Imperio

Меня бросили прошлой осенью. И зимой потом тоже бросили. И весной одной В високосный год Бросили меня, А не на оборот. Валентин Стрыкало … Вежливо наклонив голову, Гарри вышел прочь из кабинета. Прямо возле дверей маячила Беллатриса. — Закончил? — с отвращением в голосе спросила ведьма. — Да, — в глазах Гарри мелькнула злоба. — Будь повежливее, если не желаешь попасть в немилость к Тому. Кстати говоря, я всё ещё помню, кому обязан парой литров утерянной крови и разорванным телом. Уж поверь мне на слово, если не прекратишь беситься – пожалеешь. Уяснила? Ничего не ответив, Беллатриса шмыгнула в кабинет. По её ссутуленным плечам было видно, что ведьма подавлена, но тем не менее от неё шла волна злости. На пути к выходу из поместья Гарри больше никто не встретился. Лишь у самых ворот Гарри увидел любующегося прибывающей луной Струпьяра. В глазах оборотня читалась какая-то непонятная Гарри решимость. Увидев приближающегося Гарри, Струпьяр вздохнул с явным облегчением. — Струпьяр, что-то случилось? — спросил Гарри, рассматривая напряженное лицо оборотня. — Нет, но нам надо поговорить, серьёзно. — К тебе? — Наверное, не стоит. — Тогда давай куда-нибудь зайдём. Здесь холодно. Дождавшись соглашающегося кивка, Гарри, взял Струпьяра за руку и аппарировал в маггловский Лондон. Выйдя из переулка, он уверенным шагом направился в сторону круглосуточной кафешки. В это время заведение пустовало. Гарри со Струпьяром заняв столик в дальнем углу, заказали по чашке кофе. Сонная официантка, выполнив заказ, снова устроилась на стуле и положила голову на барную стойку. Сделав глоток отвратительного на вкус и запах кофе, Гарри окружил их столик заглушающим коконом. — О чем разговор? — спросил он, грея руки о чашку. — Я не хочу тебя обижать, но дело в том, что я не могу быть с тобой. И поверь дело вовсе не в тебе… — А в чем же? — Гарри не показывал никаких эмоций. — Просто всё объясни нормально. Гарри ещё в самом начале отношений со Струпьяром понял, что они будут недолгими. Оборотня постоянно что-то мучило, хоть он и пытался это скрывать. И если бы не он, то пришлось бы Гарри самому как-то решать сложившуюся ситуацию. — Гарри, дело в том, что Андреа, когда ещё был жив, связал нас нерушимым браком. Тогда это было единственным вариантом подавить мою ликканскую сущность. Оборотень во мне был настолько силён, что даже когда было не полнолуние, я четко ощущал его и временами он вырывался. Ритуал навсегда привязал наши души друг другу, тем самым заставляя оборотня подчиниться. Даже в следующем перерождении, мы ничего не помня, будем искать друг друга. Но дело в том, что как только тело Андреа покинула душа, мой ликканин почуял это и снова рвется на свободу. На Рождество я его едва сдержал. С каждым разом он становиться всё более неконтролируемым и кровожадным. Не хотел говорить тебе, но по твоему лицу видно, что ты не считаешь это весомым поводом для расставания. Полгода назад, я встречался с миленьким мальчиком. Всё было отлично, но вот только во время секса, на самом пике мой ликканин вырвался и вспорол ему горло. Знаешь, я ощущал, как он жадно пьёт кровь мальчишки. Я чувствовал, как она струится в моё горло. Когда я пришел в себя, он уже не дышал. И поверь, Гарри, я до сих пор не могу простить себе того проступка. Именно поэтому я не могу быть с тобой. Я не могу спокойно жить, понимая, что в один момент ликканин возьмет верх, и это твоё тело будет лежать в окровавленной кровати. — Струпьяр, — голос Гарри был спокоен. — Я понимаю, что ты боишься за меня, но как ты и сказал – я не считаю это весомой причиной для разрыва. Но и своё мнение навязывать тебе не имею права. Я приму любое твое решение. — Моё мнение ты уже слышал, — тихо сказал Струпьяр, стараясь не поднимать взгляд на Гарри. — Я не хочу, что бы ты страдал. И вижу из этой