Ты мне не отец!

На следующее утро Уил проснулся с отвратительной головной болью. Он был ещё более печальным, чем обычно, рассеяно ковырялся в завтраке и на приветствие Принца ответил раздражённым взглядом, но тут же бодро поздоровался. Опекун, казалось, тоже не выспался: под его красноватыми глазами были тёмные круги, сам он поджимал губы и хмурился. Уил обеспокоено осмотрел мужчину, немного подумал, закусил губу и, собравшись с силами, выпалил: — Сэр, а можно пригласить сюда Рона и Гермиону? Ненадолго, пожалуйста! Северус чуть не подавился чаем. — Поттер, с вами всё в порядке? Конечно, нет. — Всего на несколько часов, сэр! — Нет, юноша, хватит. Не нойте. Вы не заслужили подобного рода поблажек, — сердито отрезал Принц. Тут он вдруг внимательно посмотрел на мальчика и добавил. — Будете вести себя хорошо, разрешу. Уил печально вздохнул. Вся остальная часть дня превратилась для Северуса в тихий кошмар. Где бы он ни находился, в этой части поместья обязательно оказывался несчастный Поттер, который вздыхал, заламывал руки и просто излучал ауру обеспокоенности и грусти. Но очень тихо. Еле дождавшись вечера, Принц, у которого вообще-то была очень хорошо развита эмпатия, из-за чего к концу дня его голова раскалывалась, заявил за ужином, что остался доволен тихим поведением Уильяма и разрешил ему отправить друзьям приглашения. Те примчались на следующее же утро. *** — Уил, как тебе здесь? — спросил Рон, как бы между прочим. Он, Гермиона и Поттер сидели у огромного ветвистого дуба в саду. Девочка сидела на расстеленном на земле покрывале, прислонившись к дереву спиной, рыжик лежал рядом, закинув руки за голову, а Уильям сидел, скрестив ноги, и крутил пальцами соломинку, которую сорвал по дороге. Услышав вопрос друга, он сжал пальцы чуть сильнее и чуть не сломал тростинку. — Да нормально. Принц не такой злобный, как в школе, но, конечно, не белый и не пушистый. Просто у него в доме есть свои правила, — скривился мальчик. — Что за правила? — Правила как правила, Рон, ничего особенного, — дернул плечом Уил и отвёл глаза. — В его комнаты не заходить, слушаться… Сюда не выходить без разрешения… Ты же слышал, как я отпрашивался? Это же Принц, — рассмеялся мальчик. — Он обожает устанавливать дурацкие правила! Рон закатил глаза и кивнул. — Наверное, тебе тут скучно, — сочувственно покачала головой Гермиона. — Чем ты занимаешься? Ты уже делал уроки? Уил переглянулся с Роном и хихикнул. — Нет ещё… Слушайте! — вдруг прошептал он, наклонившись к друзьям чуть ближе. — У меня куда-то пропала волшебная палочка! — Рон резко приподнялся на локтях, а Гермиона наоборот отшатнулась и тихо ахнула. — Я думаю, что её взял Принц. Я не вспоминал о ней до этой недели, пока ты, Рон, не написал мне… В чемодане её нет, а, когда Принц пытался призвать её манящими чарами, она тоже не появилась! — Это ужасно, Уил! Что ты теперь будешь делать? А почему ты думаешь, что это профессор Принц украл её? — прошептала Гермиона. — Я в этом уверен. Кому же ещё? Я уже пытался найти её у него в кабинете, но он меня поймал. Я думаю, он прячет её у себя в спальне. — Ты рылся у него в шкафах? — изумился Рон. Его глаза распахнулись, а рот приоткрылся. — Наверное, он ужасно орал! — Орал, — кивнул Уил и немного покраснел шеей. — И ругался. — Я бы тоже ругалась, — заметила Гермиона. — Я понимаю! — возмутился Поттер. — Я бы и не подумал рыться в чужих вещах, но это же моя волшебная палочка, понимаете? Ребята кивнули. — Мы можем тебе как-то помочь? — спросил рыжик и сочувственно похлопал Уила по плечу. — Не