Пепел

      Время близилось к вечеру и как следовало поработать над новой главой она так и не успела, в пустую просидев все время с кружкой горячего чая между ладоней и уймой мыслей в голове. Школа, дом, хобби - все путалось между собой, мешаясь во что-то одно очень сложное, многогранное и совершенно непонятное, сбивая с мысли и заставляя по нескольку раз продумывать одно и то же. Пожалуй, Тесса бы и продолжала вот так сидеть в кресле, откинувшись на пинку и прослушивая по кругу одну и ту же грустную влюбленную мелодию, раз за разом задумываясь о своей жизни и понимая, как же она до боли в висках схожа с жизнью ее персонажа. Единственное, чего не хватало, так это мистики, которую так любила писать русоволосая, в очередной раз понимая, какой бы интересной могла бы стать жизнь с существованием вампиров, оборотней и прочей нечисти, про которую так любят писать книги и снимать фильмы.       Можно было с уверенностью сказать что, если бы в спальне не играла музыка, то в ней было бы тихо, как в склепе. Даже тонкая женская фигура не шевелилась, изредка отвлекаясь на редкие шаги за дверью. Наверняка Стайлс опять разбирается с одним из своих многочисленных дел. А такие моменты казалось, что время остановилось, даря девушке редкую возможность отдохнуть от всего мира. Адамсон не знала, сколько бы еще просто так сидела и смотрела в монитор, на котором так и не появилось больше трех строк, если бы дверь в комнату вдруг резко не распахнулась, впуская свет коридора, свежий воздух и младшую сестру. Последнее было самым нежеланным. Хейзел была как всегда в своем репертуаре, а потому не особо задумывалась о сохранении личного пространства и прочих прелестях жизни, которые так ценят люди, любящие одиночество.       - Ужинать! - выкрикнула та, раскрывая дверь еще шире и не желая заходить внутрь. - Ну у тебя и мрак, - протянула та не самым воодушевленным тоном, как будто встретила... Очень тяжелый случай. Кажется, ее тон напоминает кое-кого другого. Ну, нет, еще одного Стайлса в доме не хватало.       - Ага, - только и проговорила девушка, додумывая очередную деталь касательно сюжета, что пришла к ней в самый последний момент и была поистине великолепна.       - У-жи-нать, - повторила мелкая значительно громче и по-слогам, совершенно не желая сдаваться в своем порыве поднять сестру с места как можно раньше.       - Да поняла я, сейчас спущусь, - рыкнула русоволосая, все так же не поворачиваясь и замечая, как внутри сознания долгожданная нить, которую Тесс так старательно протягивала эти два часа, опираясь на все законы логики и эстетики, вдруг начала распадаться на атомы медленно, но, к сожалению, безвозвратно, удаляясь в небытие и помахивая средним пальцем. Черт подери о чем она только что думала?       Адамсон тихо взвыла, проводя ладонями по лицу и желая сдержать нарастающий внутри то ли гнев, то ли истерику, которые так верно начали распространяться по венам, заставляя кровь бурлить, а пальцы невольно сжиматься в кулаки. Она три дня не могла написать эту главу.       - У... - уже хотела рявкнуть Хей с новой силой, когда Тереза резко обернулась желая хорошенько припечатать эту несносную девчонку этой же дверью, которую та так активно дергала из стороны в сторону.       - Дверь закрой с обратной стороны, - рявкнула русоволосая, понимая, что если младшая Адамсон продолжит действовать на нервы, то ей придется бежать до самого Китая. Ну или до мамы.       