Imperio

Выждав несколько минут, Люциус вошел в ритуальный зал. Том сидел у стены в кресле. — «Внешность», — мысленно отметил Люциус. — «Он изменился,… стал таким как прежде,… таким, как тогда». Переборов эмоции, Малфой неспешно подошел к сидящему с закрытыми глазами Тому. — Мой лорд, — дрогнувшим голосом обратился Люциус. — «Да!» — закричало его сознание, когда Том открыл глаза. — «Его глаза снова голубые!» — Люциус, ты что-то хотел? — уставшим голосом спросил Реддл. — Да, мой лорд, — вежливо ответил Малфой. — Мистер Поттер настоятельно требовал, что бы я позаботился о вас. — Этот мальчик всё-таки очень умен. — Так оно и есть. Вам необходимо отдохнуть. Давайте я отведу Вас в покои. — Люциус, я не настолько слаб, чтобы не мочь идти самостоятельно. — Я понимаю, мой лорд. Но я обязан о вас позаботиться. — Слишком уж сильно ты рвешься выполнять приказ мальчика. Понимая, что что-то не так с Малфоем, Том решил не спешить с выводами и подождать, понаблюдать. С таким рвением, Люциус должен был сам себя выдать. Позволив проводить себя до кровати, Том всё-таки отослал Люциуса. Но Малфой для страховки, бросил на двери сигнальные чары. Призвав домового эльфа, он отдал приказ – выполнять все требования Темного лорда. __________________ Хогвартс 17:38 Неспешно пробираясь по коридорам, всё ещё полным студентов, Гарри направлялся в подземелья. Необходимо было поговорить с Северусом. На лестнице, ведущей в сырые подземелья, Гарри накинул на себя маскирующие чары. Слишком уж пристально за ним наблюдали Слизеринцы. Наконец, добравшись до заветной двери, Гарри замер. Из-за неё доносились голоса. Подумав, Гарри пришел к выводу, что под дверью оставаться как-то не правильно. Обернувшись змеем, Гарри прополз в довольно приличную щель в стене (не Хогвартс, а руины прям) и быстро шмыгнул в неосвещенный угол кабинета. Оттуда открывался прекрасный обзор на сидящих за столом. Прислушавшись, Гарри замер. — Северус, ты уверен, что не замечал за Гарри ничего странного? — тревожно спросил Альбус. — Я очень волнуюсь о нём. — Директор, я так и не понял, почему Вы спрашиваете об этом у меня? — развел руками Северус.— Я что так сильно похож на няньку? Вам стоит обратиться с этим вопросом к Минерве. — Минерва не отвечает мне ничего осмысленного. Говорит, что всё в порядке и Гарри ведет себя отлично. Но я-то чувствую, что что-то не так! Гарри изменился. Он перестал общаться с сокурсниками. Мистер Уизли сказал, что он не ночует в своей кровати. — Директор, а Вы не задумывались о том, что Поттер мог найти себе девушку? — приподняв бровь, спросил Северус. — Он же, в конце концов, взрослый парень. Вы же не думали, что он целибат будет носить до конца жизни? — Нет, что ты мой мальчик! — воскликнул в сердцах Альбус. — Конечно, я такого не думал. Насколько я проинформирован, Мистер Поттер интересовался лишь мисс Уизли, но она утверждает, что не общается с ним уже несколько месяцев. Не к добру это, Северус. — Директор, позвольте, — не выдержав, прервал Снейп. — Вы не думали, что мистеру Поттеру лучше самому решать с кем общаться? Да и вообще, чего Вы вечно пристаете ко мне с вопросами о нём? Я ведь не слежу за ним! Мне своих подопечных хватает. Если вас так сильно интересует личная жизнь мистера Поттера, спросите у него самого! Чего ж ходить вокруг да около? — Северус, ну как же? Я думал, ты мне поможешь. Ведь Гарри вряд ли расскажет мне что-то. — А мне Поттер должен всё рассказывать? Если Вы помните, то он ненавидит меня не менее слабо, чем я его. — Ты ошибаешься, — осторожно сказал Альбус. — Я уверен, что ты не ненавидишь Гарри. — Директор, ошибаетесь Вы, — повысил голос Северус. — Этот мальчишка такой же наглый, заносчивый дурак, как и его отец! И если Вы помните, то его я тоже ненавидел. — Северус, я помню, но так же я помню, за что ты его ненавидел и любил. — Что?! Я никогда не любил его! — Не кричи, Северус. Не хочешь признавать этого, тебя никто не заставляет. Я, пожалуй, пойду. Встав, директор вышел, осторожно прикрыв за собой двери. Северус злобно ударил кулаком по столу. Приняв