Замуж выйти - не напасть...

- Ты уверен, что тебе не нужно взять что-нибудь посерьёзнее? – спросил Марвис и покрутил в руках изящный кинжал. - Я беру с собой пять человек. У принца тоже будет своя охрана. Нас смогут защитить. Зачем вооружаться до зубов? – удивился Габриэль, воюя с мелкими пуговицами новомодного колета. - Для защиты от принца. - Очень смешно, - проворчал князь и отобрал у друга клинок, чтобы прицепить его на пояс. - Да какие тут шутки? Ты сам не свой. Давай я пойду с вами. - Нет, Марвис. Мне нужно наладить отношения с Эриком, а не испортить их окончательно. Князь задумался на минуту и всё-таки привесил к поясу шпагу. - Это правильно, - одобрил адъютант. – Но зря ты отказываешься взять меня с собой. Я мог бы вести себя очень прилично и оказывать тебе всемерную поддержку. - Сначала сходи в королевскую библиотеку и посмотри значение слова «прилично», поймёшь, что к тебе оно не имеет никакого отношения. К тому же ты будешь раздражать Эрика одним своим присутствием, после твоего вчерашнего концерта с кашлем. - Ты не слишком его балуешь? – скептически скривился Марвис, подавая своему господину перчатки. - Подозреваю, что избаловали его задолго до моего приезда. А моя задача теперь – не позволить сорвать свадьбу. - Кому не позволить? Ты о чём? – обеспокоился адъютант. Пришлось рассказать ему обо всех нестыковках, подозрениях и доводах. Тем более что друг мог быть очень полезен в вопросах добычи информации. - Не то чтобы я с тобой согласился, но проверить стоит, - кивнул Марвис. – Я попробую что-нибудь разузнать. - Будь осторожен, - попросил князь. - Не хочу, чтобы нас обвинили в шпионаже. - Не волнуйся об этом, мои источники запомнят другое и рассказывать будут тоже не об этом, - с загадочной улыбкой заверил его этот клоун. - Женю. - Откровенная зависть не красит Вас, сиятельный, - нагло улыбнулся адъютант. – Или ты ревнуешь? - Ну уж нет, я не враг себе, чтоб влюбляться в такое кошмарное наказание. Марвис притворно вздохнул и изобразил вселенскую печаль на челе. - Иди уже. Тебя другое наказание ждёт. Первым делом принц пожелал отправиться за покупками. Конечно, любого торговца можно было вызвать во дворец вкупе с лучшим товаром, но, как объяснил Эрик, иногда полезно самому оценить какой товар лучший. Габриэль никогда особо не заморачивался подобными тонкостями и по лавкам не ходил, разве что по оружейным, и то нечасто. Поэтому покорно последовал за женихом, думая, что делать покупки ерундовое неутомительное занятие. - У Вас великолепный жеребец, - задумчиво заметил юноша, немного странно поглядывая на гнедого коня князя, когда они ехали по главной улице. - Спасибо. Знал бы, что вы такой ценитель лошадей, непременно привёз бы Вам в подарок хорошего скакуна. Наш клан занимается их разведением. Ну, ничего, когда прибудем в Фартр, я исправлю эту оплошность. - Не стоит, - всё так же задумчиво проговорил принц. – Мы с моим конём многое разделили на двоих. Как-то уже привыкли и доверяем друг другу. Конь Эрика покосился на князя и надменно фыркнул. - Но я и не стремлюсь вас разлучить. Будет у Вас ещё один верный друг. Эрик как-то непонятно хохотнул и явно поспешил сменить тему. Похоже, сегодня он пребывал в необычном настроении. - Расскажите мне о Фартре, князь, - попросил он, капризно выпячивая нижнюю губу. – Там красиво? - Да, - тепло улыбнулся Габриэль. – Очень красиво. Особенно в горах. У меня есть уединённый замок в Чаше Росы, там пронзительно чистый воздух по утрам, и так чудно поют птицы. А если… - Терпеть не могу птичье щебетание с утра, оно мешает мне спать, - прервало его ворчание принца. – Приехали, нам сюда. И начались муки, в сравнении с которыми прошедшие торжества показались детскими играми. Ряд просторных лавок с разнообразным товаром для высшей аристократии и дворян помельче превратил центральную улицу в