Ты мне не отец!

С того разговора в директорском кабинете прошло уже три дня, но Уильям всё ещё не хотел контактировать с внешним миром. Его вещи перевезли к Принцу, выделившему мальчику небольшую квадратную комнату, которую, видимо, уже давно не использовали. Стены какого-то непонятного грязно-горохового цвета были абсолютно пустыми, только иногда взглядом можно было зацепиться за чёрную шляпку гвоздика, и тогда Уил думал, что, наверное, раньше на этом гвоздике висела красивая картина или хотя бы часы. Он вообще практически заперся в свой комнате. Вещи, сложенные у двери, так и лежали неразобранными, только необходимые предметы: пижама, зубная щётка и другие были вытащены заботливыми лапками эльфов. Уильям долгие часы проводил, уставившись в стены и потолок, рассматривая скромное убранство комнаты так, будто от этого зависело что-то очень важное. Он видел паутину, которую сплёл маленький чёрный паук с длинными лапками в дальнем углу комнаты; он вглядывался в доски, выискивая треснувшие. Ночью он насторожено смотрел на массивный и явно очень старый, практически древний шкаф. Мальчику все время казалось, что оттуда вылезет что-то страшное. Не то, чтобы Уил боялся выдуманных монстров, но думать о своем бесстрашии днём было намного легче, чем ночью… В общем, будучи не в состоянии заснуть, он практически до рассвета сидел в узкой кровати, укрывшись с головой тонким одеялом и уставившись на шкаф в маленькую щёлочку. Иногда ему казалось, что на него оттуда, прямо из несколько сгнивших досок тоже кто-то смотрит. Тогда Уил быстро переводил взгляд на чёрный стол и испуганно замирал, боясь пошевелиться. По утрам Уильям забирался на подоконник своего единственного окна и смотрел на рассвет. Он бы выбросился, но опытным путём было выяснено, что при малейшей попытке выпасть из окна срабатывало заклинание, и мальчика переносило обратно в комнату. На самом деле это произошло всего один раз, но тут же в помещении появился эльф и пригрозил рассказать Принцу о подобном безобразии. Вспомнив запах перегара, которым практически постоянно пахло в столовой, где Принцу и Поттеру приходилось встречаться хотя бы два раза в день, мальчик тогда пообещал домовику не устраивать больше подобных акций. Мало ли, что может ему сделать Принц, если рассердится. Он и так был слишком хмурым. Уильям старался не думать о родителях. Хотелось воспринимать своё заточение у Принца как очередное приключение, после которого можно будет вернуться под защиту мамы и папы. Только в последний перед похоронами день Уильям позволил себе пореветь в подушку. — Почему? Почему они оставили меня?! Почему?! — захлёбываясь рыданиями, спрашивал он у пустых стен. Яростно взвыв, мальчик отбросил подушку, и та попала прямо на гвоздик. — Почему я должен оставаться у Принца?! Какого чёрта?! Этот урод отравит меня при первой же возможности! — обвинительно выкрикнул он подушке на стене. — Отравит! Порежет на зелья! Урод, сальноволосая летучая мышь! Почему родители умерли? — он длинно всхлипнул и вдруг снова заорал: — Они живы! Я знаю! Я не видел тел, никто не видел тел, значит, они живы! Живы, живы, они ЖИВЫ!!! Принц врёт, и Дамблдор врёт! — Уил подорвался с кровати и нечаянно смахнул с прикроватной тумбочки будильник. Звук разбившегося стекла, казалось, только больше разъярил его. Мальчик издал странный пугающий звук, отчасти крик, отчасти рычание, и, схватив края тумбочки руками, приподнял её и швырнул в стену. Раздался ужасный грохот, тумба развалилась, а на стене остались царапины. В этот момент дверь в комнату распахнулась, ударившись о стену, и внутрь влетел очень злой Принц. — Поттер! Что вы творите, безмозгл… — Заткнись!!! — Уил дерзко посмотрел прямо в глаза мужчине. — Прекрати сейчас же! Верни меня к родителям! Я хочу увидеть их! Немедленно, Принц! Я не хочу у тебя жить! Я тебя ненавижу! — выкрикнул мальчик и совершенно бездумно схватил спинку стула, который стоял рядом. Как-то нелепо размахнувшись, он метнул стул в Принца. — НЕНАВИЖУ! Еле увернувшись от стула, Принц быстро подошёл к Уильяму