ситуации только один выход, ты знаешь какой. — Тогда я не вижу смысла продолжать этот разговор, — пожал плечами Гарри, вставая. — Извини, если заставил тебя страдать. Спасибо, за все те моменты, в которые мы были счастливы. И до встречи. Больше сказать было нечего, и Гарри вышел из кафешки и направился прочь. Струпьяр смотрел пустым взглядом на стоящие на столике две чашки кофе. Понимание того что он только что оттолкнул единственного живого человека, который переживал о нём, навалилось тяжким грузом. У Гарри не было никакого желания возвращаться в Хогвартс. Ведь там поджидали друзья, жаждущие узнать о событиях сегодняшней ночи. Их вопросы он бы просто не вытерпел. Вынув из кармана галеон, он передал Гермионе краткое сообщение: «Со мной всё в порядке. Разговор с Волдемортом прошел нормально». Спустя минуту монета нагрелась, оповещая, что пришел ответ: «Ты скоро вернешься?» «Не знаю. Ещё есть кое-какие дела. Не ждите меня». «Будь осторожен». Горько усмехнувшись, Гарри убрал монету в карман. Вариантов куда отправиться, было очень много, но все они казались слишком неуместными. Большой компании не хотелось, но и в одиночестве оставаться не было никакого желания. Выходило, что придется-таки возвращаться в Хогвартс, но и в этом было своё преимущество – можно было выпить с кем-то из друзей. Этот вариант Гарри и воплотил в жизнь. Временно сменив внешность, Гарри аппарировал на Косую аллею и купил пару бутылок огневиски. Когда он уже расплачивался, его взгляд ненароком упал на витрину с сигаретами. До этого времени Гарри никогда не курил, хоть сокурсники и предлагали ему. Раньше ему казалось это бессмысленным, но в данную минуту захотелось попробовать. Расплатившись, Гарри вышел на улицу и прямо на пороге закурил. Первые затяжки неприятно обожгли горло и лёгкие дымом, но чем больше скуривал Гарри, тем приятнее казался едкий дым, наполнявший его легкие. За одной сигаретой последовала другая. Спустя полчаса Гарри был в Хогвартсе. Покои встретили его тишиной и прохладой. Пришлось разжигать потухший камин. Помещение быстро наполнилось приятным теплом. Часы показывали начало шестого, но спать совершенно не хотелось. Откопав в кармане галлеон, Гарри задумался. Перебирая в голове все возможные варианты, он вспомнил о забытом друге Роне. Как вариант можно было выпить с ним, но тогда пришлось бы рассказывать, где он взял огневики и какова причина пьянки. Выпить с Драко? Лучше уж вовсе в одиночестве. Малфой казался в последнее время очень странным. Близнецы? А вот это уже идея! Крепко сжав галлеон, Гарри отправил им предложение выпить. Неизвестно каким образом им удалось добраться за пару минут. Немного потрепанные, но как всегда веселые они устроились на диване. Гарри, сидевший в кресле, быстро призвал три стакана из шкафчика и, откупорив бутылку, плеснул в них коричневатую жидкость. — Гарри, может, расскажешь нам о поводе? — спросил Фред. — Повод? — переспросил Гарри. — А он должен быть? — Да, — кивнул Джордж. — Люди просто так не распивают огневиски в шесть утра. — Я распиваю, — пожал плечами Гарри. — Серьёзно? Что-то я не замечал, — Фред старался говорить аккуратно. — Серьезно, Гарри, ты же знаешь, что можешь рассказать нам что угодно. — Долго рассказывать, — попытался отвертеться Гарри. — А мы и не спешим, — выдали одновременно близнецы. — Мы, правда, хотим помочь, — тихо сказал Джордж. — Ребята, спасибо вам, — перебил Гарри. — Но здесь вы, правда, ничем не поможете. — Что-то со Струпьяром? — тут же догадался Фред. — Если этот гад обидел тебя, то мы ему голову оторвем, — добавил Джордж. — Нет, — отрицательно покачал головой Гарри. — Струпьяра это никак не касается. Тем более он был мне просто любовником, не больше. — Вы расстались, — сделал выводы Джордж. — Да, давно пора было это сделать, — вымученно улыбнувшись, ответил