череду пыточных, и главным палачом выступал будущий супруг князя. Выбирая ткань для свадебного наряда, Эрик примерял каждую, накидывая на плечи, и требовал мнения Габриэля. Примерно на… втором виде белоснежного шёлка словарный запас оного закончился, а на десятом он даже попытался убедить юношу в том, что все ткани одинаково белые. Его подняли на смех и окунули в непередаваемое презрение. В ювелирной лавке принц почти смягчился, сразу получив в подарок от жениха выбранный перстень с изумрудом и довеском в виде комплимента его глазам. Но, когда дошло до выбора украшений для церемонии и последующих празднеств, Габриэль вновь был осмеян за вопрос «зачем столько?» и принуждён собственноручно подбирать три полных комплекта для ещё не пошитых нарядов. Благо, он неплохо разбирался в камнях и с задачей справился удовлетворительно. Эрик лишь раз отверг тяжёлые браслеты, заменив их на изящную серьгу. В цветочной лавке принц зачем-то принялся советоваться с женихом о том, что лучше приобрести для свадьбы: тюльпаны или лилии. - У Вас не принято, чтобы этим занималась прислуга и организаторы? - Принято, - чуть не плача посетовал юноша, - Но мне так хочется, чтобы всё было идеально. И чтобы Вы тоже были счастливы в этот день, Габи… Почему Вы не можете просто ответить мне?! Оглушающий крик на высокой истеричной ноте пронзил барабанные перепонки насквозь и осыпался звоном в ушах. - Ирисы, - поспешно выпалил князь, отшатнувшись. - Какой чудесный выбор, - умилённо улыбаясь, восхитился Эрик. Сделав заказ на несколько тысяч ирисов, юноша потащил свою жертву дальше. Постельное бельё – вещь полезная, но Габриэль всё же не был уверен, что так важно выбрать оттенок, который будет должным образом сочетаться с тоном кожи жениха, не делая её слишком бледной, но и не давая ей сливаться с простынями. Конечно, весьма похвально, что принца безмерно волнует, как он будет выглядеть в их первую брачную ночь, однако стоит ли готовиться столь тщательно? Князь очень старался не мешать будущему супругу, чувствуя себя немного виноватым, потому что для себя уже давно решил, что их первая ночь станет последней. Но не мешать было очень трудно. От бесконечного щебетания Эрика хотелось того как следует тряхнуть, наорать, заткнуть рот кляпом и спрятать от себя в надёжном месте, где-то на краю изученного мира. И как он ошибался, надеясь, что выбрав бледно-розовые простыни с «идеа-а-а-альным» бледно-зелёным растительным орнаментом, юноша угомонится! К этому комплекту тут же были подобраны покрывало, несколько декоративных подушек, просто необходимых для роскошной брачной ночи, два шёлковых халата, лента для волос и ночная сорочка в чудовищных рюшах, с огромным торчащим бантом пониже спины. Всё это требовало покладистого одобрения князя, с непременной искренней заинтересованностью в осоловелых глазах. Сорочка особенно удручала, но принц буквально пел, прижимая её к груди и потираясь щеками, так что пришлось смириться с этим асексуальным аксессуаром. Мысленно Габриэль позволил себе тяжкий вздох. В Фартре таких проблем просто не могло бы возникнуть в принципе. Все атрибуты брачной ночи были дотошно оговорены древними традициями и не менялись на протяжении веков. И только такая неорганизованная нация, как «ванильки», могла превратить интимное священнодействие в фарс и непристойную клоунаду. Следующей была лавка благовоний, и вот там Габриэль всерьёз был готов взмолиться о пощаде. Эрик, скооперировавшись с продавцом и владельцем лавки, подверг ноздри жениха массированной атаке всевозможных запахов. Эти трое сновали перед глазами, подобно проворным сороконожкам, то и дело выхватывая что-нибудь с прилавка и тыча под нос князю. И если продавец и владелец ограничивались чем-то более-менее приличным и утончённым, то принц явно действовал бессистемно и по наитию, хватаясь за всё