По стопам Энаи

"Пробужденный волк" Они приплыли лишь на рассвете. Противоположный берег был более крутым и каменистым. Твердая почва под ногами придала Алу уверенности. - Нужно разведать местность, - едва ступив на землю, она оповестила стаю. - Мы проделали долгий путь, - возразила ей черная Мгла, старшая из волчиц, - Стая измотана и нуждается в отдыхе. - Она права, - поддержал Буран, немолодой волк серого окраса, - Этот переход многим дался тяжело. Заночуем на берегу. - Ой, и правда! Что это я, - вспоминая переход, Алу почувствовала себя неловко, - Как твоя лапа, Клич? Поход через ледяной океан казался легким только на первый взгляд. И если молодая кровь совсем не чувствовала усталости, то волки солидного возраста заметно выбились из сил, впрочем как и молодняк, который в свою очередь сновал туда и сюда, навлекая неприятности как на себя, так и на остальных. - Пустяки, - отозвался серебристый волк, - Завтра я буду готов отправиться на разведку! Заслышав его голос, Ким - волчонок полугодок, вжался в ноги матери. - Я не хотел… правда! Эти льдины такие скользкие, - оправдывался он под сердитый взгляд волчицы. - Я не сержусь, - приободрил его Клич,- Но тебе как будущему защитнику следует быть внимательнее! - Я вас не подведу! – пообещал волчонок под всеобщий смех, выпятив грудь колесом. Всем давно было известно, что Ким был большим озорником и неприятности сыпались на его голову как град. - Ох, уж эти дети, - прошипел себе под нос Клич. Детвора не очень-то забавляла серебристого волка, а потому он поспешно отвернулся, побаиваясь, «а не придется ли еще спасти какого озорника». - Вот и славно, - ответила Алу, - Завтра предстоит насыщенный день, мы должны быть готовы к поискам нового дома. - Вот именно, - Буран серьезно посмотрел на серую волчицу, - Нужно порыскать вдоль берега и найти подходящее место для ночлега. Алу уже хотела отдавать распоряжения к поискам, но серый волк опередил ее. - Все, кто может идти, отправляются на поиски. Встречаемся на этом же месте. - Буран, нам надо поговорить, - Алу была полна решимости. - Я тоже так считаю, - кивнул волк, приглашая пройтись. С одной стороны, Алу осознавала, что не готова возглавлять стаю. С другой, юная дикая кровь жаждала самостоятельности, не терпящей никаких возражений. Но не стоит винить юную волчицу. Сказалась здесь и излишняя забота отца. Балто души не чаял в своей дочери и зачастую не давал ей сделать и самостоятельного шагу. Что уж говорить про дядю Бориса. Подговоренный отцом, он не отставал от волчицы ни на шаг, лишая ее массы интересных вещей. - Стой! Вода слишком ледяная, не смей туда заходить! - кричал дядя Борис, стоило Алу затеять водное веселье с Маком и Лаком. - Но дядя Борис, все мои друзья… - И думать не смей! Ты простудишься! Твой папа велел мне присматривать за тобой! - Я уже не маленькая! Когда вы это наконец-то поймете? - отстаивала свои права волчица. - Это ты своему отцу скажи, - старый гусь был непреклонен. - Алу! - мягкий, но с укором голос вывел волчицу из воспоминаний, - Может уже хватит витать в облаках? Быть вожаком это очень и очень не просто. - Я понимаю, - оживилась Алу, - Поэтому я прошу дать мне время на адаптацию. Я привыкну, я справлюсь! - Алу, - в словах волка чувствовалась забота, но вместе с тем строгость, - У стаи нет времени ждать. Нам нужно выживать. Мы не знаем, кто обитает в этих местах. Возможно, тут есть стая и не одна, может больше. В любом случае мы должны показать себя как независимая сильная стая. Для этого требуется если не мудрый, то опытный волк, способный возглавить стаю. Алу было нелегко принять сказанное. - Как же я научусь, если буду в стороне? Ошибки неизбежны. Разве не все ошибаются? - Все, - согласился волк. - Я вполне могу повести стаю. Я быстро учусь и… - Я знаю Алу, я это вижу, - перебил ее Буран, - Утверждая, что ошибки свойственны всем, можешь ли ты допустить, что Нава тоже ошибся? Вполне может оказаться и так, что ты выбрана