Пепел

      Суббота. Осталось прожить этот день и можно на каких то двенадцать с чем-то часов вздохнуть с облегчением, готовясь встретить новый Ад. Удивительно, что все школьники живут от выходного до выходного, но при этом дождавшись воскресенья, совершенно не отдыхают в ожидании сурового понедельника. Впрочем, сколько бы Тесс об этом не размышляла, она не переставала относить себя именно к той части этого поколения, которая поступает именно так, как она сказала выше. Почему? Возможно, инстинкты. Всем нам надо жить и работать ради чего-то. Если бы в нашей жизни не было бы выходных, возможно, у нас не было бы стимула идти дальше, как можно скорее и качественнее разгребая все препятствия, чтобы один единственный день посидеть в тишине и спокойствии. С другой же стороны Адамсон просто ненавидела выходные, ведь именно в этот день Вивьен - мать Терезы - любила устраивать генеральные уборки, в которых непосредственное участие принимала сама девушка. Ах, да, недомолвка, пардон, непосредственное, а главное единственное, не требующее посторонней помощи, участие. Да, пожалуй, так будет даже лучше.       В таких раздумьях Тереза сидела минут пятнадцать на краю кровати, бессмысленным сонным взглядом смотря в кусочек доски, находящийся над белым рабочим столом между двумя рядами полок, выстроенными вертикально вдоль. На этой доске Тесс всегда лепила все, что хотела. Собственно, именно для этого она и вообще существует. Там были и важные задачи и планы на неделю, написанные на различных листках и стикерах, попадавшихся русой под руку в нужный момент, прикрепленные разноцветными кнопками к деревянной поверхности. Бесцельный взгляд в коем то веке решил прочесть все, что было написано на бумажках, перебирая одно дело за другим. Пожалуй, надо было уже вставать, но как можно не провести свой утренний обряд? Как оказалось, все же можно. Сонный и не воспринимающий ничего яркого взгляд тут же привлекла яркая алая надпись, выведенная огромным жирным шрифтом на половине яростно вырванного клочка альбомного листа. Вот это номер. "Убить Стайлса". Русая сонно усмехнулась, переводя взгляд на строчку, записанную черным фломастером ниже значительно меньшим шрифтом: "забрать Хез из школы".       "Убить Стайлса, значит?"- мелькнула мысль в голове девушки, когда она вдруг задумалась о том, возможно ли это вообще. Кто знает, может она зайдет с ножом ночью в его комнату, а он будет сидеть за ноутбком и скажет ей включить свет и в очередной раз задуматься о тщетности своего бытия.       Медленно выдохнув, Адамсон все же поднялась с насиженного теплого места, которое так и манило ее вернуться обратно в кровать, и направилась к светлому комоду, стоящему рядом с кроватью. В отражении зеркала, висящего над мебелью на девушку привычно смотрело лохматое нечто, трудно поддающееся адекватному описанию. Глядя на всю эту красоту Тесса невольно вспомнила о том, что забыла сделать вчера, что было неудивительно, ведь об этом раз за разом напоминали засаленные, висящие, подобно сосулькам, непослушные русые волосы. Девушка бросила мимолетный взгляд на часы, понимая, что в ее запасе есть полтора часа. Ну что же, квест начался. С рекордной скоростью взяв нужные вещи, девушка кинулась приводить их в порядок, после чего на всех парах понеслась в общую и единственную во всем доме ванную комнату, что, благо, находилась на втором этаже. На горизонте чисто, коридор пуст, а с первого этажа доносится непринужденная беседа миссис Адамсон и Хейзел. Странно, что вторая не зависала в комнате Стайлса, но Тереза решила не обращать на это внимания. Растянувшись в победной улыбке, девушка протянула руку к дверной ручке, резко дергая ее на себя и от неожиданности вписываясь лицом в не открывшуюся деревянную поверхность, которая оказалась заперта. Утро начинается не с кофе. Тихо взвыв, Тесс постучала в дверь, припадая к ней ушком и прислушиваясь к равномерному шуму воды.       - Быстрее, - рыкнула та, выбивая по поверхности очередную громкую дробь. Ответом была лишь тишина. Впрочем, было нетрудно догадаться, какому такому умнику пришла в голову идея оккупировать комнату.       Убить Стайлса.       