знаю… Ты, наверное, можешь спросить у родителей. — А я могу поискать в книгах! — вскинула голову Гермиона. Мальчишки рассмеялись, и через некоторое время она присоединилась к ним. — Скоро обед, — прервал веселье Уил. — Надо поспешить в дом. *** На обед подали чуть более, чем нужно, солёного гуся и рис с соусом из яблок. Несмотря на то, что еда была достаточно вкусной, все, и даже Рон, практически через силу проглатывали кусочки. Стояла мёртвая тишина, только изредка нарушаемая звоном столовых приборов. Принц, Рон и Уил вовсе не стремились начать разговор, а Гермиона не могла придумать подходящую тему. Вдруг напряжённую тишину нарушил звон разбившегося бокала. Все обернулись на звук. Уильям почувствовал, как кровь отлила от лица. Его почти пустой бокал с водой стоял слишком близко к краю и, когда мальчик неудачно дёрнул рукой, опрокинулся на пол. — Поттер! Откуда, позвольте поинтересоваться, у вас растут руки? — прорычал Принц и вызвал домовика, чтобы тот восстановил разбитый бокал. Гермиона проводила глазами ушастое существо, но проглотила протесты и сказала только: — Вы знаете, говорят, разбить посуду — к счастью. — Разбить посуду — это криворукость, мисс Грейнджер. — Вы не доктор, чтобы ставить диагнозы, — заметила Гермиона и отрезала кусочек гуся. Неловко звякнул о тарелку нож. — У меня нормальные руки, сэр, — буркнул Уил. — Это очевидно, мисс Грейнджер. У мистера Поттера, которому сейчас лучше вообще не отсвечивать лишний раз, всегда получается какая-то ерунда, что бы он ни делал, — обрубил Принц, резко сложил приборы на тарелку и взял свой бокал с водой. Уильям уставился в тарелку. Гермиона начала краснеть. — Это только когда вы смотрите, профессор! — ввернул слово Рон. — Вы на него плохо влияете. — Не думаю, — процедил Принц после небольшой паузы. — Скорее, я помогаю ему встать на путь истинный. Гермиона передёрнулась, а Рон скривился и заломил брови. — Обычно люди, желающие вернуть на путь истинный, просто хотят, чтобы все всё делали по их желаниям, — заметила девочка, не обращая внимания на то, что из-за злости начала говорить немного запутанно и некрасиво. — Да-да, — поддержал Рон. — Нашу тетушку Мирюэль, например, часто пытались свести с разными мужчинами, но я видел, как она счастлива в одиночестве с двумя рыбками в аквариуме и канарейкой. Принц на мгновение остолбенел, а потом откашлялся и отпил из бокала, пытаясь скрыть внезапную улыбку. Он всё ещё был слегка бледен от раздражения, но стакан на стол поставил аккуратно и бесшумно. — Какая… Занимательная история, мистер Уизли. Только я теперь опекун мистера Поттера и сам в состоянии решить, что ему нужно, а что нет. — Глупо, — фыркнул, расхрабрившись, Уил, тем не менее, всё ещё глядя в тарелку. — Как вы можете об этом знать? Вы не я. — Конечно, могу. Например, сейчас я просто уверен, что вы должны замолчать. Мальчик опустил голову ещё ниже. — Не затыкайте его! — возмутился Рон, удивившись нетипичной реакции друга. — Уил, всё нормально? — прошептала Гермиона мальчику одними губами, очень обеспокоенная его поведением. Тот кивнул, не поднимая головы. — Я не затыкаю его, я советую ему замолчать. Вас это тоже касается, — не сдержавшись, рыкнул Принц. — Как скажете, профессор, — удивила всех Гермиона. Через некоторое время она продолжила. — Знаете, я недавно читала рассказ о мальчике, отец которого всегда называл его «Никто» или просто «мальчишка», никогда не хвалил, а только ругал и ругал за всё на свете. В конце концов, тот мальчик вырос, но не ставил себя ни в грош, а после совета отца повеситься так и