Как Шерлок сделал меня одиноким...

О, она согласилась, чтоб я проводил ее до остановки. Это была на мой взгляд девушка-небожитель! И мы шагнули в дождь. Если бы я знал, чем закончится эта совместная прогулка, я бы... Я бы все равно ничего не поменял в своей жизни. "Опыт это то, что мы находим, искав совсем другое" - сказал кто-то из великих. Это была не простая дорога длиною в двенадцать лет. И я думаю прошел ее достойно. Но об этом немного позже. Всю короткую, как мне казалось, дорогу до остановки я рассказывал о Шекспире. У нас в университете его не жаловали, делая акцент на современных драматургах. Может это и было правильно, не в моих правилах обсуждать политику преподавания. Оливия меня слушала довольно внимательно, и в конце нашего пути она меня спросила. - А цель у тебя в жизни какая? - произнесла она спокойным тоном, как - будто проводя тестирование по приему на работу. - Цель? В смысле? - ее вопрос вернул меня на землю. Я пытался понять, почему она об этом спросила. - В прямом, Бенедикт, - она была непоколебима, - у каждого человека должна быть цель. Я вот хочу быть знаменитой актрисой. А ты чего хочешь добиться? Я был в замешательстве, не зная впервые в жизни, что ответить на такой с виду банальный вопрос. Тем временем, не дожидаясь моего ответа, Оливия помахала мне рукой и прыгнула в автобус. Я был подавлен и сконфужен. А ведь все так просто и легко начиналось. И мне почему-то вспомнилось, как я с родителями впервые летом поехали отдыхать за границу. Это была колыбель античности - Греция. Мне было всего шесть лет. И вот однажды с отцом мы прогуливались по греческому рынку, в поисках сувениров и меня ужалила оса прямо в попу. Отец сказал, что ничего страшного, но к нам, как полоумная подбежала какая-то женщина средних лет, стянула с меня штаны и, нагнув вниз головой, стала натирать мое причинное место луком. Боже, мне было и стыдно и больно одновременно. И всю оставшуюся жизнь я считал это самым неловким моментом в моей жизни. О, девочки, девушки, женщины! Вы всегда останетесь для меня загадкой, некой дилеммой между разумом и сердцем. Вы - Огонь, что разрушает нашу стальную кристаллическую решетку, превращая мужчин в жидкий металл. Вы - Солнце, которое может сжечь все живое, и не только человеческую кожу, покрыв ее волдырями, и даже плодородные земли способно превратить в мертвые пустыни, но и бесконечно давая жизнь всему живому, кому хлорофилл, а кому витамин Д. Не зря вас природа наделила возможностью являть на свет маленькое чудо, под названием ребенок. Я всегда был с ними несмел. Моя внешность. Вот что, по-моему, мне всегда мешало. Я считал себя не особо привлекательным, и иногда даже неуклюжим, слишком худым и долговязым. Учась в школе-интернате для мальчиков, я безумно ждал лето. Где у бабушки можно было целыми днями гулять с толпой ребят и девчонок, не думая, как я выгляжу, а просто радоваться жизни. Кстати, тут-то и случился мой первый поцелуй. Мне было тринадцать. Через улицу от нас жила семья ученых, не помню, чем именно они занимались, но было интересно общаться с их дочерью. Она всегда рассказывала, что-нибудь интересное и захватывающее. С ней было не скучно. Я ждал наши вечерние прогулки. Не знаю, может я и был влюблен, но тогда об этом не думал. И вот однажды, провожая ее домой, она мне сказала, что они завтра улетают в США. Ее родителей пригласили по контракту и мы с ней возможно больше не увидимся. Мы стояли на пороге ее дома и я не знал, что ей сказать, и со всего размаха, закрыв глаза, поцеловал... в нос! Надо же так промазать, с моим-то ростом и врожденным чувством равновесия. Слава богам, ее это развеселило, и тем самым, не родив во мне кучу комплексов. Спасибо тебе, моя далекая. Когда мне судьба преподносила очередные испытания, я просто вспоминал рассказы своего отца о нашем далеком прародителе, отважном и бесстрашном капитане Камбербэтче. Которого не пугали ни шторм, ни пираты, он всегда смело вел свое судно по морям и океану в любую погоду при любых обстоятельствах. Вот и я стремился быть на него похожим и с гордостью носил нашу фамилию. И, несмотря на всю трудность ее произношения и запоминания, я не собирался менять ее на Карлтон, и сказал об этом отцу. В начале его актерской карьеры ему настоятельно рекомендовали сменить фамилию Камбербэтч на Карлтон. Он был по-своему рад. И опять принялся рассказывать мне о бесстрашном капитане...