Альфы и омеги «3

В квартире темно. Чанёль спотыкается о кроссовки Бекхёна и нашаривает выключатель. - Не старайся, пробки выбило, - раздаётся из глубины квартиры, и Чанёль выдыхает. Его малыш дома. - И ты всё это время сидел в темноте? – альфа заходит в гостиную, где на диване, закутавшись в плед, сидит его любимый. - Нет, ребята только недавно ушли. Чан, нам надо поговорить. - Опять? Ну чем ты снова недоволен? – вздохнул альфа. - Я? Я многим недоволен, Чанни. Например, тем, что ты снова вернулся поздно. И тем, что это продолжается уже третий день. Мне не нравится, что от тебя пахнет выпивкой и омегами. Мне не нравится, что ты перестал замечать меня, думать обо мне, звонить мне. Мне не нравится, что ты вспоминаешь обо мне только в периоды течек или тогда, когда хочется развлечься. Мне не нравится, что наши чувства будто пропали, что ты больше не заботишься обо мне так, как раньше. Наши отношения изменились, ты забываешь меня. И, знаешь, я устал от такой жизни. Нам надо расстаться. Думаю, это самый лучший вариант. - Что? Бекхён, что за бред ты несёшь?! - Это не бред. Я беременный, Чанёль. Но ты так занят, что даже не замечаешь, что мой запах начал меняться. Но меня это уже не удивляет. Думаю, что не хочу твоих измен, которые вскоре начнутся. Ведь, о Боже, у нас не будет секса ещё восемь с лишним месяцев, ты же просто умрёшь тут без него. Но к чему такие жертвы, верно? Просто будешь трахать всех доступных омег. Мы поспешили съезжаться. Мне нужна семья, а тебе – секс. Поэтому я ухожу. Не волнуйся, никаких претензий по поводу ребёнка у меня нет. Я уже записался на аборт. А сейчас – спокойной ночи, мне завтра рано вставать. Чанёль не сразу понял, что произошло. А потом как по голове ударили. Влетев в комнату, он хотел было начать орать, но увидел, что его омежка свернулся на краю кровати, обняв руками его подушку, тихо плачет. Вздохнув, альфа залез на кровать и лёг рядом, крепко обнимая парня и притягивая его тощую тушку к себе. - Мне плевать, что тебя там не устраивает. Я тебя люблю и никогда не оставлю. Можешь считать меня наказанием за свои вечные истерики. И зачем ты записался на аборт? Ты лучше меня знаешь, что не сможешь убить нашего малыша. Потому что ты любишь меня, потому что ты любишь его. Зачем ты говоришь такие жуткие вещи? Наш малыш может услышать тебя и расстроиться. Ты же не хочешь, чтобы он думал, что папочка его не любит или не хочет? Кстати, а когда мы сможем узнать, мальчик у нас или девочка? Я хочу накупить кучу милых вещичек. И надо детскую оборудовать. А как мы назовём малыша? А ты записался в медицинский центр? Я хочу, чтобы ты прошёл полное обследование. И вообще, почему ты лежишь в одной футболке? Почему пижаму не надел, замёрзнешь же! Давай, чаю горячего сделаю? Эй, малыш, ты меня слушаешь? Чанёль хотел было отстраниться, но тут Бекхён резко развернулся и вперил в него взгляд. - Я хочу сладенького… - Варенье? Или мёд? У нас ещё сироп есть клубничный. А ещё могу чая сладкого сделать, - тут же затарахтел Чанёль, но его заткнули глубоким и немного пошлым поцелуем. - Другого сладенького, Чанни, - проворковал Бекхён и двинул бёдрами. Чанёль тут же побледнел и отодвинулся. - Ты что, с ума сошёл? Тебе нельзя, ты беременный! А вдруг это скажется на малыше? Нет-нет-нет, и не проси! Я принесу тебе варенья, - альфа вылетел из комнаты, а Бекхён заскрежетал зубами. - Чёртов Пак Чанёль, ненавижу тебя! – заорал омега, кидая подушку вслед альфе.