Как же ее бесила эта несправедливость между сестрами. Все, ну ведь действительно все родители говорят, что любят своих чад одинаково. Возможно, так оно и есть, но как объяснить то, что старшим вечно приходится отдуваться за младших, даже когда те не виноваты? Как объяснить то, что не все слова этих детей правдивы и зачастую они любят хорошенько приукрашивать ради красоты момента, дабы выставить тебя в максимальном образе тирана, каких еще не видел мир. Не удивительно, что потом ты ходишь весь дерганный, они ведь до последнего действуют на нервы, а когда ты взрываешься на них из-за этого, рассказывают в таком свете, что можно пожалеть о том, что ты вообще на свет появился. Безусловно, иногда и старшие могут злоупотреблять своими полномочиями и вести себя слишком нагло, но что, если наоборот?       Дверь закрылась с громким хлопком, поражая сознание русоволосой, когда в следующую секунду послышалось звонкое "ма-а-ам, а Тесса кричит на меня". Вот и как после этого не озвереть? Стараясь не взвыть еще громче и не разнести все на своем пути, Тесс глубоко вздохнула, пропуская через себя спертый кислород и понимая две вещи, во-первых, это помогает мало, а, во-вторых, комнату действительно надо проветрить. В конечном счете девушка все же поднялась с места, выходя в коридор и спускаясь на кухню, где уже, как обычно, собрались все, кроме Гарри. Кажется, в этот раз миссис Адамсон решила не акцентировать особого внимания на жалобе Хейзел, ограничившись поучительными словами, напоминающими Тесс о том, что Хез еще ребенок и она сама в ее возрасте была не лучше. Ну, впрочем, ничего нового и не ожидалось, никакой тут интриги.       Тесса тихо присела на место, которое уже успела посчитать своим, не особо вслушиваясь в миролюбивый разговор между мистером Стайлсом и ее матерью. В какой-то момент ей стало интересно, каково же миссис Адамсон видеть своего избранника только утром и вечером и то по паре часов. Самым ужасным было то, что когда-нибудь нам всем придется так жить. Мы закончим учиться и каждого поглотят серые рабочие будни, где мы будем с ненавистью вставать по утрам и тут же после плотного ужина ложиться спать от бессилия. И сколько лет будет происходить одно и то же, изредка украшая себя яркими праздниками? Тридцать лет? Сорок?       - Отчет готов, документы проверены, можно сдавать, - сходу сказал Гарольд, бесшумно, но довольно быстро войдя в комнату, с глухим шлепком опустив увесистую папку на стол рядом с отцом, который тут же окинул сына придирчивым взглядом, после чего неспешно потянулся к документам, еще более придирчиво проходясь бегая по ним глазами, которые не желали смягчаться ни на миг.       - Что касается остального? - через некоторое время, когда Гарри уже сел на свое место, что располагалось в противоположной стороне от Стайлса старшего, спросил отец сухим тоном.       - Это ты можешь сделать и сам. У меня слишком много дел, - не менее сухо и пофигистично ответил сын, с благодарностью и легкой улыбкой принимая тарелку с жаркое у миссис Адамсон, которую начинал тревожить их разговор.       - На свою группу ты находил время, - саркастично подметил мужчина, небрежно отложив папку в сторону и неоднозначно кивнув миссис Адамсон, которая в какой-то момент положила ладонь ему на плечо, одним своим молчанием говоря, что не стоит продолжать эту тему и портить атмосферу вечеру.       - Ты тоже находил время на то, чтобы ее разрушить, - пожал плечами кудрявы, принимаясь за трапезу.       В этот момент было сложно не заметить, что Гарри был спокоен. Нет, не так, как обычно. Сейчас он был даже как-то слишком спокоен, отстранен и пофигистичен. Казалось бы, в этот момент его ничего не интересовало, что, собственно, не могло не раздражать Стайлса старшего. Но что касается Тесс, то она зацепилась лишь за последний фразы, понимая, что скорее всего, это может быть самый максимум того, что они оба могут сказать касательно конфликта, который, подобно незаживающей ране, не переставал кровоточить.       - Ты заслужил это, - нахмурился мужчина, чей тон в следующую секунду мог порезать без ножа. - В какое отребье ты превратился, если бы продолжил идти по тому пути?       - В то отребье, что зарабатывает огромные деньги за считанные часы.       - Ты прекрасно знаешь, о чем я.       - Ребят... - уже хотела было вмешаться обеспокоенная миссис Адамсон, когда поймала на себе взгляд Гарри, который ее услышал.       - А ты прекрасно знаешь, о чем я, - в том же тоне ответил Гарольд, вновь смотря на отца и отодвигая тарелку, которую с поразительной скоростью успел опустошить. На его лицо вновь легла мягкая улыбка, которая тут же скрыла за собой прежний холод. - Спасибо за ужин, миссис Адамсон, было очень вкусно. - Сказав эти слова, кудрявый довольно быстро поднялся с места, собираясь покинуть комнату, однако, вовремя остановился у выхода, очевидно, вспомнив о чем-то важном. - Тесса, - он обернулся, переводя хладнокровный взгляд на девушку, а после чего на ее тарелку. - Когда доешь, можешь подняться у меня есть свободное для занятий время.       Услышав эти слова, девушка кивнула, понимая, что от всего произошедшего ранее не может даже элементарно найти в себе долю раздражения, одну лишь неловкость, как будто ей довелось услышать то, чего она слышать не должна была. Адамсон уперла взгляд в тарелку, понимая, что не успела даже притронуться к еде, в то время как ее секундный собеседник уже удалился из помещения ровно так же бесшумно, как и пришел.       Далее все семейство ждала привычная тишина, даже привычно беспокойная Хейзел не знала, что сказать. Однако, ее привычка все время что-либо делать или же говорить все равно уступила усидчивости и уже в следующую секунду она начала что-то напевать, тем самым постепенно разряжая атмосферу. Следующей опомнилась миссис Адамсон, неловко начав разговор о том, что произошло у нее на работе. К счастью, эту тему поддержали все члены семейства, явно понимая, что ужин в напряженной тишине - не самая приятная вещь. Перекинувшись парной фраз и понаблюдав со стороны Тесс не могла не отметить, что не таким уж суровым и страшным человеком был Стайлс старший. Возможно, так скованно он вел себя только с сыном. Кое-как доев свою порцию, которая оказалась очень питательной, русая убрала лишнее со стола и помыла посуду, отказавшись от чая.       Стоять возле двери Стайлса было ой как непривычно. Пожалуй, Тереза уже раз сто успела подумать о том, чтобы развернуться и уйти к себе, совершенно не представляя, откуда на нее нашла эта внезапная робость. Прийти в себя помогли лишь каверзные мысли о том, как этот паразит за дверью рассказывает ее матери об "успехах" в школе. Вот это просто не могло не поднять дух, поэтому сама того не замечая, девушка в следующую секунду постучалась в дверь.       - Мистер Стайлс, я войду? - спросила на всякий случай та, приоткрывая дверь и только после понимая, что начинает привыкать называть его мистером даже в неформальной обстановке.       - Можно просто Гарри, - как-то отстранено проговорил Стайлс, чья фигура сейчас сидела в темноте, освещенная лишь белым светом монитора. - Входи. И, пожалуйста, включи свет. Включатель на стене справа от тебя.       Адамсон кротко кивнула, проходя внутрь и находя пальцами включатель. Мгновение и комнату озарил яркий свет, открывая взору русоволосой все, чем живет парень. Впрочем, даже так понять было крайне сложно, но судя по синтезатору, что стоял в углу комнаты, девушка могла предположить, что группа, которую судя по разговору разрушил отец Гарольда, была музыкальной. И здесь уже было не сложно догадаться, какую роль в ней исполнял кудрявый. Но сколько раз русая не пыталась представить Стайлся за клавишами, эта затея все время оканчивалась провалом. Как ни крути, а представить парня в таком образе не получалось. Возможно потому, что она привыкла видеть этого парня, как собранного математика, который далек от творчества, что, впрочем, он и доказывал сейчас всем своим видом. Гарри сидел склонившись над столом, упираясь локтями в гладкую поверхность и сложив ладони в "замок", в то время как его взгляд не переставая бегал по мелькавшим на экране черным строкам.       