и, от души размахнувшись, ударил его ладонью по щеке так, что мальчик пошатнулся и осел на пол. — Успокоились? А теперь послушайте меня. Ваши родители погибли — безусловно, по вине вашего тупого папаши — и теперь я вынужден опекать вас. Будьте уверены, я бы с радостью отказался от вас, если бы мог, но, увы, вы никому больше не нужны. Радуйтесь, что ваша мать указала в своем завещании этот пункт, иначе вас пришлось бы отдать в приют. Поэтому заткнитесь и будьте хоть немного благодарны. Мальчик сидел на полу, прижав ладонь к месту удара и уперев глаза вниз, слушал отповедь и молча глотал слёзы, стекающие по лицу. — Вы меня поняли, юноша? — дождавшись кивка, Принц наклонился к ребёнку, обдав его запахом виски, и, потянув его вверх за плечи, поставил на пол. — Идите, умойтесь и ложитесь спать. Если вы слишком взбалмошны, чтобы успокоиться, я могу дать вам снотворное зелье. Надо? — Нет. — «Нет, сэр», юноша, будьте так добры. Запомните: я вас ненавижу, вы меня ненавидите, но нам придётся сосуществовать вместе. Поэтому вам придётся проявлять определённое уважение; я не потерплю неповиновения. Учитывая обстоятельства, это безобразное поведение я могу простить, но это первый и последний раз, вам ясно? — Да, сэр, — Уил почувствовал, что у него просто нет сил спорить с мужчиной. — Наконец-то. Тогда окончим разговор, — Принц развернулся, окинул взглядом бардак в комнате, скривился, но ничего не сказал и просто вышел. Уил действительно пошёл умываться, но в ту ночь так и не заснул. *** На следующий день каждый притворился, что вчера вечером не произошло ничего необычного. После скромного завтрака Принц раздражённо протянул мальчику свою руку: — Держитесь, юноша. Нам предстоит аппарация. Надеюсь, вы знаете, что это такое? Отрывисто кивнув, мальчик взял профессора за руку. Перед тем, как они аппарировали, Уил успел посмотреть в огромное зеркало. Там отражались два вампирообразных существа: огромные синяки под красными глазами на их бледных лицах смотрелись несколько пугающе. В сонном мозгу промелькнула истеричная до смеха мысль, что они похожи на родственников. Уильям мрачно усмехнулся. *** Поттер никогда не был на похоронах. Он всегда представлял это действо трагическим и мрачным, навевающим тоску или даже депрессию. И он совершенно не ожидал, что похороны могут проходить… так. Сначала им нужно было посетить общие похороны всей команды, погибшей в тот день, и только потом отправляться на личные захоронения. Уил не знал, почему решили сделать именно так, но догадывался, что это нужно, чтобы все могли присутствовать. Тем более, его родители и другие авроры вроде как герои. Какая, впрочем, теперь разница? .. Так или иначе, шоу начиналось. На сцену вышел Министр магии. — Здравствуйте, господа и дамы! В этот день мы собрались здесь, чтобы почтить память погибших… Отстранённо слушая, Уильям осматривался. На площади было ужасно людно. Казалось, каждый гражданин Магической Британии был здесь. Маленькие дети, которые совершенно не понимали, отчего их притащили на какое-то скучное мероприятие, плакали, ругались и кричали, создавая размеренный гвалт. Взрослые вели себя не лучше. Они улыбались, они радовались победе. Родственники погибших явно выделялись в толпе: заплаканные глаза, сгорбившиеся фигуры… и взгляды, полные ненависти, которые они бросали на веселящихся людей. Многие в скором времени уходили, не желая присутствовать при этом фарсе. — … решили, что было бы славно, если можно, так сказать, позаимствовать у магглов их традицию после смерти развевать пепел по ветру! Это… Поттер стоял и смотрел на всё это. Слишком весело. Слишком радостно. Он очень хотел уйти оттуда. Он обернулся на Принца. Тот мрачным изваянием застыл на месте, взгляд его был устремлён куда-то в никуда. Как всегда он своим суровым выражением лица отбивал желание задавать вопросы. «Мерзкий ублюдок», — как-то отстранённо подумал мальчик. Стараясь быть как можно более незаметным, Уил отошёл и уже было рванул на выход, как ему на плечо опустилась рука и сильно сжала. — Мистер Поттер, — услышал