не по его воле, а по воле случая. - Только не Нава! – возразила Алу. - А чем он лучше остальных? – мягко поинтересовался Буран. - Он мудр! Ему известен язык духов. Он ведь не раз спасал вас. Все доверяют ему! - защищалась Алу. - Вот видишь, ты сама ответила на свой вопрос! Нава многое знает и умеет. У него есть опыт. Волки идут за знающими и сильными духом. Что можешь предложить им ты? - Ничего, - вздохнула Алу, - Я только вчера осознала, кто я. Видения вели меня, и я нашла вас. Ты прав, я ничего не знаю о дикой жизни. Может, Нава и правда ошибся? - Я говорил, что ты быстро учишься, - улыбнулся Буран. - Поверь мне, Нава не прогадал. Тебе предстоит многому научиться, прежде чем тебя будут воспринимать всерьез. - Что же, я готова! Я буду учиться столько, сколько потребуется! Пусть и не в роли вожака, но я буду достойным волком, – Алу наполнилась решимостью. - Не торопись, я имел ввиду совсем не это, - покачал головой волк. - Но ты ведь сам сказал, что стае нужен опытный вожак. - Нужен, но учитывая, кем ты была выбрана, я решил тебе предложить один вариант. Официально я возглавлю стаю. - А что буду делать я? - Будешь учиться у меня. Я научу тебя всему, чему научил меня Нава. Когда я и стая будем полностью уверены в тебе, ты станешь вожаком. Такое предложение вполне устраивало Алу. Еще бы, тут и говорить нечего. - Значит, ты учился у Навы? – с интересом спросила волчица. - Долгая история, - отмахнулся Буран, - Лучше подыщем место для ночлега, а то наши совсем разбрелись. Чем дальше они продвигались, тем круче становился берег. Стало понятно, почему не было никаких сигналов от стаи. Ни пещер, ни расщелин - этот берег был просто не пригоден для жизни. За время поисков Алу не удалось уловить ни единого запаха, что подтверждало ее догадки. Берег был необитаем. Близилась зима, и холодный северный ветер прочесывал берег вдоль и поперек. Все крупные звери ушли в леса. Неплохо было бы тоже покинуть эти места, но сейчас куда важнее найти укрытие и немного отдохнуть. В прибрежных скалах Алу удалось разглядеть небольшой разлом. Заглянув туда, волчица обнаружила небольшую пещеру. Внутри было темно и на удивление тихо. Валуны снаружи надежно защищали от ветра и придавали чувство уверенности. Шум моря стихал под тишиной каменистых сводов, придавая ощущение защищенности и спокойствия. - Неплохое место для отдыха, - заметил серый волк, следуя за Алу, - Нужно позвать остальных. Алу лишь утвердительно кивнула. Длительное путешествие утомило ее, и ей хотелось скорее заснуть. Измотанным долгой дорогой волкам местечко пришлось по вкусу. Дождавшись, когда стая окончательно расположилась в пещере, измотанная, но довольная собой, Алу улеглась в дальнем углу. - Не возражаешь? - к ней подошла Мгла. - Ничуть! - Все в порядке, - заметив задумчивость Алу, подмигнула старая волчица, - Нава говорил, ты избрана самой Энаей, тебе суждено изменить судьбу волков. - Но я так мало знаю о дикой жизни, - смутилась Алу, посмотрев на волчицу. - Алу, доверься инстинктам, волк внутри тебя, нужно всего лишь дать ему раскрыться, - направляла Мгла, - К тому же я и Буран будем помогать тебе. Доброжелательность черной волчицы приободрила Алу. Все волки уже заснули, и юная волчица решила пооткровенничать с Мглой. - А кем была Эная? Мой отец почти ничего мне не рассказывал о ней. Он всегда старался избежать разговоров о своем прошлом, но я всегда знала, что имею право знать правду. - Мало, кто знает о Великой Белой Волчице, - Мгла с грустью вгляделась в кусочек серого неба, едва пробивающегося из-под высоких валунов, - Нава никогда не говорил о ней. Он лишь рассказывал, как она являлась к нему во сне и направляла в тяжелое для нас время. Мы верили ему, ведь Белая Волчица никогда не ошибалась. Никто так и не решился спросить, кто она. Будто все это было под запретом. Мы уважали Наву за его мудрость. Ее визиты всегда являлись загадкой для нас. Сны и духи - это выше нашего понимания. Нава