свой облик, Гарри похлопал руками. — Браво, Северус, — сказал он, ухмыляясь. — Отлично играешь. — Поттер? — вздрогнул Северус. — Давно ты здесь? — Достаточно давно. Ты ничего не хочешь мне рассказать? Глубоко вздохнув, Северус уставился на Гарри колючим взглядом. Гарри же спокойно сел на стул, и посмотрел на человека способного в любой момент разбить его на миллионы осколков. — Не хочешь? — спросил он. — Тогда спрошу как-нибудь потом, если доживем до того времени. Северус всё молчал, обдумывая, что можно ответить, но так и не решил. — Я был у Тома, — решил перевести тему Гарри. — И как успехи? — задумчиво спросил Северус. — Все осколки, кроме одного, соединены. Все прошло без заминки. Кстати говоря, Том теперь красавчик. — Я должен ревновать? — Кто знает, кто знает. — Уверен? — спросил Северус, делая наиграно суровое выражение лица. — Да, ладно. Он всё-таки мой родственник. — Ну, многих это не останавливает. — Я ничего против этого не имею, просто не отношу себя к таким людям. У меня есть два друга и они братья, и я ничего против этого не имею. Ведь никто не в праве выбирать кого любить. В этом нет ничего извращенного. — Ты не Уизли имеешь в виду? — Откуда ты знаешь? — Ловил их несколько раз, — пожал плечами Северус. — Хм… и что ты думаешь об этом? — спросил Гарри, вставая со своего места и подходя к Северусу. — Я думаю, что это не моё дело, — ответил Северус, усаживая парня к себе на колени. — Меня больше заботит другой молодой человек. — Кто же это? Я уже должен ревновать? — Гарри очень даже по Снейповски приподнял бровь. — Это решать только тебе. Довольно ухмыльнувшись, Северус поцеловал Гарри в губы. Он уже решил для себя, что поддержит любое решение Гарри, каким бы оно ни было. Он решил, что поможет в любой ситуации. И это не потому, что считает это правильным, а потому что он любит. Любит, так как никогда не любил Лили. Так как никогда не позволял себе любить Джеймса. Вспоминая о нём, Северус каждый раз вздрагивал. Он не мог позволить старым чувствам взять верх. Были в тех воспоминаниях такие вещи, о которых Северус не мог рассказать никому. Один раз он уже допустил ошибку, рассказав обо всём Дамблдору. На тот момент, Альбус казался единственным человеком, которому можно доверять, но это оказалось ошибкой. Теперь Северус уверен, что их славный директор нарочно привлек внимание Тома к семье Поттеров. Он специально подставил двух дорогих Северусу людей. Лили, которая была ему как младшая сестра, о которой он всегда мечтал. И Джеймса, милого Джеймса, который сам не понимал, почему он не хочет жить со своей женой. Почему его так сильно тянет к другому человеку. Теперь же Дамблдор решил использовать их сына. Единственное напоминание о Поттерах. Правильно говорят, что те, кто не с Темным лордом и не с Альбусом гибнут в первую очередь. Остаются лишь враждующие стороны. А ведь Альбус намного страшнее и опаснее Тома. Темный лорд всегда действует напрямую, открыто. Если ему надо убить кого-либо – он убивает. Альбус же делает все скрытно. Он использует в своих целях других, а когда они становятся ненужными – избавляется. Скольких людей он использовал? Сколькими пожертвовал? И сколько магических семей пострадало? Почему-то вспомнился давний друг Альбуса – Геллерт. Еще, будучи молодым Северус услышал историю, поразившую его. Ведь насколько надо быть жестоким и бессердечным, что бы отправить своего самого ближнего друга в Нумергард? Теперь у Северуса сложилось сомнение о правильности заключения Геллерта Грин-де-Вальда в тюрьму. Почему-то казалось, что он не виновен, что его подставили. Да и вообще, Нумергард - это ужасное место. Если заключенные в Азкабан могли выйти оттуда полноценными волшебниками, лишь с физическим истощением, то из Нумергарда мог выйти лишь сквиб. Северус ни разу за жизнь не слышал, чтобы кого-либо выпустили оттуда. Да и никто толком и не знает, где она находится, только правительству и Аврорам известно. Единственное, что известно о ней, так это то, что там очень холодно и сама крепость стоит посреди большой каменной равнины.