! У него случайно отскочил от ноги мячик, который прилетел ко мне прямо в руки. Завидуй молча, — весело закончила Эмма. По мере рассказа дочери отец то махал руками, как мельница, то удивленно смотрел на неё саму. Сама Эмма даже не поняла, почему рассказала об этом. Папу, наверное, позлить хотелось. — Ты видела самого Тони Крооса? — неверяще спросил мужчина. — Где автограф? — возопил в следующую минуту он. — Ну, ну, Феликс, успокойся, — тихо говорила мама. — Эмме было не до него, она же практику проходила, а не на футболистов смотрела. Вот чего-чего, а усмирять иногда вспыльчивого папу Хельга умела. — Кстати, доча, у тебя, надеюсь, нет планов на эти выходные? — спросила мама, на что Эмма ответила, что их, и вправду, нет. — Завтра приезжают Эрик с Мари, — сообщил новость отец. Эмма сразу же побледнела. — Я ведь еще картину не закончила! — вскрикнула она, показывая наброски. Отец восхищенно смотрел на рисунок. Как-никак, любитель футбола. — Кто это у тебя здесь? Опять Кроос? — спросил он, тыкая пальцем в сторону нарисованного футболиста, выглядевшего прямо как настоящий!       Эмма закивала, а папа ответил лишь многозначительное: «похож». После оба родителя отпустили дочурку дорисовывать подарок Эрику, а сами устроились на диванчике в гостиной смотреть фотоальбом.

***

      Над картиной девушка протрудилась до ночи, окончательно закончив почти в двенадцать. Эмма уже хотела было завалиться спать, когда заметила новое сообщение на телефоне. «Странно, кто бы это мог быть?» — подумала девушка. Щелкнув по значку, она увидела, что номер не определился. А когда открыла текст самого сообщения, впала в глубокий шок, прекрасно поняв, кто именно его адресат. «Теперь не потеряешься, Эмма». Четыре слова – а такой смысл! Решив ничего не отвечать, девушка легла спать.