верил ей, а мы верили ему. - Но почему вы не могли спросить? Разве вы не хотели узнать о ней больше? - Алу встрепенулась. Мгла лишь покачала головой, давая понять, что расспросы не привели бы к правде. - Не всем дано понять это. - Теперь Нава далеко, - уже тише добавила Алу, - Кто будет нас направлять? - Алу, не нужно ждать помощи извне. Мы переплыли океан и теперь должны сами о себе позаботиться. - Понимаю. - Алу,- волчица тепло улыбнулась, - Ты выбрана ею, наверняка она подаст тебе знак... Волчица не договорила. За стеной послышались чьи-то шаги. Алу навострила уши и принюхалась. Никаких посторонних запахов. Это не мог быть никто из ее волков. Алу не видела, чтобы кто-то из них выходил из пещеры. Желая все выяснить, Алу решила выйти к берегу. Она выскочила, готовая вцепиться во врага, но никого не обнаружила. Кругом было тихо, лишь волны, гонимые ветром, и крики чаек нарушали утреннюю тишину. Алу вновь принюхалась. На этот раз ей удалось уловить запах. Чужаки. Пройдя пару метров, Алу обнаружила волчьи следы. Они были одиночными и, несомненно, принадлежали разведчику. Неужели их засекли? Алу огляделась, волчьи следы вели к скалам и заканчивались у каменистых пород. Горная тропинка подымалась прочь от каменистого берега вверх по скалам. Наверняка оттуда открывался хороший обзор, немудрено, что стая Алу была замечена здешними обитателями. - Не нравится мне это место, - заявила Алу, вернувшись в пещеру, - Я видела волчьи следы! - Рано или поздно нас бы заметили, - равнодушно пожал плечами Буран. - И что делать теперь? - насторожилась волчица. - Для начала нам следовало бы покинуть это место, - успокоил ее Буран. - Это все очень странно, но нет времени на разведку. Пора подумать о пропитании. - А как быть с чужаками? - Встреча с ними неизбежна! - заверил ее волк, - В данном случае чужаками являемся мы. Неплохо было бы устроить переговоры и расспросить об этих краях. Если стаи будут настроены враждебно - мы просто уйдем с дороги и подыщем новое место для охоты. - Хорошо, - одобрительно кивнула волчица, - Тогда на охоту. Покинув скалистый берег, стая углубилась вглубь леса. Буран числился у Навы на хорошем счету. Он был опытным волком и хорошим бойцом. Как и было решено, Буран взял Алу на обучение. Она бежала по правую сторону от серого волка, набираясь опыта. Буран предпочел держаться в лесу, выходить на открытую местность было слишком опасно. Наверняка здешние равнины служили волкам отличным местом для охоты, но сейчас следовало убедиться, что эта территория не занята, в противном случае стычки с "хозяевами" не избежать. - Во время охоты никогда не иди в направлении ветра, - наставлял Буран, - В противном случае жертва почует тебя и поспешит скрыться. К тому же тебя легко обнаружат другие хищники. Колючие ветви ели то и дело хлестали Алу по бокам. А мысли о раскрытии не давали ей покоя. Если их нашли, то почему не спешат нападать. Они наверняка зашли на чужую территорию. Алу чувствовала чужой волчий запах, но Буран успокоил ее тем, что скоро они свернут с волчьей тропинки и выйдут на равнину. Равнина была пуста, и это подтвердил встречный ветер. Вскоре они покинули занятую территорию и продолжили бежать по лесу вдоль плывущей равнины. Эта часть леса была намного дремучее, что свидетельствовало о малой степени обитаемости. Здесь не было натоптанных тропинок, и на пути волков то и дело попадались упавшие деревья да коряги. Кустарники росли здесь намного чаще, и Алу, не привыкшая к таким местам, старалась бежать след в след за Бураном, дабы не наткнуться ни на что здесь росшее. - Почему бы не найти какую-нибудь стаю и не отвоевать себе место получше? - наловив на себя кучу репья, отшутился драчливый Найлз. - Тебе бы только воевать Найлз! - заткнул его Кайзек. - Вообще-то я беспокоюсь о нашей стае и желаю ей лучшего места для жизни, - отмахнулся рыжий с самым серьезным тоном. - Ты о себе позаботиться не можешь! - прыснула светлая Лиса, - Кто в том