Стоять перед дверью казалось не самой лучшей идеей, однако делать было нечего, а это дело занимало первое место в рейтинге личных и невообразимо важных дел Адамсон. Что она только не успела сделать за этих долгих десять минут томительного ожидания. Вот и героически прожиты первые двадцать минут ее жизни, если учитывать еще и глажку одежды. Стайлс соизволил выйти тогда, когда русая уже стояла, оперевшись лбом о стенку рядом с дверью. Как только раздался шум двери, Тесса в миг выпрямилась, бросая на парня ненавидящий взгляд в желании порвать его на британский флаг прямо на месте, как вдруг застыла в легком шоке, задыхаясь от возмущения.       Гарольд появился в проходе, держа одной рукой внутреннюю ручку двери, а другой заправляя волосы, что все время лезли в глаза, назад, зарываясь в них пальцами. Все бы ничего, если не акцентировать внимание на том, что тот стоял в одном лишь полотенце, едва висевшим на бедрах, так и не высушив тело до конца, от чего по его в меру накаченному торсу одна за другой скользили капельки воды. С такого ракурса девушка могла детально рассмотреть все его многочисленные татуировки, совсем потерявшись во времени и пространстве.       - Просила быстрее, я сделал быстрее, - пожал плечами тот, казалось бы, совершенно не замечая реакции русоволосой, которая в первые секунды была выражена особенно ярко. Гарри спокойно прошел мимо девушки, явно занятый какими-то внутренними размышлениями, которые были в какой-то степени важнее реальности. Однако, поравнявшись с Адамсон, он вдруг приостановился, переводя на нее ухмыляющийся взгляд. - И да, с добрым утром, - после этих слов он вновь двинулся дальше вдоль коридора по направлению к своей комнате.       Именно в эту секунду раздался громкий топот детских ножек и на этаже появилась Хейзел, мгновенно свернувшая по направлению к Тесс. Девочка шла вприпрыжку, очевидно взбодренная утренней беседой с мамой. Как оказалось, одеться она еще не успела, а потому была все еще в своей лиловой мягкой пижаме, состоящей из шорт и майки с белыми корабликами. Остановившись возле старшей Адамсон, что так активно искала в себе силы сказать Стайлсу, момент встречи с которым оказался намного более быстрым, чем это могло показаться со стороны, что-нибудь каверзное. Пожалуй, девушка так и не собралась бы с мыслями, если бы не гладкая фиолетовая ночнушка, которую тут же потянули вниз за край в резком движении.       - Тесс, - шепнула Хейзел, заговорщически прищурившись и подняв взгляд на сестру.       - Что?       - Ты пялишься, - проговорила та с особым наслаждением, после чего глянула на удаляющегося брюнета.       - Я не пялюсь, - шикнула русоволосая, в миг нахмурившись.       - Пя-ялишься, - губы девчонки растянулись в улыбке, когда та сложила ручки на груди и хмыкнула.       - Да не пялюсь я, - возмутилась Адамсон, отрывая взгляд в желании посмотреть на Хез, которая в следующую секунду набрала в грудь побольше воздуха и заорала за пару секунд до того, как Стайлс дошел до своей двери.       - А Тесса пя-я-ялится! - после этих слов она звонко захихикала, смотря в спину ухмыльнувшемуся в этот момент Стайлсу и тут же подрываясь с места в сторону от в миг одичавшей сестры, явно желающей придушить ее на месте, судя по резкому порыву в сторону Хез. Мгновение и девчушка спряталась за дверью ванной комнаты, тут же замыкаясь, и заставляя русую вновь столкнуться взглядом с ненавистной дверью.       Чертова дверь. Чертова Хейзел. Чертов Стайлс. Ждать мелкую оказалось еще более изнуряюще, потому как девушка потратила еще десять минут на пустую стоянку с одеждой в руках. Когда же Хез вышла, Тесса со скоростью света залетела внутрь, опасаясь того, что вот-вот может появиться еще кто-то с явным намерением захватить ее прелесть еще на некоторое время. Часики тикали, а потому русой приходилось делать все в приличном темпе, хватая наобум первый попавшийся шампунь и гель для душа и без разбора включая воду на максимум, взвизгивая то от того, что она то слишком холодная, то слишком горячая. Безусловно, учеба-учебой, но вот настраивать воду в ванной - это целое искусство. Через некоторое время она вышла уже одетая в форму, но не менее недовольная. Так уж вышло, что колготки треснули под ее напором и ногтями и дали приличную стрелку. Следующей ее целью было найти новые. Так и шла раздраженная этим утром Тесса своей персональной походкой самого последнего гопника на этом суровом районе, тихо ругаясь себе под нос и то и дело поправляя полотенце, в которое замотала мокрые волосы, на голове. Картинка маслом, без комментариев.       