сделал. Принц раздражённо посмотрел на Гермиону. — К чему вы говорите об этом, мисс Грейнджер? — Вспомнилось, — небрежно отмахнулась девочка и улыбнулась, но глаза её злобно сверкнули. — Вы читаете интересные истории, только у меня есть вопрос. Почему бы тот мальчик не взял себя в руки и не ушел бы от отца? — спросил зельевар. Гермиона вся передёрнулась и нахмурилась, отчего её лоб прошили небольшие складочки морщинок, но не успела ответить, потому что Рон практически выкрикнул: — А как он мог бы это сделать, если ему с детства внушали, что он — ничто? Человек же не машина без чувств, профессор! Гермиона немного расслабилась и довольно кивнула: — Да, тот мальчик попал в психологическую зависимость от отца. Скорее всего, там имел место быть абьюз. Это когда человека унижают, говорят, что он ничего не может, ставя себя тем самым на более высокую ступень в глазах жертвы. Это может происходить постепенно, и даже самые независимые люди могут попасть в такие отношения. — Он просто мог взять и уйти, — уперся рогами Принц. — Что ему мешало? — Вы совсем нас не слушаете, — заявила Гермиона. Тут Уильям внезапно встал с места и, пробормотав нечто вроде «Спасибо, я больше не голоден», практически сбежал из столовой. Рон и Гермиона смогли выждать не больше пяти минут и, поблагодарив за обед, отправились искать Уила. На выходе их настиг голос Принца. — Второй этаж, третья дверь справа. Он, скорее всего, в своей комнате. *** Уильям действительно оказался там. Он сидел на подоконнике и смотрел в окно. Гермиона недовольно нахмурилась на убранство комнаты, которое было совершенно убогим, в сравнении с меблировкой столовой, а Рон, казалось, ничего не заметил. Он подошёл к другу и положил руку ему на плечо. — Зачем вы об этом говорили? — вдруг спросил Уил. Его голос звучал прерывисто, будто бы ему было сложно дышать. — Какое вам дело? Это унизительно, — сказал он и дёрнул плечом, сбрасывая руку Рона. Гермиона осторожно, но цепко взяла Рональда за руку и опустилась вместе с ним на кровать. Поттер всё не поворачивался к ним лицом. — Мы твои друзья, Уил. Мы всего лишь хотим убедиться, что тебе будет здесь хорошо, — тихо проговорила девочка. — Именно, — подтвердил рыжик. — Ты никогда не был таким печальным. Скажи, что не так? Принц тебя обижает? Уильям грустно рассмеялся. — У меня всё хорошо, правда, — ответил он и склонил голову, уперевшись ей в раму окна. — Тут много всего интересного, и Принц меня почти не достаёт. Не надо, пожалуйста, больше никаких подозрений. Гермиона расстроено выдохнула. — Хорошо, — согласилась она. — Оставим пока эту тему. Уил заметно оживился. Он повернулся и радостно улыбнулся друзьям. — Хотите, я покажу вам поместье? *** — Гермиона, смотри, какая здесь библиотека! — радостно выпалил Уильям, распахивая двери. — Тебе нравится? «Наверное, он с самого начала хотел мне это показать», — умилилась девочка и ласково улыбнулась другу. — Такая огромная! — заметила она. — Тут, наверное, много всего интересного. Ты уже читал что-нибудь? Уил вдруг как-то поскучнел. Он неловко дёрнул головой, пытаясь отвернуться и, смутившись, промямлил: — Почти. Не пытайтесь открыть книги, которые не открываются с первого раза, — вдруг он немного дернулся в сторону, желая перевести тему. — Гермиона, Рон, как у вас дела? Я же не знаю ничего с начала каникул, — сказал и улыбнулся. — Почему, кстати? — осведомился Рон. — Ты так ничего и не сказал об этом. — Принц оградил поместье от сов, — отмахнулся Уил. Гермиона и Рон хмуро переглянулись. — Зачем? — спросил рыжик. — Да откуда я знаю? Он не