году хвалился, что лучше всех знает, как сладить с медведем-шатуном? А сам даже дороги не смог уступить! - Ага, - рассмеялся Кайзек, - Как медведь лихо то его погнал! Могу поспорить наш Найлз кричал пострашнее шатуна! Боюсь, твой темперамент, брат, берет вверх над здравым смыслом. - Подумаешь! - Найлз обиженно отвернулся, - Эт я по молодости. А теперь я исправился и готов послужить на благо обществу. - Если бы не Нава, довел бы тебя твой характер до мира духов! - причитала светлая, одаривая хитрым взглядом. Алу было смешно слушать, как друзья растыкали над незадачливым задирой. Но стоило упомянуть о духах, как волчица вспомнила разговор со Мглой. Как бы ей хотелось увидеть Энаю. Мать Балто и ее бабушка слыла мудрой волчицей. Она могла бы многое рассказать ей о прошлом отца и о своей жизни. Отец всегда отнекивался, говоря, что ничего не знает, но Алу не верила ему. Она знала, ему больно вспоминать о покинувшей его матери. Наверное, он думает, что она его бросила, но что-то подсказывало Алу, что такой поступок был оправдан. Эная всегда навевала загадку и ту тайну, которую хранил в себе Нава. Наверняка она исчезла при загадочных обстоятельствах и стала духом. Духом. Алу вздохнула. Она чувствовала необходимость познать необъятное. Волк внутри нее уже пробудился, но он не мог сделать ни одного самостоятельного шага. Даже теперь Буран ведет их. Если Алу и вправду должна изменить судьбу многих стай, то ей просто необходимо встретиться с бабушкой. - Не унывай, - подбодрил ее Буран, - Хочешь повести стаю? - А можно? - восторженно удивилась Алу. - Ну конечно! Ты ведь наш вожак! Да брось, это просто! Смотри, видишь, лес редеет. Выведи нас на равнину. Принюхайся, что ты чуешь? Алу вдохнула в грудь побольше воздуху. Незнакомые запахи витали повсюду. Но среди них волчица уловила один. Он выделялся. Он манил ее. Хорошее чутье не обмануло серую волчицу, это был запах жертвы. И не один. Запахи словно нити обвили волчицу, сливаясь в один сплошной поток. - Олени. Целое стадо, - водя носом по ветру, произнесла воодушевившаяся Алу. - Веди нас на запах. А потом я научу тебя выбирать жертву и расскажу, как загонять, - пообещал Буран. Ведя стаю за собой, Алу почувствовала себя увереннее. Буран был прав, это был совсем несложно. Главное не выпустить из глаз скрытую тропу. Старый волк научил юную волчицу прокладывать маршрут в густом лесу. Ветви и кустарники больше не хлестали серые бока. Алу двигалась тихо и бесшумно словно тень, скользящая по невидимой тропке. Серая шубка сохранила чистоту, и Найлз невольно позавидовал вожаку. - Первый день и ни одного репья, - ворчал он. - Хах, похоже, ты единственный, кто так и не научился передвигаться по лесу без улик! - не удержалась Лиса. - Успокойтесь, - веселый настрой моментально исчез с лица Кайзека, уступая место голодному азарту, - Добыча близко! Подойдя к равнине, стая остановилась. Буран с Алу о чем-то перешептывались, очевидно, придумывая план. Юная волчица слушала внимательно, лишь изредка водя ухом, отвлекаясь на посторонний шум. Ну, вот Буран, казалось, закончил. - Найлз, подойди сюда, - позвал он и молодой волк подчинился. - Я прослежу за ней, - важно произнес рыжий. - Найлз, я хотел попросить тебя уступить свое место Алу, - спокойно и настойчиво произнес волк. - Но как, я ведь лучший загонщик! - запротестовал рыжий волк. - Ей нужно многому научиться, - тон, не терпящий возражений. - Угу, - буркнул Найлз. Буран уже не слушал его. "Понятно, они уже давно все решили", - злился Найлз под смешки друзей. На лице Бурана появилась одобрительная улыбка, после чего Алу обернулась к стае. - Охотники, по местам! - скомандовала она, и добрая половина стая растворилась во мраке леса. Объяснять свое место в охоте никому не пришлось. Все роли были давно распределены. Тишина раскинулась над равниной, поглощая ее в своей фальшивой мантии. Небольшое стадо оленей мирно паслось, не обращая внимания на предчувствия и те неопределенные