***

- Тао? Ты где? - Чего тебе? – раздался голос из спальни. Зайдя в комнату, Крис увидел хаос. Все вещи были вывалены на пол, половина из них была сложена в пакеты. - Что ты делаешь? - Собираю вещи. - Ты куда-то уезжаешь? Снова на какой-то курорт? - Нет. Эти вещи я купил недавно и ни разу не надел, потому верну обратно в магазины. На твою карточку возврата нет, поэтому деньги и чеки я оставлю на тумбочке. Остальное можно продать на сайте. В конце концов, никто не купит сумку от Гуччи по такой дешёвой цене в магазине. Все деньги перечислятся на твой счёт. - Зачем ты их покупал, если сейчас отдаёшь назад? - Мне они не нужны. Моему альфе плевать на меня, на то, как я стараюсь нарядиться для него, поэтому я могу позволить себе ходить в домашних штанах и футболках. На улице я теперь не хочу показывать что-то из серии «выкусите все, такой прекрасный я принадлежу своему альфе», поэтому джинсы и рубашки подойдут нормально. Тем более, в них намного удобнее. Да и мы с тобой всё равно не видимся почти, так на кой чёрт мне всё это? Кстати, можешь позвонить завтра в салон и сказать, что я больше не буду к ним ходить? А то деньги с твоей карты автоматически снимались. - Ч-что? Почему не будешь ходить? – да уж, поведение омеги здорово ошарашило Криса. - А зачем? Я себе и таким как сейчас нравлюсь. Все эти обёртывания, обмазывания и обдирания я делал для того, чтобы нравиться тебе. Но я тебя давно не интересую, поэтому я уезжаю к родителям. Папа обещал меня устроить у себя на работе. Если что-то случится – пиши, я адрес оставлю. - Н-но… Как же… Ты что, в Китай хочешь вернуться? - Ну да. Сюда я приехал лишь для того, чтобы быть рядом с тобой. Сейчас я тебе не нужен, поэтому вернусь в Циндао. Там тихо и спокойно, никому ничего не надо доказывать. Омега улыбнулся и ушёл в гостиную. А Крис стоял соляным столбом и не мог понять, что происходит. Его пандочка хочет уехать? Всё это было для него? Его Таоша его всё ещё любит? И наряжался он не для своих любовников? - Тао! Ты никуда не едешь! – проорал Крис, выбегая вслед за любимым. Тао нашёлся на кухне. Омега заваривал себе зелёный чай. Взгляд парня был будто пустой и немного грустный. Крис чертыхнулся. - Жаль, что ты решил уехать. А я вот хотел завтра устроить романтический ужин и сделать тебе предложение. Я давно понял, что очень сильно люблю тебя, и что не смогу прожить без тебя и дня. Но в последнее время ты стал слишком красив. Всегда такой сверкающий, притягательный, обворожительный, сексуальный. И все эти жалкие альфы на улице пялятся на тебя, даже если ты со мной. И я так сильно начал ревновать, что возникло сильное желание запереть тебя в спальне и никуда не выпускать. А теперь ты говоришь, что хочешь уехать. Знаешь, ты очень красивый, когда наряжаешься и красишься, но твоя естественная красота ещё лучше. Ты только на улицу выйдешь, а тебя кто-нибудь затащит в машину и увезёт к себе. И вот сегодня я решил, что завтра сделаю тебе предложение. И тогда мне будет плевать на всех этих альф, потому что если ты примешь моё предложение, то это будет значить, что ты тоже хочешь связать свою жизнь только со мной. А ты уезжаешь. Приятной тебе поездки. Крис уже хотел уйти, как ему в голову прилетело смятое полотенце. - Ну, ты и мерзавец! Никакое предложение ты делать не собирался, просто не хочешь отпускать то, что «принадлежит» тебе. Ты просто собственник! Ещё и дразнишь меня! Я не останусь, и не думай! - Я и не думаю. - Вот и не думай! - ... - Правда, хотел сделать предложение? – немного робко спросил Тао, смотря в сторону. - Да, - холодно ответил Крис, отворачиваясь к окну. - И... И даже кольцо уже купил? - Именно. - А что за место, где будет романтический ужин? - Какая тебе разница? - Ну, мне же надо подобрать одежду… Не могу же я опозорить своего будущего мужа, - прошептал омега и улыбнулся, когда Крис обернулся и с удивлением в глазах посмотрел на него. - Ты... Ты не уедешь? Ты согласен? – с плохо скрываемой надеждой спросил альфа. - Конечно, где я ещё найду такой «кошелёк на ножках»? В октябре выйдет новая коллекция Гуччи... - ТАО! - Ну, что ты сразу кричишь-то? Согласен я, согласен, - рассмеялся омега и тут же оказался в объятьях своего альфы.