подряд. До окончательного выбора благовоний для создания романтической атмосферы в проклятую брачную ночь Габриэль не дотерпел. Быстро извинился, сославшись на духоту и головокружение, выскочил на улицу. Там он принялся жадно глотать воздух, остро приправленный привычным запахом навоза и городских отходов, не в силах надышаться. Гвардейцы принца посмотрели на него сочувственно, собственные бойцы – удивлённо. Как ни странно, в лавке тут же стихли убийственное щебетание и навязчивый бубнёж. Конь Эрика придвинулся, наклонился и нагло принюхался к князю пониже спины. Габриэль опасливо переместил тылы подальше от животного и сурово рыкнул. Конь зафырчал, явно насмехаясь над ним. Юноша вышел спустя всего пару минут. Со словами «смотри, что я выбрал!» он радостно ткнул под нос жениху какой-то кулёк. Концентрированный запах незнакомой смеси ударил в нос, закружилась голова, князя повело в сторону. - Хорошая штука, - согласился с ним Эрик и плотно завязал края драгоценного кулёчка. – Надо бы ещё Вас приодеть, Габи. - Уверяю Вас, принц, у меня всё готово для церемонии, - забеспокоился князь. - Опять что-нибудь скучное? – надулся юноша. – Вы будете смотреться рядом со мной старым пыльным мешком. - Зато Вы на моём скромном фоне будете цвести ещё краше, - как можно льстивее улыбнулся Габриэль. - И разве на меня должны смотреть все приглашённые? Да они даже не заметят меня в любом, даже самом роскошном наряде, если рядом со мной будете Вы, Ваше высочество. Эрик смущенно захлопал ресницами и скромно прикрыл рот ладошкой. - Вы правда так думаете? - Да все так думают! – воскликнул князь и обратился за подтверждением к охране, те послушно закивали головами. - Тогда может быть… - Отправимся на прогулку? Я ещё не видел местных окрестностей. Неужели, Вы откажетесь показать мне их? Принц недоверчиво прищурился, видимо решая, насколько прилично будет выглядеть со стороны совместная прогулка за город, кивнул и улыбнулся, соглашаясь. По дороге они всё же остановились купить несколько пар замшевых перчаток, берет с чересчур длинным пером, несколько дюжин носовых платков, меховой плащ, вышитый лютиками и бабочками по подолу, красное седло с жемчужными подвесками, две заколки для волос, четыре гребня, какие-то непонятные средства для ухода за кожей, парочку которых всучили и Габриэлю, убедив, что он ужасно выглядит для своего возраста, набор колков и струн для лютни, несколько книг, маленькую игрушечную собачку, средство от головной боли и прыщей, опахало из разноцветных перьев, пару восточных туфель с загнутыми носами, вонючую травяную массу, якобы для курения, и к ней кальян, фарфоровую птичку-свисток, три стеклянных колокольчика, горсть крошечных серебряных бубенцов, ножной браслет с пластинками из нефрита, кувшин шербета, пакетик леденцов и две дюжины маленьких ароматных булочек. Уже на выезде из города Эрик не удержался и купил у торговки корзину румяных яблок. Непрерывно болтая и рассказывая об окрестных достопримечательностях самые неправдоподобные небылицы, неся несусветную чушь и постоянно напрашиваясь на комплименты, принц умудрялся хрустеть фруктами, жевать булочки и прихлёбывать из кувшина. Одну из ароматных мягких булок было предложено надкусить и Габриэлю. Эрик протянул в его сторону угощение, видимо полагая этот жест крайне романтичным. Князю, вынужденному наклоняться на ходу, не покидая седла, так не показалось, но его мнение никого не интересовало. В последний момент юноша расправил ладонь, и пришлось снимать с нее булочку губами. Кто-то из сопровождающих несдержанно хрюкнул, но зацикливаться на этом не хотелось. Наверное, со стороны это кормление с руки и вправду выглядело забавно. Места оказались довольно красивыми. Не настолько живописными, как родной Фартр, но тоже довольно мило. У небольшого рыбацкого озера остановились передохнуть. Из