страхи, которыми наделены все травоядные. Волки давно здесь не появлялись, и привыкшие к безопасности, олени чувствовали себя здесь вполне вальяжно. Их инстинкт говорил: нет волков - нет опасности. Сегодня ветер был на стороне хищников, и олени не могли их почуять. Лишь шелест сухой травы изредка заставлял копытных то и дело вздрагивать, но оглядываясь по сторонам, они встречались лишь со своими удивленными собратьями и вновь с невозмутимым видом продолжали свою трапезу. Волки всегда отличались хитростью и гибким умом, способным приспосабливаться к любым условиям жизни. В то время как стадо полагалось лишь на свои инстинкты и быстрые ноги, волки с большим мастерством работали в группе, где у каждого было свое особенное значение. Нужно было отдать дань природе. Одним она уготовила роль потребителя, другие же должны были прилагать усилия, дабы добраться до пищи. Несмотря на разные роли, каждый был наделен всем необходимым для выживания, давая шансы на жизнь как хищникам, так и их жертвам. Притаившись в кустах, Алу ожидала сигнала. Кайзек, Лиса и Найлз были начеку. С противоположной стороны должен был появиться отряд Бурана. Задача молодых волков была отбить намеченную жертву от стада, которое преследовал первый отряд. Отделив ее от стаи, отряд Алу должен был погнать оленя в сторону затаившихся волков, которые в свою очередь выпрыгнули бы из засады, перекрывая таким образом последний путь к отступлению. Окруженный со всех сторон олень обречен. - Волнуешься? - Найлз смерил волчицу назойливым взглядом. От чего-то новый претендент "на трон" не вызывал у него доверия. Волк пытался всячески подколоть ее. - Немного, - отозвалась та, даже не посмотрев в его сторону. - Если будешь загонять оленя, беги сбоку от него. А лучше вообще держись от него подальше, как бы не лягнул, - насмехался самодовольный рыжий, - Так и быть, в первый раз я могу взять эту роль на себя! - нахально улыбнувшись, предложил он. - Возьми на себя роль молчуна, - Алу в долгу не осталась. Самоуверенность рыжего двухлетка начинала действовать на нервы юной волчице, - За все прожитое время в городе человек так и не сумел сломить во мне волка. Слышишь? - Алу заглянула в карие глаза наглеца, - Я все прекрасно знаю и сделаю это без твоей помощи. - Выскочка! - презрительно фыркнул побежденный Найлз, его самолюбие было задето, - Думаешь, сбежала из дома и теперь вправе считать себя волком? Да что ты понимаешь в волчьей жизни!? - Эй, рыжий наглец, заткнись! - вступился Кайзек. - Кайзек, она волк лишь день! Она жила среди людей! И теперь ее готовят не просто к волчьей жизни, а к роли вожака! Разве можно доверять этой соба... Кайзек не дал договорить. Ощетинившись, он клацнул зубами у самой шеи задиры. Тот в свою очередь оскалился, не желая уступать старшему брату. Кайзек и Найлз были родными братьями. Оба рыжие, двух с половиной лет. Кайзек был более рассудителен и уравновешен, в то время как младший брат привык лезть на рожон, наживая себе кучу проблем. Своим поведением он нередко выставлял себя на посмешище, что еще больше выводило его из себя. Но несмотря на это Найлз пытался быть полезным, правда, делал это неумело. Вот и сейчас сгоряча он наговорил лишнего, указывая на факты. - Я научу тебя манерам, братец, - рыкнул Кайзек, прижимая брата к земле. - А что я сказал? Разве она не полукровка? - без злобы, но обиженно произнес Найлз, скрывая стыд. - Ее выбрал Нава, ты должен уважать его выбор! Неважно, какая в ней кровь, главное - кто она по духу! - И что Нава? Да он с духами разговаривал! Где это видано! - не унимался Найлз. - Прекратите оба! - прикрикнула Алу, - Мне очень жаль, что я стала причиной вашего спора, но поверьте, это бессмысленно. Неважно, кем я избрана и кто я по крови, мои поступки говорят за меня, судите по ним. - Я учту это, - не сводя глаз, произнес Найлз. - Ты права, - Кайзек отпустил брата, - Что там, на горизонте? - поинтересовался он у Лисы. - А? О чем