объясняет. Почему мы говорим о Принце? Вокруг столько прекрасных вещей! — воскликнул Поттер и раскинул руки, но глаза его бегали. Рон, сжалившись, поддержал его смехом, и Гермиона решила отложить разговор на потом. Она подошла к мальчишкам и обняла их обоих, неосознанно замечая, что рыжику она достаёт только до носа, а Уил почти одного с ней роста. Она крепко сжала объятья и почувствовала руки друзей на плечах и спине. — Я так скучала, — пошептала она и немного неловко отстранилась, безотчётно проведя рукой по руке Уила и сжав его, как бы желая успокоить. Она заметила, что Рон сделал похожее движение. Уизли перехватил её взгляд, улыбнулся и начал рассказывать, как проводил каникулы. *** Принц направлялся к себе в комнату. Он уже расслабился и немного сгорбился, позволяя себе уже начать отдыхать от вечного держания спины. Он завернул за угол и заметил Грейнджер, явно поджидавшую его у дверей спальни. — Профессор! Как удачно, что вы пришли сейчас, я уже устала вас ждать, — сказала она, но голос её вовсе не звучал радостно. Он был будто сухой и колкий, как стекло. — Что вам надо, мисс Грейнджер? — Я хотела поговорить о вашем отношении к Уилу. — С ним что-то не так? — несколько удивлённо осведомился мужчина. — Профессор, вы его подавляете. Вы совсем не видите? Я хотела примчаться немедленно! Он в письме не написал практически ничего! Между прочим, он, знаете ли, очень открытый человек. Он просто не умеет молчать. С вами он стал совершенно молчаливым. Он не спорит с вами, не пытается серьезно защищаться, когда вы его шпыняете… — Прекратите, Грейнджер. Вы ничего не понимаете. Это идет ему на пользу… — Не уверена. Подавления воли может идти на пользу? Он стал совсем другим — не спокойным, нет. Замкнутым. Он всё ещё переживает, но никому не рассказывает о своих чувствах, замыкается в себе. Я уверена, что уже были срывы, профессор, — Гермиона быстро заправила прядь волос за ухо и прямо посмотрела мужчине в глаза. — Он не может долго держать это в себе. Наверное, он делал какие-нибудь глупости… — Он всегда делает глупости. — Видите! Вы уже-де факто уверены, что Уил сделал что-то не то! Вы просто привьёте ему эту мысль! Мужчины! Вы совсем не знаете, как тяжело потом выходить из многолетнего уверения тебя в твоей же несостоятельности! — гневно выпалила девочка. Её волосы немного распушились, зашевелились и начали потрескивать от еле сдерживаемой магии. Принц скрестил руки на груди и прислонился к стене спиной. Грейнджер стояла напротив него, её глаза сверкали яростью, рот был искривлён в отвращении, и, глядя на неё, можно было с уверенностью утвердить, что она, пусть и юная, но определённо ведьма. — Я не говорю ему, что он идиот, — заметил он сквозь зубы. — Я его не ограничиваю в плане личностного роста. — Вы постоянно подразумеваете это, — рыкнула Гермиона. — В ваших фразах содержатся небольшие отсылки к вашей неуверенности в его умственных способностях. Чего только стоил обед! Вы пять или шесть раз явно сказали, что Уил недостаточно хорош! А он сидел и молчал. Вы его затыкали. Неужели в вас нет ни капли сочувствия? — Я не женщина, чтобы жалеть его! — Не обязательно быть женщиной, чтобы быть человечным. — Не лезьте к нам, Грейнджер! — прошипел Принц. — Вы ничего не понимаете! — Повторяетесь, профессор, — ядовито заметила девочка и тоже скрестила руки на груди. — Займитесь своими делами, мисс Грейнджер, вы слишком молоды, чтобы рассуждать о таких вещах, — посоветовал мужчина и, быстро шагая, обогнул её и зашёл в свою комнату. — Слинял, — горько констатировала Гермиона.