еды осталось всего два яблока и несколько леденцов. Габриэль никак не мог понять, как столько могло уместиться в таком компактном на вид принце. Есть хотелось сильно, и князь уже сожалел о затеянной прогулке, тем более что она не избавила его от бесконечной череды покупок, только дополнительно измотала. Отправленный в ближайший посёлок гвардеец смог добыть головку сыра, несколько жареных рыбёшек и свежие лепёшки. Расстелили на траве попоны и плащи, разложили добычу и фляги. Эрик предсказуемо отказался, но князь с удовольствием присоединился к импровизированному пикнику. Вышло довольно весело. Его бойцы никогда не признавали особые церемонии, а гвардейцы быстро освоились, закрутилась оживлённая беседа, травили байки, даже спели пару песен по просьбе принца. Все было замечательно, мешало лишь одно - в том месте, где сидел главнокомандующий, видимо, было полно каких-то колючек, и они нещадно кололи даже через плотную ткань. Причем чем дольше сидели, тем больше их становилось. В конце концов, Габриэль не выдержал, встал, чтобы вытряхнуть подстилку. Но причина дискомфорта обнаружилась раньше. Прямо на то место, где он сидел, кто-то набросал больших высохших репьёв. Дружный смех не прибавил душевного равновесия. А умильно-невинная мордаха будущего супруга наводила на подозрения. Князь не стал скандалить и предпочёл посмеяться вместе со всеми, в уме сделав зарубку непременно отомстить шутнику. Вдобавок ко всему, во время сборов в обратный путь, уже не на шутку напрягающий Габриэля, конь принца боднул его в спину, прошёлся мокрыми губами по шее. К счастью, Эрик явно умел управляться с этим животным и быстро угомонил любопытную тварь: - Маня, разве можно так навязываться?! Фи! Князь может решить, что ты дурно воспитан, mon cher ami. Конь пристыжено опустил голову и ткнулся мордой в плечо принца, кося хитрым глазом на Габриэля. - Вашего коня зовут Маня? – слегка опешил князь, ожидавший чего угодно, цветистого и вычурного, но не такого домашне-уютного прозвища. - На самом деле зовут его Эммануил, но мы давние друзья, и он позволяет мне сокращать его имя, - надменно сообщил Эрик, увёл коня в сторону, что-то нашёптывая тому на ходу и тихо, но очень обидно хихикая. Конь подфыркивал своему господину и норовил оглянуться в сторону князя, но юноша одёргивал, чтобы не отвлекался. Габриэль мог поклясться на чём угодно, что предметом обсуждения является он сам, но предъявить претензии в подобной ситуации как-то не решался. Назад возвращались гораздо быстрее, устроив соревнования на скорость. Но если охрана главнокомандующего охотно подхватила затею, то гвардейцы лишь создавали видимость, страхуя подопечного и не теряя бдительности. Габриэль внимательно следил за действиями всего отряда, не упуская из виду местность, время от времени кидая взгляд в сторону жениха. Щеки принца разрумянились, глаза блестели азартом, волосы развевались на ветру, и вот таким он был маняще красив. Хотелось вырвать его из седла, перетянуть к себе, прижать, впиться в поалевшие губы, пометить свою добычу укусом в шею. Жаркая волна прошлась по телу. Удивление собственными желаниями смешало мысли. Пришлось встряхнуть головой, теряя скорость, чтобы прогнать наваждение. Сжалось острым когтем разочарование, когда он напомнил себе, что этот красавец и его глупый ванильный мальчик – один человек. И осело дымкой сожаления, пачкая изнутри. Пролетев по центральной улице лихим вихрем, со свистом и улюлюканьем они ворвались в главные ворота дворца. Князь немного притормозил, позволив Эрику выиграть. Это было несложно, конь принца немногим уступал его собственному. У конюшен их ждал Марвис. - Нужно поговорить, - тихо и непривычно серьёзно бросил он своему господину, когда нестройная толпа начала спешиваться, передавая поводья подбежавшим конюхам, поздравляя счастливого победой юношу.