вы? - делая непонимающий вид, произнесла светлая волчица, хитро щуря глаза, - Уже натрепались? Устроили тут, понимаете ли! - Ему скажи, - с презрением указал Кайзек в сторону Найлза. Тот лишь состроил обиженный вид, притворяясь беспричинно наказанным. - Алу, ты не обращай на него внимания, - Лиса демонстративно отвернулась от рыжего, - Он совсем дурак у нас. - Вижу, - уладив конфликт, Алу заняла прежнюю позицию, - На выход! Повторять команду не потребовалось, забыв былые разногласия, волки выскочили из засады. Алу бежала, что есть сил, впиваясь взглядом в жертву. Чувствуя настигающую волчицу, молодой олень резко свернул в сторону, но угрожающее рычание Кайзека заставило его резко отпрянуть и броситься в противоположном направлении. Алу промолчала. В этом диком хаотичном танце жажды волки не нуждались в словах. Движения и взгляды выражали их эмоции, как нельзя лучше обнажая всю красоту и умение двигаться. Задорный огонек в глазах Алу был лучшей наградой для рыжего волка. Прежде взволнованная, Алу неслась, позабыв о страхах. Все ее нутро наполнял огонь и та жажда, которую испытывает охотник, преследующий свою жертву. Все мысли улетучились сами собой, уступая власть первичным инстинктам. Она неслась позади оленя, и тот чувствовал ее жаркое и частое дыхание. Стоило ему отклониться от "намеченного" волками маршрута, как острые клыки дико лязгали у самых боков, заставляя его повиноваться нещадной судьбе. Молодые волки покорно следовали за юной волчицей. В их маленькой группе она стала предводительницей. Так решил Буран. Нава не мог прогадать. Если ей и вправду суждено стать ее преемницей, то пускай привыкает к трудностям. Молодые волки были начеку, готовые в любой момент подстраховать ее, но этого не требовалось. Она отлично справлялась сама, давая понять, что это ее выход. Волки понимали, как и любому вожаку, ей нужно было доказать свое право на стаю. Эмоции переполняли нутро юной волчицы, а голова приятно кружилась, она неслась завороженная танцем. Казалось, само время было не властно над ней, будто остановилось, чтобы проследить за тем, как преследует свою жертву юный хищник. Получив все необходимое для существования, Волк, пробужденный в душе Алу, взрослел и набирался сил. От быстрого бега вокруг все мелькало, единственное, что видела волчица, - мелькавшие ноги слабеющей жертвы. Она не видела, куда бежит, но чувствовала, что осталось совсем немного, и от этого ей стало грустно. Неужели этот танец должен окончиться... так быстро? Неожиданно впереди Алу увидела расплывчатый белый силуэт. Ее взгляд будто приковался к видению. Не в силах оторвать взгляд, волчица смотрела. Нечто белое пронеслось мимо нее и исчезло так же внезапно, как и появилось. Единственное, что смогла рассмотреть Алу, - это желтые глаза. От неожиданности Алу вздрогнула, но не остановилась. Большим усилием воли она заставила себя продолжить преследование. Бросив быстрый взгляд на бежавших сзади волков, она поняла, что они ничего не видели, и это утешило волчицу. От былого настроения не осталось и следа, но Алу все же заставила себя взять в лапы. Вот и третий отряд. Олень, окруженный со всех сторон, вяло защищался рогами, но бой был не равен, и жертва уже давно предчувствовала свою смерть. Выбрав момент, диктуемый природным чутьем, Буран атаковал жертву. Прыгнув на широкую спину копытного, он впился в незащищенную шею. Животное пошатнулось, из шеи брызнула кровь, еще больше раззадоривая стаю. Падение оленя на колени послужило сигналом, и остальные волки кинулись добивать свою жертву. Уже мертвое тело разодрали на куски. Стальные челюсти с силой сжимались, вырывая куски свежего мяса. Позабыв тревоги, Алу присоединилась к остальным. Она вцепилась в ляжку и больше не отпускала ее. Клыки все глубже проникали в мертвую плоть, и горячая жидкость наполнила клыкастую пасть. От этого тепла хотелось кусать, раздирать в клочья, выть на луну. Этот вкус, дурманящий душу, сводил с ума юную