Пока он был занят, русая все же решила осмотреться, отмечая для себя то, что комната кудрявого выглядит примерно так, как она себе ее представляла. Все до боли просто и пусто, здесь не было лишних вещей.       - Здесь нет ничего из моего, - вдруг монотонно отозвался тот, клацая пальцами по клавиатуре. - Я скоро съеду обратно, а потому особо не обустраивался.       Свернув вкладку и отстранившись от стола, он устало потер переносицу, откидываясь на спинку компьютерного кресла и на миг прикрывая глаза. Не нужно было быть очень зрячим, чтобы понять, что он очень устал. об этом судила каждая клеточка его тела, которая, скорее всего, желала только одного - добраться до кровати.       - Десять часов... Ты хотя бы сделала домашнее задание? - выдержав недолгую паузу решил спросить тот, после чего кивнул на пуф, стоящий в углу комнаты. - Можешь подвинуть сюда и присесть. Все равно писать придется.       Тесса поджала губы, вспоминая, как провела время после школы. Уроки? Да она даже не смотрела, что задали. Ничего не говоря, она послушно придвинула мягкий пуф к столу, неловко присаживаясь и кладя тетрадь, которую успела прихватить после ужина у себя в спальне, на колени.       - Не сделала, - почему-то сейчас она чувствовала себя как-то странно. Не было ни злости, ни раздражения, а какое-то необъяснимое ей самой волнение. Возможно, это было потому, что она хоть в чем-то начала узнавать и понимать этого парня?       - Ты хочешь сказать, что все это время ты потратила... На что ты его потратила? - Все так же с закрытыми глазами спросил тот, едва хмурясь. По лицу Гарольда было видно, что он не хотел нервничать, но иначе у него пока что не получалось. - Я мог бы сделать его с тобой, но эту тему я объяснял на прошлом уроке и ты более-менее справилась. Хотелось бы для начала подготовиться к контрольной работе, которая будет завтра, чтобы ты опять не упала лицом в грязь, но...       - Какая разница, чем я занималась? - Изучая интереснейшую стену, украшенную однотонными бежевыми обоями с шоколадным узором, хмуро спросила та.       - Разница? Абсолютно никакой, но все же простой интерес касательно того, на что ты убила драгоценное время, у меня имеется.       - Пыталась написать главу к своей работе, - после этих слов парень нехотя распахнул глаза, хмурясь.       - Эта работа была из разряда неотложных дел?       - Нет.       - Ты хоть что-то получаешь за нее? - кажется, известие о том, что девушка не занималась ни чем стоящем начинало раздражать кудрявого.       - Положительные отзывы и критику читателей.       - Каким образом это поможет тебе при сдаче экзаменов или решении контрольных?       - Никаким, - от этого допроса русоволосая и сама невольно начинала раздражаться, уже предполагая, что начнется в следующее мгновение.       - Так зачем ты взялась за то, что никоим образом не поможет тебе по крайней мере в ближайшее время? Ты же прекрасно знаешь, что я не оставлю просто так твое положение и все равно до последнего отказываешься что-либо делать, занимаясь совершенно ненужными вещами. Если бы ты хотела подтянуть математику, то надеялась бы не только на репетиторство, - сухим тоном проговорил тот, заглядывая девушке в глаза и складывая руки на груди.       - Это не ненужные вещи, - нахмурилась в ответ Тесса, сильнее сжимая пальцами тетрадь и понимая, что в большей степени Стайлс все-таки прав, но признать его правоту она просто-напросто не хотела. Она и не знала, каким было домашнее задание, да и спрашивать желания особо не было. Тесса понимала, что допустила ошибку, но смириться с этим не могла.