Поиск колготок оказался целым делом, в ходе которого девушка семь раз отчаялась, три поныла и два передумала. Пришлось даже кричать собравшейся за столом семье, чтобы те начинали завтрак без нее, пока Адамсон со всей бережностью натягивала на себя с трудом найденные новые колготки, которые еще секунду назад были запечатаны. Решив, что было бы неплохо хотябы немного разносить новые туфли, Адамсон полезла под кровать, собирая полотенцем всю пыль, ибо коробка, удивительным образом оказалась слишком далеко. Благо, обуваться долго ей не пришлось. Красные лаковые туфли на толстом каблуке и платформе отлично смотрелись с ее черным платьем с воротником и таким же красным пояском. Далее по списку шли волосы и рюкзак. Было довольно сложно одной рукой держать фен, а другой проводить махинации с тетрадками, а ходе которых русая умудрилась три из них помять. Черт, а ведь из всего этого Тесса успела сделать только литературу. Включить аудиокнигу за двадцать минут до сна и прослушать ее не было большим делом. Сделав губокий вдох и выдох, девушка с мольбой глянула на настенные часы, которые показывали без десяти минут восемь. Если бы крик мятежной души можно было бы озвучить, то окна во всем доме давно бы разлетелись, не оставив за собой и жалкой песчинки. Волосы просохли, но, к сожалению, не до конца. Что касается желудка, то тот уже издавал стоны умирающего кита. Сама же Тесса в следующую секунду услышала протяжный рев сигнала машины Стайлса. Кажется, ее ждут.       Ругнувшись уже в тысячный раз за утро, брюнетка подорвалась с места, хватая рюкзак и закидывая его за плечо. Перепрыгивая чуть ли не по три ступеньки за раз, она на всех парах полетела к выходу, что был прямо по коридору. Выход был близко, подобно свету в конце туннеля, когда Адамсон вдруг остановила Вивьен, заботливым, но властным тоном говоря съесть хоть одну приготовленную гренку. Дрифтанув в сторону кухни, Тереза с ходу схватила один кусочек хлеба, зажимая его во рту и вновь двигаясь обратно. Не успев окинуть себя взглядом в зеркале, Тесса схватила пиджак и откусила еду, чувствуя, как та вот вот вывалится у нее изо рта. Наплевав на то, что к этому образу лучше подходит сумка, она поправила небольшой черный кожаный рюкзак на плече и вывалилась из дома, слыша очередной оглушительный сигнал. Но едва русая сделала пару шагов, как машина неспешно сорвалась с места, заставляя ее понестись следом на подкашивающихся ногах. Леонардо ди Каприо не дождался. Убить Стайлса.       - А ну стоять! - взвыла та, понимая, что в следующий раз хорошо подумает, прежде чем обуть злосчастные каблуки. Одно дело носиться по дому, совершенно другое - по улице. Дома родной любимый паркет, совершенно другое - суровый асфальт. - Стой, кому говорю! - Взвыла Адамсон, останавливаясь в легкой одышке на месте, не в силах догнать машину, и активно размахивая руками, в одной из которых была гренка, в надежде на то, что этот кудрявый все же соизволит посмотреть в зеркало заднего вида. - Стайлс, я, мать твою, убью тебя, слышишь?!       Будто услышав вой девушки, проехав еще пару метров злосчастная черная "Audi A7" все же остановилась. И откуда у учителя математики деньги на Ауди, скажите, пожалуйста? И почему она раньше не акцентировала на этом внимание? Фары загорелись красным, а окно водителя медленно опустилось, показывая все ту же знакомую темноволосую голову.       - Ты что-то сказала?       Тихо рыкнув и сдержав желание запульнуть в Стайлса едой, Тереза быстрым шагом направилась к машине, дабы та вновь не уехала. Однако сделай она два шага, как вдруг Гарольд вновь завел мотор, явно собираясь двинуться вперед не дожидаясь. Топнув ногой от злости, Адамсон зашагала еще быстрее.       - Я сказала, что убью тебя!       - Из-за тебя мы опаздываем, а надо еще Хез в школу доставить, - проговорил Стайлс, однако на следующую свою реплику усмехнулся с иронией в голосе, неприхотливо наблюдая за тем, как запыхавшаяся девушка заваливается внутрь. - Маленькая еще, чтобы думать об убийстве, ты бы к контрольной готовилась.       - Поправочка: к твоей контрольной, - проговорила сквозь зубы та, закрывая за собой дверь прищемляя пиджак. Мысленно проклиная все на свете, Тесс вновь открыла дверцу и поправила одежду, после чего проделала недавнее движение и, наконец, закинула оставшийся кусок гренки в рот, с набитым ртом парируя слова кудрявого. - Я вырасту и убью тебя.