волчицу. Она вкусила кровь. Эта была ее первая волчья трапеза. - Должен признать, я был не прав, - превозмогая гордость и смятение, к ней подошел Найлз, - Для первой охоты ты отлично держалась. И прости за то, что я сказал... - Ты не доверяешь Наве? - оставив разодранную тушу, Алу подошла к нему. - Я... - Найлз немного колебался, оглядываясь, не наблюдает ли кто за ними. Его опасения были напрасны. Увлеченные едой, волки и ухом не вели в их сторону. - Ну? - волчица требовала ответа. - Я боюсь необъятного, - тихо произнес он, - То, что нельзя почувствовать и объяснить, но можно увидеть, как другие этим живут. - Вот как, - Алу прижала уши, - Причем же здесь мое прошлое? - Не знаю, - буркнул Найлз, - Наверное, причина в том же. В неизвестности. - Ты боишься меня? - Алу удивилась. - Ты не такая, как остальные, и я даже не знаю, в чем причина. Просто ты другая. - Разве на охоте со мной ты думал точно так же? - Нет, - уверенно произнес рыжий, - Просто я чувствую, ты связана с Навой, и этот мистический переход через океан. - Я тоже боюсь, - с какой-то радостью произнесла волчица, посмотрев в карие глаза. Опасения Найлза придавали ей уверенность, в конце концов, не она одна чувствует то таинство и загадку, сгустившуюся над стаей, - Каждый из нас испытывает страхи, и это делает нас живыми... - Ты точно другая, - волк по-доброму улыбнулся, - С тобой так легко говорить. Алу лишь подмигнула ему в ответ. Волки давно закончили трапезу, Буран кивком головы пригласил ее в круг стаи. Алу поняла, что должна сказать - Моя стая, - обратилась она к волкам, - Это мой первый день с вами. Вдали от моего дома и семьи. Я ничуть не жалею о своем выборе. Вечерняя охота окончательно пробудила меня. Теперь я чувствую, что готова принять себя новую и свою новую жизнь. Здесь, с вами. Обещаю, что буду прилежной ученицей и достойным волком. - Поздравляю, - Буран окинул взглядом стаю, - Ты отлично справилась с ролью загонщика. Теперь ты одна из нас. И словно в подтверждение сказанного серый вожак завыл, исполняя песнь Принятия. Тут же к нему присоединились и остальные в знак уважения и согласия. Все новые и новые голоса присоединялись, наполняя песнь новыми нотками. - Смелее Алу, - подбодрила Мгла,- Эта песня в твою честь! Музыка наполняла сердце волчицы, и ей захотелось ответить на зов, слиться с этой мелодией. Протянув морду к звездному небу, она завыла. В ее первой песни была робость, прощание с домом, с семьей и пробуждение. Теперь же это была совсем иная песнь. Песнь Принятия. Волк пробудился и собратья, учуяв в нем свою кровь, приняли его. Алу сумела принять не только их законы. Подчиняясь им, она стала неотъемлемой частью великого круга жизни, приняв себя. Закончив песнь, волки замерли, ожидая распоряжения вожака. Место оставалось все еще незнакомым, и было необходимо согласовать дальнейшие действия с вожаком. - Буран, есть неплохое место для ночлега. Совсем недалеко, - доложил Клич. - Что же, веди нас, времени выбирать у нас нет, - согласился вожак. - Мы разведали местность, пока остальные охотились, - к разговору присоединился Ястреб. Крупный и поджарый волк темно-серого окраса. Следопыт, - Если углубиться в материк, можно укрыться от сильного ветра. Лес более дремуч, и как знать, может пищи больше. - А как же наша золотая жила? - осторожно встряла в разговор Алу, - Эти олени, не привыкшие к хищникам, на них легко вести охоту. - Совершенно верно, - согласился Буран, - Думаю, удобства подождут. Мы слишком долго голодали. Голодный год унес одну треть нашей стаи. - Будь по-вашему. Мое дело доложить, - Клич повел к выбранному месту. - Неплохое место, - согласился Буран, - Но уж больно непривычное. - И загадочное, - добавила Алу. Внезапно былое настроение улетучилось, и в сердце поселилась непонятная тревога. Нависло странное напряжение. Весь лес был пропитан им. И несмотря на долгую жизнь, Буран боялся так же, как и Алу, так же, как и Найлз. Так же. Как и все остальные.