- Мое хобби мне дороже математики, - тихо, подобно ребенку, не знающему, как выкрутиться, буркнула та, однако, когда увидела, что Гарольд ее услышал, сильно пожалела. Главное, чтобы сейчас не было разноса.       - Твое хобби экзамен за тебя не сдаст. Ты можешь сколько угодно писать свои рассказики, лелея надежду когда-нибудь их издать, но делать это в свободное от реальных дел время. Очнись, они тебе никак не помогут.       - Откуда тебе знать? На этом, знаешь ли, люди тоже зарабатывают. Некоторые выживают и без математики, не работая офисными планктонами. До тебя у меня были стабильные положительные оценки.       - Зарабатывают? Прежде чем зарабатывать на книгах в них надо здорово вложиться, а чтобы вложиться в них, надо иметь средства, которые мы зарабатываем, зачастую работая именно офисными планктонами, как ты выразилась, - перешел на несколько грубоватый тон парень, в очередной раз задумываясь над тем, какой скандал они могут раздуть из самого минимума. - Ты понимаешь, что творчество - не всегда стабильный заработок. Не стоит жить фантазиями на этот счет, еще не факт, что ты найдешь редакцию, которая возьмется за твою работу, даже если захочешь. И не факт, что общество примет очередное фентези.       - Молодец, мистер-я-все-знаю, ты меня уделал, все, доволен? Или тебе еще аплодисменты подогнать? - рыкнула русоволосая, треснув тетрадью по столу и почувствовав вполне ощутимый укол обиды из-за слов брата. - Да ты даже не знаешь о чем я пишу.       - Я предполагаю, и, кажется, я оказался прав.       - Я даже не думала о том, что ты мне сейчас выдвинул. Я всего лишь сказала, что увлекаюсь писательством, а ты уже успел мне перекрыть все входы и выходы. С таким раскладом можно любой род деятельности обложить, - взбесилась девушка, отлично понимая, как чувствовал себя Стайлс старший, наблюдая за пофигистичным лицом сына, которое она видела сейчас.       - Значит ты еще и делаешь это просто так, - извлек очередной вывод темноволосый. - Это жизнь, ты должна уметь принимать любые удары. Если бы к тебе так прикопалась Кристалл, ты бы тоже села в лужу и начала излиться от того, что неправа?       - Да при чем здесь она? - не выдержала Адамсон, после чего на миг замерла. - Погоди, то есть все это сейчас было... - Русая едва не задохнулась от возмущения и некой обиды, понимая, что этот парень только что показал ей, что она не способна дать отпор тактике Крис, наглядно объяснил, что ее хобби может не состояться, и она станет никем в этой жизни, и доказал, что ей нужно браться за учебу, а не тратить время на посторонние дела, чтобы потом не пожалеть об этом.       - А еще я рассказал миссис Адамсон о твоих проблемах в школе, - подытожил тот, когда заметил, как вспыхнули глаза русоволосой.       - Да пошел ты, - с долей ярости выкинула та самую цензурную мысль из всех, что в миг одолели разум темноволосой, заставляя едва ли не граничить с легкой истерикой. Девушка поднялась, на всех парах подрываясь с места и уносясь из злосчастной комнаты, громко хлопая за собой дверью. Чертов Стайлс и его безупречная правота, она просто хотела уничтожить этого парня на месте, украсив его головой свою люстру. В это время сам Гарри без особого энтузиазма наблюдал за тем, как злиться Тереза, приоткрывая губы в попытке сказать что-то стоящее и за считанные секунды очищая его спальню от своего присутствия, дабы не разорвать его на месте. Ох, как же он ее нервировал. И Гарольд это прекрасно понимал и даже в какой-то степени способствовал. Дверь закрылась, оставив за собой лишь тишину и приятный запах ее духов, когда расслабленный Стайлс в очередной раз запрокинул голову назад и прикрыл усталые веки легко и непринужденно усмехаясь.