Уильям шипение у уха, — куда вы направляетесь, позвольте спросить? — несмотря на практически спокойный тон и саму постановку вопроса, рука так сильно сжала плечо мальчика, что тот вскрикнул. — Отвечайте! — Я хотел отправиться на личную церемонию, — еле слышно, но голосом, полным уверенности. — Она через четыре часа, юноша. Вы устанете ждать, — Принц, казалось, был немного удивлён, но хватку не ослабил. — Я… — сквозь зубы. — Пожалуйста, профессор… Я не хочу здесь оставаться. Северус недоверчиво посмотрел на мальчика, но согласно кивнул и аппарировал. *** Гробы были очень красивыми. Из тёмного дерева, массивные, они казались правильными. Торжественно-мрачными, такими, какими и должны быть гробы, уносящие с собой в землю умерших людей. Уильям отрешённо вглядывался в природный узор на лакированных досках, не слушая слова священника. Пугающие переплетения тонких линий складывались в страшные фигуры и лица, закручивались в спирали, переходя в очередную вытянутую голову, кричащую от горя. Священник всё говорил и говорил, а мальчик только морщился. Ему всегда казалась, что вызывать служителей маггловской церкви на похороны волшебников по меньшей мере странно, но Дамблдор настоял. Уил не стал ничего говорить о погибших, никто не стал. Собственно, почти никого и не было: только Уильям, Принц и Дурсли, маггловские родственники Лили, которые испуганно оглядывались по сторонам и явно желали поскорее уйти. Только тощая длинношеяя блондинка, тётя Петунья, тихо плакала в кружевной платочек. Позже, стоя у огромной могилы, в которую уже опустили гробы, Уильям будто очнулся от долгого сна. Он оглянулся. Тётушка, дядя и Дадли жалась в стороне, а зельевар стоял с совершенно спокойным выражением лица. Уил с отчаянной яростью сжал руки в кулаки. Бесчувственный ублюдок! «Лили, прости меня, пожалуйста. Я не смог тебя уберечь. Не смог отговорить тебя от службы в аврорате. Из-за меня ты погибла. Только я виноват. Я позабочусь о твоём сыне, Лили. Это будет последнее, что я смогу сделать для тебя. Как жаль, что я не могу уйти вместе с тобой! ..» — Принц было нахмурил брови, но тут же снова расслабил лицо. Нечего показывать кому попало свои эмоции. Не зная, как он ошибался, Уил резко отвернулся. Перед его глазами предстала чёрная яма и поблескивающие в глубине лакированными глазами искажённые в крике лица деревянных досок. Уильям потряс головой, прогоняя морок, и взял в руку горсть земли. На пару секунд он снова посмотрел вниз, боясь опять встретиться взглядом с фантомными фигурами. Но ничего. В могиле невинно лежали самые обычные гробы, красивые и торжественные. Мальчик медленно разжал пальцы. Глухой стук комков земли по крышке гробов продрал до костей и наконец донёс до воспаленного мозга простую истину. Родители действительно мертвы. Всё. Уильяму вдруг захотелось достать пальцами до крышки гроба. Он встал на четвереньки, потянулся, опустившись вниз всем корпусом, но не удержался и чуть не свалился в могилу: в самый последний момент его схватил за плечо Принц и оттащил подальше. Больно сжимая руку мальчика, он прошипел: — Какого чёрта вы творите, Поттер?! Вы… — Вы понимаете, что их там даже нет?! — перебил его Уильям, резко ухватившись свободной рукой за мантию мужчины. Теперь он сидел на пятках, наклонившись вперёд, одна рука его была поднята Принцем в бесполезной попытке поставить мальчика на ноги, а второй тот тянул вниз чёрную ткань полы мантии. Лихорадочно сверкая глазами, ребёнок начал говорить. — Совсем нет, ничего, понимаете?! Совсем, совсем ничего от них не осталось! Просто, вот, два гроба да горстка пепла, всё, больше ничего! Понимаете? — он посмотрел прямо в лицо мужчины, но наткнулся на раздражённый взгляд. — Да ни черта вы не понимаете! — заорал Уильям вдруг, отпуская ткань и выдёргивая руку из захвата. Принц от неожиданности отпустил его, и мальчик повалился на спину. — Ни черта! — выкрикнул снова, не замечая, что по его лицу текут слёзы. — Пойдём, юноша. Хватит с вас на сегодня, — проворчал Мастер Зелий, схватил мальчика за руку и аппарировал домой.