О, эти девять месяцев!

      Наташе нравилось просыпаться от легких поцелуев Клинта, его объятий и сумасшедшего запаха чая с травами. Так уж у них завелось, что Бартон поднимался намного раньше - он просто не мог валяться в кровати до потери пульса, в отличие от весьма ленивой Романофф. Но будить ее ему попросту не позволяла совесть, поэтому он, как золотой муж, шел готовить завтрак. А зачастую сначала бежал в магазин, потому что дарить русской цветы никогда не уставал. Это были не розы и не лилии, обычные полевые цветы. Он нашел магазинчик, где каким-то чудом продавались цветы с русских полей. И это казалось Наташе волшебством, она накидывалась на мужа с объятиями и тихим визгом. Бартон был невероятно счастлив, потому что никто больше не видел у нее в глазах по-детски чистое счастье. Такая честь оказана только ему.       Наташа улыбается и проводит пальцем по лепесткам белоснежной ромашки. На несколько секунд в ее глазах отражается грусть - она нередко признавалась Клинту, что скучает по России, - но тут же проходит. Потому что на нее смотрит любимый таким сумасшедшим влюбленным взглядом, что больше ни о чем думать не хочется.       - Клинт, ты на них разоришься, - Наташа осторожно ставит букет в вазу на тумбочке и улыбается, когда Бартон садится рядом с ней.       -Нат, ради тебя я весь мир переверну, что уж говорить о такой мелочи, как покупка цветов, м? - он собственнически ее обнимает и целует в висок.       -Тогда я должна тебя отблагодарить… - в голосе русской проскальзывают хитрые лисьи нотки, а после она осторожным, но быстрым движением опрокидывает мужчину на кровать.       -Нат, пожалей соседей. Не с утра же! - тихий смех и ни грамма недовольства.       -Это проблемы соседей, потому что звукоизоляцию ставить нужно! - Романофф откидывает ремень мужчины в сторону.       -Я говорил, как обожаю супружескую жизнь? - довольная до чертиков улыбка.       -И не раз, - тихий смешок со стороны русской.       После спасения Манхеттена, когда они исцарапанные, с кучей синяков, но живые, встретились на руинах какого-то здания, Сокол сделал предложение руки и сердца, ради которого он и выжил в той бойне. А Вдова согласилась, потому что чувства есть чувства, и скрывать их от других ей уже надоело.       Вот и сейчас, когда кровать совершенно непотребно скрипит, а стоны раздаются на всю квартиру, она чертовски счастлива, потому что теперь уже все точно знают, что между ними не дружба и не долг, а намного большее.       Любовь.