Гарри. — Вы ведь не перестанете задавать вопросы и вытягивать из меня информацию? — Ты чертовски догадлив, — кивнул Фред. — Тогда мне лучше самому всё рассказать, — задумчиво сказал Гарри, доставая из кармана пачку сигарет и подкуривая. — Для начала скажите, знаете ли вы что такое любовь? — дождавшись утвердительных кивков, Гарри продолжил. — Тогда вы знаете, что выбирать, кого любить – не дано. Что это, похоже, на некое озарение. Которое заставляет тебя думать и заботиться лишь об одном единственном человеке. Ты не можешь не думать о нём. Но самое сложное, когда этот самый человек не позволяет тебе приблизиться и всячески тебя игнорирует. И что бы ты не делал, он продолжает считать тебя глупым ребенком. Закончив своё монолог, Гарри уставился на бушующее в камине пламя. Близнецы, молча, наблюдали за вмиг поникшим Гарри. Они давно заметили, что с их другом что-то не так, но только сейчас узнали о масштабности проблемы. Видя, как убивается Гарри, Фред неосознанно прижался к Джорджу. Тот понял, что чувствует его близнец и обнял его, нежно прижимая к себе. — Знаешь, Гарри, — серьезным голосом сказал Фред. — Мы понимаем тебя. Ты не думал, что этот человек избегает тебя лишь потому, что боится, что общество не воспримет его как твоего партнера? Ведь многие люди слишком сильно погрязли в своих убеждениях. Они не считаются с твоим выбором. Они лишь пытаются сделать, так как сами считают правильным. Они не понимают таких вещей как любовь! Ты ведь понимаешь? Оторвав взгляд от огня, Гарри осмотрел прижимающихся друг к другу близнецов. Посмотрел на их светящиеся счастьем глаза. На то как нежно обнимал Джордж Фреда. — Я понимаю, — искренне ответил Гарри. — Просто мне всё равно, что думает или хочет общество. Если они не хотят принимать правду – это их проблемы. Неужели нельзя просто быть счастливым? — Конечно можно, Гарри,— улыбнулся Джордж. — Но для этого необходимо быть очень осторожным и тщательно следить за своими действиями. — Но как заставить его ответить? — Ты не можешь принуждать его к чему-либо, — тут же сказал Фред. — Он сам должен этого захотеть. Лучше не пытайся его заставлять, этим ты только спугнешь. Понимающе кивнув, Гарри допил имевшийся в стакане огневиски. Просидев ещё некоторое время в тишине, близнецы отчалили. Оставшись один, Гарри порывшись в шкафчике, нашел флакончик Антипохмельного. Прояснившийся разум быстро переваривал полученную информацию. Отношения Фреда и Джорджа не вызывали у Гарри никаких отрицательных эмоций. Наоборот, это казалось правильным. Часы, сдвинувшиеся на цифру восемь, заставили Гарри отправиться на завтрак. Громкие разговоры школьников раздражали. Гермионы не было видно. Горячий крепкий кофе избавил Гарри от сонливости. Теперь он равнодушно осматривал школьников. Привычно его взгляд скользнул на преподавательский стол и встретился с пристальным взглядом Северуса. Медленно крутя кубок в руках, Северус наблюдал за невыспавшимся Гарри. Снейп отчаянно пытался скрыть рвущиеся наружу эмоции. Хоть он и дал себе слово не вмешиваться в жизнь Гарри, видеть рядом с ним оборотня – было свыше сил Северуса. Одна лишь мысль об оборотне и Гарри заставляла его схватить палочку и проклясть чертову псину, но это самое слово заставляло терпеть и сдерживаться, не выпускать эти человеческие слабости – эмоции, чувства. Каждый раз стоило Северусу подумать о Гарри, как перед глазами всплывала картина, подсмотренная в доме Струпьяра. То как Гарри выгибался, приоткрывая губы в беззвучном стоне… Резко вздрогнув, Северус выпрямился на стуле. Для полного счастья не хватало ещё эрекции в полном школьников зале. За всё это время, Гарри и Северус так и не разорвали зрительного контакта. И вечно осторожный Северус, купаясь в теплой зелени родных глаз, не заметил ещё одного пристального взгляда следящего за ними…