***

Кай тихонько повернул ключ в замке и зашёл в квартиру. Он решил послушаться Чанёля и вернуться домой. В конце концов, альфа он или не альфа? Бесшумно разуваясь, он вдруг услышал тихий стон. Прислушавшись, Чонин оцепенел. - Аах~ Шалунишка, что же ты творишь? Ммм~ Ой, только не там… Мы с тобой ещё не так хорошо знакомы, а ты уже мне в штаны лезешь? Развраааатник, - тихонько простонал омега. Для Кая это было как красная тряпка – для быка. Прорычав что-то на тему «убью, суку», парень ворвался в гостиную, готовый крушить и ломать. Каково же было его удивление, когда никакого любовника в комнате не обнаружилось, а Кенсу лежал на диване в одних боксерах и рубашке, а по его груди медленно передвигался хомяк. Оба: и парень, и хомяк воззрились на разъярённого альфу. - О, а вот и наш Кай пришёл. Он наконец-то вспомнил, что у него есть омега, которая нуждается во внимании, любви и ласке. Но он уже нам не нужен, правда, маленький? У меня теперь есть прекрасный хомочка, а Бекхённи подарил мне одну из своих игрушек. Так что у меня теперь и секс будет, и нежность будет, и тепло будет, - издевательски протянул омега, смотря на звереющего альфу. - Ах, игрушка теперь есть? Значит, я тебе больше не нужен? Значит, я тебя больше не удовлетворяю? – рычал альфа, медленно приближаясь к омеге. Тот лишь показательно фыркнул и посадил хомячка в небольшую клетку, стоящую на столике. - Удовлетворяешь? Меня? Не сейчас. Мне кажется, ты стареешь. Раньше за ночь по пять заходов, и всё мало, а сейчас «Кенсу, опять? Я так устал, поспать хочу, на работу рано», - передразнил парня омега и направился в спальню. – Иди спать, герой, тебе вставать рано. А я пойду развлекаться с игрушкой, раз член моего альфы недееспособен. Стоит ли говорить, что Кай тут же рванулся за омегой, желая наказать, подчинить и отшлёпать? Это он-то недееспособный? Кто-то завтра на задницу сесть не сможет!

***

- Булочка моя, мой сладкий кексик, а что у нас сегодня на ужин? – протянул Чен, заваливаясь на кухню. - Ничего, - холодный ответ пьющего чай Сюмина. - Как ничего? Ты ведь постоянно готовишь мне что-нибудь вкусненькое. А как же забота, и прочее? - Сам о себе заботься, не маленький. А я не собираюсь снова выслушивать всякий бред в свой адрес. Хочешь поесть? Возьми и приготовь. Большое удовольствие – простоять целый день у плиты, наготовить всего, а в ответ услышать, что я достал со своей едой, со своей заботой, и вообще я стал помешан на здоровье. Поэтому, когда снова простудишься и будешь лежать с температурой, будь готов сам заваривать себе чай, готовить отвары и так далее. А то, как бы я тебя не убил своей заботой. Поднявшись из-за стола, омега вышел из кухни и направился в гостиную, где по телевизору крутили очередной сериал. А Чен стоял на кухне и мучился совестью. Конечно, Сюмин о нём очень заботился, на это грех жаловаться. Но каждый раз это больше походило на опеку мамочки. И это немного раздражало. Тут в гостиной раздался тихий стон, а затем Чен почувствовал запах спелой малины. У его малыша началась течка. Вот он, момент истины! - Чондэ-я, любимый, - раздался тихий манящий голос. - Прости, Сюмин-а, - так же сладко протянул Чен. – Я такой худой, мне нельзя перенапрягаться. - Слышишь ты, шпала, быстро притащил свою задницу и помог своей омеге, иначе в следующий раз я перепутаю приправы с цианистым калием! Чен всегда считал себя смелым мужиком. Но против разозлённой Булочки в период течки не выстоит и целая армия.

***

- Луханни? Ты спишь? – тихий шёпот нарушил тишину, царящую в спальне. - Нет, я только недавно пришёл. - А где ты был? – Сехун быстро разделся и нырнул под одеяло к омеге. - Бекхён позвал порезвиться в клубе. Знаешь, это так весело, и ещё альфы очень обходительны. Когда я выпил лишнего и начал танцевать на столе, то споткнулся, и меня на руки поймали двое. Удивительно, они сказали, что не ходят в тренажёрку, но у них такие мышцы, - улыбнулся омега. За спиной прекратилось копошение, а потом руки альфы резко его перевернули на спину. - Ты был с другими альфами? - Я был с Бекхёном. Альфы – приятное дополнение. Знаешь, я даже целовался с одним из них. Правда, я был пьян, но мне очень понравилось, - улыбнулся Лулу, хотя всё внутри сжалось от такой наглой лжи. Его Сехунни никак не реагировал, он просто улыбнулся, а потом рассмеялся. - Лухан, кого ты обманываешь? Ты явно был с Бекхёном, но у него дома, потому что от тебя пахнет корицей и апельсинами. И какие альфы, самому-то не смешно? На столе он танцевал, - альфа всё никак не мог унять смех. А глаза Лухана начали наполняться слезами. - Значит, ты думаешь, что я не привлекательный? Что меня невозможно хотеть, когда у меня нет течки? Или ты думаешь, что я настолько глуп, что не умею себя подать или заставить альфу желать себя? Так вот, ты глубоко заблуждаешься! И если ты так хочешь, я могу тебе прямо сейчас это доказать! Только вот оденусь, и мы поедем в клуб, и я тебе ещё покажу! – омега уже хотел подорваться с постели, но его удержали сильные руки. - А теперь слушай меня, истеричка, - прорычал Сехун. – Ты никуда не едешь и ни с какими левыми альфами не путаешься. Ты принадлежишь только мне! И только посмей посмотреть в сторону! - Да? Значит, тебе можно, а мне нельзя? - Лухан, ну что опять не так? Я весь вечер был с ребятами, мы сидели в кафе Сухо. Пока был рабочий день, там были посетители. Не поверишь, но омеги тоже ходят в кафе. Мы сидели в зале, естественно, что от меня может пахнуть кем-то другим. Но это не значит, что я с кем-то спал! Да и если бы я с кем-то спал, то не стал бы тебя обманывать, а прямо сказал, что ты мне не нужен. Но я тебя очень сильно люблю, я просто боготворю тебя, готов выполнять все твои прихоти. Но ты не видишь этого, не замечаешь. Ты ищешь только повода, чтобы устроить очередную истерику. Мне это надоело, Лу, я устал. Если ты так хочешь избавиться от меня, если больше не любишь, то просто скажи мне об этом. Мне будет больно, но я отпущу тебя, потому что я хочу, чтобы ты был счастлив! Когда парень услышал тихий всхлип, то поднял голову. Его Лулу смотрел на него влажными глазами, полными слёз и счастья, которое таилось в глубине его зрачков. Всхлипнув, омега резко подался вперёд, обнимая альфу и утыкаясь холодным носиком ему в шею. - Сехунни, я тоже тебя очень люблю... Давай заведём малыша? Не потому, что я хочу удержать тебя, а потому что это будет наше маленькое счастье, символ нашей любви, - прошептал омега. Сехун лишь улыбнулся, обнимая омегу и целуя его в висок. Ну, наконец-то хоть одна здравая мысль за этот вечер. - Я хочу мальчика, - улыбнулся Сехун, укладывая омегу на спину и нависая сверху. - Тогда тебе надо хорошо постараться, - игриво улыбается омега и притягивает альфу к себе, целуя.

***

Когда Сухо зашёл домой и увидел горящие чёрные свечи, которые образовывали стрелку, указывающую в сторону спальни, он слегка удивился, а потом обрадовался. Его Исин наконец-то готов принять любовь своего альфы полностью. На крыльях счастья Чунмён влетел в спальню и замер. Кровать была застелена красным шёлковым бельём, везде были раскиданы подушки, а на полочках и столе стояли всё те же чёрные свечи. Сухо прошёл вглубь комнаты и огляделся. За спиной раздался шорох, и на плечи легли прохладные ладошки. - Чунмён-а, наконец-то ты пришёл, - пропели на ухо. Развернувшись, Сухо потрясённо замер. Его Исин. Невинный ангелочек Исин. В чёрной коже. С плетью в правой руке и наручниками в левой. По спине пробежал холодок, когда глаза Исина блеснули во мраке комнаты. - Исин-а, а ты почему в таком виде? - Сегодня будет долгая ночь, Чунмён-а. Я буду приручать дракона, - улыбнулся Исин, и начал наступать на побледневшего альфу. Утром, рассматривая красные полосы на своей спине и отскребая капли воска с паховой области, Чунмён проклинал себя за все бредовые смс, которые посылал своей омеге. Больше никаких «мой дракон посетит твою пещерку» и «хочу сгореть в огне твоей любви».

|Fin|